Увидев, что она настроена решительно, У Шэньгуй, который и сам прекрасно понимал: овощи стоят куда дороже заявленной суммы, поджал губы и спросил:
— А надолго ты можешь поставлять? И сколько всего у тебя есть?
Такой вопрос означал согласие на предложенную цену — ведь, переработав продукцию в блюда, он всё равно получит неплохую прибыль.
Чжан Юйжань прикинула: с одного му (примерно шестнадцати соток) её участка можно собрать около пяти тонн пекинской капусты и столько же редьки. Оба вида она выращивала на двух му заброшенной земли на склоне холма — это был её седьмой участок, освоенный собственными руками. Правда, директору Чжоу она тогда сказала, будто у неё всего тысяча цзиней, чтобы не пугать его. Теперь же, решила она, можно говорить откровенно.
— У меня сейчас пятнадцать тысяч цзиней пекинской капусты и столько же редьки. Только учти: у меня нет крупногабаритной техники для перевозки, вам придётся забирать всё сами. И я хочу получить половину суммы авансом. Хотя, конечно, если эта сумма покажется слишком большой, мы можем обсудить другие варианты.
У Шэньгуй про себя присвистнул: немало же! Даже если кормить школьников, как свиней, им не съесть и половины. За месяц в столовой максимум уйдёт три тысячи цзиней капусты и столько же редьки, ну разве что ещё тысячу добавить.
— Давай так, — предложил он. — Я не потяну такой объём сразу. Возьму на пробу на месяц: четыре тысячи цзиней капусты и столько же редьки. А дальше посмотрим, как пойдёт сотрудничество. Не волнуйся насчёт транспорта — мои люди сами всё заберут. Раз в пять дней будем возить. Маленькая Чжан, тебе так подойдёт?
Она ожидала такого ответа — он вряд ли стал бы брать всё сразу.
— Хорошо, договорились. Давай хотя бы простую расписку оформим. Нам не нужны сложные контракты, но всё-таки речь идёт о нескольких тысячах, так что подписи и печати обязательны.
Чжан Юйжань кивнула. Впрочем, растения могут ещё некоторое время оставаться в земле, а благодаря её способностям овощи долго сохранят свежесть. К тому же через несколько дней она должна встретиться с представителями пищевого комбината — за остальные партии она не боится.
— Разумеется, — согласился У Шэньгуй и решительно кивнул.
Чжан Юйжань достала из рюкзака блокнот и написала условия сделки, поставив подпись и отпечаток пальца.
У Шэньгуй взял листок, внимательно прочитал — всё было чётко: дата, место, обязанности сторон — и без промедления расписался и поставил печать. Обменявшись контактами, он перевёл ей аванс: четыре тысячи юаней. Для него это была сущая мелочь.
— Приятного сотрудничества! Мне пора, — сказала Чжан Юйжань. — Когда вы планируете забирать первую партию? Нужно заранее подготовиться — прямо на месте собирать не получится.
— Маленькая Чжан, ты шутишь? Давай завтра, в семь утра? — предложил У Шэньгуй. Завтраку много овощей не нужно, к девяти часам утра товар уже будет в столовой.
Чжан Юйжань покачала головой. Ей самой рано вставать не проблема, но брат будет переживать.
— Давайте лучше в семь вечера. Утром я точно не поднимусь.
Между ними не было никаких начальственно-подчинённых отношений, поэтому она говорила прямо.
У Шэньгуй подумал и согласился:
— Ладно, тогда сегодня днём. Я организую людей.
Семь утра действительно было бы чересчур для неё — ведь у неё нет механизированной уборки, как на крупных фермах.
— Договорились, — ответила Чжан Юйжань, мысленно прикинув время. Сделка состоялась. У Шэньгуй проводил её до ворот школы.
В обед Чжао Чэнъи, только закончив урок, помчался в столовую — на этот раз ещё быстрее обычного.
Сун Юйлин в очередной раз ловко подхватила его термос, который чуть не выскользнул из рук:
— !!! Ты чего сегодня такой резвый?!
— Ладно, не злись. Как вернётся — сама ему наговорю. Пошли уже есть, — потянула её за руку Цянь Юйяо. Пусть еда в столовой и невкусная, но совсем без обеда — совсем другое дело. Сун Юйлин из семьи со скромным достатком; хоть она и жила дома, обедала всегда в школьной столовой.
Она шла, вяло ворча:
— Да что там вкусного в этой столовой?
Цянь Юйяо весело рассмеялась:
— Всё лучше, чем ничего! Быстрее, а то места не останется!
Рядом со столовой находилась котельная — в огромной школе их было всего две. Чтобы набрать горячей воды, нужно было идти от общежития больше километра, а тем, кто жил на верхних этажах, было ещё хуже. Поэтому у входа в столовую и котельную всегда стоял лес термосов: утром их ставили, вечером забирали, полные горячей воды.
Обычно это никому не мешало, но во время обеденного перерыва такие «баррикады» сильно затрудняли движение.
Высокому росту Чжао Чэнъи в такие моменты мешало: вместе с друзьями они обычно шли группой, и если бы начали проталкиваться, легко могли бы кого-нибудь сбить с ног. Приходилось терпеливо следовать за толпой.
— Эй, Лао Чжао, чего ты так спешишь? — спросил его лучший друг Сунь Гэ, положив руку на плечо. — Столовая же каждый день одинаковая. Ты даже вспотел!
— Я расскажу вам, — запыхавшись, ответил Чжао Чэнъи. — Сегодня утром в меню были отличные овощи! Вы не пробовали — не представляете! Хотел проверить, будет ли такое и в обед. Жаль, что у нас больше нет уроков физкультуры — раньше можно было прийти пораньше.
— Я тоже ел! — вставил другой товарищ, Сунь Гэ. — Эти капуста и редька… Я весь урок о них думал!
— Да ладно! — воскликнул Сунь Гэ. — Вы двое, небось, сговорились надо мной? Капуста и редька? Да столовая совсем обнаглела — решили, что мы кролики, которым травы хватит?
Но когда Чжао Чэнъи наконец добрался до окна выдачи, его ждало разочарование.
Перед ним снова стояли старые знакомые: водянистая курица, давно переваренные зелёные овощи, тушеная капуста с фунчозой...
Чжао Чэнъи молча уставился в меню.
— Тётя, а сегодня нет той редьки и белокочанной капусты? — спросил он с последней надеждой.
— Сегодня нет, — ответила работница столовой, которой уже сотню раз задавали этот вопрос. — Наш босс сказал: завтра будет. Сегодня просто пробовали продать. Быстрее выбирай, парень, за тобой очередь!
Услышав первые слова, сердце Чжао Чэнъи упало, но последние фразы тут же вернули ему бодрость.
— Тогда дайте вот это и это, — быстро выбрал он пару блюд и две булочки. Подбежав к столу, где его ждал Сунь Гэ, он увидел, что тот уже начал есть.
— Что с вами? — нахмурился Чжао Чэнъи. Оба его друга сидели, уныло тыкая палочками в еду, хотя обычно не были такими привередами.
— Ты не поймёшь, — глубоко вздохнул Чжао Чэнъи, многозначительно посмотрев на него.
— Да, — подтвердил Сунь Гэ. — Тебе не понять.
— Фу! Противно! — возмутился Сунь Гэ. — Хватит корчить из себя трагиков! Быстрее ешьте, а то после обеда у нас урок у Лао Гао. Если заснёте — будете страдать!
При упоминании Лао Гао все трое тут же перестали изображать скорбь и быстро доедали обед, чтобы успеть вздремнуть перед занятиями.
А тем временем Гао И разговаривал по телефону с Чжан Юйжань. Обычно он обедал в учительской столовой и решил воспользоваться перерывом.
— Директор Чжоу просил узнать, как прошли переговоры. Этот У Шэньгуй тебя не обманул? — спросил он, равнодушно жуя еду. В учительской никто не осмеливался толкаться с ним за едой, и даже за столом рядом с ним никто не садился — Гао И ценил такую тишину.
«Лао У» в лицо, «У-обдирало» за глаза — вот как устроен мир взрослых.
Чжан Юйжань была рада, что Гао И так за неё переживает.
— Нет, не обманул. Учитывая, что у меня ни имени, ни связей, условия вполне приемлемые.
Она вкратце рассказала, как прошла сделка. Такое она поведала бы только потому, что Гао И ей доверяет.
— Он хитёр, как лиса, — фыркнул Гао И. — Ждёт, пока у тебя не останется других покупателей, и тогда скупит всё за бесценок. Но не переживай: даже если ты продаёшь всего на месяц, этого хватит, чтобы заявить о себе. Вспомни «Лу Ши» — разве не так начинали они?
Он огляделся, убедился, что вокруг никого нет, и понизил голос:
— Будь уверена: если дети будут хорошо питаться, родители это заметят.
Вторая городская школа входила в число лучших в провинции. Сюда попадали по нескольким причинам: либо по территориальному принципу, либо благодаря влиянию семьи, либо как одарённые ученики или спортсмены. В любом случае большинство родителей были людьми не простыми.
Чжан Юйжань сначала не поняла, но потом до неё дошёл смысл слов заведующего.
— Поняла. Не волнуйтесь, учитель Гао, у меня есть и другие каналы сбыта. Только не говорите такого в школе, ладно?
— Главное, чтобы ты сама всё понимала. Не злись на него — в конце концов, еду всё равно едят ученики, — с этим Гао И был согласен.
— Спасибо вам огромное, учитель Гао! Когда в саду созреют фрукты, обязательно оставлю вам самые лучшие.
— Правда? Отлично! Тогда мои хлопоты не пропадут даром. Ладно, раз ты так сказала, я спокоен. Пойду есть.
— Хорошо, приятного аппетита!
Когда Гао И повесил трубку, Чжан Юйжань направилась к месту, где оставила трёхколёсный электромобиль. Она уже продала сухостой с холма, и вместе с авансом от У Шэньгуй этих денег хватит, чтобы оплатить ремонт водоёма и закупить саженцы с семенами. Так она сможет вернуть отцу все деньги в полном объёме, а будущая прибыль уже будет считаться настоящей.
Чжан Юйжань прикидывала расходы, радостно посвистывая про себя.
Белый кот снисходительно взглянул на неё:
— Тебе, наверное, математику преподавал учитель физкультуры?
— Учитель Юй, вы издеваетесь надо мной?
Белый кот с жалостью посмотрел на неё круглыми глазами и лапкой постучал по бортику трёхколёсника.
Он имел в виду стоимость самого транспорта.
Ах да... Теперь баланс снова в минусе.
Чжан Юйжань обескураженно опустила плечи и села за руль. Белый кот ловко запрыгнул ей на плечо.
Заметив, что хозяйка действительно расстроена, кот забеспокоился: не потеряла ли она веру в себя? Хотя... вряд ли.
Чжан Юйжань не заводила мотор, а лишь отпустила тормоз и тайком наблюдала за реакцией кота. Внезапно она сняла его с плеча и крепко прижала к себе, зарывшись лицом в мягкий пушистый животик.
Ах, какое тёплое, мягкое облако!
— Мяу-мяу-мяу! — яростно завопил кот, вырываясь из объятий. Как благовоспитанный котёнок может терпеть такое унижение?
— Не злись, учитель Юй! Я просто пошутила! — закричала Чжан Юйжань, увидев, что он собирается убежать, и тут же создала из ци цепь, опоясавшую его поясницу. Этому приёму он сам её научил.
Юй Гу почувствовал, как лицо его пылает от стыда.
— Я... я извиняюсь! Прости меня! Учитель Юй, ты сам первый меня подколол, я просто пошутила! Прости!
— Ты... ты обещаешь, что больше никогда не будешь... так делать! — заикаясь от возмущения, потребовал кот и сердито стукнул лапой по бортику машины.
Чжан Юйжань подняла три пальца к небу:
— Клянусь! Если нарушу клятву, пусть мои финансы навсегда останутся в минусе!
(Хотя... «так» — это как именно? Не знаю... хехе.)
Юй Гу немного успокоился, ци рассеялось, превратившись в мерцающие зелёные искорки.
— Ну ладно... Прощаю. Только потому, что ты впервые провинилась.
Он встряхнул взъерошенную шерсть и вернулся на сиденье, но на этот раз уселся как можно дальше от неё, демонстративно отворачиваясь.
Чжан Юйжань пожала плечами и весело поехала домой.
Дома она сначала подключила трёхколёсник к зарядке.
— Брат, я вернулась! — крикнула она, только что воткнув штекер в розетку, и обернулась — белый кот уже восседал на стене, грелся на солнце.
Видимо, всё-таки обиделся.
— Ах... — донёсся голос из комнаты Чжан Сина. — Как прошло? — Он вышел, стараясь не показывать волнения. Ведь это была первая серьёзная сделка его сестры, и он искренне переживал.
http://bllate.org/book/5875/571398
Готово:
