Цзян Юй, услышав эти слова, машинально взглянула на Шэнь Аньчжи — и тут же встретилась с её взглядом, полным недоверия… и лёгкой, едва уловимой обиды.
— Но, Ваше Величество, моя сестра…
Шэнь Аньчжи прикусила губу, будто собиралась что-то добавить, но Янь Чихань прервал её, не дав договорить:
— Сестру Шуфэй, разумеется, следует лечить как подобает. Император повелевает назначить лекарей, которые будут регулярно осматривать госпожу Шэнь, пока её раны полностью не заживут.
От этих слов не только Шэнь Аньчжи, чьё обычно невозмутимое лицо едва не исказилось от внутреннего напряжения, но и сама Цзян Юй пришла в полное недоумение.
«Неужели этот злодей настолько терпелив? — подумала она. — Ведь ещё вчера ночью он во сне выкрикивал имя Шэнь Аньюй, а теперь делает вид, будто она ему совершенно чужая?»
Цзян Юй инстинктивно перевела взгляд на Шэнь Аньюй, лежащую на ложе, и мысленно воскликнула: «Нет, так дело не пойдёт! Какой бы замысел ни преследовал Янь Чихань, если Шэнь Аньюй останется во дворце Цяньсу, задание Янь Учэня мне выполнять ещё неизвестно сколько!»
Решившись, она быстро обратилась к императору:
— Ваше Величество, тот чёрный налётчик уже похищал госпожу Шэнь. Мы пока не знаем его цели, но если он всё ещё скрывается во дворце Цяньсу, разве не окажется госпожа Шэнь в опасности, оставшись здесь?
Видя, что Янь Чихань не отреагировал сразу, она добавила:
— У меня есть предложение: не лучше ли временно разместить госпожу Шэнь в боковом павильоне Цяньянгуна? Мне нечем заняться, и я с радостью помогу за ней ухаживать.
После этих слов в зале воцарилась полная тишина.
Цяньянгун — императорские покои. Одна наложница там уже живёт, а теперь ещё и вторая, да и вовсе не имеющая статуса наложницы?
Когда все дамы двора уже ждали, что император разгневается и отчитает дерзкую фэй, Янь Чихань спокойно произнёс:
— Раз госпожа И-фэй так говорит, пусть будет по-её.
С этими словами он махнул рукой:
— Юань Ин, приготовь паланкин и доставь госпожу Шэнь в Цяньянгун.
Юань Ин на миг замер, но, как всегда, не посмел оспаривать приказ императора и тут же ответил:
— Слушаюсь!
Шэнь Аньчжи, наконец не выдержав, окликнула его, прежде чем он ушёл:
— Погодите! Ваше Величество, мою сестру лучше оставить под моим присмотром.
Юань Ин невольно замедлил шаг.
— Юань Ин? — едва заметно нахмурился Янь Чихань.
Тот вздрогнул и больше не колеблясь быстро вышел.
Шэнь Аньчжи собралась было снова заговорить, но на этот раз Цзян Юй опередила её:
— Сестра Шуфэй, будьте спокойны. Я лично прослежу, чтобы госпожа Шэнь получила наилучший уход. Перевод её в Цяньянгун — исключительно ради её же безопасности. Согласны?
После таких слов Шэнь Аньчжи, как старшая сестра, уже не могла возражать. Она медленно изогнула губы в улыбке, хотя та уже явно окаменела:
— Тогда заранее благодарю сестру.
— Не стоит благодарности, — ответила Цзян Юй, искренне улыбаясь «наивно» и открыто.
За воротами дворца Цяньсу стояли два паланкина — один за другим. В заднем, поменьше, спокойно сидела Шэнь Аньюй с закрытыми глазами, а рядом, зорко следя за ней, дежурила её служанка Хунчжао.
— Ваше Величество, возвращаетесь ли вы в Цяньянгун? — спросил Юань Ин, увидев, что Янь Чихань и Цзян Юй тоже вышли из дворца.
— Да, поедем вместе, — кивнул император и, взяв Цзян Юй за руку, направился к первому, более просторному паланкину.
Цзян Юй не стала сопротивляться и естественно последовала за ним. Но как только они уселись рядом в паланкине, ей показалось, что взгляды окружающих слуг стали странными. Однако прежде чем она успела разглядеть их внимательнее, паланкин тронулся в путь к Цяньянгуну.
В душе у неё шевельнулось смутное беспокойство, но проверить не было возможности. Инстинктивно она повернулась к Янь Чиханю.
Тот, будто у него на затылке тоже были глаза, почти одновременно обернулся и, опустив на неё тёмные зрачки, спросил с лёгкой усмешкой:
— Что?
Цзян Юй не могла объяснить это странное ощущение и лишь покачала головой:
— Ничего, всё в порядке.
Всю дорогу до самого Цяньянгуна это неясное чувство чужих глаз не покидало её, но исчезло лишь в тот момент, когда паланкин остановился.
Вернувшись в Цяньянгун, Цзян Юй сразу же рассталась с Янь Чиханем — ей нужно было устроить Шэнь Аньюй в боковом павильоне.
— Хунчжао, в ближайшие дни тебе предстоит особенно заботиться о своей госпоже, — сказала она, стоя у ложа.
Хунчжао, с красными от слёз глазами, кивнула и продолжила поправлять одеяло.
Цзян Юй некоторое время наблюдала за ней, потом вдруг вспомнила и повернулась к Цисян:
— Это ты вызвала Его Величество?
Цисян сначала покачала головой, потом кивнула.
— А? — Цзян Юй растерялась.
— Я сообщила страже у ворот дворца Цяньсу и попросила передать императору, — честно ответила Цисян. — Поэтому не знаю, считать ли, что это я его вызвала.
Цзян Юй слегка кашлянула и похвалила:
— Конечно, считать! Ты очень внимательна.
Сюйлюй, стоявшая рядом, не удержалась и тихо фыркнула:
— Внимательна? Мне кажется, она просто глуповата.
Цзян Юй, стоявшая близко, услышала это. Увидев, что Цисян никак не отреагировала, она ничего не сказала вслух, но в глазах её мелькнуло недовольство.
— Сюйлюй, на ближайшие дни ты останешься в боковом павильоне и поможешь Хунчжао ухаживать за госпожой Шэнь.
Сюйлюй удивлённо нахмурилась:
— Почему?
Цзян Юй посмотрела на неё с многозначительным видом:
— Госпожа Шэнь — не простая особа. Пока она без сознания, за ней нужен особый присмотр. Хунчжао плохо знает Цяньянгун, а ты поможешь ей освоиться.
На самом деле всё, что шло после первых восьми слов, было лишь прикрасой. Сюйлюй прекрасно поняла намёк и в итоге согласилась:
— Слушаюсь, я буду хорошо присматривать за госпожой Шэнь.
*
Выйдя из бокового павильона, Цзян Юй направилась прямо в спальные покои. У входа, как обычно, дежурили несколько стражников, но не было ни Хэ Канъаня, ни Юань Ина.
«Неужели Янь Чихань не вернулся в спальню?» — подумала она и машинально двинулась внутрь. Но не успела переступить порог, как услышала разговор:
— Ваше Величество, сегодняшнее совместное возвращение в Цяньянгун с госпожой И-фэй непременно быстро станет известно всему двору. Это крайне неуместно.
Это был голос Хэ Канъаня.
Цзян Юй приподняла бровь и остановилась. Теперь она поняла, почему по дороге на неё смотрели так странно.
— Ма… — Цисян, растерявшись, уже собиралась что-то сказать.
Цзян Юй в ужасе обернулась и зажала ей рот, строго покачав головой, чтобы та молчала. В этот самый момент изнутри снова донёсся голос — на сей раз Янь Чиханя:
— Если это действительно так быстро разнесётся, как ты говоришь, тебе стоит получше приглядеть за своими людьми в управлении евнухов. Мои дела — не их забота.
Хэ Канъань на миг замолчал, не найдя, что возразить.
— Если больше нет дел, ступай, — спокойно добавил император.
Хэ Канъань поклонился:
— Старый слуга удаляется.
Услышав это, Цзян Юй поняла, что прятаться дальше бессмысленно. Она нарочито громко ступила вперёд, делая вид, будто только что вошла. Хэ Канъань как раз выходил и столкнулся с ней лицом к лицу.
— Император внутри? — спросила она совершенно спокойно.
Хэ Канъань пристально взглянул на неё и почтительно поклонился:
— Отвечаю госпоже: Его Величество в палатах.
Цзян Юй не заметила его взгляда, кивнула и прошла внутрь.
Хэ Канъань оставался в поклоне, пока её шаги не стихли вдали, и лишь тогда медленно поднял голову. В его старческих глазах на миг мелькнула острая, пронзительная искра.
Внутри Янь Чихань сидел на ложе. Увидев Цзян Юй, он слегка приподнял уголки губ и протянул руку:
— Подойди, посиди со мной.
Цзян Юй кивнула — ей и самой нужно было кое-что обсудить с ним.
— Ваше Величество, госпожа Шэнь уже устроена. Я также назначила Сюйлюй помогать Хунчжао ухаживать за ней.
Это было испытание. Она не сводила глаз с Янь Чиханя, но тот по-прежнему выглядел безразличным.
Во дворце Цяньсу его холодность к Шэнь Аньюй ещё можно было объяснить — ведь рядом была Шэнь Аньчжи, её родная сестра, самая близкая в этом дворе. Но сейчас, наедине с ней, «орудием» в его руках, зачем ему притворяться?
— Ваше Величество? — снова окликнула она.
Янь Чихань, будто только что осознал смысл её слов, кивнул:
— Её дела — решай сама, как сочтёшь нужным.
«Решать самой?» Цзян Юй не ожидала такой выдержки от злодея. Если бы не собственными ушами слышала его ночные признания, она бы уже поверила, что он вовсе не питает чувств к Шэнь Аньюй.
Её взгляд метнулся в сторону, и в голове вдруг мелькнула мысль.
— Ваше Величество, на днях я прочитала один роман. Там есть эпизод, который показался мне очень любопытным. Хотела бы поделиться с вами.
Янь Чихань, казалось, искренне заинтересовался. Он приподнял бровь:
— Расскажи, любезная.
Цзян Юй сделала паузу и начала выдумывать на ходу:
— В том романе один юноша, чтобы добиться расположения девушки, которой он нравился, из гордости нашёл другую девушку, чтобы та вызвала ревность у первой. Та, конечно, не поняла его замысла, и со временем сама влюбилась в другого.
— Конец, как нетрудно догадаться, был печален: юноша не добился своей возлюбленной и вынужден был смотреть, как она выходит замуж за другого.
Последние слова она произнесла медленно, не отрывая взгляда от Янь Чиханя, словно вбивая каждое в его сознание.
Он спокойно встретил её взгляд и через мгновение неторопливо налил ей чашку чая:
— Ты так долго говорила. Не хочешь ли глоток, чтобы освежить горло?
Цзян Юй на секунду опешила, глядя на дымящуюся чашку. «Неужели история была непонятна?» — мелькнуло у неё в голове.
Она быстро отхлебнула глоток и добавила:
— Ваше Величество, разве не кажется вам, что эта история из романа весьма поучительна?
Не дожидаясь ответа, она прямо заявила:
— Она учит, что в любви не стоит прибегать к уловкам — ведь легко можно перехитрить самого себя и навсегда упустить то, что дорого.
«А уж тем более тебе, злодей, не стоит пытаться бороться с главным героем и его удачей», — мысленно добавила она.
— Ваше Величество, согласны ли вы со мной?
Янь Чихань смотрел на её сияющие глаза, немного подумал и улыбнулся:
— Любезная права. Но иногда прибегать к уловкам приходится вынужденно.
«Значит, он признаётся?» — подумала Цзян Юй. «Похоже, он всё ещё не собирается сдаваться…»
Ну и ладно. Всё равно у главного героя Янь Учэня есть «аура победителя» — злодей всё равно проиграет. Зачем ей волноваться за него? Пусть хоть немного продлит свою сцену.
Для неё главное — сохранить собственную жизнь.
Подумав так, Цзян Юй мгновенно изменила выражение лица: её улыбка стала преувеличенно льстивой.
— Ваше Величество совершенно правы! Всё в жизни имеет свои исключения.
С этими словами она опустила голову и, держа чашку обеими руками, начала неспешно потягивать чай. Её улыбка тут же погасла, а в глазах исчез всякий намёк на веселье.
Это было настоящее актёрское мастерство.
Янь Чихань, сидевший напротив, открыто наблюдал за ней и не упустил ни одной детали её «эпической смены масок». Даже лёгкий изгиб её губ в этот момент казался ему удивительно занимательным.
«Неужели она недовольна моими словами?» — подумал он.
В его прекрасных миндалевидных глазах заплясали тёплые искорки, а уголки губ, холодных и изящных, медленно изогнулись в улыбке.
Но тут же он, словно вспомнив нечто важное, стал серьёзен и спросил:
— Что именно произошло сегодня во дворце Цяньсу?
Пусть сейчас Цзян Юй и стояла перед ним целая и невредимая, но одна мысль о том, что опасность коснулась её, вызывала в нём смутную тревогу.
— На самом деле, я сама не совсем понимаю, — честно ответила она. — Когда мы прибежали к павильону, налётчик уже держал госпожу Шэнь. Увидев нас, он сразу скрылся.
Она сделала паузу и посмотрела на него:
— Возможно, только госпожа Шэнь сможет рассказать, что на самом деле случилось, когда очнётся.
http://bllate.org/book/6117/589509
Готово:
