Он взял руку Сюй Юань и положил орешек на её белую ладонь:
— Поздравляю. Ты временно покинула поместье.
Сюй Юань мягко улыбнулась:
— Спасибо за подарок.
— Если хочешь по-настоящему поблагодарить, подари мне что-нибудь стоящее в ответ. Через два месяца на балу в честь дня основания академии я хочу пригласить тебя в качестве своей партнёрши.
Се Сычжи не дал ей времени ни согласиться, ни отказаться. Он сложил их карточки с выбором дисциплин вместе и направился к передней части актового зала.
Подойдя к директору академии, он вручил ему карточки собственноручно, стряхнул с пальцев остатки скорлупы и, даже не обернувшись, вышел из зала.
Новобранцы пришли в замешательство.
Хотя все студенты академии происходили из богатых семей, они приехали сюда не для того, чтобы играть в принцев и принцесс. Семья Флаксман была известна всей стране К, а сам директор академии носил фамилию Флаксман.
Родители до отъезда внушали детям: «Обязательно проявляйте скромность». В этом месте всегда найдётся кто-то влиятельнее тебя — никогда не знаешь, какой статус у твоего однокурсника. Даже с прислугой и преподавателями нужно быть вежливыми: ведь среди них может оказаться кто-то из семьи Флаксман, проходящий практику.
Этот директор академии был справедливым и строгим. Когда он выступал с речью, новички даже шептаться не осмеливались.
Но тот красивый юноша обошёл служащего, собиравшего карточки, и лично передал их директору академии. И что самое поразительное — директор академии не возразил. Более того, он даже почтительно поклонился ему.
...
— Настоящий выскочка, — фыркнула Цзинцю за кулисами церемонии.
Она была одной из отличниц академии и помогала в организации церемонии.
На лице Се Дво играла привычная улыбка:
— У Се Сычжи, конечно, больше оснований для такой дерзости, чем у нас с тобой. В конце концов, он младший брат Се Инчжао. Да и к тому же он в дружбе с младшим сыном герцога Флаксмана.
— Такой безалаберный младший брат! Будь я на месте Се Инчжао, я бы умерла от злости.
Се Дво лишь улыбнулся, не возражая.
На самом деле он лучше всех понимал, зачем Се Сычжи так поступил.
Новички не всегда могли получить желаемую специальность. Если на какую-то дисциплину записывалось слишком много желающих, академия распределяла студентов по менее популярным направлениям согласно определённым критериям.
Се Сычжи лично вручил директору академии свои карточки и карточки Сюй Юань с единственной целью — дать понять, что эти заявки менять нельзя.
— Цзинцю, — неожиданно спросил Се Дво, — сколько у тебя ещё экзаменов не сдано?
Цзинцю нервно потрепала короткие волосы:
— Классическая музыка, философия и всемирная история. Что, разве ты хочешь меня уколоть? Ты ведь скоро выпускаешься.
— Конечно нет. Я бы никогда не стал делать ничего столь невежливого.
— Да хоть коли! У меня есть, с кого пример брать. Говорят, у Се Вэньчжоу ещё пять экзаменов впереди. Смешно, правда? Но ещё смешнее будет дальше, — с издёвкой добавила Цзинцю. — Теперь в академию поступил этот бездельник-молодой господин. Готова поспорить, он не сдаст ни одного экзамена.
Се Дво предложил:
— Давай заключим пари.
— Какое?
— Я хочу поспорить с тобой, — серьёзно посмотрел он на неё. — Заключим пари, что Се Сычжи сдаст все экзамены и получит диплом академии в течение двух лет.
— Два года?! — Цзинцю расхохоталась, будто услышала самый нелепый анекдот. — За всю сотенную историю академии Флаксман никто не получал диплом быстрее, чем за два с половиной года. Ты меня разыгрываешь? Если он действительно получит диплом за два года, я назову его папой! А ты на что готов поспорить?
Цзинцю с детства воспитывали как мальчика: она не отращивала длинные волосы и говорила грубо, без изысканности.
— Если Се Сычжи сумеет это сделать, пойдём со мной на свидание.
Цзинцю замерла, и на её лице впервые появился румянец:
— Ты совсем спятил? Женщин вокруг тебя хватает, чтобы целый боевой полк собрать! И вдруг со мной свидание?
— Они — они, а ты — ты. Мы оба носим фамилию Се, но не являемся родственниками в пределах трёх поколений. Просто свидание. Почему ты краснеешь? Неужели стесняешься?
— Пошёл ты! — Цзинцю, гордая и упрямая, почувствовала себя оскорблённой.
— Если ты так уверена, что он не справится, почему боишься пари? — Се Дво вдруг приблизился к ней. — Неужели тебе страшно ходить со мной на свидание?
— Я за всю свою жизнь никого не боялась!
— Значит, договорились, — в уголках губ Се Дво мелькнула хитрая улыбка. — Партия сделана, и назад дороги нет.
Изначально Се Инчжао должен был вернуться через полмесяца, но в стране F возникли непредвиденные обстоятельства, и он задержался.
...
Осень уже наполовину миновала, и вот наступил конец сентября.
Как обычно, Сюй Юань проснулась рано утром и немного почитала.
Внизу её ждал водитель. Машина, как всегда, была неброской, и он отвёз её только до ворот академии. Оттуда она шла пешком.
Цветы сакуры уже опали, и дорожка была усыпана лепестками, создавая мягкое, пружинистое ощущение под ногами.
Сюй Юань шла, когда сзади раздался звонкий возглас:
— Сюй Юань!
Маленькая фигурка бросилась ей на шею, чуть не сбив с ног.
Сюй Юань удержала равновесие и с лёгким укором произнесла:
— Госпожа Инь, в следующий раз не могли бы вы быть поскромнее?
Инь Ли, не отпуская её, широко раскрыла глаза:
— Госпожа Инь? Ты всё ещё называешь меня госпожой Инь? Это звучит так официально, будто мы чужие!
...
Месяц назад Сюй Юань поступила в академию Флаксман.
Из художественных дисциплин она выбрала пипу, и случай свёл её с Инь Ли, которую перевели именно на этот курс.
В классе она никого не знала, поэтому села рядом с Сюй Юань.
Весь урок Инь Ли ворчала:
— Знал бы я заранее, что в Флаксмане придётся учить столько всякой ерунды, лучше бы поехал учиться в страну А! Перед началом семестра мы с братом специально принесли директору академии подарки, а он оказался таким невоспитанным!
— Он просто проигнорировал моё желание учиться играть на хулусы и перевёл меня на пипу!
— Ещё и твердил, что делает это ради моего же блага! Чёрт побери, да он совсем спятил, Сюй Юань! Этот старикан настолько мерзок, что я даже хочу поставить мышеловку у двери его кабинета.
Семья Инь, хоть и считалась финансовой династией, разбогатела лишь несколько десятилетий назад. Её дедушка ещё недавно работал в деревне, и с детства Инь Ли презирала «аристократические» увлечения светских людей. Она выросла, играя на хулусы под руководством деда, и была уверена в своём мастерстве.
Поэтому, когда директор академии отклонил её заявку, она была в ярости. Ведь если представительница семьи Инь на светском рауте начнёт играть на хулусы, некоторые сочтут это неприличным.
Но с пипу она была совершенно незнакома, и её игра напоминала скорее вопли духов, чем музыку. На каждом занятии она страдала.
Сначала она просто села рядом с Сюй Юань, потому что та была знакома. Но вскоре обнаружила, что Сюй Юань отлично играет на пипу — почти на уровне преподавателя.
Когда она спросила, Сюй Юань спокойно ответила:
— Раньше немного занималась.
Больше ничего не добавила и не стала хвастаться.
Инь Ли влюбилась в Сюй Юань. Не только за её мягкость и доброжелательность, но и за то, что та всегда была готова помочь.
Характер у Инь Ли был взрывной и шумный, но семья требовала, чтобы она получила диплом, и она не смела ослушаться.
На кошмарных уроках пипу Сюй Юань была её спасением.
За месяц общения Инь Ли с удивлением обнаружила, что Сюй Юань — настоящая сокровищница знаний. На любую тему она могла поддержать разговор, будто не существовало ничего, чего бы она не знала.
Правда, сплетни о финансовых кланах её не интересовали.
Сюй Юань не только играла на пипу, но и прекрасно готовила выпечку.
Однажды на обязательном для девушек уроке кондитерского искусства большинство учениц разбросали ингредиенты повсюду, и столы превратились в хаос.
Инь Ли внимательно наблюдала за Сюй Юань и заметила, что та вообще не слушала учителя, а тихо заняла уголок и приготовила печенье с изюмом и миндалём.
Когда она достала его из духовки, аромат разнёсся по всему классу, но Сюй Юань даже не собиралась сдавать его как домашнее задание.
Она лишь попробовала кусочек, отложила в сторону и продолжила готовить яичные тарталетки, как требовал учитель.
Пока Сюй Юань отошла за ингредиентами, Инь Ли тайком попробовала печенье.
Пусть это и было неэлегантно, но Инь Ли клялась: это было лучшее печенье в её жизни!
...
Инь Ли, словно огромная игрушка, висла на Сюй Юань:
— Завтра у меня день рождения, и на празднике обязательно нужны вкусные сладости. Прошу тебя, Сюй Юань, приготовь их для меня! Если я не удивлю гостей чем-то особенным, эта противная Вэнь Чуньни снова будет выставлять себя напоказ!
Сюй Юань спокойно ответила:
— То, как тебя оценивают другие, не зависит от таких вещей.
— Да мне плевать, как они меня оценивают! — надулась Инь Ли. — Я просто хочу вывести из себя Вэнь Чуньни! Если она злит меня, мне весело!
— Ай! — вскрикнула Сюй Юань.
— Больно? — Инь Ли сразу отпустила её щёку. — Уже покраснело? У тебя кожа что, из бумаги?
Сюй Юань потерла лицо.
— В общем, мы же подруги, ты обязана мне помочь!
Сюй Юань замерла:
— Подруги?
Глаза Инь Ли расширились от шока:
— Ты... что имеешь в виду? За этот месяц ты что, не считала меня подругой? Тогда кем я для тебя была? Надоедливой приставалой?
Сюй Юань погрузилась в мучительное молчание.
Её глаза слегка щипало, и она даже моргнула прямо перед Инь Ли, но так и не ответила.
— Сюй Юань!!! — закричала Инь Ли.
— Ладно, ладно, — поспешила согласиться Сюй Юань, не желая ссориться с наследницей. — Я помогу тебе.
Инь Ли тут же повеселела и, крепко вцепившись в руку Сюй Юань, прыгая, пошла с ней к учебному корпусу.
Неподалёку лицо Вэнь Чуньни потемнело.
Из-за неё прозвучал автомобильный гудок. Она обернулась и увидела машину семьи Се.
Окно опустилось, и Се Вэньчжоу высунул голову:
— Госпожа Вэнь, сегодня вы идёте пешком?
Лицо Вэнь Чуньни стало ещё мрачнее.
Право въезжать на территорию академии имели лишь те семьи, которые ежегодно делали крупные пожертвования.
Семья Вэнь уже не была прежней и в этом году не стала спонсировать академию, поэтому Вэнь Чуньни теперь приходилось ходить пешком.
— Мне просто захотелось прогуляться. Разве нельзя?
Се Вэньчжоу улыбнулся и открыл дверцу:
— Госпожа Вэнь, я с радостью подвезу вас.
Вэнь Чуньни посмотрела на его довольно приятную улыбку и нахмурилась.
...
В салоне машины.
— Я знаю, как тяжело сейчас семье Вэнь, — сказал Се Вэньчжоу, откинувшись на кожаное сиденье. — Поступок старшего брата на том балу действительно был чересчур жесток.
Все ожидали, что Се Инчжао объявит о помолвке с семьёй Вэнь. Но вместо этого он публично унизил их, дав понять, что относится к семье Вэнь с презрением.
Семья Вэнь и так находилась на грани краха, а после этого случая все стали заискивать перед семьёй Се и ещё больше отвернулись от Вэнь.
Вэнь Чуньни стиснула зубы так сильно, что они заскрипели, но из вежливости ничего не сказала.
— Старшего брата просто околдовала эта женщина.
— Околдовала?
— А что ещё? Какое право имеет Сюй Юань стать хозяйкой дома Се при таком происхождении?
Вэнь Чуньни задумалась.
После того вечера семья Вэнь тщательно проверила биографию Сюй Юань. Её родители окончили известную зарубежную академию искусств, а сами занимались торговлей антиквариатом и коллекционными предметами. Семья была состоятельной, но для таких, как они, этого было недостаточно.
В последние дни Вэнь Чуньни внимательно наблюдала за Сюй Юань в академии, но девушка была слишком спокойной, и ничего выяснить не удалось.
— Если бы она не соблазнила его, Се Инчжао никогда бы не изменил решение, — в глазах Се Вэньчжоу блеснул хитрый огонёк. — Госпожа Вэнь, мы вполне можем объединить усилия.
— Для вашей семьи контракт на энергоресурсы страны К уже стал горячей картошкой, верно? Если устранить Сюй Юань, возможно, Се Инчжао изменит своё решение.
http://bllate.org/book/5714/557900
Готово:
