Чэнь Сюэ не оставалось ничего, кроме как кивнуть.
Юй Чэнцюй пришёл один. Когда его подчинённые сообщили, что Чэнь Сюэ ушла с каким-то мужчиной, он не поверил. Но едва ступив на палубу, он отчётливо услышал звуки её цитры.
За всю жизнь он не испытывал ни малейшего привкуса любви. Дома у него была законная супруга, но их связывали лишь взаимное уважение и вежливость. Только перед Чэнь Сюэ его сердце начинало биться так бурно, что он готов был сойти с ума. Поэтому, даже находясь под чужим надзором, он стремился увидеть её хоть ещё раз.
— Господин Юй, — произнёс Сяо Юаньци, спускаясь с главного места и кланяясь гостю.
Юй Чэнцюй кипел от ярости, но, увидев вежливую осанку собеседника и отметив, что тот несравненно красивее его самого, вдруг запнулся и лишился дара речи.
— Кто вы такой? Я никогда не слышал о купце по фамилии Ци в Юаньчжоу.
На берегу Юй Чэнцюй уже встретился с управляющей павильона Юйцин и получил некоторое представление о Сяо Юаньци.
Тот махнул рукой, давая понять всем удалиться, и лишь затем заговорил:
— Кто я — неважно. Я лишь хотел повидать вас, господин Юй.
Брови Юй Чэнцюя нахмурились. Взглянув на выражение лица собеседника, он вдруг понял: это вовсе не простая борьба за женщину.
— Вы хотите меня увидеть? Зачем?
— Я хочу знать, что для вас означает город Юаньчжоу?
— Юаньчжоу? — Юй Чэнцюй встретился взглядом с Сяо Юаньци и почувствовал, как сердце его сжалось. Недавние события вновь всплыли в памяти. — Для меня Юаньчжоу — это дом, святая обитель.
— Святая обитель? — Сяо Юаньци задумчиво пережёвывал это слово. — Господин Юй считает, что нынешний Юаньчжоу всё ещё остаётся святой обителью?
— Кто вы вообще такой?! — кулаки Юй Чэнцюя мгновенно сжались.
— Я уже сказал: кто я — неважно.
— Юаньчжоу, конечно, остаётся святой обителью, но… — в глазах Юй Чэнцюя появилась тревога.
— Но что?
Юй Чэнцюй поднял глаза:
— Если вы, господин, не желаете говорить со мной откровенно, то и я не стану раскрывать свои сокровенные мысли.
— Моя фамилия Сяо, — колебался Сяо Юаньци, но теперь только Юй Чэнцюй мог раскрыть тайну странной обстановки в Юаньчжоу.
Фамилия Сяо не была редкостью, но тот, кто носил её, задавал такие вопросы и обладал столь внушительной аурой, скорее всего, был из императорской семьи.
— Вы из дворца, — произнёс Юй Чэнцюй серьёзно.
Сяо Юаньци не стал отрицать.
Юй Чэнцюй вздрогнул и тут же огляделся:
— Как вы вообще сюда попали?!
— Как мы сюда попали — неважно. Я лишь хочу спросить вас, господин Юй: почему в Юаньчжоу, недавно потерянном городе, нет никакого хаоса, а всё спокойно?
— Это долгая история, — вздохнул Юй Чэнцюй. — Меня почти постоянно держат под наблюдением. Я пришёл сюда лишь ради Чэнь Сюэ. Если задержусь надолго, это вызовет подозрения.
Сяо Юаньци не торопился — он и не ожидал разгадать все тайны сразу.
— Тогда как нам связываться с вами впредь?
Юй Чэнцюй задумался на мгновение:
— Павильон Юйцин — единственное место, куда я могу входить свободно, без надзора. Только комната Чэнь Сюэ там безопасна.
Сяо Юаньци кивнул:
— Завтра вечером я приду в павильон Юйцин. Надеюсь, вы тоже будете там.
— Хорошо… — Юй Чэнцюй замялся. — Скажите, господин Сяо… каковы ваши чувства к Чэнь Сюэ?
По выбору Чэнь Сюэ сегодня он уже понял, что надежды у него почти нет, и в душе закипела ревность.
— Будьте спокойны, господин Юй. Я уже женат, — ответил Сяо Юаньци.
Это прозвучало как простое пояснение, но лицо Юй Чэнцюя вдруг стало горячим, и он невольно заподозрил, не издевается ли над ним Сяо Юаньци.
— Тогда завтра встретимся в павильоне Юйцин. Кстати, те, кто следит за мной, будут ждать у лестницы. Если вы сумеете пройти мимо них незамеченными, дальше проблем не будет.
Сяо Юаньци слегка усмехнулся:
— Хорошо.
…
Чжао Ицзюнь провела с Чэнь Сюэ в павильоне целую палочку благовоний. Всё это время она терпела колючие, пристальные взгляды девушки. Несколько раз ей хотелось прямо сказать: «Госпожа, если у вас есть вопросы — спрашивайте, не смотрите на меня так!»
К счастью, вскоре наверх поднялся У Шэн и сообщил, что Юй Чэнцюй ушёл.
Чжао Ицзюнь выдохнула с облегчением и уже собиралась спуститься, как вдруг Чэнь Сюэ заговорила:
— Ваша внешность действительно прекрасна. Ещё вчера, увидев вас впервые, я это почувствовала, но не ожидала, что вы окажетесь женщиной. — Чэнь Сюэ встала с кресла. — Однако очевидно, что господин Ци испытывает к вам лишь чувства господина к служанке. Надеюсь, впредь вы будете держаться от него подальше.
Чжао Ицзюнь не собиралась отвечать, но всё же не удержалась:
— Откуда вы знаете, что между нами только господские и служебные отношения?
— Разве не вы сами вчера сказали, что он даже служанки-наложницы не держит? Вы, наверное, очень сожалеете об этом, раз так тогда заговорили?
Слова Чэнь Сюэ звучали совершенно естественно, но в голове Чжао Ицзюнь вдруг возник образ Хань Линсюэ, дочери князя Янь. Способность этих двух девушек фантазировать была, несомненно, на одном уровне.
— Госпожа Чэнь Сюэ, будьте спокойны. Между мной и им нет никаких чувств, — начала Чжао Ицзюнь, но, сделав шаг к двери, словно по наитию добавила: — Разве что интимная близость.
Чэнь Сюэ застыла на месте, лицо её окаменело.
Чжао Ицзюнь спустилась в трюм и направилась к Сяо Юаньци:
— Ну что, узнал что-нибудь новое?
Сяо Юаньци поднял глаза и увидел, как по лестнице спускается фигура.
— Поговорим по дороге домой.
Чэнь Сюэ, выйдя из каюты, взглянула на двоих у окна. В голове снова прозвучали слова Чжао Ицзюнь. Лицо её потемнело, и, не проронив ни слова, она прошла мимо них и направилась к выходу из трюма:
— Таохун, возвращаемся в павильон Юйцин.
Сяо Юаньци удивлённо посмотрел на Чжао Ицзюнь:
— Что ты ей сделала?
— Да что я могла ей сделать? — Чжао Ицзюнь приподняла бровь. — Или тебе жалко?
— Моё сердце никогда не болело.
С этими словами Сяо Юаньци тоже покинул трюм.
«Хм, никогда не болело? А как же новости о помолвке Гу Цзывэй и Фан Ляньцина? Неужели и тогда не болело?» — мысленно фыркнула Чжао Ицзюнь.
По дороге в гостиницу Сяо Юаньци рассказал о завтрашней встрече в павильоне Юйцин.
— В том крыле, где живёт Чэнь Сюэ, всего три комнаты, — перечислил Циань ранее собранную информацию. — После лестницы, в том же коридоре, что и её комната, находится ещё одна.
— Кто там живёт? — спросила Чжао Ицзюнь.
Циань припомнил:
— Кажется, какая-то Жуи.
Чжао Ицзюнь взглянула на Сяо Юаньци:
— Может, ты пожертвуешь своей красотой и попробуешь, пустит ли тебя Жуи в комнату?
Сяо Юаньци приподнял веки:
— Даже если она меня впустит, я всё равно не смогу войти в комнату Чэнь Сюэ при ней. Она всего лишь женщина из павильона. Думаешь, станет хранить нашу тайну?
Вдруг У Шэн сказал:
— Возможно, есть другой способ.
— Какой? — спросила Чжао Ицзюнь.
— Когда я разведывал павильон Юйцин, заметил, что за его задней стеной проходит тихая улочка, почти никем не посещаемая. Окно комнаты Чэнь Сюэ как раз выходит на эту улочку. Другими словами, мы можем просто влезть туда через окно.
После его слов воцарилась тишина, особенно ледяным стало лицо Сяо Юаньци.
Чжао Ицзюнь вытерла воображаемый пот со лба и похлопала У Шэна по плечу:
— В следующий раз такую важную информацию сообщай сразу.
Циань кашлянул, пытаясь сгладить неловкость:
— Господин, так и поступим?
Сяо Юаньци взглянул на У Шэна, который тут же отвёл глаза.
— Хорошо. Завтра вечером У Шэн будет ждать у павильона Юйцин, а Циань — рядом с лестницей. Ведите себя естественно, не привлекайте внимания людей из Не-бэя.
— Есть, господин! — хором ответили оба.
— А я? — Чжао Ицзюнь указала на себя. За последнее время она уже привыкла получать приказы и выполнять задачи.
Сяо Юаньци перевёл на неё взгляд:
— Ты пойдёшь со мной.
— А? Разве это не будет неудобно?
Она думала, что будет дежурить с У Шэном у павильона.
Циань тоже нахмурился:
— Господин, у жены наследного принца нет навыков лёгких шагов. Вам будет неудобно, если вы возьмёте её с собой.
— Раньше в Ихуа я носил её почти через полгорода. Ничего страшного, — Сяо Юаньци задумчиво посмотрел на Чжао Ицзюнь. — Я беру тебя на случай непредвиденных обстоятельств.
— Каких обстоятельств?
Сяо Юаньци спокойно ответил:
— Если вдруг люди из Не-бэя ворвутся внутрь, что выглядит подозрительнее: двое мужчин и женщина или двое мужчин и две женщины?
— Кхе-кхе-кхе! — Чжао Ицзюнь поперхнулась. — Какой странный вопрос!
— Те, кто следит за Юй Чэнцюем, наверняка знают в лицо только Чэнь Сюэ. Если что-то пойдёт не так, ты сможешь переодеться служанкой павильона, а я изображу обычного гостя.
— К тому же люди из Не-бэя не дежурят у лестницы весь день. Они следят только за Юй Чэнцюем. Если нас заметят, мы просто скажем, что забрели сюда пьяными задолго до их появления.
Чжао Ицзюнь убедилась:
— Хорошо, постараюсь не подвести.
Сяо Юаньци, видя её осторожность, невольно усмехнулся:
— Завтра я ещё должен съездить в особняк Тун за маской из человеческой кожи. Сначала отправляйся с У Шэном и Цианем в павильон Юйцин и жди меня там.
— Хорошо! — Чжао Ицзюнь энергично закивала, демонстрируя образцовое послушание.
На следующий день, в час Суна.
У тихой улочки за павильоном Юйцин стояла карета, изнутри доносились приглушённые голоса.
Циань посмотрел на Чжао Ицзюнь:
— Жена наследного принца, скоро стемнеет, в этом переулке довольно прохладно. Не принести ли плащ из гостиницы?
Чжао Ицзюнь покачала головой:
— Ничего, летний вечер ещё не так холоден.
Циань хотел что-то сказать, но вдруг карета слегка качнулась, и занавеска снаружи приподнялась.
— Господин!
Сяо Юаньци низко наклонился и вошёл внутрь:
— Юй Чэнцюй уже прибыл?
— У Шэн ждёт у главного входа павильона. Как только появятся новости, сразу доложит, — ответил Циань.
Сяо Юаньци кивнул и сел рядом с Чжао Ицзюнь.
— Маску из человеческой кожи получили? — спросила Чжао Ицзюнь.
— Да. — Сяо Юаньци достал из-за пазухи маску, почти неотличимую от настоящей кожи. — Сегодня, как только разберёмся с делами, отправимся в деревню Тансян, чтобы встретиться с Шэнь Уяном. Мы уже слишком долго задержались в Юаньчжоу — нужно торопиться.
— Поняла.
В этот момент занавеска снова приподнялась, и внутрь просунулась голова У Шэна.
— Юй Чэнцюй прибыл.
Чжао Ицзюнь и Сяо Юаньци переглянулись.
— Поднимаемся сейчас?
— Циань, У Шэн, будьте осторожны, — тихо сказал Сяо Юаньци.
— Не волнуйтесь, господин.
Когда Циань и У Шэн ушли, Чжао Ицзюнь и Сяо Юаньци вышли из кареты.
— Помни, не издавай звуков, — Сяо Юаньци легко обхватил её за талию.
— Угу.
Она ещё не успела кивнуть, как Сяо Юаньци уже поднял её в воздух. Чжао Ицзюнь инстинктивно схватилась за ткань его одежды и крепко стиснула её.
Они мягко приземлились на подоконник.
Сяо Юаньци осторожно проколол бумагу на окне пальцем и, прищурившись, заглянул внутрь. Знакомая обстановка — это точно комната Чэнь Сюэ.
Тихо скрипнув, окно открылось.
Чжао Ицзюнь первой спрыгнула внутрь, но не успела перевести дух, как из-за угла появилась Таохун. Увидев их, она замерла в изумлении.
— Вы…
Сяо Юаньци мгновенно подскочил и лёгким ударом по затылку вывел её из строя.
Разобравшись с Таохун, они направились в переднюю часть комнаты, откуда доносились голоса.
— Прости меня за вчерашнее…
Это был голос Чэнь Сюэ, в котором слышались и раскаяние, и обида.
Затем раздался голос Юй Чэнцюя:
— Не извиняйся передо мной. Если в твоём сердце ещё есть место для меня, выпей эту чашу вина. Наши встречи становятся всё реже — давай ценить то, что у нас есть сейчас.
Чжао Ицзюнь нахмурилась, вспомнив слова Сяо Юаньци о том, что у Юй Чэнцюя дома уже есть законная жена.
Двое тихо беседовали, но вскоре раздался глухой стук, и голос Чэнь Сюэ оборвался.
— Выходите.
Чжао Ицзюнь и Сяо Юаньци вышли из-за угла.
— Наследный принц Ци, — Юй Чэнцюй встал и сделал шаг вперёд, кланяясь.
Сяо Юаньци не удивился, что тот угадал его личность. Он слегка поднял руку:
— Господин Юй, не нужно церемоний.
Юй Чэнцюй слабо улыбнулся и посмотрел на Чжао Ицзюнь:
— А это?
— Господин Юй, — Чжао Ицзюнь сложила руки в поклоне и указала на Сяо Юаньци, — я его жена.
http://bllate.org/book/6081/586941
Готово:
