Что до Сун Цзяси, то, слегка замешкавшись, она добавила ещё одну фразу:
— Я слышала от Шиянь, что в прошлый раз ты был последним в классе. Может, попробуешь подтянуть свои оценки?
— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!
— Ха-ха-ха-ха! Братан Цзян, может, правда стоит задуматься о том, чтобы улучшить свои позиции?!
— Братан Цзян, не отказывайся от нашей малышки.
— Братан Цзян, будь послушным — согласись на предложение нашей крошки.
— Да ну её! Эта малышка чертовски мила!
Голос Сун Цзяси прозвучал не слишком громко и не слишком тихо — ровно настолько, чтобы окружающие могли услышать. Она даже не заметила, что вокруг собралась целая аудитория слушателей, когда обращалась к Цзян Мучэню.
Едва эти слова сорвались с её губ, как по всему классу разнёсся взрыв смеха.
Нин Шиянь, Ван И, Чжан Вэй и ещё несколько одноклассников, которые обычно ладили с Цзян Мучэнем, не выдержали и начали подначивать его.
Цвет лица Цзян Мучэня слегка потемнел. Он посмотрел на свою соседку по парте, которая смотрела на него с невинным недоумением, глубоко вдохнул и напомнил себе: надо сохранять хладнокровие, нельзя злиться.
— Ты сейчас что сказала?
Сун Цзяси моргнула, немного робко глядя на Цзян Мучэня, и осторожно спросила:
— Ты не расслышал?
Цзян Мучэнь: «… Чёрт».
Нин Шиянь впереди уже смеялась так, что вся повалилась на парту.
— Боже мой, Сиси, как же ты можешь быть такой милой!
Сун Цзяси:
— А что я такого сделала?
Цзян Мучэнь фыркнул, слегка надул щёку. На Сун Цзяси он сердиться не мог — ни ругать, ни поднять руку. Оставалось лишь выпустить пар другим способом.
Он протянул руку и ущипнул её за щёчку, слегка растягивая её пухлое личико.
— Ты что, считаешь мои оценки плохими? — процедил он сквозь зубы.
Сун Цзяси раскрыла рот и поспешно ответила:
— Н-нет! Я совсем не это имела в виду! Просто… если так пойдёшь и дальше, ты не поступишь в университет.
С этими словами она серьёзно нахмурила брови и пристально посмотрела на него:
— Разве я не права?
Ван И сбоку громко закричал:
— Конечно права! Если так дальше пойдёт, братан Цзян, ты действительно не поступишь в вуз!
Цзян Мучэнь: «…»
Нин Шиянь тоже смеялась до слёз, глядя на них:
— Сиси права, братан Цзян. Пора тебе подтянуться и перестать быть последним в классе, верно, Сиси?
Сун Цзяси очень серьёзно кивнула:
— Верно.
Цзян Мучэнь смотрел на эту очаровательную картинку и чувствовал, как внутри него всё сильнее закипает что-то странное.
Он прищурился и спросил:
— Хочешь, чтобы я поднял свой рейтинг?
Услышав это, глаза Сун Цзяси загорелись, и она энергично закивала:
— Да-да!
Ведь это же её задание! Сун Цзяси отлично помнила поручение классного руководителя.
Цзян Мучэнь с лёгкой усмешкой посмотрел на неё, на секунду задумался, а затем произнёс с откровенной наглостью:
— Так вот как?
— Ага, — Сун Цзяси кивнула с таким энтузиазмом, что глаза округлились. — Тогда возьмёшь мой конспект?
Цзян Мучэнь слегка приподнял уголок губ, взял белую тетрадку, склеенную прозрачным скотчем, и легко постучал по ней согнутым пальцем.
— Думаешь, просто читая тетрадку, я смогу подтянуть оценки?
Сун Цзяси тихонько ахнула и робко спросила:
— Не получится?
— Конечно нет, — нарочно приукрасил он своё положение. — Ты вообще знаешь, сколько баллов у последнего в классе?
Сун Цзяси покачала головой:
— Не знаю.
Учитель не говорил, Нин Шиянь лишь упомянула, что Цзян Мучэнь — последний в классе, но сколько именно баллов он набрал, Сун Цзяси не знала. Она предполагала, что даже последний в Первой средней школе города вряд ли мог иметь уж совсем плохие результаты.
— Четыреста?
Цзян Мучэнь: «…»
Чжан Вэй, державший в руках карты, не удержался и подошёл поближе как раз в тот момент, когда прозвучала эта цифра. Он внезапно расхохотался:
— Малышка!
— А?
— Ты слишком высоко ставишь нашего братана Цзяна.
Сун Цзяси нахмурилась и с лёгким презрением посмотрела на Цзян Мучэня:
— У тебя даже четырёхсот нет?
— Нет, — буркнул Цзян Мучэнь сквозь нос.
Сун Цзяси мягко протянула:
— Ну… тогда хотя бы триста есть?
Этот балл для второго курса старшей школы, где ещё предстоит сдавать экзамены по уровню знаний, считался крайне низким.
— Нет, — ответила вместо него Нин Шиянь, подняв бровь.
Теперь в глазах Сун Цзяси явственно мелькнуло презрение.
— Тогда двести? — она подняла два пальца перед лицом Цзян Мучэня.
«…»
Заметив, как потемнело его лицо, Сун Цзяси про себя пробормотала:
— Неужели даже двухсот нет? Тогда как ты вообще поступил в Первую среднюю школу?
Ведь Первая средняя школа всё-таки считалась довольно престижной.
Цвет лица Цзян Мучэня стал абсолютно чёрным. Увидев в её глазах откровенное презрение, он не выдержал, схватил её за ухо и процедил сквозь зубы:
— Ноль баллов.
Сун Цзяси:
— А?! Так мало?!!
Изумление полностью отразилось на её лице, и она без обиняков выдала вслух всё, что думала.
Мгновенно лицо Цзян Мучэня стало чёрным как уголь — теперь он выглядел совершенно невозмутимо.
Остальные одноклассники, услышав этот диалог, покатились со смеху и никак не могли успокоиться.
— Братан Цзян, теперь-то тебе стыдно!
— 66666666, братан Цзян, теперь тебе нечего сказать! В следующий раз не сдавай на ноль!
— Ха-ха-ха-ха, малышка просто великолепна!
— Боже, хочется забрать такую милую малышку домой!
Едва эти слова прозвучали, как взгляд Цзян Мучэня, острый как лезвие, метнулся в сторону говорившего.
Чжан Вэй фыркнул и, хлопнув Ван И по голове, пояснил со смехом:
— Ван И просто шутит. Малышка принадлежит братану Цзяну — пусть он сам её и забирает домой.
Цзян Мучэнь выругался и мрачно бросил:
— Заткнитесь все, чёрт побери.
Мгновенно в классе воцарилась тишина.
*
Только Сун Цзяси, совершенно не чувствуя напряжённой атмосферы, продолжала убеждать Цзян Мучэня учиться.
— Ты правда не хочешь посмотреть?
— Нет.
— Я долго писала.
Цзян Мучэнь опустил глаза на тетрадь перед собой. Аккуратный почерк был очень чётким. Утром, когда он клеил ей тетрадь, он уже понял, что его соседка по парте не только отличница и милашка, но даже её почерк излучает очарование — круглые, аккуратные буквы, каждая написана с особой тщательностью.
Он уставился на одну строчку, потом повернулся к Сун Цзяси:
— Почему ты хочешь, чтобы мои оценки стали лучше?
Сун Цзяси ответила серьёзно:
— Ну… чтобы ты поступил в хороший университет.
Класс снова взорвался хохотом:
— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!
Сун Цзяси: «…»
Она не понимала: почему все так смеются над вполне обычной фразой?
— Почему они смеются?
Цзян Мучэнь фыркнул и бросил взгляд на одноклассников:
— Да у них крыша поехала.
— А.
Цзян Мучэнь посмотрел на неё и слегка улыбнулся:
— Малышка.
— А?
— Если будешь заниматься со мной, я, пожалуй, подумаю о том, чтобы всерьёз заняться учёбой.
Сун Цзяси удивлённо ахнула, немного подумала и ответила:
— Хорошо.
Цзян Мучэнь: «…»
Она кивнула и пробормотала про себя:
— Всё равно мне нужно повторять материал. Раз уж так, можно и тебя подтянуть.
Внезапно ей пришла в голову идея, и она воодушевилась:
— Давай начнём с первого курса, хорошо?
Цзян Мучэнь: «…»
Глядя на болтающую рядом ротик, он вдруг не выдержал и резко прикрыл ладонью её губы, чувствуя, как мягкие губки щекочут его ладонь.
Сердце его бешено колотилось — он больше не мог сдерживать нарастающее влечение.
— Ммм… — Сун Цзяси широко раскрыла глаза и попыталась отстранить его руку, но, как только она подняла ладонь, Цзян Мучэнь другой рукой прижал её запястье.
Он пристально смотрел в её чистые глаза, его кадык слегка дрогнул.
— Сун Цзяси.
— А? — Сун Цзяси замерла в нерешительности.
Это был первый раз, когда Цзян Мучэнь называл её полным именем.
Раньше, как и другие мальчишки, он всегда звал её «малышка». Услышав впервые своё имя из его уст, она на мгновение потеряла дар речи.
Цзян Мучэнь слегка сжал губы и, не обращая внимания на взгляды одноклассников, жарко смотрел на неё. Её мягкие губы всё ещё лежали у него на ладони, будто маленький котёнок, царапающий ему сердце и будоражащий мысли.
— Не двигайся.
Сун Цзяси послушно кивнула и моргнула.
Цзян Мучэнь смотрел на неё, чувствуя, как сердце готово выскочить из груди. Его взгляд стал ещё темнее, кадык снова дрогнул, и он жарко прошептал:
— Не соблазняй меня.
Сун Цзяси:
— А?
Цзян Мучэнь убрал руку с её губ, наклонился к ней и тихо произнёс прямо ей на ухо:
— Я сказал: не соблазняй меня.
Сун Цзяси широко раскрыла глаза:
— Но я же ничего такого не делала!
Цзян Мучэнь усмехнулся:
— Не делала?
Сун Цзяси кивнула. Она действительно ничего такого не делала! Хотя Сун Цзяси и была наивной в вопросах чувств, значение слова «соблазнять» она прекрасно понимала.
Цзян Мучэнь провёл языком по губам и, не сводя взгляда с её шевелящихся губ, с лёгкой усмешкой спросил:
— Ты что, только что смотрела на меня?
— А… да.
— Ты что, говорила со мной таким мягким голоском?
Сун Цзяси замялась и запнулась:
— Это… тоже считается?
Цзян Мучэнь очень серьёзно кивнул и, прямо перед её глазами, провёл пальцем — тем самым, что только что касался её губ — по своему уголку рта.
— Считается.
Он сделал паузу, ещё ближе наклонился к её уху и добавил шёпотом:
— Хотя ты ведь ничего такого и не делала, верно?
— Верно, — машинально ответила Сун Цзяси.
Цзян Мучэнь тихо рассмеялся, звук исходил прямо из груди. Его голос стал хриплым, почти неузнаваемым, и он прошептал ей на ухо:
— Но я всё равно поддался твоему бессознательному соблазну.
Весь день Сун Цзяси провела с раскрасневшимися щёчками, будто спелое яблоко — сочное и аппетитное.
Когда прозвенел звонок, слова Цзян Мучэня прекратились, но каждая его дерзкая фраза отпечаталась в памяти Сун Цзяси и не давала ей покоя. На послеобеденных уроках она никак не могла сосредоточиться, её сердце всё ещё бешено колотилось и никак не желало успокаиваться.
Нахмурившись, она, пока Цзян Мучэнь дремал за партой, машинально приложила ладонь к груди, пытаясь унять сердцебиение, но это не помогло.
Хотя Сун Цзяси и была наивной, она кое-что понимала в чувствах. Дома родители постоянно демонстрировали друг другу любовь, и мать иногда рассказывала ей, как отец ухаживал за ней в молодости.
Сейчас она вдруг почувствовала: Цзян Мучэнь вёл себя почти как её отец в те времена — нагловато и с такими словами, от которых лицо горело.
Сун Цзяси подняла глаза на учителя у доски, затем перевела взгляд на Цзян Мучэня. Он был красив. Даже для Сун Цзяси, повидавшей немало красивых парней, он выделялся — чёткие брови, глубокие глаза, высокий нос.
Она смотрела на него и на мгновение потеряла нить мыслей.
— Сиси, Сиси!
— А? — Сун Цзяси очнулась и посмотрела на сидевшую впереди Нин Шиянь. — Что случилось?
Нин Шиянь, прикрывшись учебником, тихо сказала:
— Учитель вызывает тебя к доске.
Сун Цзяси вздрогнула и в изумлении посмотрела вперёд. Лицо преподавателя физики почернело от гнева. Строго глядя на неё, он приказал:
— Ответь на этот вопрос.
Хотя Сун Цзяси и не слушала объяснения, она прекрасно знала ответ. Всего несколько секунд она смотрела на доску, и почти мгновенно дала правильный ответ.
http://bllate.org/book/6249/598757
Готово:
