Се Жубин невольно улыбнулась — такого поворота событий она и в самом деле не ожидала. Принцесса Чунхуа покидает столицу, а значит, теперь у неё появляется шанс избежать кошмаров прошлой жизни.
— Ты не раз говорила, что боишься принцессы Чунхуа. Вскоре она покинет столицу. Как только она уедет, ты немедленно вернёшься в дом Лу, — произнёс Лу Аньлань.
Заставить принцессу уехать из столицы оказалось на удивление просто. Ему хватило всего лишь небольшой уловки, чтобы разрешить этот вопрос раз и навсегда.
Се Жубин даже не задумалась и тут же отрезала:
— Нет.
Лу Аньлань не ожидал, что она всё ещё будет упираться, и с недоумением спросил:
— Принцесса Чунхуа уже уезжает. Чего же ты теперь боишься?
Се Жубин задумалась и спросила:
— Господин, скажите честно: почему вы так настаиваете, чтобы я вернулась именно в дом Лу?
Её глаза, чёрные и ясные, как глубокая ночь, смотрели на него с искренним недоумением.
Лу Аньлань лёгкой усмешкой ответил:
— Разве тебе мало страданий на воле? Принцессу Чунхуа устранить легко, но что ты собираешься делать с наследным принцем?
— Наследный принц всегда славился добротой и милосердием, — возразила Се Жубин. — Его лично воспитывал император. Он не причинит мне вреда.
— Тогда зачем ты так рьяно шла за мной? — парировал Лу Аньлань.
Се Жубин помолчала и тихо сказала:
— Я хотела спросить у вас о моём отце.
Лу Аньлань на мгновение опешил, но тут же понял, о чём речь. Его лицо, обычно спокойное и красивое, стало ледяным, и он промолчал.
— Принцесса Чунхуа сказала, что мой отец тяжело болен. Это правда?
— Да, — кивнул Лу Аньлань. Он давно знал о болезни Се Минши, и именно из-за неё люди наследного принца вышли из тени. Он уже приказал следить за Се Минши и сохранить ему жизнь — хотел понять, какую игру затеял наследный принц.
Теперь, похоже, стало ясно: по крайней мере частью этой игры была сама Се Жубин.
Се Жубин ещё надеялась, что принцесса Чунхуа просто наговаривала. Но теперь, получив подтверждение от Лу Аньланя, она растерялась и, не в силах сдержаться, наклонилась вперёд и схватила его за рукав:
— К нему посылали лекарей? Это правда так серьёзно?
Лу Аньлань взглянул на её маленькую руку, сжимающую чёрный рукав его одежды. Белоснежная кожа на фоне тёмной ткани вызвала в нём неожиданное, почти соблазнительное чувство.
Он мягко, но твёрдо выдернул рукав и спросил:
— Хочешь знать? Тогда почему не согласилась на предложение наследного принца?
Се Жубин медленно отпустила его рукав и ответила:
— Наследный принц говорил со мной долго, но так и не объяснил, как именно он поможет мне.
На виске Лу Аньланя вздулась жилка. Он стиснул зубы и спросил:
— Если бы он объяснил, ты бы согласилась?
Се Жубин покачала головой:
— Я бы потребовала отправиться в Мэнцзинь и лично убедиться, что с моим отцом всё в порядке. Только тогда я бы согласилась. Я мало что повидала в жизни, но не настолько глупа, чтобы отдавать себя в чужие руки без гарантий.
Глаза Лу Аньланя сузились, взгляд стал острым, как клинок. Он холодно усмехнулся:
— Всё-таки не совсем глупа! Но разве ты не клялась, что никогда не станешь наложницей? И вот уже готова передумать!
Се Жубин замолчала. Прошло немало времени, прежде чем она тихо произнесла:
— Сейчас я — рыба на разделочной доске, а вы — повар с ножом. Мне не остаётся ничего другого.
Лу Аньлань чуть не лопнул от злости. Он внимательно осмотрел её с ног до головы и спросил:
— Почему ты не пришла ко мне?
— Я собиралась найти вас сразу после того, как выйду из дворца наследного принца, — глухо ответила Се Жубин. — Думала, только вы сможете мне помочь.
Эти слова больно ударили Лу Аньланя. Он тут же набросился на неё:
— Ты ещё собиралась выйти из дворца наследного принца! Ты хоть подумала, что если супруга наследного принца подсыплет тебе снадобье и ты окажешься в постели принца, то уже не выйдешь оттуда?
— Да ты совсем безмозглая! Кто велел тебе идти во дворец, когда тебя позовут?!
На этот раз Се Жубин не нашлась что ответить. Она опустила голову, и на её лице застыла тревога за отца — в ней чувствовалась такая грусть, что сердце сжималось от жалости.
Лу Аньлань напомнил себе: «Не поддавайся жалости! На этот раз она должна усвоить урок и добровольно вернуться в дом Лу».
Он сжал сердце и холодно произнёс:
— Я помогу тебе добраться до Мэнцзиня и увидеться с отцом. Но как только ты вернёшься оттуда, немедленно переедешь в дом Лу.
Се Жубин и предполагала, что, попросив помощи у Лу Аньланя, придётся платить цену. Но когда она услышала его слова, в душе вдруг вспыхнуло разочарование и боль. Глаза защипало, горло сжалось комом. Она боялась, что, открыв рот, расплачется, поэтому лишь кивнула и с трудом выдавила:
— Хорошо.
После полугода хлопот Лу Аньлань наконец получил обещание девушки вернуться в его дом. Однако её ответ прозвучал слишком неохотно, а лицо было таким несчастным, что он разозлился и спросил:
— Что, не рада? Думаешь, до Мэнцзиня добраться и отца увидеть — это так просто?
Се Жубин подняла глаза и встретилась с ним взглядом:
— Нет. Благодарю вас, господин.
— Если я всё же приму тебя в дом, у меня есть одна просьба, — осторожно начала она.
— Говори, — нахмурился Лу Аньлань. «Какая же она хлопотная!»
— Прошу вас признать меня своей приёмной сестрой. Иначе ваши наложницы будут страдать от ревности, да и в столице пойдут сплетни. Я теперь преподаю, и моя репутация должна быть безупречной.
По мере того как она говорила, лицо Лу Аньланя становилось всё темнее.
Когда она замолчала, в карете повис ледяной холод.
Лу Аньлань собирался надавить на неё, чтобы она отказалась от этой глупой идеи, но Се Жубин, к его удивлению, не испугалась и просто смотрела на него.
Лу Аньлань резко протянул руку, наклонился и сжал её маленький подбородок, заставив поднять голову. Он холодно усмехнулся:
— Дала тебе палец — а ты уже захотела всю руку! Да ты ещё и нахальничать вздумала?
«Хочешь стать моей сестрой? Ты вообще достойна этого?» — эти слова уже вертелись на языке, но он не произнёс их вслух.
Се Жубин не могла говорить, зажатая его пальцами, но её прекрасные глаза наполнились слезами, и уголки глаз покраснели. Это заставило сердце Лу Аньланя болезненно сжаться.
Он приблизился ещё ближе, почти касаясь губами её уха, и прошептал:
— Ты никогда не станешь моей сестрой.
Сестрой? Его родная сестра, возможно, ещё жива, но кто знает, через какие муки и несчастья она прошла. И всё это — из-за Се Минши. А она ещё осмеливается просить стать его сестрой?!
Се Жубин испугалась его мрачности и жестокости. Теперь ей стало ясно, зачем он хочет, чтобы она вернулась в его дом.
Она вырвалась из его хватки и дрожащим голосом сказала:
— Я поняла вас, господин. В таком случае у меня останется лишь одна просьба: когда-нибудь, если вы устанете от меня или… женитесь на законной супруге, отпустите меня из дома.
На виске Лу Аньланя снова вздулась жилка. Он рассмеялся от ярости:
— Ты всё ещё не поняла. Раз попадёшь в мой дом — станешь моей. Никогда больше ты никуда не уйдёшь.
Се Жубин хотела что-то сказать, но не успела. Лу Аньлань резко схватил её за талию и прижал к себе. Мужской аромат обрушился на неё, и в следующее мгновение её губы были жестоко захвачены. Его поцелуй был грубым, почти звериным — он не целовал, а кусал.
Се Жубин пыталась вырваться, но не могла. От злости и бессилия по щекам потекли слёзы.
Лу Аньлань наконец ощутил тот самый сладкий вкус, о котором мечтал столько ночей, и на миг почувствовал удовлетворение. Но тут же заметил, что пальцы его стали мокрыми.
Он открыл глаза и увидел, что лицо Се Жубин побледнело, а щёки покрыты слезами.
Он замер, медленно отпустил её и отступил на шаг. Поправив слегка растрёпанный ворот и рукава, он молча сжал губы и больше не произнёс ни слова.
Се Жубин тоже отошла в сторону и долго сидела молча. Потом медленно поправила причёску и одежду. В душе царил хаос — обида, горе, унижение — всё смешалось в один ком. Она просто сидела, не в силах вымолвить ни слова.
Казалось, прошла целая вечность, когда снаружи раздался голос Лу Дина:
— Господин, мы приехали. Дом Се Жубин.
Се Жубин встала и уже собиралась откинуть занавеску, чтобы выйти, как вдруг Лу Аньлань схватил её за запястье:
— Бинь-эр…
В волнении он даже употребил детское прозвище, которым называл её в детстве.
Се Жубин резко вырвала руку и тихо сказала:
— Когда я вернусь из Мэнцзиня, делайте со мной что хотите.
Се Жубин вышла из кареты. Занавеска ещё колыхалась, во рту оставался сладкий привкус её губ, но настроение Лу Аньланя было хуже некуда.
Он этого не хотел.
На следующее утро, пока ещё висел утренний туман, Лу Аньлань прислал людей во двор Се Жубин.
— Госпожа Се, господин приказал нам сопровождать вас в Мэнцзинь, — сказал Цзян Ци, кланяясь.
Хунлин привела с собой ещё двух служанок и велела им остаться и заботиться об Эрлане.
Се Жубин не ожидала, что Лу Аньлань так быстро всё организует, и поспешила сказать:
— Мне нужно попросить разрешения у великой Цао. Придётся немного подождать…
— Господин Лу уже поговорил с великой Цао, — ответила Хунлин. — Он отправляется с инспекцией вдоль реки Хуанхэ и должен проверить учётные записи по строительству дамб в разных уездах. Он попросил вас помочь ему в проверке.
Великая Цао знала, что Се Жубин отлично разбирается в счётах, и сразу согласилась.
Услышав это, Се Жубин больше не стала возражать. Она быстро собрала несколько комплектов одежды, строго наказала няне Чжан хорошо присматривать за Эрланом и напомнила брату быть послушным. Затем она села в карету.
Эрлан впервые в жизни расставался с сестрой и глаза его покраснели. Но, вспомнив, что он теперь главный мужчина в доме, сдержал слёзы.
Он подумал немного, зашёл в комнату и вынес несколько вещей, которые вручил Се Жубин, сказав детским голоском:
— Сестра, не волнуйся. Я буду хорошо себя вести. Возьми это с собой — можно защищаться, а когда скучно станет — играть. Будь осторожна в дороге.
Се Жубин увидела миниатюрный арбалет, кинжал, головоломку «девять колец» и «Хуарундао». Она улыбнулась, крепко обняла брата и вышла из дома.
Карета покатила по дороге и вскоре миновала городские ворота, направляясь в Мэнцзинь.
Во дворце наследного принца
Наследный принц только что встал с ложа одной из наложниц и пил чай, чтобы освежить горло. В этот момент к нему вошёл доверенный слуга и доложил, что Лу Аньлань отправил людей сопровождать Се Жубин в Мэнцзинь.
Лицо наследного принца, обычно красивое и спокойное, исказилось от злобы. Он со всей силы швырнул чашку на пол и прошипел:
— Лу Аньлань! Пока я не уничтожу тебя, мне не найти покоя!
Наложница, с которой он только что провёл ночь, дрожала от страха и не смела издать ни звука.
Вчера Се Жубин пришла во дворец по его приказу. Теперь Чу Юаньмао глубоко жалел, что не заставил её остаться. Раньше он мечтал, чтобы красавица сама отдалась ему, но теперь, видя её непреклонность, терпение иссякло. Лучше уж применить силу.
Дело Се Минши было начато по личному указу императора Удэ. Лу Аньлань и Се Минши часто спорили по политическим вопросам. Чтобы помочь Се Жубин, Лу Аньланю пришлось бы представить императору веские доводы, а любые объяснения неизбежно вызвали бы подозрения. Поэтому Чу Юаньмао был уверен, что Лу Аньлань не вмешается.
Но тот всё же вмешался!
Теперь эта красавица уезжает с ним вдвоём. Когда она вернётся, вряд ли останется девственницей!
От этой мысли Чу Юаньмао скрипел зубами от злости. Он ненавидел Лу Аньланя, но и к своему отцу, императору с безупречной репутацией, в душе накапливал всё больше обиды.
Больше он не собирался терпеть ни того, ни другого!
А тем временем Се Жубин под охраной Цзян Ци и других людей ехала в Мэнцзинь. Днём они двигались вперёд, ночью отдыхали. На третью ночь они остановились в почтовой станции.
Всю дорогу лил сильный дождь, дороги раскисли, и продвигаться было трудно. Се Жубин рвалась ехать без остановок, но из-за непогоды приходилось ждать.
Завтра они должны были добраться до Мэнцзиня, и этой ночью Се Жубин не могла уснуть. Она уже пережила одну жизнь — неизвестно, выздоровел ли её отец в прошлом, получил ли помилование и смог ли воссоединиться с Эрланом.
Думая об этом, она свернулась калачиком под одеялом и тихо плакала.
Где-то глубокой ночью, когда она уже начала засыпать, вдруг раздался шум.
Топот копыт, ржание коней, крики людей, шаги — всё смешалось в гул.
Она только успела сесть на кровати, как в дверь постучала Хунлин:
— Госпожа Се, прибыл господин Лу.
Се Жубин испугалась и накинула верхнюю одежду.
Дверь открылась, и внутрь ворвался холодный ночной ветер. Се Жубин вздрогнула — в комнату широким шагом вошёл Лу Аньлань.
Он был одет не в обычные широкие одежды, а в костюм ху — дождь намочил кончики его волос и края одежды, а на полу остались мокрые следы от сапог.
Хунлин велела принести горячую воду и тут же вышла. Перед тем как закрыть дверь, она тихо пояснила Се Жубин:
— Из-за дождей на станции много задержавшихся путников. Господин Лу сегодня ночует здесь.
Это объяснение звучало крайне неправдоподобно. Господин Лу — глава Военного совета. Ему стоило лишь сказать слово, и любой с радостью уступил бы свою комнату.
Но раз Лу Аньлань настоял, все сделали вид, что поверили.
Как только Хунлин вышла, в комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь шумом дождя за окном.
http://bllate.org/book/6025/582855
Готово:
