Всё это делалось ради одной цели — заработать денег, чтобы изменить судьбу собственного ребёнка и избавить его от той нищеты, через которую пришлось пройти ей самой.
Ахуа стиснула зубы и решительно произнесла:
— Госпожа Хуо, скажите, что от меня требуется.
— Разве ты не хочешь сначала назвать свои условия? — усмехнулась Ши Юйфэй. Эта Ахуа оказалась не так проста: она понимала, что нуждается в помощи, а значит, не имела права ставить условия.
Такая женщина вызывала у неё искреннее любопытство: в каких условиях ей пришлось расти?
— Поклянитесь, что мой сын будет жить в достатке, и я помогу вам обвинить Вэнь Тинъюэ.
Ши Юйфэй расхохоталась — громко и безудержно. Смеялась она долго, пока наконец не успокоилась, и в её глазах мелькнула насмешка:
— Ты думаешь, Вэнь Тинъюэ настолько глупа?
Ахуа на миг растерялась, но тут же всё поняла. Неудивительно, что в тот раз пришла не Вэнь Тинъюэ, а Вэнь Ся.
Вэнь Тинъюэ могла держать руки в чистоте от начала и до конца. Единственное, что могло её скомпрометировать, — это показания Вэнь Ся. Но этого никогда не случится. Осознав это, Ахуа злобно сверкнула глазами.
Мать и дочь Вэнь действительно жестоки — даже своих подставляют!
Ши Юйфэй сразу прочитала мысли Ахуа:
— Поняла?
Ахуа подняла голову, стиснув зубы, и наконец выдавила:
— Раз вы уже знаете, что я не смогу обвинить Вэнь Тинъюэ, зачем тогда тратить столько сил, чтобы держать меня здесь?
Ши Юйфэй встала и сверху вниз посмотрела на Ахуа:
— Разумеется, чтобы воспользоваться твоим языком для одного дела.
*****
Элегантный ресторан в европейском стиле с красными стенами и изящной крышей.
В цветущем саду Вэнь Тинъюэ сияла от радости. Она не надела маску — здесь ей не нужно было скрывать лицо.
Напротив неё сидел мужчина лет сорока с лишним, благородной внешности. Рядом с ним находилась женщина средних лет с изящной фигурой.
— Крёстный отец, вы думаете, Ши Юйфэй придёт на вечерний банкет?
Хотя в тот раз в усадьбе семьи Ши не удалось устроить громкий скандал, план этого мужчины по поглощению компании Ши Тиншэна от этого не изменился.
Оставалось лишь дождаться субботнего вечера. Если Ши Юйфэй устроит очередную сцену, репутация семьи Ши и акции компании Ши Тиншэна неизбежно рухнут — иначе и быть не может.
Рука мужчины, резавшего стейк, на миг замерла при этих словах, после чего он передал аккуратно нарезанный кусок женщине рядом.
Эта женщина в скромном шёлковом ципао, с лёгким макияжем и утончённой внешностью, была Вэнь Ся.
Она подняла глаза, полные нежности, взглянула на мужчину и снова опустила их.
Мужчина лёгким движением погладил её по руке и обратился к Вэнь Тинъюэ:
— Я специально велел вам выбрать отель «Сяфэй Интернэшнл», ведь он связан с Ши Чжунъюанем.
— Вы имеете в виду, что если Ши Чжунъюань придёт, то Ши Юйфэй обязательно последует за ним? — глаза Вэнь Тинъюэ загорелись. В прошлый раз внезапное появление Ши Юйфэй помешало Ши Чжунъюаню вспылить на неё, и она упустила шанс очернить семью Ши.
На этот раз Ши Юйфэй успеет ли?
Или сможет ли она вовсе сдержаться?
Мужчина взглянул на Вэнь Ся, и в его глазах промелькнула нежность:
— Старик Ши — человек вспыльчивый. Узнав, что его сын устраивает в отеле, где тот когда-то женился, церемонию признания тебя в роду, он точно лопнет от злости.
— Но почему Ши Тиншэн так легко поддался на уловку? — Вэнь Тинъюэ закусила губу. Это было единственное, что её по-настоящему озадачивало.
Ши Тиншэн не глупец — как он мог так легко попасться?
— Мужчины всегда желают того, чего не могут получить. К тому же он чувствует вину перед твоей матерью и давно охладел к той женщине. Как ему помнить, где именно он когда-то устраивал свадьбу?
Мужчина слегка покачал бокалом вина, и в его глазах промелькнула глубокая, скрытая ненависть.
«Дзынь-дзынь!» — резко зазвонил телефон, перебив вопрос, который Вэнь Тинъюэ собиралась задать. Она посмотрела на Вэнь Ся с немым вопросом.
Вэнь Ся взяла трубку и отошла чуть в сторону:
— Зачем ты мне сейчас звонишь?
Одновременно она сделала знак Вэнь Тинъюэ, мол, всё в порядке, она сама разберётся.
— Тётушка, беда! Мужа моего забрали полицейские! Ши Юйфэй даже в полицию заявила! Что мне теперь делать? Не арестуют ли и меня?
Звонила, конечно же, Ахуа. Ши Юйфэй с интересом наблюдала за её актёрской игрой и даже одобрительно кивала.
— Чего ты паникуешь? Деньги же тебе дали. Раньше говорила — будь аккуратнее! Нанимай адвоката мужу, за такое немного дадут.
Ши Юйфэй чётко слышала каждое слово через громкую связь. Уголки её губ приподнялись, и она бросила взгляд на Ахуа, словно говоря: «Видишь, я была права. С самого начала они собирались избавиться от тебя, как только ты перестанешь быть нужной».
— Тётушка, так вы просто бросите меня? Не боитесь, что я расскажу вашей дорогой доченьке, какие у вас на самом деле планы?
У Ахуа уже была готова психологическая установка, но всё равно гнев подступил к горлу, и сдержать его было невозможно.
— Предупреждаю тебя: веди себя тихо! Я могу устроить тебе жизнь в этом городе, а могу заставить тебя с мужем и ребёнком немедленно убраться обратно в деревню!
— Тётушка, не надо так поступать! Если я раскрою всё, что знаю, позор падёт не только на простую деревенщину вроде меня. Ваша приёмная дочь — знаменитость, а вы, хоть и обычная женщина, но держитесь за влиятельных мужчин. Если бы не я подсунула вам это «денежное дерево», разве вы смогли бы устроить меня в дом Ши Юйфэй — этой наивной простушке?
Ахуа подняла глаза на Ши Юйфэй, словно умоляя.
Ши Юйфэй искренне сочувствовала прежней хозяйке этого тела. После того как она разберётся с матерью и дочерью Вэнь, эта Ахуа отправится за решётку — и надолго.
— Тётушка, я не стану мешать вашим планам. Давайте встретимся. Подготовьте миллион. Не говорите, что у вас нет таких денег. Если не дадите — не возражаю обратиться к Ши Тиншэну, к вашим другим покровителям или даже к вашей звёздной дочери. Ведь именно благодаря мне она стала настоящей барышней из семьи Ши!
Ши Юйфэй слушала и чувствовала, будто наблюдает за захватывающим спектаклем.
Одна злее другой, одна бесстыднее второй — смотреть, как они грызутся, было истинным наслаждением.
Вэнь Ся, конечно, не хотела отдавать такие деньги, но встретиться — почему бы и нет? Ей было интересно, на каком основании Ахуа так нагло требует миллион.
У неё есть какие-то доказательства?
Или это просто пустые угрозы? Кто поверит словам бездоказательным?
В наше время даже клевета требует улик!
— Хорошо, называй время и место, — холодно ответила Вэнь Ся, бросив взгляд на Вэнь Тинъюэ и пряча в глазах сложные, нечитаемые эмоции.
После этого в трубке раздались короткие гудки.
Ши Юйфэй указала пальцем на телефон:
— Теперь всё зависит от тебя.
— А мой ребёнок… — Ахуа смотрела сквозь слёзы. В этот момент она по-настоящему пожалела. Раньше, занимаясь мелкими махинациями и зарабатывая грязные деньги, она не чувствовала угрызений совести.
Но теперь, думая о том, что может надолго расстаться с ребёнком, её сердце будто жгло на огне.
— Когда ты совершала преступления, думала ли ты о своём ребёнке?
— Я… — Ахуа хотела возразить: ведь всё это ради денег, а деньги — ради ребёнка!
Но, встретив взгляд Ши Юйфэй, она не смогла вымолвить ни слова.
— Твой муж действовал по твоему наущению и сам признал вину. Адвокат обязательно ходатайствует перед судьёй об учёте интересов несовершеннолетнего ребёнка, которому нужны оба родителя. На этом всё.
Ши Юйфэй ушла. Хуо Чэнъин наверняка волновался за неё. Теперь оставалось лишь взять под контроль Вэнь Ся — и на банкете все улики обрушатся на Вэнь Тинъюэ.
Когда Ши Юйфэй вернулась в больницу, на улице уже стемнело.
Хуо Чэнъин действительно проснулся, но на этот раз он не проявлял беспокойства и не спрашивал постоянно о времени. Вместо этого он был погружён в чтение документов.
Ши Юйфэй впервые видела, как Хуо Чэнъин читает бумаги — в книге об этом не упоминалось.
Он был так сосредоточен, что заметил её лишь тогда, когда она уже подошла вплотную. Он попытался отложить документы, но на миг растерялся, не зная, куда их положить.
От волнения его слегка блуждающий взгляд снова стал беспомощным.
Ши Юйфэй сдержала эмоции и нарочито сердито сказала:
— Что за документы такие важные, что ты не слушаешься меня и не отдыхаешь?
Хуо Чэнъин положил руку на стопку плотных карточек, лежавших у него на коленях.
Ши Юйфэй мягко обхватила его ладонь, почувствовав лёгкую дрожь, но он не стал сопротивляться, позволив ей забрать бумаги.
— Давай я уложу тебя в постель, — нежно сказала она, обнимая его за шею. — Чэнъин, раньше я не понимала тебя. Теперь я хочу войти в твой мир.
— Ты… дашь мне шанс?
Хуо Чэнъин закрыл глаза. Его дрожащее тело постепенно успокоилось:
— Это план по поглощению отеля «Сяфэй Интернэшнл».
— Я так и знала! В следующий раз не смей так утомляться.
Голос Хуо Чэнъина дрогнул. Он хотел сказать что-то, но не решился.
Поэтому просто перевёл разговор:
— План прошёл успешно?
— Да. Встреча с Вэнь Ся назначена на завтрашний день, в саду на крыше торгового центра «Фэйхэ».
Ши Юйфэй понимала: Хуо Чэнъину нужно время. Та часть его, которую он так глубоко прятал, ещё не готова была полностью открыться ей.
Это была его непреодолимая гордость и упрямство. Она даст ему время — пусть меняется постепенно.
— Будь осторожна, — Хуо Чэнъин обнял её. В его объятиях она казалась такой хрупкой и нежной. Он искренне боялся за неё, вынужденную иметь дело с такими коварными людьми.
Она заслуживала, чтобы её берегли и лелеяли.
— Ты обо всём позаботился, так что я совсем не боюсь, — с воодушевлением ответила Ши Юйфэй.
К тому же ей предстояло лично унизить эту фальшивую «белую лилию» и её мать, заставить их кипеть от злости, но не иметь возможности ответить — разве это не восхитительно?
Прошла ещё одна ночь. На следующий день, перед назначенным временем, Ши Юйфэй долго уговаривала Хуо Чэнъина.
Уходя, она строго наказала Чэнь Биню не позволять Хуо Чэнъину утомляться за чтением документов. Ведь Ци Юй может всё доложить устно — зачем самому напрягать глаза?
Длительное сидение вредит не только его болезни, но и сердцу, которое и так страдает от перегрузок.
Прибыв в сад на крыше торгового центра «Фэйхэ», Ши Юйфэй не спешила появляться. Она с интересом наблюдала за Вэнь Ся — женщиной, которая в книге описывалась как отъявленная интригантка, но при этом постоянно играла роль слабой и беззащитной «белой лилии».
Увидев Вэнь Ся воочию, Ши Юйфэй не могла не вспомнить старую поговорку:
«С кем поведёшься, от того и наберёшься».
Хотя Вэнь Тинъюэ и Вэнь Ся не были родственницами, они поразительно походили друг на друга — и внешне, и по манерам. Казалось, будто их вылепили из одного теста.
Возможно, все «белые лилии» в этом мире одного сорта?
Ши Юйфэй оставалась в укрытии, пока Ахуа не швырнула чашку на стол и не вступила в словесную перепалку с Вэнь Ся. Лишь тогда она неторопливо направилась к их столику.
Её появление стало для Вэнь Ся полной неожиданностью — лицо женщины мгновенно побледнело.
Она попыталась схватить сумочку и уйти, но вокруг стола вдруг появились люди, полностью отрезав ей путь к отступлению.
— Тётушка Вэнь, куда это вы так спешите? — мило спросила Ши Юйфэй, а затем будто вспомнила: — Ах, наверное, к Тинъюэ? Давайте я сама позвоню ей!
Она достала телефон и сделала вид, что собирается набрать номер.
Вэнь Ся в панике бросилась к ней, чтобы вырвать аппарат.
В этот миг перед Ши Юйфэй мгновенно возникла фигура — телохранитель, посланный Хуо Чэнъином. Все вокруг — прохожие, официанты — были заранее расставлены им.
У Вэнь Ся не было ни единого шанса скрыться.
— Ой, как вы меня напугали, тётушка Вэнь! Зачем так сердиться? Ведь вы же мама моей сестрёнки, верно? — Ши Юйфэй игриво подмигнула.
Она ведь актриса — любую роль могла сыграть безупречно.
http://bllate.org/book/6087/587310
Готово:
