Хотя ей и было немного обидно, она всё же послушно спрыгнула со стула, отошла в сторону и уселась на край парты, болтая ногами и улыбаясь, уставилась на затылок Тан Иньфэна. С одной стороны, ей было приятно, что кто-то делает за неё работу, а с другой — она тихо вздохнула: «Эх, жаль, что я не повыше ростом!»
Из-за окна донеслись чёткие шаги — «так-так-так». Она обернулась и увидела, как мимо проходит высокая учительница на каблуках. На ней была белая рубашка, а под расстёгнутым воротом соблазнительно изгибалась линия груди. Снизу — джинсовая юбка, плотно облегающая округлые бёдра, и чёрные десятисантиметровые каблуки, подчёркивающие белизну и стройность ног. Пышные волны волос ниспадали на плечи и мягко покачивались при каждом шаге.
Цзян Ялэ цокнула языком: «Ох, какая женщина! Зрелая, сексуальная и при этом такая умница…» Не в силах сдержаться, она резко прижала подбородок к груди и уставилась на свою плоскую грудь. Затем осторожно покосилась на Тан Иньфэна — тот сосредоточенно вытирал доску. Она тихонько подняла указательный палец и аккуратно заглянула себе под ворот футболки: на маленьком бюстгальтере едва заметно выпирали два крошечных бугорка. Похоже, грудь начала расти… но когда именно? До того, как она стала вампиром, или после?
— Ах! — тяжело опустила голову Цзян Ялэ. — Как же я забыла! Я же вампир! У вампиров разве бывает грудь?!
Тан Иньфэн спрыгнул с табурета и придвинул стул на место. Увидев её поникшую фигуру, он удивлённо спросил:
— О чём вздыхаешь?
На него смотрели большие соблазнительные глаза, и от этого Цзян Ялэ стало ещё грустнее. Через некоторое время, когда он похудеет, он станет таким красавцем, что девчонки будут визжать! Но какая разница, если она сама не сможет им насладиться?...
Тан Иньфэн покачал головой и продолжил стирать с доски. «Вот и правда, — подумал он, — женщины такие же загадочные, как иголка на дне моря. Только что всё было в порядке, а теперь вдруг…»
* * *
Вечером, принимая душ, Цзян Ялэ стояла перед зеркалом, разглядывая две крошечные выпуклости на груди. Она старалась сдвинуть их вместе, но они были такими маленькими, что, сколько ни сдвигай, между ними всё равно зиял ровный, пустой «коридор».
Ей было невыносимо досадно. Губы надулись, и, взглянув на своё милое личико в зеркале, она чуть не завопила: «Какая польза от такой миловидности?! Мне нужны пышные формы! Мне нужна бороздка между грудей! Мне нужна сексуальность! И чтобы месячные приходили каждый месяц! Чёрт! Сяо Паньдуй становится всё красивее!»
По поведению Линь Сяси сегодня она уже почувствовала серьёзную угрозу. Сверстницы только начинают развиваться, и пока разница не так заметна, но через пару лет всё станет очевидным. Как тогда с ними соревноваться?
«Надо срочно действовать! Надо первым делом завалить Сяо Паньдуя!»
— А-а-а! — издала она боевой клич перед зеркалом, изображая, как набрасывается на милого зверька с раскрытой пастью.
Но на следующий день она поняла, что ошибалась.
Утром она в очередной раз отказалась от предложения Сяо Паньдуя проводить её в школу и чуть не опоздала. Мчалась по коридору и врезалась прямо в «стену» Ли Хуэй. Та была не только полной, но и высокой, а Цзян Ялэ была мельче большинства девочек, так что её лицо уткнулось ровно в грудь Ли Хуэй. От прикосновения всё показалось мягким и упругим. Она поспешно отступила, чтобы устоять на ногах, и взгляд её прилип к дрожащим волнам на груди Ли Хуэй.
— Ой-ой-ой! — воскликнула она, поражённая до глубины души!
Чжан Юй, пришедшая почти одновременно с ней, увидела её ошарашенный вид и, протянув руку, оттащила подругу в сторону. Ли Хуэй гордо выпятила грудь и важно удалилась. Только тогда Чжан Юй шепнула с лёгким презрением:
— Не позорься так открыто! Если уж хочешь смотреть — смотри на мою! У нас же всё есть!
Цзян Ялэ с трудом оторвала взгляд и перевела его на Чжан Юй. Та тут же прижала ладони к вороту своей одежды:
— Ты… извращенка! И правда смотришь?!
До самого урока она не могла перестать поглядывать на одноклассниц. Оказалось, многие уже начали носить взрослые бюстгальтеры, и лишь немногие, как она, всё ещё стеснялись и носили детские майки.
Это было слишком обидно! Завалить Сяо Паньдуя — задача номер один!
Она лежала на парте, безжизненно уставившись в доску, мысли её блуждали где-то далеко. Даже когда учитель вызвал её к доске, она впервые в жизни не смогла ответить. Девочки смотрели на неё с насмешкой, и ей казалось, что все они смеются именно над её «двумя маленькими вонгдзы» на груди.
Опустившись на место с пылающими щеками, она заметила, что Тан Иньфэн уже положил перед ней записку с правильным ответом — она даже не обратила внимания.
Встретившись с его недоумённым взглядом, она написала на обороте записки: «Ты когда-нибудь чувствуешь себя неполноценным?»
Да, она чувствовала себя неполноценной. Мысль о том, что она никогда не повзрослеет, заставляла её чувствовать себя ещё хуже. Она ведь не как те бездомные вампиры из сериалов, которые могут просто уехать в незнакомый город и влиться в компанию сверстников. У неё есть семья! Есть папа и мама, есть Тан Иньфэн… Рано или поздно они всё поймут. Что тогда? Будут ли родители считать её монстром? Бросит ли её Сяо Паньдуй? При мысли об этом настроение упало до самого дна.
«Неполноценным?» — Тан Иньфэн ещё больше удивился. Он взглянул на неё. Свет из окна озарял её профиль, делая его неясным, словно призрачным. Это ощущение нереальности вызвало у него чувство отчуждения. Он опустил глаза на своё пухлое тело и, кажется, понял, о чём она. Но всё же с надеждой написал: «Почему ты чувствуешь себя неполноценной?»
Передав записку, он тут же пожалел. Не покажется ли ей, что он совершенно не понимает очевидного? Ему и так тяжело от собственного веса, а если она ещё и посмеётся… Это оставит шрам на всю жизнь.
«Почему два дня назад я согласился быть с ней? Если бы не соглашался, всё осталось бы как раньше: она бы висла на мне, а я не мучился бы от тревог и сомнений».
Пока он погружался в размышления, Цзян Ялэ уже ответила: «На чём больше всего сосредоточены мужчины?»
Какой странный вопрос! Тан Иньфэн почесал ухо. Что она имеет в виду? На выносливости?.. Нет, не может быть! Такие мысли у него появились только после того, как Чэнь Цзинь и Ван Бо начали вбивать в голову всякую ерунду.
Цзян Ялэ с нетерпением развернула ответ. О чём думает Сяо Паньдуй? Этот вопрос она подсмотрела в одной милашной книжке: автор написал там — «на выносливости». Она тогда так смеялась, что чуть не задохнулась, и даже посоветовала Сяо Паньдую почитать. Неужели он не читал?
А он написал: «Ответственность».
Хотя ответ и был довольно банальным, но по сравнению с её собственными мыслями… Эх, Сяо Паньдуй такой наивный!
«Значит, пока его мысли ещё чисты, надо действовать немедленно! Ведь даже у плоского компьютера есть право называться компьютером, а у плоской девушки всё равно полно функций!»
Она решила: в выходные обязательно купит себе бюстгальтеры с толстой поролоновой набивкой. А через несколько лет сделает операцию по увеличению груди. Тогда все будут думать, что у неё просто детское личико и миниатюрная фигура — и ничего странного в этом не будет!
Надо признать, у Цзян Ялэ отличная способность к самовосстановлению. В мгновение ока её голову заполнили самые разные фантазии, и прежняя подавленность исчезла без следа.
Перед концом занятий Чжан Юй швырнула ей на парту текст под названием «Расцветающая юность» — восемьсот иероглифов. Цзян Ялэ пробежала его глазами, отметила два места, требующих правки, и вернула с припиской: «Пожалуйста, дай мне ещё пару дней!»
Чжан Юй обернулась и показала ей язык, а потом многозначительно улыбнулась:
— Не забудь вечером зайти в QQ и доложиться организации!
Когда прозвенел звонок с последнего урока, Тан Иньфэн стал торопить её с оформлением стенгазеты, но Цзян Ялэ лениво отнекивалась, ссылаясь на то, что текст Чжан Юй ещё не готов, и пока неизвестно, сколько места он займёт.
Хотя в классе остались только они двое, прогресса не было. Их мысли были совершенно разными. Тан Иньфэн теперь чувствовал себя неполноценным — с тех пор как Цзян Ялэ спросила его об этом. Он начал думать, что она вовсе не должна его любить. В этом он, кстати, полностью согласился с Чжан Юй.
А Цзян Ялэ, хоть и горела желанием, но боялась сделать первый шаг. После того как они официально стали парой, они стали даже менее близки, чем раньше: даже за руки не держались. Она очень хотела быстрее перейти к «завалу», но боялась, что в школе кто-то заметит — и тогда она станет знаменитостью. Поэтому она с нетерпением ждала выходных.
* * *
Глава сорок четвёртая. Проблему свекрови и невестки надо решать с детства
— Сегодня пойдём ко мне домой искать материалы! Ты ведь давно не была у меня!
Тан Иньфэн внутренне обрадовался, но постарался не показать этого и скромно, с лёгким смущением сказал:
— Не так уж и давно… ведь всего несколько дней назад ты была у меня.
— Точно!
Тан Иньфэн тайком заволновался: «Вот и всё? Может, настаивай ещё немного?» Он пошевелил губами и тихо, как комар, прошептал:
— Мне так не хватает блюд тёти Сюй…
— А давай лучше пойдём к тебе! Я ещё ни разу не была!
Она ведь ещё не видела будущих свекра и свекрови! Говорят же: чтобы решить вечную проблему «свекровь против невестки», надо начинать с детства!
— Нет! — Тан Иньфэн неожиданно встревожился. — Лучше всё-таки к тебе!
— Ага? У тебя дома что, невеста с детства живёт? — поддразнила она, заметив его странную реакцию.
Тан Иньфэн замахал руками, щёки снова покраснели, и он редко для себя позволил себе пошутить:
— Если ты придёшь ко мне домой, мама сразу объявит тебя своей невестой с детства…
Главное — дома ещё дедушка, который безумно интересуется вампирами. Если он что-то заподозрит, Цзян Ялэ конец. И их отношениям тоже.
Цзян Ялэ крутила ручку в руках и огляделась по сторонам, проверяя, не подслушивает ли кто. Убедившись, что всё чисто, она облегчённо выдохнула и надула губки:
— А разве это плохо?
Слово «невеста» уловила Чжан Юй. Она сделала вид, что спокойно откинулась на спинку стула, не оборачиваясь, но уши насторожились, и в душе она уже ликовала.
— Ещё не время, — ответил Тан Иньфэн, думая о дедушке, и настроение его стало тяжёлым. Он машинально добавил: — Когда всё станет ясно.
Она нахмурилась, помолчала и тихо спросила:
— А когда наступит это «ясное время»?
— Когда мы всё поймём наверняка. Когда станет ясно, что ты снова стала обычным человеком… и что нам обязательно быть вместе. Может, тебе просто интересно? Ты ещё молода, и ты сама не знаешь, любишь ли ты меня по-настоящему. Как говорят на уроках здоровья: в нашем возрасте мы ещё не понимаем любви, путая симпатию и лёгкое волнение с настоящими чувствами. Когда мы повзрослеем, и если ты всё ещё выберешь меня, тогда, даже если ты останешься вампиром, я сделаю всё, чтобы моя семья приняла тебя.
Но кто может поручиться, что его нынешние чувства — настоящие?
— Тан Иньфэн! — Цзян Ялэ услышала всё это и укусила губу от обиды. Всё это время, с самого начала их отношений, она думала только о том, как скрыть их чувства от посторонних глаз, как сделать всё безопасно. А он считает, что она отдаляется?
— А? — переспросил он.
Она глубоко вдохнула:
— Сегодня идём ко мне домой!
«Я заставлю тебя убедиться!»
Видимо, её осторожность он действительно принял за отчуждение.
Как только прозвенел звонок, Цзян Ялэ попрощалась с Чжан Юй, быстро сгребла книги в портфель и быстрым шагом вышла из класса. Сяо Паньдуй пошёл за велосипедом, а ей предстояло дойти до тихого места за пределами школы и подождать его там.
http://bllate.org/book/5510/540899
Готово:
