На столе у Чэн Юй царил полный хаос, а на полу уже валялись осколки разбитых флаконов с тоником и молочком.
Мать Чэн Юй стояла с ярким румянцем на щеках, узкими раскосыми глазами и тонкими, будто наточенными, губами — лицо её было истинно злобным.
Чэн Юй сидела у стола, скрестив руки на груди:
— Постарайся быть поосторожнее. Мои вещи — ладно, я не стану возражать, но если разобьёшь что-нибудь из вещей моей соседки по комнате, тебе придётся заплатить полную стоимость. У неё всё из Америки, и тебе за всю жизнь не заработать столько, чтобы возместить ущерб.
Услышав это, мать тут же перестала швырять предметы, ещё раз тыча пальцем в нос дочери и выкрикнув несколько оскорблений вроде «неблагодарная тварь», после чего ушла.
За дверью собралась толпа девушек, которые шептались и перешёптывались — все пришли поглазеть на происходящее.
Чэн Юй холодно прошла мимо них и с силой захлопнула дверь.
Бах!
В комнате воцарилась внезапная тишина — мёртвая, гнетущая.
Ся Тянь и Лу Маньмань переглянулись и тут же опустились на корточки, собирая разбросанные флаконы и баночки.
— Этот «Сакура Водер» наполовину цел, можно использовать. Надо перелить в маленькую бутылочку.
Ся Тянь тут же побежала к своему столу:
— У меня есть пустая бутылочка!
— Жаль только пудру — вся рассыпалась. Ладно, всё равно оставалось немного.
— Зато этот флакон с молочком цел, слава богу.
Девушки лихорадочно помогали Чэн Юй убирать разгром, а та уже взяла в руки метлу и начала сметать осколки стекла и остатки косметики.
Она плотно сжала губы и молчала.
Лу Маньмань и Ся Тянь поднялись и задумались, как бы её утешить, но Чэн Юй вдруг легко улыбнулась:
— Да ладно вам, я уже привыкла. Лучше проверьте свои вещи — вдруг она чего прихватила по дороге.
Обе девушки замерли и смотрели на неё, не двигаясь.
— Юйцзе, — неуверенно спросила Лу Маньмань, — у вас в семье, случаем, не трудности какие?
Ся Тянь энергично закивала.
— Ах, да бросьте, — махнула рукой Чэн Юй. — У нас просто такая ситуация. Не то чтобы голодать приходится… Просто всё хорошее достаётся их сыну, а я будто чужая. Ну и ладно. Если они считают меня чужой, мне и самой наплевать.
Лу Маньмань никогда не думала, что в одной семье может быть такое чёткое разделение на «своих» и «чужих».
— Кстати, Маньмань, — вдруг обернулась к ней Чэн Юй, — если выиграть на том соревновании чемпионат страны, приз будет больше, чем на областном?
Авторские примечания: Конец месяца! Умоляю, пожалуйста, используйте оставшиеся у вас питательные растворы!
— Если выиграть на том соревновании чемпионат страны, приз будет больше, чем на областном?
Чэн Юй подметала мусор, спрашивая это с видом полного безразличия.
Лу Маньмань загорелась вся:
— Ты хочешь со мной в команду?! — и бросилась к ней, схватив за обе руки.
— Не заводись, — с отвращением отодрала Чэн Юй её лапки. — Я просто так спросила.
— Приз есть! — торопливо заверила Лу Маньмань.
— Сколько?
— Сколько угодно!
Чэн Юй презрительно фыркнула:
— Ты хоть чуть-чуть серьёзной можешь быть?
Лу Маньмань торжественно заявила:
— На самом деле приз не такой уж и большой — всего двадцать тысяч юаней. Но если выиграть чемпионат, потом можно заработать гораздо больше...
— Стоп... сколько?
— Двадцать тысяч.
Чэн Юй широко распахнула глаза:
— И это «не так уж и много»?
Ся Тянь беззаботно добавила:
— Она же американская капиталистка, а ты — бедняжка.
Чэн Юй покрылась испариной: = =
Лу Маньмань невинно заморгала:
— Раньше я за один турнир получала в десять раз больше, поэтому и не считаю это много...
— Боже мой, — прижала руку к сердцу Чэн Юй. — У вас в этой профессии такие деньги водятся?
— Конечно.
Ся Тянь уже листала что-то на ноутбуке:
— Раньше проводили исследования: в этой индустрии основные деньги получают инвесторы, потом — стриминговые платформы и менеджеры, а профессиональные игроки находятся на самом дне пищевой цепочки и получают меньше всех.
— Даже если меньше всех, это всё равно немало! — недоумевала Чэн Юй. — Откуда у вас столько денег?
— Потому что фанатов много, — пояснила Лу Маньмань. — В Америке из пяти прохожих минимум один — фанат киберспорта. Платформы зарабатывают на рекламе и трафике, клубы — на спонсорских контрактах, а игроки — на мерче...
— Круто, — сказала Чэн Юй. — Если бы я за один турнир получала по десять-двадцать тысяч долларов, пусть только попробуют меня унизить.
— Э-э, — напомнила Лу Маньмань, — это ставки профессионалов.
— Маньмань, тебе ещё нужны люди? — спросила Чэн Юй. — Может, соберём команду и сыграем?
— Отлично! — Лу Маньмань, несколько дней бывшая в унынии, тут же воспрянула духом и начала потирать руки. — Сестрёнка, я тебя научу побеждать!
***
LINE (неофициальная версия).
Цзяоцай Цзиньбао Ако: Деньги за маску я уже перевёл тебе на счёт.
Четырнадцатилетняя Лу Сяньнюй в развитии: Ок.
Ако: Продал за 140 000, делим пополам — по 70 000 каждому.
Лу Маньмань: Кто вообще такой богатый и безмозглый, чтобы отдать 140 000 за такую штуку? Да он псих!
Ако: Сейчас поищу данные отправки, там же указана настоящая личность.
Через пять минут.
Ако: Нашёл! Ого, да он китаец!
Лу Маньмань: А??
Ако: Вау!
Лу Маньмань: Чувствую, что-то не так.
Ако: Угадай, кто купил твою маску?
Лу Маньмань: Изверг-отаку, седой и жирный?
Ако: Это капитан Юань Сюй!
Лу Маньмань: ................................
Лу Маньмань: Чёрт, чёрт, чёрт! Зачем он купил мою маску? Неужели хочет меня преследовать?!
Ако: 【Курю】С твоей-то фигурой — короткие ножки, ни груди, ни попы — нормальный мужчина с тобой и связываться не станет.
Лу Маньмань: 【Опрокидывает стол】
***
Несколько дней Лу Маньмань мучилась, размышляя о том, зачем Юань Сюй купил её маску. По ночам она придумывала бесконечные сценарии, и каждый заставлял её ворочаться до утра.
Тем временем она и Чэн Юй начали тренироваться в парном режиме. Парные соревнования сильно отличаются от одиночных — здесь критически важна слаженность. Двум совершенно незнакомым людям нужно много практики, чтобы выработать настоящую командную химию.
В стрелковом клубе девушки в серых защитных очках отрабатывали мишени. Ся Тянь сидела на скамейке в стороне и усердно зубрила слова.
Чэн Юй выстрелила — попала точно в яблочко — и небрежно спросила:
— Так тебе правда звонил Юань Сюй и спрашивал, нравится ли он тебе? А потом ещё купил твою маску? Что он задумал?
Ся Тянь тут же подняла голову и закричала:
— Вау, какой извращенец!
Лу Маньмань: ......
Она сняла очки и подошла к скамейке, отхлебнула из зелёного термоса:
— Он тогда спрашивал, нравлюсь ли я ему... А потом купил мою маску... Что это вообще значит?
Чэн Юй отложила оружие и с удивлением посмотрела на неё:
— Малышка, твой уровень глупости одновременно по интеллекту и эмоциям вызывает у меня восхищение.
Лу Маньмань возмутилась:
— Можно по-человечески?!
Чэн Юй улыбнулась и подсела к ней:
— Всё просто: он в тебя влюблён.
Лицо Лу Маньмань покраснело:
— Не может быть!
— Чувствуешь себя избранницей кумира? — весело поддразнила Чэн Юй. — Фанатки Юань Сюя каждый день в комментариях к его постам вопят: «Братец, трахни меня!»
— Я же не фанатка его, — пробормотала Лу Маньмань.
Остаток дня Лу Маньмань сидела на скамейке, переваривая эту новость, а Чэн Юй тем временем показывала Ся Тянь, как правильно стрелять.
Не в силах больше терпеть, Лу Маньмань вышла из тира и направилась в коридор подышать свежим воздухом.
Прислонившись спиной к стене, она смотрела себе под ноги и водила носком туфли по полу, пытаясь унять бурю в голове.
Неужели правда так, как сказала Чэн Юй? Он в неё влюблён?
Покупка маски — слишком уж прозрачный намёк. Что он вообще себе думает? У неё сейчас и в мыслях нет никаких романов.
Но если он вдруг признается... Соглашаться или отказывать?
Видимо, тогда он просто проверял почву... Чёрт, она ведь сказала, что он ей не нравится! Наверное, он тогда расстроился.
Стоп, чего я вообще переживаю? Мне же он не нравится! Если признается — откажу.
Ааа... Почему-то стало немного жаль. Совсем с ума сойти.
Лу Маньмань вышла на балкон, чтобы немного погреться на солнце и развеять тревожные мысли. В этот момент она услышала разговор двух мужчин рядом:
— Ты в курсе, что маску W выставили на аукцион в вэйбо? Стартовая цена — 250 000!
— Разве её не продавали раньше на eBay? Там старт был 50 000, а продали за 140 000.
— Перекупщик сразу удвоил цену. Настоящий жадюга!
— Зато желающих много.
— Это же маска W! В ней она выиграла столько решающих боёв. Эта маска — историческая реликвия киберспорта. Даже за 500 000 я бы купил!
— Покупатель явно с коммерческой жилкой — перепродаёт и сразу удваивает прибыль.
Лу Маньмань: ......
Как же ненавижу, когда сама себе воображаю!
***
Жэнь Сян вернулся с вечерней пробежки, а Юань Сюй всё ещё сидел перед компьютером, не шевелясь.
Даже когда Жэнь Сян, весь в поту, вошёл в комнату, капитан не изменил ни позы, ни выражения лица.
Жэнь Сян ткнул ногой в Гу Цзефэна, который сидел на диване и играл:
— Что это наш капитан так увлёкся?
Гу Цзефэн поморщился и оттолкнул его вонючую ногу:
— Капитан хотел нанять ботов, чтобы поднять цену на маску W, но пять мао за аккаунт показались ему жалко, поэтому он сам завёл кучу фейковых аккаунтов.
Жэнь Сян: ......
Ахэн, в чёрной майке, поднимал гантели:
— Теперь понятно, почему у нас в X-команде такие нищие условия: даже после победы не дают премии, а встречи с фан-клубом проводим за свой счёт. При таком раскладе наше царство скоро рухнет!
Трое вполголоса жаловались за спиной капитана, а тот, ничего не подозревая, увлечённо играл несколькими аккаунтами одновременно. В этот момент его телефон завибрировал.
На экране высветилось: 【Немножко милая Сяо Цюэлу】
Юань Сюй приподнял бровь, взял трубку и вышел из комнаты.
Ахэн шепнул с любопытством:
— Какой такой звонок, что прятаться надо?
Жэнь Сян:
— Ещё ладно спрятаться... Но зачем в туалет идти? В клубе же полно мест!
Гу Цзефэн с загадочным видом произнёс:
— По логике моего мозга с IQ 250, наш капитан, скорее всего...
Ахэн и Жэнь Сян одновременно уставились на него:
— Ну?!
— Говори скорее!
Гу Цзефэн многозначительно ухмыльнулся:
— Он, скорее всего... страдает запором.
Оба упали:
— Да при чём тут запор?! Разве он похож на человека, идущего в туалет, если скачет туда, как обезьяна?!
***
Юань Сюй запер дверь туалета, сел на крышку унитаза, глубоко вдохнул и ответил на звонок.
— Юань Сюй, ты урод!!!
Он инстинктивно отодвинул телефон от уха — барабанные перепонки едва выдержали удар.
По ту сторону провода Лу Маньмань была вне себя:
— Ты перепродаёшь мою маску — ладно! Но почему не делишься деньгами?! 250 000! Как ты вообще можешь быть таким жадным?! Ты вообще человек?!
Юань Сюй приподнял бровь:
— Твоя маска?
http://bllate.org/book/5616/550060
Готово:
