Сяо Юаньци ещё в задней комнате услышал смех, доносившийся изнутри. Зайдя, он увидел Чжао Ицзюнь и Бо Цзыфаня: они сидели по разные стороны кровати и в унисон кормили кашей больного.
Подходя ближе, Сяо Юаньци заметил, что Чжао Ицзюнь даже не взглянула на него, зато мальчик обернулся первым. Увидев его бесстрастное лицо и холодный взгляд, ребёнок испуганно опустил глаза.
— Что случилось? — почувствовав, как мальчик напрягся, Чжао Ицзюнь проследила за его взглядом и мягко сказала: — Это друг твоей сестрички. Не бойся.
«Друг?» — мысленно повторил Сяо Юаньци, взвешивая эти два слова.
Бо Цзыфань тоже посмотрел на него, аккуратно поставил миску и, сложив руки в поклоне, вежливо произнёс:
— Бо Цзыфань к вашим услугам. Позвольте узнать имя господина?
— Сяо Цзыцзинь, — сухо ответил Сяо Юаньци.
Бо Цзыфань слегка кивнул:
— Брат Сяо.
Сяо Юаньци промолчал, не комментируя обращение, и спросил у Чжао Ицзюнь:
— Когда выезжаем?
Чжао Ицзюнь уже обдумывала этот вопрос: их приезд в деревню Тансян был лишь частью важного дела. С одной стороны, они помогали дядюшке Чжао, но главная цель заключалась в том, чтобы найти следы Шэнь Уяна.
Бо Цзыфань взглянул на них и тихо сказал:
— Если у вас есть срочные дела, отправляйтесь. За дядюшкой Чжао я присмотрю.
Чжао Ицзюнь кивнула:
— Благодарю вас, лекарь Бо.
Бо Цзыфань мягко улыбнулся, и в его тёплом взгляде появилось ещё больше доброты.
— Тогда пойдём, — сказала Чжао Ицзюнь, следуя обычаю людей из мира Цзянху, и, сложив руки в поклоне, добавила: — До встречи, если судьба соединит нас вновь.
— До встречи, если судьба соединит нас вновь.
— Сестричка-фея уходит? — мальчик взял у неё миску и звонко спросил.
— Да. Эту кашу нужно обязательно допить до конца, а потом хорошо отдохнуть, — Чжао Ицзюнь встала и ласково потрепала его по голове.
Мальчик, держа в руках ещё тёплую миску, выглядел расстроенным, но только тихо сказал:
— Тогда прощай, сестричка.
— Прощай, — помахала ему Чжао Ицзюнь.
Два телохранителя, всё это время ожидавшие в задней комнате, увидев, что Чжао Ицзюнь и Сяо Юаньци уходят, тут же попрощались. Бо Цзыфань не стал их задерживать и безразлично кивнул.
…
Выйдя из дома дядюшки Чжао, Чжао Ицзюнь поняла, что Сяо Юаньци уже строит предположения. Она молча шла за ним по извилистым тропинкам, пока небо не начало темнеть.
— Ты правда знаешь, где Шэнь Уян? — запыхавшись, спросила она. — Или, может, хочешь меня продать?
Сяо Юаньци остановился и обернулся:
— У меня денег хватает и без этого.
Чжао Ицзюнь замерла. Как она могла забыть, что у этого человека язык — как бритва? С ним не сравниться!
— Можешь сказать, куда мы идём? Иначе у меня не будет сил идти дальше.
Сяо Юаньци помолчал, потом протянул ей правую руку.
Чжао Ицзюнь удивилась, посмотрела на его ладонь и инстинктивно прижала руки к груди:
— Зачем?
— В такой глуши, как ты думаешь, что я могу сделать?
Едва произнеся это, Сяо Юаньци понял, что фраза прозвучала двусмысленно — ведь именно в таких местах проще всего совершить... кое-что.
Оба на мгновение замерли, а затем по негласному согласию проигнорировали неловкость и молча двинулись дальше.
В голове Чжао Ицзюнь сами собой закрутились странные мысли, и она даже не заметила, сколько прошла. Примерно через четверть часа она увидела, что Сяо Юаньци остановился. Взглянув в том же направлении, она увидела перед собой древний храм.
— Это что?
— Место, где, по моим догадкам, скрывается Шэнь Уян, — ответил Сяо Юаньци и пошёл дальше.
Чжао Ицзюнь поспешила за ним:
— Подожди меня!
— Боишься? — Сяо Юаньци бросил на неё боковой взгляд.
Она слегка кашлянула:
— Нет.
И, не отставая, приблизилась к нему так, что их рукава слегка касались друг друга, издавая тихий шелест, отчётливо слышный в тишине.
Статуи будд в храме были покрыты толстым слоем пыли. В углу беспорядочно лежали дрова и ветки, а рядом — чёрно-серый пепел.
— Пахнет дымом. Здесь кто-то разводил костёр, — нахмурилась Чжао Ицзюнь.
Сяо Юаньци окинул взглядом помещение, убедился, что никого нет, и задумчиво произнёс:
— Он ушёл заранее, зная, что мы придём, или это просто совпадение?
Чжао Ицзюнь подумала:
— Шэнь Уян не стал бы отказываться от встречи с нами. Скорее всего, совпадение.
— Костёр, вероятно, развели прошлой ночью, — Сяо Юаньци присел у пепелища и потер пальцами пепел. — Будем ждать здесь.
— Хорошо, — Чжао Ицзюнь осмотрелась и указала на кучу сухой соломы в углу. — Похоже, только там можно сесть.
Сяо Юаньци кивнул:
— Тогда садись.
Когда они устроились, Чжао Ицзюнь вдруг почувствовала лёгкую грусть. Статуя Будды посреди зала выглядела зловеще — её глаза, величиной с кулак, казались особенно мрачными.
Она поджала ноги и обхватила их руками:
— Может, поговорим?
— А? — Сяо Юаньци уже прислонился к стене и закрыл глаза, готовясь отдохнуть. По времени он как раз должен был поспать.
— Ты устал? — Чжао Ицзюнь чуть сдвинулась ближе к нему.
Сяо Юаньци почувствовал движение, открыл глаза и, опустив взгляд, сказал:
— В таком месте я не сплю крепко. При любом шорохе проснусь раньше тебя.
— А? — Она не поняла, к чему он это всё говорит, но продолжила незаметно подвигаться ближе.
— Я хочу сказать, что можешь спокойно спать. Никто и... никакие призраки тебя не потревожат.
Он замолчал, потом добавил:
— Конечно, если тебе всё же так страшно, что не спится...
Чжао Ицзюнь замерла в ожидании продолжения, но в следующий миг перед ней появилась его рука.
— А?
— Можно обнять, — сказал Сяо Юаньци, отводя взгляд. Его голос звучал странно — будто он никогда раньше не произносил подобных слов.
На лице Чжао Ицзюнь мелькнула радость:
— Правда?
— Не хочешь — не надо, — он сделал вид, что собирается убрать руку.
— Обниму, обниму! — Чжао Ицзюнь быстро обвила его руку обеими руками. — Спи, спи.
Храм снова погрузился в тишину. Ночной ветерок проникал через дверь, шелестя сухими листьями на ветках. Раньше такой звук заставил бы её дрожать от страха и вызвал бы в памяти десятки историй про привидений. Но сейчас она чувствовала рядом живое тепло, и, закрыв глаза, могла представить, что находится либо во дворце, либо в лагере.
Именно в этот момент Чжао Ицзюнь вдруг осознала: неужели она уже начала зависеть от Сяо Юаньци?
Мысль промелькнула мимолётно, не успев укорениться.
Время шло. Тёмное небо посветлело, на востоке забрезжил рассвет, а извне доносилось пение петухов.
— Старший брат, я вернулся! — раздался звонкий голос.
Сяо Юаньци первым открыл глаза и устремил пронзительный взгляд прямо на открытую дверь.
Тот, кто стоял в дверях, тоже заметил их в углу и вздрогнул от холода в этом взгляде. Он сразу понял: это не тот «старший брат», о котором говорил.
— Кто здесь?! — воскликнул он.
Чжао Ицзюнь проснулась от крика:
— Что случилось?
Услышав её голос, мальчик удивился:
— Сестричка-фея?
Чжао Ицзюнь мгновенно пришла в себя и увидела силуэт на фоне света. Рост и обращение «сестричка-фея» сразу дали ей ответ.
— Мальчик?
— Это я! — в дверях стоял именно тот ребёнок из деревни Тансян, из семьи Лю.
Чжао Ицзюнь встала, поправила юбку и подошла к нему:
— Как ты сюда попал?
— Я... — мальчик перевёл взгляд на Сяо Юаньци и замялся. — Я здесь живу.
Чжао Ицзюнь удивилась:
— Ты здесь живёшь?
Она обернулась на Сяо Юаньци, их взгляды встретились, и она снова повернулась к мальчику:
— А почему ты тогда лежал в шкафу у дядюшки Чжао?
— У меня... у меня есть старший брат, который живёт здесь. Но несколько дней назад он ушёл и не смог взять меня с собой. Я вернулся в деревню поесть, но так проголодался, что уснул.
— Старший брат? — Чжао Ицзюнь задумалась и посмотрела на Сяо Юаньци. — Это он?
Сяо Юаньци подошёл ближе и пристально посмотрел на мальчика:
— Куда он делся?
Мальчик молча сжал губы.
Чжао Ицзюнь слегка покачала головой, давая понять Сяо Юаньци, что лучше ей самой поговорить.
— Мальчик, возможно, мы знаем твоего старшего брата. Он как раз ждал нас здесь, и мы пришли, чтобы найти его.
Услышав это, мальчик немного расслабился, но всё ещё колебался:
— Старший брат строго запретил кому-либо говорить, что он здесь. Я прихожу сюда только до рассвета.
— Ты правильно осторожничаешь, — сказала Чжао Ицзюнь. — Слушай, сходи к нему и передай: в храме его ждёт господин по фамилии Сяо. Пусть возвращается скорее.
Мальчик переводил взгляд с одного на другого, потом остановился на лице Чжао Ицзюнь и кивнул:
— Хорошо.
Чжао Ицзюнь мягко улыбнулась:
— Будь осторожен.
Мальчик кивнул и убежал.
— Ты меня боишься? — неожиданно спросил Сяо Юаньци.
Чжао Ицзюнь удивилась:
— Что?
— Ты меня боишься? — повторил он.
Она вспомнила свои первые дни в этом мире. Да, она была настороже, но скорее из-за его власти, положения и коварного характера, чем из страха.
— Нет, — покачала она головой. — Почему ты спрашиваешь?
— Этот мальчишка от меня слова вымолвить не может, — фыркнул Сяо Юаньци.
— Пф-ф! — Чжао Ицзюнь не удержалась от смеха, но, поймав его ледяной взгляд, тут же сдержалась. — Вот именно этот взгляд! У тебя глаза-то улыбаются, а смотришь так, будто готов кого-нибудь съесть.
— Глаза-улыбаются?
Чжао Ицзюнь кивнула и легонько коснулась пальцем его правого глаза:
— У тебя так называемые «глаза Жуйфэн». Даже когда лицо бесстрастно, глаза кажутся улыбающимися. Жаль, что взгляд у тебя слишком пронзительный — дети от него пугаются.
Она собиралась убрать руку, но Сяо Юаньци вдруг сжал её пальцы.
Их взгляды встретились в воздухе. Чжао Ицзюнь недоумённо спросила:
— Зачем?
Сяо Юаньци промолчал.
Поскольку он не отвечал, она легко выдернула руку — он держал слабо, и освободиться было нетрудно.
— Тебе бы чаще улыбаться другим, — сказала она. — Не так, как тогда, когда поддеваешь меня, а искренне... как, например, Бо Цзыфань!
Услышав первые слова, Сяо Юаньци невольно приподнял уголки губ, но при звуке имени «Бо Цзыфань» улыбка тут же исчезла.
— Похоже, Бо Цзыфань тебе очень нравится.
Чжао Ицзюнь не задумываясь кивнула:
— Очень хороший человек: добрый, честный и ещё лекарь.
— Вчера у дверей лечебницы собралась толпа, но только он вышел на помощь.
— Ты тоже вышел, — сухо заметил Сяо Юаньци, намекая, что честных людей не только один. Он не сказал вслух, что даже вмешался физически, заставив работников лечебницы прекратить своеволие.
Он хотел, чтобы Чжао Ицзюнь это признала.
Но она не уловила скрытого смысла и с энтузиазмом подтвердила:
— Верно! Я тоже вышла, значит, Бо Цзыфань и мы — одинаковые люди. У всех у нас доброе сердце, и мы можем быть друзьями.
— ...
— Эй, с тобой всё в порядке? — Чжао Ицзюнь удивилась, увидев, как Сяо Юаньци молча вернулся в свой угол.
Она, конечно, и не догадывалась, что именно она смогла заставить этого язвительного человека замолчать.
— Старший брат, они внутри! — раздался знакомый голос.
Лицо Чжао Ицзюнь озарилось радостью:
— Они вернулись!
Когда в дверях появилась высокая фигура Шэнь Уяна, все четверо на мгновение замерли.
— Госпо...
Сяо Юаньци поднял руку, перебивая:
— Зови меня Цзыцзинь.
Шэнь Уян кивнул и протянул мальчику фрукты:
— Пойди вымой их снаружи.
Когда он подошёл ближе, Чжао Ицзюнь заметила на его теле следы ран. Грубая одежда из серо-коричневой ткани не скрывала его суровой, непреклонной ауры.
— Ты ранен, — констатировал Сяо Юаньци.
— Да, — Шэнь Уян, похоже, не придавал этому значения. — Столкнулся с людьми из Не-бэя, пришлось вступить в бой.
http://bllate.org/book/6081/586933
Готово:
