Можно было, конечно, сказать правду, но в ту самую минуту она и в голову не могла взять ничего особенно остроумного.
Признать ошибку — и снова выслушать от учителя Сяо его странную, насмешливую реплику — или упереться и отрицать всё до конца, хотя результат, скорее всего, окажется тем же? Чу Тяньтянь без колебаний выбрала первое.
Ведь в любом случае выйдет примерно одно и то же, так уж лучше быть честной.
Она понизила голос и добавила в интонацию лёгкую робость:
— Учитель Сяо, простите… Я только что немного отвлеклась и не расслышала.
Сяо Чичао медленно провёл взглядом по её лицу. Его обычно холодный тембр смягчился, приобретя оттенок лёгкой насмешки:
— Раз на уроке так легко отвлекаешься, лучше вообще не брать учеников — а то и их будешь учить, сама в облаках витая. Как думаешь?
Чу Тяньтянь: «…»
.
Неизвестно, стало ли это негласным правилом или просто школьной традицией, но каждый год во время спортивных соревнований погода неизменно радовала.
Ещё пару дней назад было так холодно, что приходилось надевать пуховики, а теперь температура подскочила до двадцати с лишним градусов. Небо сияло безупречной лазурью, солнце ярко горело в зените и щедро изливало жар на землю.
Торжественное открытие назначили на девять утра, поэтому ученикам нужно было прийти в школу к восьми.
Когда Чу Тяньтянь приехала на велосипеде, ей казалось, что она вот-вот расплавится. Вокруг раздавались возгласы других школьников: «Какой же сегодня ад после вчерашнего холода!»
Хорошо ещё, что Жэнь Линвэнь вчера вечером предупредила: сегодня будет жарко, можно надеть футболку, а если боишься замёрзнуть — накинуть куртку сверху.
Чу Тяньтянь вкатила велосипед в школьные ворота. Её широкая чёрная джинсовая куртка была расстёгнута, открывая белую облегающую футболку с розовой окантовкой.
Она, как обычно, принесла для Сяо Чичао шоколадный хлеб, какао и бутылку воды.
Но поскольку сегодня она пришла не в обычное время, ей не удалось встретить Сяо Чичао ни у ворот, ни у велопарковки.
Она немного подумала и направилась в класс.
Всё равно потом начнётся спортивная программа. Она уже уточнила: забег на четыреста метров — последнее утреннее соревнование, прыжки в высоту — после обеда. После церемонии открытия она обязательно успеет передать завтрак Сяо Чичао.
Едва она вошла в класс, как староста и физорг стали торопить всех собираться: брать свои вещи и стулья и строиться, чтобы идти на своё место на стадионе — за зону, отведённую для одиннадцатого «Б».
Ученики разом высыпали из класса и так же разом заняли свои места на трибунах.
По дороге кто-то ворчал: «Мы уже в одиннадцатом, а всё равно как малыши — сами таскаем стулья, а у экспериментальных классов сразу места на трибунах». Но другие утешали: «Да ладно вам, зато нам не надо брать с собой подушки, да и места там такие прохладные».
Шумно, но организованно.
Чжун Шицзинь сидела рядом с Чу Тяньтянь — прямо у беговой дорожки.
Только Чу Тяньтянь опустилась на стул, как почувствовала, что её за рукав потянули.
Она обернулась и увидела, как Чжун Шицзинь тычет пальцем в сторону парадного входа:
— Тяньтянь, смотри-смотри! Девчонки с табличками! Ох, каждая красивее и стройнее другой! А в этом году даже мальчики есть! Я счастлива, я довольна!
Чу Тяньтянь совершенно не разделяла восторга подруги, которая, прижав ладони к груди, громко вскрикивала от радости.
Она тоже смотрела в ту сторону, но мысли её были полностью заняты маленькой сумочкой в руках.
Там был завтрак для Сяо Чичао.
Уже девять часов, а Сяо Чичао ещё не позавтракал!
Когда же, чёрт возьми, закончится эта церемония открытия?!
Она должна отнести ему завтрак!
Даже если сейчас она видит Сяо Чичао во время парада спортсменов, ей всё равно хочется, чтобы этот момент поскорее закончился — лишь бы наконец передать ему еду.
Наконец, после прохода всех команд и пятнадцатиминутной речи директора, соревнования официально начались, и ученикам разрешили свободно перемещаться по территории (кроме самих спортивных площадок).
Чу Тяньтянь поднялась вместе со всеми. Чжун Шицзинь спросила, куда она идёт.
Она честно ответила, поднимая сумочку:
— Отнести завтрак Сяо Чичао.
После короткой паузы Чжун Шицзинь посмотрела на неё с сочувствием:
— Раньше я ещё завидовала тебе за сто баллов по физике, а теперь понимаю: цена слишком высока. Приходится ещё и завтраки носить тому, кого терпеть не можешь.
Чу Тяньтянь: «…»
Ладно.
Теперь она может смело ходить к Сяо Чичао по любому поводу и спокойно рассказывать об этом Чжун Шицзинь.
Ведь подруга уже абсолютно уверена, что Чу Тяньтянь его ненавидит. Что бы она ни делала, Чжун Шицзинь всё равно придумает какое-нибудь фантастическое объяснение. Так что теперь её тайная симпатия точно не раскроется.
.
Чу Тяньтянь обошла стадион по периметру и подошла к трибунам. Как раз в этот момент она столкнулась с Сяо Чичао.
Юноша был одет в спортивную форму, обнажавшую стройные, подтянутые предплечья. Солнечные блики играли на его коротких растрёпанных волосах, а чёрные глаза смотрели спокойно и непринуждённо.
Он весь сиял в золотистом свете, будто сбросив большую часть своей обычной холодной учёности, и теперь выглядел настоящим живым, дерзким подростком.
Хотя последние полмесяца Чу Тяньтянь каждый день видела его в тренировочной футболке, сейчас сердце её всё равно заколотилось.
Она сделала вид, что ничего не чувствует, подошла и помахала рукой, протягивая другую с пакетом:
— Сегодня утром тебя не было у ворот, пришлось задержать завтрак. Извини.
Сяо Чичао кивнул, но не взял пакет сразу. Ему было жарко, и он снял спортивную куртку, оставшись в обтягивающей футболке, и только тогда принял пакет из её рук.
Чу Тяньтянь невольно посмотрела на его футболку — и замерла. Потом опустила глаза на свою и несколько раз моргнула большими, круглыми глазами.
Сегодня Сяо Чичао тоже был в белой футболке, причём не в привычной мешковатой, а в облегающей.
И на ней тоже была цветная окантовка — синяя.
Точно такая же, как у неё, только с розовой полоской.
Если округлить...
Похоже, они сегодня надели парные наряды.
Парные наряды...
ПАРНЫЕ НАРЯДЫ!!!
Мозг Чу Тяньтянь на секунду завис, и в голове запульсировало только одно слово: «пара».
Уши моментально вспыхнули, и от этого слова её будто накрыло волной — она почувствовала, как разум вот-вот покинет тело.
Нет.
Нужно сохранять спокойствие.
Даже если разум отключится, даже если она начнёт мечтать и фантазировать — только не при Сяо Чичао!
Она лихорадочно пыталась охладить себя внутренне и наконец вернула себе хотя бы каплю здравого смысла.
Восстановив восприятие, она снова перевела взгляд на Сяо Чичао.
...И снова заметила его футболку, почти идентичную её собственной.
Нет, нельзя.
Спокойствие.
СПОКОЙСТВИЕ!
Нет, уже не получается. Спокойствие ушло.
Сегодня они точно в парных нарядах.
Это её мозг, и она сама решает.
Даже если придёт сам Нефритовый император — сегодня они с Сяо Чичао в её воображении настоящая пара!
Рядом послышался шорох пластикового пакета. Чу Тяньтянь подняла глаза.
Сяо Чичао достал из пакета бутылку воды и протянул её ей.
Она машинально потянулась, пальцы коснулись прохладного пластика — и тут осознала, что неправильно поняла:
— Всё это для тебя.
Сяо Чичао не опустил руку, продолжая держать бутылку перед ней.
Глаза Чу Тяньтянь блеснули, и она быстро нашлась:
— Предметы, подаренные учителю учеником, нельзя возвращать себе — это же настоящее кощунство!
Сяо Чичао взглянул на неё, затем просто взял её тонкое запястье и вложил бутылку в ладонь.
— А вот когда учитель велит что-то сделать, а ученик отказывается выполнять — это уже настоящее кощунство, — произнёс он легко.
Чу Тяньтянь: «…»
Она так и знала.
С ним никогда не выиграть в споре!
Чу Тяньтянь как раз думала, что бы такого сказать, как вдруг услышала рядом весёлый женский гомон.
Она повернулась и случайно встретилась взглядом с одной из девушек.
Та смутилась и что-то тихо прошептала подружкам. Те тут же тоже посмотрели в их сторону.
Эта компания незаметно подошла и теперь все вместе пристально смотрела на Чу Тяньтянь и Сяо Чичао странными глазами.
Чу Тяньтянь показалось, что эти взгляды напоминают голодных уличных кошек, которые наконец поймали добычу — в них чувствовалась почти зловещая жадность.
Послышались голоса, полные сплетен и явной зависти:
— Мы что, случайно увидели то, чего не должны были?
— Думала, отличник такой, что даже нарушать школьные правила считает ниже своего достоинства.
— Ох, оказывается, мы всех обманулись.
— Хотя если уж отличник решил спуститься с небес, мог бы выбрать кого-нибудь поинтереснее. Эта... э-э...
— Вы уж слишком откровенны. Сейчас же день, школа, вокруг столько людей!
От неожиданности Чу Тяньтянь раскрыла рот, растерянно моргая — она не успела сообразить, что происходит.
Сяо Чичао неторопливо повернул голову к этой компании. Его лицо оставалось совершенно невозмутимым, и он не сказал ни слова — просто бросил на них короткий, равнодушный взгляд:
— Наговорились?
И всё.
Но этого было достаточно.
Все болтушки и болтуны мгновенно замолкли и побледнели.
Несколько человек даже сжали кулаки, прикусили губы и попятились назад. Они стояли, но выглядели так, будто вот-вот упадут от страха.
— Мы... мы просто пошутили!
— Да-да, как будто отличник мог обратить внимание на неё! Ведь он же и красавец школы, и гений в одном лице... Ой, то есть... Простите! Мы такие ничтожные, нам даже говорить не положено!
Тот, кто говорил последним, вдруг осознал свою ошибку и тут же исправился. Лицо его мгновенно побелело, и он дрожащей походкой спрятался в толпу, будто пытаясь исчезнуть.
На мгновение вокруг воцарилась абсолютная тишина.
Вдалеке на стадионе царила праздничная суета: гремели выстрелы стартовых пистолетов, звучали крики болельщиков, радостные вопли спортсменов — но всё это будто отделилось от них невидимой стеной. Здесь царила совсем иная атмосфера.
Чу Тяньтянь посмотрела на этих людей.
Только что их глаза горели алчным огнём, а теперь все они выглядели как напуганные перепёлки — жалкие и съёжившиеся.
Она уже придумала целую тираду колючих замечаний, чтобы хорошенько их отчитать.
Ведь если она не может победить в споре Сяо Чичао, то уж с другими справится легко!
Она даже хотела выплеснуть на них раздражение, накопившееся после его последней реплики. Но теперь, когда атмосфера стала такой напряжённой, любое её слово прозвучало бы чересчур агрессивно.
Хотя... Сяо Чичао действительно так страшен?
Что с этими людьми? От одного его взгляда они превратились в дрожащих трусов.
Чу Тяньтянь невольно вспомнила, как сама боялась, что он её невзлюбит.
Но даже в тот момент она держалась гораздо лучше, чем эти ребята.
По сравнению с ними её поведение было просто образцовым.
Пока в голове крутились эти мысли, вдруг раздался знакомый звонкий женский голос:
— Чу Тяньтянь, ты чего тут делаешь? Разве я не просила тебя сразу вернуться после того, как передашь вещи Сяо Чичао? Что происходит?
Чу Тяньтянь подняла глаза и увидела подходящую Тун Мэнтянь.
Та бросила взгляд на окружение и продолжила:
— Вы что, решили устроить экскурсию к тому месту, где Чу Тяньтянь передаёт вещи Сяо Чичао? Хватит уже толпиться! Это наш классный руководитель, старый Тан, поручил ей принести завтрак. Все в одиннадцатом классе знают, что старый Тан особенно заботится о своих бывших учениках, особенно о тех, кто хорошо учится. Так что не думайте, будто поймали какой-то секретный романтический момент.
Эта группа давно мечтала удрать, но из-за напряжённой атмосферы не решалась сделать и шага. Теперь же, услышав слова Тун Мэнтянь, они наконец смогли вырваться из этого неловкого положения.
http://bllate.org/book/5280/523309
Готово:
