Общежитие корпуса С21, комната 509, имело точно такую же планировку, как и комната в корпусе А45.
Было раннее утро — солнце ярко светило, ветерок игриво шелестел листвой, а небо чисто умылось после ночи. Юнь Вань проснулась ни свет ни заря, умылась и теперь стояла перед зеркалом у двери, причесываясь. Деревянная расчёска с резными узорами медленно скользила от корней до самых кончиков волос.
Она явно пребывала в прекрасном настроении: отражение в зеркале сияло мягкостью и спокойствием, а её улыбка расцветала, словно звёздная река.
— Маньмань, — раздался голос Му Цзиньюй с верхней койки. Да, после того как администрация школы перевела их в новое общежитие, она уже вернулась. — Почему ты сегодня так рано встала? Ведь воскресенье же.
— Наверное, просто настроение хорошее, — ответила Юнь Вань, убирая расчёску и собирая волосы в хвост. Её лицо сияло улыбкой.
— Понятно… Кстати, вы ведь всё это время жили в корпусе А45. Там что-то происходило? Говорят, там случилось паранормальное явление. Правда?
Му Цзиньюй тоже села и, натягивая одежду, с нескрываемым любопытством ждала ответа.
Юнь Вань выбрала из шкафа лёгкую куртку:
«Сегодня довольно ветрено. Эта подойдёт».
Услышав вопрос подруги, она небрежно бросила:
— Почему бы тебе не спросить Цзинцзин? Ведь именно она больше всех увлечена подобными историями, разве нет?
— Она сказала, что подписала соглашение о неразглашении, — проворчала Му Цзиньюй, спускаясь по лестнице и чистя зубы в умывальнике.
— Ну конечно, я тоже подписала, — сказала Юнь Вань. «Ты же знаешь, что мы всегда вместе. Как ты вообще могла подумать, что я узнаю что-то, чего не знает Цзинцзин? Ты совсем глупая, что ли?»
— (ˉ▽￣～) Че-е-ех! — фыркнула Цзиньюй, выплёвывая пену.
Их разговор разбудил Фан Цзин. Она зевнула и тоже поднялась:
— Вы о чём так рано утром?
В общежитии по-прежнему жили трое девушек. Учителя, опасаясь, что перемена состава комнаты негативно скажется на учёбе, решили не менять их компанию — девочки уже учились во втором классе старшей школы.
— Эй, Маньмань, когда ты купила этот браслет? Он очень красив, — заметила Фан Цзин, увидев, что подруга уже полностью готова к выходу.
На запястье Юнь Вань сверкал подвеска в форме бриллианта — кристалл, заключённый в чёрные узлы шнура. При ближайшем рассмотрении становилось ясно: внутри кристалла не стеклянная прозрачность, а словно солнце, окутанное туманом, из которого пробивался яркий, сияющий свет.
— Ты про это? — Юнь Вань сразу поняла, о чём речь, и невольно улыбнулась, глаза её заблестели от радости.
Ей явно было приятно, что кто-то обратил внимание на браслет:
— Мы купили его в прошлом году вместе. А сам кристалл подарил мне один друг. Я просто вплела его в браслет.
«Друг?» — мысленно фыркнула Му Цзиньюй. «По твоей реакции не скажешь, что это просто „друг“».
«Как же так? Обычно я сама кормлю других „собачьими косточками“, а сегодня почему-то мне стало кисло от зависти».
«Э-э-э? Почему „снова“?»
Даже усевшись за свою парту во втором «Б», Му Цзиньюй так и не поняла, откуда взялось это знакомое чувство.
— Фан Цзин, выйди на минутку, — позвала учительница у двери класса.
Юнь Вань как раз решила очередное задание с выбором ответа и теперь мучилась над сложной задачей. Услышав голос преподавателя, она невольно подняла глаза:
«Тот самый человек в чёрной форме».
Её взгляд дрогнул. После того как она поглотила обиду Чу Лин, её силы начали возвращаться.
Применив духовное восприятие, Юнь Вань сразу почувствовала: на том мужчине, не очень старом, с растрёпанными волосами, висело проклятие. Точнее, он носил при себе орудие проклятия.
Значит, он тоже причастен к Специальной следственной группе. Но ведь всё уже закончилось — зачем он снова здесь?
Фан Цзин подошла к нему и, судя по всему, была сильно удивлена. Юнь Вань уловила обрывки разговора:
— Нет… Я не… — растерянно бормотала Цзинцзин.
А напротив неё стоял человек в чёрной форме и, совершенно не слушая, кивал с видом полного понимания:
— Да-да, я вас прекрасно понимаю. Вы совершенно правы — вы не… Но…
— Донь-донь, — раздался стук по парте. Учитель прошёл мимо Юнь Вань и, заметив, что та отвлеклась, постучал по столу костяшками пальцев.
Юнь Вань послушно опустила голову и снова занялась контрольной, но левая рука машинально потёрла кристалл на браслете.
*
*
*
Время отмоталось на день назад — совещание в Специальной следственной группе.
— …Итак, я считаю, что именно акациевая роща в общежитии старшей школы Ванлинь питала проклятие, оставленное тридцать шесть лет назад. Следовательно, у спонсора господина Линя, предложившего пересадить эту рощу в школьный двор, есть серьёзные основания для подозрений. Вероятно, он получил некое наследие, пусть и не прямое. К сожалению, по имеющимся данным, он уже умер. Однако нельзя исключать, что это фальшивая смерть или подмена личности, — закончил свой доклад Обезьяна, обращаясь к Ху Чжэнцину, который сидел во главе стола и выглядел неважно.
Ху Чжэнцин кивнул, оставшись доволен результатами расследования подчинённого:
— Свяжитесь с внутренним отделом префектуры и запросите дополнительную информацию. На данный момент дело можно передать в тыл.
Теперь перейдём к следующему вопросу — кто подал заявление? Каково ваше мнение?
— По-моему, наиболее вероятный кандидат — соседка по комнате погибшей Лю Хун. Скорее всего, обе девушки столкнулись с проклятием Чу Лин, но заявительница сумела избежать беды благодаря своим способностям, а несчастная Лю Хун стала жертвой, — уверенно заявила Чжао Сюань.
Ху Чжэнцин одобрительно улыбнулся:
— Похоже, мы единодушны. Значит, это —
— Фан Цзин! — *4
(Здесь должна звучать музыкальная заставка: «Это он, это он — наш герой Не-за-ча!..»)
— В протоколах указано, что из всех соседок по комнате только она и ещё одна девушка были вовлечены с самого начала. Вторая была одержима, а Фан Цзин — нет.
— В морге, когда началась вспышка паранормальной активности, она первой заметила, что тело погибшей исчезло.
— …
Все заговорили разом, перечисляя подозрительные детали, связанные с Фан Цзин, и вскоре единогласно пришли к выводу, что именно она и есть таинственная заявительница.
— Похоже, мы пришли к единому мнению, — подвёл итог Ху Чжэнцин. — Обезьяна, завтра свяжись с этой девушкой. Постарайся завербовать её в нашу группу. Нам катастрофически не хватает внештатных сотрудников, особенно если она обладает настоящим наследием. К тому же, возможно, она сама не понимает, насколько это опасно. Не дай бог, натворит глупостей и погубит себя.
— Руководитель Ху, завтра у меня немного дел… Может, послезавтра схожу? Всё равно не срочно, — неуверенно спросил Обезьяна.
— Какие у тебя дела? Разве ты не единственный, кто не пострадал?
— Ну… — замялся Обезьяна, смущённо почесав затылок. — Друг привёз мне из-за границы бальзам для волос. Недавно сильно загрузился, и, кажется, кончики начали сечься.
Ху Чжэнцин: «……»
Взглянув на собственные выпадающие пряди и сравнив их с густой шевелюрой подчинённого, Ху Чжэнцин мрачно процедил:
— Молодому человеку какой ещё бальзам?!
Почувствовав в голосе начальника ледяную угрозу, исходящую от призрачного устройства, Обезьяна мысленно завопил:
«Ты же угрожаешь! Точно угрожаешь! Ладно, я сдаюсь, я подчиняюсь!»
*
*
*
Солнце стояло в зените. Из окон доносилось редкое стрекотание цикад. Во втором «Б» царила тишина, нарушаемая лишь лёгким шорохом перьев по гибким экранам планшетов.
Был уже октябрь, кондиционеры давно выключили, но в классе по-прежнему было душно. Старшее поколение утверждало, что раньше такого не было, а «эксперты» винили во всём явление Эль-Ниньо.
Юнь Вань только что закончила сложную задачу и вытерла испарину со лба. В этот момент подвеска на браслете коснулась щеки, подарив прохладу.
Тем временем человек в чёрной форме, стоявший у доски, закончил разговор с Фан Цзин. Обычно собранная подруга шла к своей парте в полной прострации — глаза блуждали, на лице играло странное возбуждение, будто ей только что втюхали чудо-средство.
Юнь Вань невольно задумалась:
«Официальные лица… В тот раз в морге они называли себя Специальной следственной группой. Что им нужно? Ведь дело Сяохун уже закрыто».
По её мнению, вся история — от смерти Да Чжоу до уничтожения мстительного призрака несколько дней назад — должна была считаться завершённой.
Остались, конечно, неразгаданные загадки, но Юнь Вань не собиралась в них копаться.
Если бы её силы не начали возвращаться, она, возможно, проявила бы интерес — вдруг где-то подстерегает опасность. Но теперь, даже если восстановление было минимальным, она уже не считала подобные мелочи достойными внимания.
Ведь речь шла всего лишь о жалком мстительном призраке. Разве достоин он внимания Алиман, единственной Великой Леди Духов среди двенадцати Повелителей Мёртвых Глориуса?
Эта гордость, исходящая из её высокого статуса, помешала ей провести тщательное расследование и тем самым заложила флаг для будущего позора менее чем через два года.
Конечно, сейчас она об этом не догадывалась.
Позже, анализируя события, она сможет лишь упрекнуть себя в том, что не сумела вовремя перестроить своё мышление.
Поверхностно Юнь Вань осознавала, что после воскрешения её уровень обнулился, и теперь она — всего лишь обычный человек, владеющий тайными знаниями. Поэтому она старалась быть осторожной.
Но на самом деле она даже не заметила огромного, круглого, идеально подогнанного колпака «Перезапуск для великого героя», который красовался у неё над головой.
Возьмём, к примеру, смерть Лю Хун.
Если бы она действительно была осторожна, то после инцидента в «Призрачном городке» обязательно расследовала бы смерть Чу Лин.
Узнав, что комната Чу Лин совпадает с нынешней 404-й, она могла бы взять ситуацию под контроль. Либо тайно провести ритуал, либо вовремя заметить тревожные признаки у подруги и успокоить её. Тогда Лю Хун не пришлось бы «покончить с собой»!
Но Юнь Вань была слишком высокомерна. В глубине души она по-прежнему считала себя Великой Леди Духов, стоящей далеко над смертными.
Но это уже отступление. Вернёмся в класс второго «Б».
Юнь Вань собралась с мыслями и снова погрузилась в решение задач — ей приходилось усердно трудиться. Ведь после стольких лет в другом мире она, к счастью, сохранила телесную память и не забыла весь школьный курс. Больше ей и нечего было требовать.
Прозвенел звонок. Му Цзиньюй, потянув за собой растерянную Фан Цзин, подошла сзади:
— Маньмань, пошли в столовую.
— Подождите, я уберу вещи, — сказала Юнь Вань, вставая. Собрав всё, она отправилась с подругами обедать.
На улице было солнечно, но дул сильный ветер, поэтому жары не чувствовалось.
Едва выйдя из здания, Му Цзиньюй не удержалась:
— Цзинцзин, что хотел тот симпатичный парень?
После того как её забрали домой, она начала подозревать, что в мире существуют сверхъестественные силы, и теперь горела любопытством.
— Честно говоря, я сама не поняла, что он имел в виду. Кажется, он что-то напутал, — вздохнула Фан Цзин. — Что бы я ни говорила, он всё равно кивал с видом: «Я понимаю», «Вы совершенно правы», и начал рассказывать мне, насколько опасно «настоящее наследие». Что мне оставалось делать?
— Может, расскажешь подробнее? Мы вместе подумаем, — осторожно предложила Юнь Вань.
Фан Цзин уставилась на неё:
— Ты же сама подписала то же соглашение о неразглашении! Чего же ты от меня хочешь?
По словам Специальной следственной группы, в том соглашении содержалась паранормальная сила, и нарушать его было крайне рискованно.
Юнь Вань невинно уставилась на неё:
— Ну, просто предложение…
«На самом деле то соглашение было на вкус неплохим. Не возражаю повторить».
Цзинцзин: «Ха-ха. Лучше оставьте меня в покое».
Цзинцзин не хочет с тобой разговаривать и бросает в тебя собаку.
Разговор прекратился. Вокруг воцарилась тишина.
После обеда Му Цзиньюй первой распрощалась, сказав, что у неё свидание за пределами кампуса. Видимо, за время отсутствия она успела завести нового парня.
Юнь Вань привычно погладила браслет:
— Цзинцзин, у тебя есть планы на обеденный перерыв? Я думаю, вернусь в общагу и немного посплю.
— Ты снова будешь спать? Раньше ты никогда не спала днём! — встревоженно спросила Фан Цзин.
Неудивительно: ведь последняя, кто вёл себя странно, — Сяохун — уже лежала в земле.
Юнь Вань невозмутимо ответила:
— Наверное, потому что сегодня рано встала.
http://bllate.org/book/5737/559959
Готово:
