Две девушки остановились в метре от двери, словно достигнув финальной точки на подиуме, и приняли профессиональную позу.
Обычно они задерживались на месте три секунды, поворачивались и уходили обратно.
Но именно в тот миг, когда они застыли в позе, дверь гримёрной распахнулась.
На пороге появился мужчина. Его фигура была внушительной, черты лица — резкими и чёткими, брови — густыми и тёмными. Когда он поднял глаза, из них хлынул пронзительный, почти хищный блеск.
…Всего на секунду. Затем уголки его губ приподнялись, а взгляд стал гораздо мягче.
Он усмехнулся едва слышно:
— Приветствую, старый друг?
Шэнь Идун узнал, что Нан Жо примет участие в роскошном показе M.J. на яхте, ещё за полмесяца до события.
В тот вечер Чэнь Яньяо потащил его выпить. Шэнь Идун всё время сидел в углу дивана, равнодушно наблюдая, как Чэнь Яньяо флиртует с какой-то международной топ-моделью.
Как её звали? Он не запомнил. Даже лица не разглядел.
Пока та, томно изгибаясь, не сообщила, что уезжает за границу и вернётся только через полмесяца — участвовать в шоу M.J.
Чэнь Яньяо отвечал ей рассеянно, а та вдруг добавила:
— Среди известных азиатских моделей будет ещё одна — Нан Жо.
…
Услышав имя «Нан Жо», он впервые перевёл взгляд на говорившую женщину. Его спина напряглась, пока он слушал, как та рассказывает о показе M.J.
В итоге он уяснил одно:
Наконец-то она решила вернуться.
Поэтому сегодня он и пришёл сюда вместе с Чэнь Яньяо.
Ещё на палубе он лишь мельком взглянул — и сразу узнал её силуэт.
Эта женщина, эта походка… Он узнал бы её даже в пепле.
Когда он не видел её, он ненавидел её всей душой. Но стоило увидеть — и всё внутри заволновалось, сердце забилось только для неё.
Покурив немного в номере, он не выдержал и вышел — ему необходимо было увидеть её.
Когда он направился к гримёрной, Чэнь Яньяо подначил его:
— Что, пойдёшь проведать свою маленькую модельку Фан Жофэй? Я же знал, что ты не просто так решил прийти на этот показ. Ага!
Шэнь Идун не стал отвечать и просто толкнул дверь гримёрной —
и увидел её: руки на бёдрах, обнажающие тонкую талию, кожа — белоснежная, как снег, от одного взгляда на которую становилось легко и свежо, будто весь организм наполнялся прохладой.
Он поднял глаза и встретился с её взглядом.
Таким надменным.
Он усмехнулся:
— Приветствую, старый друг?
Она чуть приподняла подбородок, холодно посмотрела на него и отчётливо фыркнула:
— Ха!
Резко отвернулась, уверенно размахивая руками, и гордо ушла.
Её походка напоминала порхающую бабочку с расправленными крыльями. Так редко случалось, чтобы она оказалась так близко к нему — и вот, развернувшись, снова ускользнула, как дым.
Шэнь Идун потер большим пальцем — внутри всё зудело.
Хотелось схватить её.
— На кого смотришь?
Чэнь Яньяо вошёл и увидел, как тот застыл у двери, почти не моргая. Последовав за его взглядом, он увидел двух моделей, шагающих походкой кошек.
Какие ягодицы — упругие! Какая талия — тонкая!
А когда они повернулись, открылись изысканные лица.
Ага, так вот оно что.
Белую модельку он видел на подиуме, но имени не знал. А вот азиатку знал — Нан Жо.
Чэнь Яньяо встречался со многими моделями и прекрасно знал этот мир.
Нан Жо дебютировала в Нью-Йорке в семнадцать лет и сразу заняла три подряд обложки самого престижного модного журнала «VVE».
После этого её лицо появлялось на всех главных подиумах мира.
В девятнадцать она установила рекорд: за один сезон осень–зима прошла 49 показов в Нью-Йорке, Париже и Милане.
Словом, женщина, о которой мечтали многие мужчины.
Чэнь Яньяо положил локоть на плечо Шэнь Идуна:
— Глазастый, однако.
Шэнь Идун на этот раз не стал возражать. Он засунул руки в карманы и пошёл вперёд.
Харана и Нан Жо уже остановились и весело болтали. Увидев, что к ним приближается мужчина, Харана удивлённо спросила:
— Твой друг?
Нан Жо холодно закатила глаза:
— НЕТ!
Шэнь Идун: «…»
Рядом встала Фан Жофэй и робко окликнула:
— Господин Шэнь.
Шэнь Идун уже почти подошёл к Нан Жо, но, услышав её резкое «НЕТ», чуть не скривился от злости. А когда услышал томный голосок Фан Жофэй, даже не обернулся.
Фан Жофэй пожалела, что встала.
Она только недавно подписала контракт с агентством «Сюйхуа Энтертейнмент». Однажды в офисе она уже встречалась с Шэнь Идуном и знала, что он — нынешний президент компании.
Её менеджер на ушко намекнул: «Шэнь Идун — холостяк с состоянием. Если сумеешь его заполучить, карьера тебе обеспечена».
Она только начинала карьеру и не была знаменитостью, поэтому шансов подойти к Шэнь Идуну у неё не было.
Но возможности можно создавать.
Она давно решила: обязательно найдёт способ приблизиться к нему.
И вот сегодня, на показе M.J., она увидела, что Шэнь Идун здесь.
Из-за плотного графика она не успела подойти к нему. Думала даже ночью постучаться к нему в дверь.
А тут он сам пришёл в гримёрную!
Она встала, скрестив руки, и робко произнесла:
— Господин Шэнь.
Но он даже не взглянул на неё — его взгляд был прикован к Нан Жо.
Неужели Шэнь Идун увлечён Нан Жо?
Но по его выражению лица не похоже. Скорее, он смотрел на неё, как на врага.
Шэнь Идун вынул правую руку и большим пальцем надавил на сустав указательного — раздался чёткий щелчок.
Вся гримёрная замерла.
Под всеобщим вниманием Шэнь Идун бросил взгляд на Фан Жофэй:
— Сегодняшний показ для тебя особенный. Удачи.
Лицо Фан Жофэй сразу озарилось сияющей улыбкой:
— Спасибо, господин Шэнь!
Шэнь Идун снова перевёл взгляд на Нан Жо.
Та скрестила руки на груди. Её не пугал его пристальный взгляд — наоборот, она чуть приподняла подбородок, словно говоря: «Что уставился? Хочешь меня съесть? Да я тебя не боюсь!»
Шэнь Идун вдруг почувствовал себя не в своей тарелке, развернулся и ушёл.
Чэнь Яньяо взглянул на Фан Жофэй, потом внимательно оглядел Нан Жо.
«Интересно», — подумал он.
Теперь всё ясно.
Чэнь Яньяо приподнял бровь, подмигнул Хуа Лин и тоже вышел из гримёрной.
Модели и визажисты зашептались, но только Нан Жо продолжала стоять, скрестив руки на груди. В груди у неё тяжело сжималось, и говорить не хотелось.
Шэнь Идун всегда умел одним взглядом заставить все её клетки закричать.
Когда он хмурился — её сердце готово было разорваться.
А когда он улыбался — ей казалось, будто она получила весь мир.
Она опустила голову, нахмурившись.
Прошло столько лет… Почему она до сих пор такая слабака?
Вечерний показ M.J. начался вовремя.
Чэнь Яньяо усадил Шэнь Идуна на лучшее место в первом ряду. Тот машинально тер указательный сустав правой руки.
Вспомнив выражение лица Нан Жо, он стиснул зубы от злости.
Эта девчонка по-прежнему не даёт покоя.
Зазвучала музыка, на сцене появилась группа, начавшая шоу танцем и песней.
Первая модель вышла в семицветном хвостатом платье, похожая на русалку.
Чэнь Яньяо одобрительно кивнул и даже толкнул локтём Шэнь Идуна:
— Смотри, какая у неё попка! Наверняка приятно на ощупь.
Шэнь Идун закатил глаза:
— Отвали.
Музыка становилась всё громче, подогревая атмосферу.
Хуа Лин появилась шестой — в длинном белом платье с шлейфом. Чэнь Яньяо весь расцвёл, захлопал в ладоши.
Хуа Лин шла, гордо расставив руки на бёдрах, и, достигнув точки, бросила Чэнь Яньяо игривый взгляд.
Тот невозмутимо послал ей воздушный поцелуй.
Шэнь Идун чуть не вырвало. Внутри же росло томление: как же она выйдет?
Модели одна за другой демонстрировали новейшие наряды M.J.
Наконец —
появилась Нан Жо.
На фоне стены, мерцающей голубым светом, из-за кулис вышла модель.
На ней было сияющее платье необычной текстуры —
такое тонкое, что сквозь него просвечивала смуглая кожа, но ключевые участки были искусно прикрыты, создавая эффект соблазнительной полупрозрачности.
Платье имело шлейф. Когда она шла, изгибаясь, казалось, будто за ней тянется разноцветный хвост.
Она была похожа на прекрасную принцессу-павлина.
Принцесса-павлин сияла ослепительной улыбкой, свободно покачивая руками, и приближалась.
Цветные лучи мерцали вокруг неё, будто следуя за каждым её движением, ослепляя и завораживая.
Снова это мучительное томление.
Шэнь Идун снова надавил на сустав указательного пальца, на этот раз ногтем большого пальца сильно ущипнув кожу.
Только так он мог немного унять зуд в груди, не давая ему вырваться наружу.
Он поднял глаза и пристально смотрел на эту гордую павлину.
Он видел, как она подошла прямо к нему, надменно вскинула подбородок, чуть прищурилась и приняла самый вызывающий вид.
Её взгляд упал на него — как луч света, медленно скользнувший от груди к глазам.
Один — жгучий, другой — надменный.
Они столкнулись, и между ними вспыхнули искры.
В итоге она резко отвернулась и ушла.
Как настоящая принцесса-павлин, гордо покачивая хвостом, она удалилась походкой кошки.
Когда Нан Жо скрылась за кулисами, Шэнь Идун наконец отвёл взгляд.
Сердце снова стало пустым.
Таким же, как семь лет назад, когда она внезапно исчезла.
Возможно, его лицо было слишком мрачным — Чэнь Яньяо нахмурился, приподнял брови и подумал, что с их господином Шэнем сегодня что-то не так.
На этом показе M.J. было сотни нарядов, и Нан Жо выходила восемь раз. Каждый раз её появление приковывало взгляд Шэнь Идуна, не давая ему отвести глаз.
Среди сотен людей в зале его глаза видели только её.
Внимание было полным, ничто не могло отвлечь.
Даже Чэнь Яньяо не выдержал:
— Ты сегодня какой-то странный. Неужели прилип к ней взглядом?
Под мелькающими огнями Шэнь Идун повернулся к Чэнь Яньяо, ничего не сказал и снова уставился на подиум.
Чэнь Яньяо не отставал:
— Я в последнее время много слышал о Нан Жо.
Шэнь Идун тут же повернул голову, бросив на него взгляд: «Говори быстрее».
— Нан Жо начинала во Франции, верно? Потом её заметил всемирно известный дизайнер Фан Хэцзин и сделал своей первой эксклюзивной моделью. За год она вошла в элиту международных топ-моделей.
Шэнь Идун закатил глаза: «Всё это я и так знаю. Зачем повторять?»
Видимо, этот взгляд задел Чэнь Яньяо. Тот обиженно дёрнул его за рукав:
— Ещё не всё! Знаешь, что говорят в индустрии?
Шэнь Идун приподнял бровь.
— Говорят, что всё, чего она добилась, — заслуга её матери, Вань Цинъин.
Имя Вань Цинъин Шэнь Идун знал.
Вань Цинъин — легендарная мировая модель.
В молодости её называли «принцессой Ваньвань». И даже сегодня, стоит упомянуть «Ваньвань», как все в индустрии знают, о ком речь.
— Вань Цинъин и Фан Хэцзин — давние друзья, хотя и разного возраста. Весь мир знает об этом. Все твердят: если бы не Вань Цинъин, Нан Жо никогда бы не приблизилась к Фан Хэцзину. Более того, Фан Хэцзин лично расчистил ей путь. Если не из-за Вань Цинъин, то, наверное, Фан Хэцзин преследует какие-то корыстные цели.
Шэнь Идун знал об этом не всё, но кое-что выяснил за годы и не удивился.
Чэнь Яньяо намеренно перечислил все факты и, только когда Шэнь Идун уже готов был взорваться, наконец перешёл к главному.
http://bllate.org/book/5712/557752
Готово:
