Цюй Вань увидела, как лицо Чжун Яо покраснело, будто сваренная креветка, и в уголках её губ мелькнула едва заметная улыбка. Затем она снова заговорила:
— Да что с тобой? Я всего лишь пошутила, а ты уже краснеешь! Неужели ты ещё не видела его… того самого? Не говори мне, что между вами до сих пор чисто платонические отношения.
Хотя тон её был шутливый, Чжун Яо насторожилась.
По её мнению, они с Цюй Вань были недостаточно близки, чтобы обсуждать интимные темы. А та уже не в первый раз заводила подобные разговоры. Неужели это проверка?
Подумав об этом, Чжун Яо собралась с духом и нарочито смущённо сказала:
— Ты же сама всё знаешь, зачем спрашиваешь? Мне уже лучше, пойдём отсюда.
С этими словами она повернулась, чтобы выйти, но, открыв дверь туалета, не увидела Лу Фаньшэна. В мгновение ока она догадалась, чем он, вероятно, занят, и тут же с грохотом захлопнула дверь, снова упав на колени перед унитазом и изобразив приступ рвоты.
Цюй Вань шла следом за ней и, не ожидая нового приступа тошноты, осталась рядом, чтобы продолжать присматривать.
Когда Чжун Яо полоскала рот, Цюй Вань вдруг протянула руку к её шее:
— Потише, смотри, ворот свитера весь мокрый. Дай я немного опущу его тебе.
— Нет, не нужно, почти не намокло, — быстро прикрыла шею Чжун Яо. Она не хотела, чтобы Цюй Вань увидела шрам на её шее — хотя он уже зажил, след всё ещё был заметен.
— Тогда вытри хотя бы салфеткой, — сказала Цюй Вань, протягивая несколько бумажных полотенец, но при этом не переставала коситься на шею Чжун Яо. Та же заметила это в зеркале.
Услышав хлопок двери, Лу Фаньшэн немедленно вышел из кухни и вернулся на своё место:
— Лучше? Тебе нехорошо?
Услышав его голос, Чжун Яо поняла, что он уловил её намёк, и только тогда спокойно вышла из туалета.
— Тебе лучше не есть это блюдо, пей кашу, — сказал Лу Фаньшэн, отодвигая в сторону тарелку с бычьими яичками.
Чжун Яо, конечно, больше не собиралась к нему притрагиваться, зато Цюй Вань весело заметила:
— Господин Лу, вам стоит почаще есть такое, очень полезно для здоровья.
Лу Фаньшэн бросил на Чжун Яо многозначительный взгляд и усмехнулся:
— Спасибо, но в последнее время у меня жар, боюсь, ещё больше разгорячусь.
Видя, что он отказался, Цюй Вань больше не настаивала, но Лу Фаньшэн уже понял: она проверяла его пределы терпения.
После ужина они помогли Цюй Вань убраться, всё время весело болтая и смеясь, словно были настоящими добрыми соседями.
Вернувшись домой, Чжун Яо тут же пошла чистить зубы — от воспоминания о том блюде ей снова стало не по себе, особенно после слов Цюй Вань о мужчинах и женщинах и того, что сегодня Лу Фаньшэн делал ей искусственное дыхание. Она уже не смела смотреть ему в глаза.
Лу Фаньшэн тоже хотел кое-что спросить, но, дождавшись зря, решил подойти сам:
— Цюй Вань только что спрашивала тебя о наших отношениях?
— Ты слышал? — Чжун Яо, всё ещё чистившая зубы, удивилась. Ведь они говорили очень тихо.
— Догадался. Сегодня она нарочно поставила тебе это блюдо, чтобы завести разговор на эту тему.
— Но… зачем ей это нужно?
— Если я не ошибаюсь, они уже начинают подозревать мою настоящую личность.
Чжун Яо быстро прополоскала рот и вышла:
— Значит, это подтверждает, что они — убийцы?
Лу Фаньшэн покачал головой:
— Пока нельзя утверждать наверняка — доказательств нет. Но теперь все подозреваемые уже на поверхности. Рано или поздно улики найдутся.
— А ты думаешь, они уже поняли, что ты полицейский?
— Думаю, нет. Иначе не стали бы сегодня так открыто проверять. А как ты ответила ей?
Чжун Яо кашлянула:
— Ответила довольно уклончиво, но в целом дала понять, что мы пара.
Хотя фраза была сформулирована неясно, Лу Фаньшэн всё же уловил смысл:
— Хорошо. Впредь нам нужно чаще демонстрировать наши отношения, чтобы не вызывать подозрений.
— Ага, — тихо кивнула Чжун Яо, но в душе задалась вопросом: до какой степени он подразумевает «демонстрацию»?
Лу Фаньшэн взглянул на часы:
— Пора на капельницу. Поедем в больницу.
Чжун Яо потрогала живот:
— Мне уже лучше, не пойду.
— Нет, обязательно пойдёшь. Нужно соблюдать назначения врача, а то вдруг станет хуже.
В больнице Лу Фаньшэн пошёл регистрироваться. Так как пришли днём, отправились не в приёмное отделение, а в обычную поликлинику.
После того как поставили капельницу, Чжун Яо закрыла глаза, отдыхая в кресле, а Лу Фаньшэн то и дело подходил к окну и смотрел наружу — в сторону приёмного отделения.
— Если хочешь навестить сестру Синьжань, иди, — сказала Чжун Яо, угадав его мысли. — Здесь много людей, со мной ничего не случится.
Лу Фаньшэн, уличённый в своих чувствах, неловко покраснел:
— После того как всё закончится, я обязательно к ней схожу. Сейчас же мы сами в опасности — не хочу, чтобы она пострадала из-за нас.
Услышав, как он беспокоится о Цяо Синьжань, Чжун Яо почувствовала лёгкую горечь:
— Да… из-за меня вы все оказались втянуты в это.
Лу Фаньшэн, решив, что обидел её, поспешил оправдаться:
— Не думай так! Я не имел в виду тебя лично. Ты тоже жертва.
Чжун Яо знала, что он не хотел её обидеть, но всё равно чувствовала себя некомфортно и взяла телефон, чтобы замолчать. Но едва разблокировав экран, увидела сообщение от Сюй Ся.
Боясь, что Лу Фаньшэн заметит, она придумала отговорку насчёт воды, чтобы отослать его, и лишь тогда открыла сообщение:
«Результаты анализа готовы. Он мой родной брат. Если возможно, приведи его сегодня вечером в ресторан „Исюань“. Хочу снова его увидеть. Но пока не говори ему об этом. Огромное спасибо.»
Сердце Чжун Яо заколотилось. Значит, Лу Фаньшэн действительно младший брат Сюй Ся! Получается, он не просто полицейский, но и зять её собственного босса. Когда расследование завершится и он вернётся в родную семью… будет ли он по-прежнему считать её другом?
Увидев, что Лу Фаньшэн возвращается с водой, она быстро ответила «Хорошо», спрятала телефон и постаралась говорить естественно:
— Я почти ничего не ела в обед, теперь умираю от голода. Может, после капельницы сходим поесть?
Лу Фаньшэн, чувствуя вину за свои слова, кивнул, хоть и переживал за её желудок:
— Можно поесть, но только что-нибудь лёгкое.
Чжун Яо мысленно обрадовалась:
— Отлично! Место выберу я.
22
Когда Лу Фаньшэн вернулся с горячей водой, Чжун Яо то хмурилась, то задумчиво смотрела вдаль — на лице мелькали самые разные эмоции.
— Держи воду, осторожно, горячая, — протянул он стакан.
Чжун Яо поспешно спрятала телефон:
— Спасибо! Откуда ты взял горячую воду? — спросила она, растроганная. Обычно в поликлиниках горячей воды не бывает. Неужели он ходил в стационар?
Она строила догадки, а Лу Фаньшэн спокойно ответил:
— Внизу, в супермаркете. Кстати, у тебя на руке уже волдырь. Не больно?
— А? — Чжун Яо посмотрела на руку, куда была введена игла капельницы, и увидела большой волдырь. Видимо, случайно сдвинула иглу.
Лу Фаньшэн позвал медсестру. Та удивилась, что Чжун Яо вообще ничего не чувствовала. Та неловко улыбнулась — как признаться, что слишком глубоко задумалась?
После замены руки для капельницы Чжун Яо то и дело косилась на Лу Фаньшэна, но, как только тот замечал, тут же отводила взгляд.
— Если хочешь что-то сказать, говори прямо, — не выдержал он наконец.
Чжун Яо притворилась, будто просто пьёт воду:
— Да так… просто голодная. Может, после капельницы сходим поесть? Не хочу дома готовить.
Лу Фаньшэн кивнул:
— Конечно. Ты можешь говорить об этом прямо, не надо стесняться. Я ко всему готов.
— Значит, место выбираю я?
— Да.
Получив подтверждение, Чжун Яо мысленно обрадовалась:
— Тогда посмотрю, что вкусного рядом, — сказала она, взяв телефон и делая вид, что ищет рестораны. «Если уж играть роль, то до конца», — подумала она.
Через несколько минут она подняла голову:
— Как насчёт ресторана «Исюань»? Очень хочется их гуйхуа-цзюньняньцзы.
Лу Фаньшэн не знал, что это за место, и, решив, что это обычная маленькая забегаловка, без раздумий согласился:
— Как закончишь капельницу, сразу поедем.
Глядя на этого мужчину, который во всём ей потакал, Чжун Яо почувствовала сладкую теплоту в груди. Возможно, из-за того, что долгое время была полностью самостоятельной, ей особенно приятно, когда кто-то заботится и уступает. Даже если она понимала: он делает это не из чувств, а из-за долга.
Тогда она решила проверить его внимание ещё раз:
— Лу Фаньшэн, а волдырь-то у меня не проходит! Уже почти с куриное яйцо. Это нормально?
Как и ожидалось, Лу Фаньшэн тут же перевёл взгляд на её запястье:
— Наверное, лекарство скопилось здесь. Давай приложу горячую воду.
Он взял стакан и аккуратно прижал к месту отёка, мягко массируя:
— Больно?
Чжун Яо, заворожённая его прикосновениями, поспешно покачала головой:
— Не больно, но чешется.
— Почеши.
Лу Фаньшэн убрал стакан.
Чжун Яо собралась почесать сама, но в последний момент набралась храбрости:
— У меня же капельница на этой руке. Боюсь, снова сдвину иглу. Может, ты поможешь?
Лу Фаньшэн на миг замер:
— А… хорошо.
Он использовал подушечки пальцев, чтобы не поцарапать кожу, и его движения приобрели неожиданно интимный оттенок. Но сам он этого не замечал — его мысли были далеко. А вот Чжун Яо струсилась.
— Всё, уже не чешется, — сказала она, неловко отдернув руку.
Лу Фаньшэн не обратил внимания на её смущение и снова приложил стакан. Но Чжун Яо, нервничая, случайно задела его руку — горячая вода пролилась ему на одежду. Она испуганно дрожащим голосом спросила:
— Ты не обжёгся?
Лу Фаньшэн, расстёгивая рубашку, ответил:
— Нет, всё в порядке.
Чжун Яо не поверила:
— Дай посмотрю.
Она отвела рукав и увидела покрасневший участок кожи:
— Ещё говоришь «всё в порядке»! Уже покраснело!
Лу Фаньшэн подумал, что она винит себя:
— Правда, ничего страшного, скоро пройдёт. Не двигайся, я найду швабру.
Вскоре он вернулся с уборщиком. Тот хотел сам убрать лужу, но Лу Фаньшэн взял швабру и сделал это сам, заодно подмыв соседнюю грязную зону. Было видно, что он делал это искренне, а не для показухи.
— Вот это молодец! — похвалил уборщик. Лу Фаньшэн скромно улыбнулся — совсем не похоже на обычного холодного человека.
Чжун Яо наблюдала за всем этим и чувствовала, как в груди разливается тепло. А ведь сегодня вечером он встретится со своей родной сестрой… Наверное, это будет очень трогательно.
В шесть вечера они прибыли в ресторан «Исюань».
Лу Фаньшэн припарковал машину и помог Чжун Яо выйти. Оглядев здание, построенное в стиле древнего императорского дворца, он спросил:
— Ты уверена, что здесь продают гуйхуа-цзюньняньцзы?
Чжун Яо тоже немного нервничала:
— В отзывах писали, что да. Если не окажется — выберем что-нибудь другое. Раз уж приехали.
Не дав ему времени подумать, она сразу направилась внутрь.
Ресторан «Исюань» имел четыре этажа: первые два — для обычных посетителей, третий и четвёртый — частные кабинеты. Чжун Яо выбрала заметное место на втором этаже. Хотя ей самой предстояло лишь наблюдать, сердце у неё бешено колотилось. Она огляделась, но ни Си Цзе, ни Сюй Ся нигде не было.
http://bllate.org/book/5985/579415
Готово:
