Тот самый вызывающий настрой вновь вернулся. Увидев, что женщина пришла в себя, Шэнь Яосин с облегчением выдохнула и, не обращая внимания на её резкий тон, неторопливо подошла и уселась.
— Здесь и души нет. Что тут может быть вкусного?
Линь Лошэн налил ей чашку чая и, услышав это, возмутился:
— Очень даже вкусно! Раньше я каждый день приходил сюда съесть мисочку сладкого клейкого супа. А ещё здесь подают паровые вегетарианские пирожки — они просто великолепны!
Заметив, что собеседники ему не верят, юноша прикусил губу, оглянулся на лоток и, убедившись, что там никого нет, наклонился ближе и понизил голос:
— Просто мало кто заходит сюда, потому что лоток ведёт мужчина.
— Мужчина? — удивилась Шэнь Яосин. — И что в этом странного? Да, чаще торгуют женщины, но мужчины тоже не редкость. Зачем же так таинственно шептаться?
— Нет… — замялся юноша, будто колеблясь, стоит ли говорить дальше. Он снова оглянулся на лоток и ещё тише произнёс: — Потому что этот мужчина ужасно уродлив, поэтому никто не хочет к нему заходить.
— А? — Шэнь Яосин стала ещё более растерянной. Ну насколько же он уродлив?
Линь Лошэн выпрямился и с сочувствием сказал:
— Мужчина, похожий на женщину, весь в грубых мышцах и при этом отвратительно выглядящий. Ему уже за двадцать, но даже если бы он платил, никто бы за него не пошёл.
Шэнь Яосин молча уставилась на него, не в силах вымолвить ни слова.
Мэн Синьи тоже засомневалась. После таких слов ей стало любопытно, как же выглядит этот мужчина.
В этот самый момент за спиной юноши появился массивный мужчина, загораживая солнце. Его огромная тень накрыла их всех. Шэнь Яосин машинально подняла глаза и, увидев лицо мужчины, застыла как вкопанная.
Непокорные черты лица, рельефные бицепсы — даже плотная одежда не могла скрыть его мускулатуру, будто готовую разорвать ткань. Капли пота на смуглой коже сверкали на солнце, а исходящая от него мощная мужская энергия буквально парализовала Шэнь Яосин.
— Что будете брать? — спросил он низким, насыщенным голосом, идеально соответствующим его внушительной фигуре.
Линь Лошэн покраснел до корней волос — его поймали на том, как он говорил за спиной. Он обернулся, пытаясь что-то объяснить, но подавляющее присутствие мужчины заставило его глаза наполниться слезами. В итоге он лишь всхлипнул и тихо пробормотал:
— Простите…
— Ничего страшного. Что будете брать? — повторил мужчина.
Линь Лошэн жалобно повернулся к двум оцепеневшим женщинам:
— Вы что-нибудь закажете?
Первой пришла в себя Мэн Синьи. Она поспешно отвела взгляд и ответила:
— Что угодно. Вы выбирайте.
Даже она, повидавшая многое в жизни, никогда не встречала такого… такого уродливого мужчины!
Линь Лошэн позвал и другую девушку, но та всё ещё не реагировала — её глаза не отрывались от стоявшего за спиной человека.
— Яосин! — Мэн Синьи вернула её в реальность. Похоже, и она была потрясена внешностью мужчины.
— А? — Шэнь Яосин очнулась, почувствовав, как всё тело охватило жаром. Она машинально опустила ногу, которую до этого закинула на другую, плотно сжала колени и выпрямила спину, приняв самую правильную позу за всю свою жизнь.
— Что угодно, — прошептала девушка, отводя взгляд, но глаза всё равно невольно скользили к мужчине, будто она не видела представителей сильного пола последние пятнадцать лет.
Линь Лошэн, видя это, раздражённо встал и загородил ей обзор:
— Зачем ты так пялишься на него?!
Осознав, что её взгляд был слишком откровенным, Шэнь Яосин кашлянула и не смогла скрыть возбуждения:
— Ничего такого.
Небеса всё-таки милостивы к ней! Оказывается, в этом мире ещё встречаются настоящие «мужчины»!
Эта мысль продержалась недолго. Вскоре мужчина принёс им заказ, и Шэнь Яосин, собравшись с духом, чтобы заговорить с ним, увидела, как за его спиной появилась ещё более массивная женщина.
Её грубоватое лицо светилось нежностью. Она ласково что-то сказала мужчине, и на его смуглых щеках проступил румянец. Жёсткие уголки его рта слегка приподнялись, а в тигриных глазах заплясали искры нежности.
Они так и стояли, погружённые друг в друга, будто вокруг никого больше не существовало, и вместе вернулись к своему лотку.
Шэнь Яосин услышала, как внутри что-то хрустнуло и разлетелось на осколки. Она без сил опустилась на скамью.
— Даже самый уродливый находит свою пару. Восхитительно! — заметила Мэн Синьи.
— Да, — подхватил Линь Лошэн, — его жена — местная кузнеца. Многие приходят к ней за оружием и инструментами, так что, даже если у него мало клиентов, ему нечего бояться.
Шэнь Яосин с досадой бросила:
— Так ты сказал, что ему за двадцать и никто не хотел за него выходить?
Из-за этого она уж было подумала, что небеса ей благоволят!
— Да, — подтвердил юноша, — раньше ему за двадцать, и он везде искал себе жену, но никто не соглашался. А сейчас, как только ему перевалило за тридцать, кузнеца его и взяла.
Он с завистью добавил:
— Говорят, она его очень балует и не раз просила бросить лоток и жить спокойно дома, но он отказывается.
— …
Хорошо, что она не успела к нему подойти — иначе бы умерла от стыда.
..
Шэнь Яосин сидела, уныло опустив голову. Даже когда Линь Лошэн подсел к ней, она не отреагировала.
— Почему ты не ешь? — спросил он и поставил перед ней миску сладкого клейкого супа.
Шэнь Яосин взглянула на него, взяла миску и пересела на другое место. Взяв ложку, она начала есть эти шарики, похожие на танъюани. Сладость блюда вызывала тошноту.
Хотя Линь Лошэн и был недоволен, что девушка избегает его, он знал меру и ничего не сказал. Лишь когда она съела половину миски, он спросил:
— Надолго вы здесь останетесь?
Ему очень хотелось, чтобы они задержались подольше. Он был уверен: даже если сейчас она его не любит, со временем, когда он будет заботиться о ней, она обязательно это заметит!
Пока юноша мечтал об их будущем, звонкий голос девушки разрушил его иллюзии:
— Думаю, уедем уже через день-два.
— Почему? — вырвалось у Линь Лошэна, но, заметив их удивлённые взгляды, он покраснел и, осознав, что слишком горячился, уставился на девушку большими, влажными глазами:
— Не могли бы вы остаться ещё на несколько дней?
— Зачем? — Шэнь Яосин не понимала его намёков. Она облизнула каплю супа с губ и сказала как нечто само собой разумеющееся:
— Здесь и так всё осмотрели. Если останемся дольше, станет скучно.
Изначально они приехали сюда ради цветения сливы, но, как оказалось, приехали не вовремя. Местечко небольшое и вовсе не сравнить с оживлённой столицей. Побродив несколько дней, она уже заскучала.
Линь Лошэн хотел что-то сказать, но сдержался. Поняв, что удержать её не получится, он почувствовал, как глаза защипало. Его голос стал хриплым:
— А вернёшься ли ты сюда когда-нибудь?
Глядя на юношу, готового расплакаться, Шэнь Яосин почувствовала себя настоящей злюкой, обижающей ребёнка. Она отвела взгляд и небрежно бросила:
— Наверное, да. Всё-таки не увидела цветущую сливу.
Хотя это и не было утешением, юноша успокоился. Он улыбнулся сквозь слёзы, вытер глаза и радостно воскликнул:
— Тогда обязательно вернись! Я… я буду ждать тебя!
— А? — Шэнь Яосин посмотрела на него так, будто он сошёл с ума, и нахмурилась: — Зачем тебе меня ждать? Смотри сам, если хочешь, но не жди меня.
Мэн Синьи, наблюдавшая за этим, похлопала её по плечу. Слова были бесполезны — юноша уже утонул в своих мечтах, и разбудить его было невозможно.
Линь Лошэн твёрдо решил для себя, что, что бы ни говорила девушка, он не изменит своего решения. Он мило улыбнулся, и в его глазах заблестели искорки:
— А куда вы дальше направляетесь?
Шэнь Яосин кивнула в сторону подруги:
— Спроси у неё.
Мэн Синьи отодвинула свою миску и спокойно сказала:
— Слышали, в последнее время в Цзяохуанчэне происходят интересные события. Завтра отправимся туда.
— Цзяохуанчэн?
Этот город находился ещё дальше, чем Тайчжоу. Линь Лошэн тоже захотел поехать с ними, но после прошлой травмы у него остались последствия, и он даже не мог защитить себя. Если пойдёт с ними, станет лишь обузой.
Юноша пошевелил слабой рукой, горько вздохнул, но, собравшись с духом, весело спросил:
— Значит, вам придётся возвращаться обратно?
Обе девушки удивились.
Мэн Синьи нахмурилась:
— Почему ты так говоришь?
Она раньше бывала в Мэйхуачуане и проходила тем же путём, но никогда не слышала о подобных историях.
Линь Лошэн надулся:
— Это случилось только последние два года. Говорят, многие заходили в тот лес и больше не выходили.
Раньше эта дорога была кратчайшей к Цзяохуанчэню, но после происшествия приходилось делать крюк, и путь удлинялся более чем вдвое.
Мэн Синьи нахмурилась и посмотрела на задумчивую девушку:
— Что решила? Какой путь выбираем?
Шэнь Яосин опёрлась подбородком на ладонь, покрутила языком щёку изнутри и, бросив на подругу многозначительный взгляд, дала понять всё без слов.
Линь Лошэн заволновался:
— Вы что, собираетесь идти этой дорогой? Я не вру! Это правда! В том лесу очень опасно! Если не верите, спросите кого-нибудь в городе!
Девушка беззаботно откинулась на спинку скамьи и махнула рукой:
— Мы и не сомневаемся. Просто я не верю в всяких духов и демонов. Раз есть короткая дорога, зачем делать крюк?
Ей гораздо больше не нравились долгие переезды в душной карете, от которых её тошнило.
— Но… — Линь Лошэн хотел продолжить, но Мэн Синьи остановила его жестом.
— Советую тебе, Линь-гунцзы, не тратить попусту слова. Раз она решила, тебя одного ей не переубедить.
Юноша опустил голову, чувствуя себя подавленным. Помолчав, он перевёл взгляд на профиль девушки:
— Тогда… будь осторожна.
Всё-таки они чужие друг другу, зачем ей его слушать? Раз не получается уговорить, остаётся лишь молиться за неё.
Шэнь Яосин удивилась, повернулась к нему и через мгновение тихо кивнула:
— Хм.
Когда они уходили, Шэнь Яосин с тоской оглянулась на лоток. Кто знает, удастся ли ей ещё встретить мужчину, чья внешность так идеально соответствует её вкусу.
————
Ночью Мэйхуачуань становился особенно оживлённым. Те, кто днём не выходил из дома, теперь гуляли по улицам, наслаждаясь луной и угощаясь уличной едой. Люди толпились на узких улочках, многие несли фонарики, а вокруг звучал смех и болтовня.
На втором этаже гостиницы, у окна, сидел Цзян Миньюэ. Его тёмные глаза смотрели на шумную улицу, но ни один огонёк праздничных огней не отражался в них.
За его спиной появилась чёрная фигура — безжизненная, словно кукла. Голос был пустым и безэмоциональным:
— Завтра отправляются в Цзяохуанчэн.
Сидевший у окна мужчина на мгновение оживился. Он поднял глаза к бескрайнему ночному небу, откинул прядь чёрных волос за плечо и, прижав палец к виску, лениво спросил:
— Какой дорогой?
— Короткой.
Цзян Миньюэ изогнул губы в изящной улыбке. В его глазах мелькнул холодный блеск, а в руке он начал неторопливо перебирать маленький нефритовый диск размером с ладонь.
http://bllate.org/book/6193/595040
Готово:
