Огромный чёрный рюкзак Ци Люхоу висел на плече Е Чэна так, будто не весил ничего.
— А ты? Твои книги?
Е Чэн поднял рюкзак в руке:
— Вот они.
«…» — выглядело так же невесомо, совсем не похоже на сумку, набитую учебниками.
Школьники, получившие каникулы, хлынули к воротам. Большинство уже переоделись из формы, но Ци Люхоу по-прежнему была в ней — ей было лень переодеваться, да и проще сразу надеть её домой, чтобы потом постирать.
У ворот Ци Люхоу заметила среди множества машин за оградой белую, припаркованную в том же самом месте, что и в тот вечер. Наверное, за Е Чэном.
Е Чэн оглядел толпу и нахмурился. Похоже на базар. В Старшей школе Чаньсин такого никогда не бывало — всех учеников всегда забирали на персональных автомобилях.
Ци Люхоу помахала Е Чэну:
— Э-э… я пойду ждать автобус на остановке. Ты уезжай.
Е Чэн, неся оба рюкзака, кивнул:
— Хорошо. Только не играй в телефон в автобусе… от этого укачивает.
— Ладно.
Ци Люхоу пошла налево, Е Чэн — направо.
Ци Люхоу подумала: чем их нынешнее положение отличается от отношений влюблённых?
Почему у неё внутри всё так радостно трепещет?.. Как будто они — пара упрямых подростков, которые никак не решаются признаться друг другу, но уже живут как пара. Кисло-сладко и с лёгким оттенком запретного.
А ведь раньше, когда она встречалась с Чун Чжэнци… всё её сердце было полно благоговейного восхищения перед гением-отличником…
Ци Люхоу добралась до остановки. Среди толпы, где почти никто не был в форме, она выделялась особенно ярко.
Вскоре к ней подошёл ещё один ученик в школьной форме — Бэй Ханьсюэ. Он слышал, что Ци Люхоу якобы нравится ему, но никогда не верил. В конце концов, Ци Люхоу была слишком красива, а он — обычный парень технической специальности, без особых достоинств.
Чтобы Ци Люхоу нравилась именно ему… это просто нелепо.
Но сегодня, оказавшись рядом с ней, Бэй Ханьсюэ вдруг понял: она действительно потрясающе красива. Мелкие, изящные черты лица, невысокий рост — в ней чувствовалась такая хрупкость, что возникало желание спрятать её в карман. Мужская природа взяла своё, и Бэй Ханьсюэ невольно перевёл взгляд чуть ниже…
«Хм… Неудивительно, что многие парни считают её лучше Шэнь Я. Даже если судить только по… внушительной груди… она уже выделяется среди всех так называемых „богинь“».
На остановке царила обычная суета. Как только подошёл автобус, все бросились в него, будто за жизнью бежали. Бэй Ханьсюэ рванул первым.
Хрупкое тело Ци Люхоу превратилось в листок на ветру… Она уже почти ухватилась за дверную раму, но тут же её вытолкнула вперёд нахлынувшая толпа.
«Всё, — подумала она, — этот автобус я не успею…»
Не успела она даже вздохнуть, как на спину легло тёплое прикосновение — кто-то уверенно и решительно подтолкнул её вперёд, буквально впихнув в салон.
Действие было быстрым и чётким.
Голова у Ци Люхоу пошла кругом. Протискиваясь внутрь, она вспомнила фразу: «Время — как вода в губке: если хорошенько сжать, оно обязательно найдётся».
Так же и с местом в автобусе.
Тот человек не остановился на достигнутом — вслед за ней он тоже втиснулся внутрь.
Ци Люхоу сделала пару шагов вперёд, прижатая к толпе. Человек за её спиной тоже двигался следом, так что со стороны могло показаться, будто он пользуется моментом. Но, оглядевшись, она поняла: в такой давке иначе просто невозможно.
Сзади продолжали напирать новые пассажиры, и их с незнакомцем прижало к центру салона.
Держаться за поручни уже не требовалось — настолько плотно стояли люди.
— Ты, наверное, не дотянешься до верхнего поручня? — спросил тот, кто стоял сзади.
На самом деле он хотел прошептать ей на ухо, но в такой толчее невозможно было наклониться, да и разница в росте была обидной. В итоге все вокруг услышали его слова.
Ци Люхоу опустила голову:
— Разве у тебя нет водителя, который должен тебя забрать?
Е Чэн усмехнулся:
— Ты даже не оглянулась ни разу за всё время. Откуда знаешь, что это я?
«…»
Только Е Чэн осмеливался так открыто прижимать ладонь к её спине и толкать вперёд — точно так же, как на утренней зарядке.
Староста тоже однажды толкал её, но если хорошенько вспомнить детали, то только Е Чэн делал это без всяких сомнений и колебаний.
Второй рюкзак всё ещё тянул руку Ци Люхоу вниз. Е Чэн забрал его и повесил себе на плечо, затем, с трудом удерживаясь в толчее, развернул её к себе и поставил перед собой:
— Смотри вперёд, а то укачает, и ты меня обольёшь.
Ци Люхоу, которой стало гораздо легче стоять спереди, промолчала.
«Что делать… Этот парень, кроме ядовитого языка, ничем не отличается от типичного заботливого парня».
Е Чэн был слишком высоким — стоя за ней, он полностью загораживал обзор. А вот когда она стояла перед ним, хотя бы не чувствовалось, что её со всех сторон зажали в тиски.
— А твой водитель? — Ци Люхоу чуть повернула голову, чтобы взглянуть на него.
Е Чэн задумался:
— Не знаю. Наверное, где-то сзади едет.
«…» — «Как же завидно богатым».
Е Чэн стоял прямо за её спиной, плотно прижавшись. Ци Люхоу нервничала и невольно переводила взгляд на сидящих рядом.
И вдруг заметила, что один из них тоже смотрит на неё.
Это был Бэй Ханьсюэ.
Е Чэн проследил за её взглядом и прищурился.
* * *
Ученица-двоечница Люхоу и отличник Ханьсюэ: битва взглядов.
Ци Люхоу тут же отвела глаза.
Раньше, будучи ослеплённой слепым восхищением перед гением, она дважды невольно загораживала Бэю Ханьсюэ дорогу. К счастью, он не сочёл её сумасшедшей, но, скорее всего, подумал, что она странная — ведь он даже не удостоил её вниманием.
Из-за этого Ци Люхоу некоторое время подозревала, что у неё психическое расстройство.
Е Чэн посмотрел на Бэя Ханьсюэ и медленно приподнял одну бровь. Но поскольку лицо у него было красивым, этот жест выглядел не просто вызывающе, а дерзко и уверенно.
Бэй Ханьсюэ мрачно уставился в окно, но через минуту снова не выдержал и бросил взгляд на Ци Люхоу.
Ци Люхоу смотрела строго перед собой.
Бэй Ханьсюэ сидел справа от неё. Е Чэн незаметно протянул правую руку и вдруг щёлкнул её за мочку уха, после чего сразу отпустил.
Бэй Ханьсюэ: «…»
«Какая наивная попытка подставить меня! Неужели она подумает, что это я её щёлкнул?»
Но в глубине души он всё же надеялся… надеялся, что Ци Люхоу обернётся и скажет ему: «Нет, это не ты…»
Однако Ци Люхоу вовсе не посмотрела на него так, как он ожидал. Вместо этого она резко наступила ногой на кроссовок Е Чэна.
Обиженный и проигнорированный Бэй Ханьсюэ: «…» — сидел, словно одинокий пёс.
Е Чэн был в кроссовках с толстой подошвой, а Ци Люхоу — в тонких туфельках, похожих на балетки, простых белых.
От такого лёгкого нажатия Е Чэну было совсем не больно, но он всё равно свёл пальцы ног и изобразил мучительную боль:
— Ци Люхоу, ты слишком жестока! У меня же почти перелом!
— А у меня ухо почти переломалось!
— Ухо может сломаться? Я впервые слышу. Да и… откуда ты знаешь, что это был я?
Ци Люхоу: «…»
«Ведь Бэй Ханьсюэ вообще не обращает на меня внимания. Кто ещё, кроме Е Чэна, мог это сделать?»
«Е Чэн — просто зануда».
Увидев, как она надулась, Е Чэн снова щёлкнул её за ухо. На этот раз она схватила его за тыльную сторону ладони, оставив две красные полосы. Но он, похоже, почувствовал, что отыгрался, и даже бросил вызывающий взгляд Бэю Ханьсюэ: «Ну как, завидуешь? У нас с Люхоу полное взаимопонимание!»
Отличник Бэй отвернулся к окну: «Я одинокий пёс, ем и путешествую, останавливаюсь и иду дальше… но почему пассажиры такие раздражающие?»
Е Чэн с ностальгией вспомнил, как она наступила ему на ногу:
— Товарищ Ци, не поможешь?
— Что?
Е Чэн лёгонько ткнул носком в её пятку:
— Встань на мои кроссовки. Посмотрим, смогу ли я поднять ногу.
«…» — «Неужели у Е Чэна в голове дыра?»
Ци Люхоу проигнорировала его. Е Чэн не сдавался:
— Ну давай, наступай уже!
— Это не бальные танцы, чтобы наступать! — покраснев, ответила она.
К тому же окружающие уже начали часто бросать на них взгляды.
«Почему Е Чэн так странно говорит? Люди же подумают непонятно что!»
— Тогда повернись и встань на мои кроссовки. Будто танцуем. Я ведь никогда не пробовал такого ощущения, — не унимался Е Чэн, словно настоящий болтун.
«…» — Ци Люхоу уже сходила с ума от него:
— Не хочу с тобой «пробовать». Если ещё раз заговоришь — укачает, и я вырву прямо на твои кроссовки.
«…»
«Ты что, укачивается мгновенно? Ты вообще молодец!»
Е Чэн немного притих.
Вернее, притих надолго.
Ци Люхоу невольно затаила дыхание — наверняка он что-то замышляет.
Но, как оказалось, она напрасно подозревала его. Е Чэн ничего не делал.
Прошло почти пять минут. Ци Люхоу осторожно вдохнула и расслабилась…
Внезапно:
— Аа! Ты что делаешь?!
Е Чэн:
— Тс-с-с…
Ци Люхоу замолчала.
Окружающие не понимали, что произошло, но смотрели на Е Чэна с осуждением: «Молодой человек, и так красив, да ещё и кумир многих девушек в автобусе… Как же ты можешь вести себя так странно в обычной жизни?»
Ци Люхоу восхищалась Е Чэном: «Ему, наверное, лет десять от роду». Всё это время он молчал, будто готовился к чему-то, и как только она расслабилась, он вдруг обхватил её за талию и поднял вверх.
Перед высоким Е Чэном хрупкая Ци Люхоу оказалась в воздухе и невольно поставила ноги на его кроссовки.
Ци Люхоу:
— Ты что, псих?
Е Чэн улыбнулся:
— Ты такая лёгкая! Гораздо легче, чем я думал.
— Ха-ха. Если ноги отвалятся — не приходи ко мне.
Ци Люхоу попыталась спуститься, но в этот момент перед ней освободилось место, и другой пассажир тут же занял её прежнее положение.
«Мисс Ци Люхоу» хотела схватить Е Чэна за воротник и спросить, с каких пор он стал таким идиотом.
— У тебя пятьдесят кило? — радостно спрашивал Е Чэн, постукивая ногами по полу.
— Пятьдесят кило… Я вообще человек?
— Но ты правда очень лёгкая, — снова восхитился он. У Ци Люхоу тонкая талия, стройные ноги. От того короткого прикосновения он уже мог представить себе плоский животик и хрупкие плечи. Он наклонился ближе и тихо, так, чтобы слышала только она, прошептал: — Думаю, тебе восемьдесят кило.
Ци Люхоу подумала: «Он угадал довольно точно». Но тут же Е Чэн добавил:
— Грудь… наверное, двадцать кило?
«…»
«Можно ли тут выругаться?» — Ци Люхоу резко локтем ткнула его в живот:
— Ты что, пристаёшь? Уличный развратник?
— Да ты много знаешь, — отозвался Е Чэн, оттолкнув стоящего впереди, чтобы освободить для неё немного места, и поставил её на пол.
Лицо Ци Люхоу покраснело, и она не знала, какую гримасу изобразить.
Е Чэн тоже покраснел.
В ту долю секунды между ними произошло нечто крайне неловкое, из-за чего он и поставил её на землю.
Он переоценил свою выдержку.
Забыл, насколько у Ци Люхоу… округлая попа.
В голове мелькнула глупая мысль — и он поднял её. Последствия были очевидны…
Когда он поспешно опустил её на пол, он даже не знал, заметила ли она что-нибудь…
Е Чэн чувствовал, что объясниться уже невозможно. Его намерения были чисты — просто подразнить Ци Люхоу, заставить её встать на свои кроссовки. Всё остальное — лишь вспомогательные движения…
Просто он переоценил свою молодую, горячую выдержку. Вернее, у него её вообще не было…
Е Чэн даже снял рюкзак с плеча и прикрыл им перед собой… «Вот теперь я выгляжу по-настоящему пошлым».
«Если меня теперь назовут кумиром, я даже не посмею ответить».
Ци Люхоу стояла на полу, ошеломлённая, и долго молчала.
Е Чэн смотрел на макушку её головы и думал: «Всё, он точно не развратник, но Ци Люхоу, наверное, уже поняла…»
Он начал глубоко размышлять: «Почему раньше, в Старшей школе Чаньсин, я был таким „кумиром“? Я никогда не дразнил девушек, разве что однажды, ради глупого пари, устроил неприятности одной, и до сих пор не уладил этот конфликт… В обычной жизни я вообще не стремился к близости с кем-либо. А с Ци Люхоу словно магниты — сразу тянет друг к другу».
Уши Ци Люхоу тоже сильно покраснели, и она стояла, не двигаясь.
Е Чэн думал: «Всё, всё, всё… Подростковые отношения так хрупки! Вдруг она решит, что я мерзкий, и занесёт в чёрный список?»
Он слегка наклонился:
— Сяо Хо, прости… Я виноват…
«…»
— Правда виноват. Я не хотел… Я просто хотел пошутить с тобой, посмотреть, как ты разволнуешься… — объясняя, он сам признавал, какой он дурак и зануда.
Ци Люхоу мысленно повторяла сто раз подряд: «Пожалуйста, не упоминай об этом, не упоминай…» Но ведь это был Е Чэн.
— Не говори больше… — прошептала она, боясь взглянуть на реакцию Бэя Ханьсюэ.
http://bllate.org/book/5513/541154
Готово:
