Шэнь Циннинь подняла с камней разбросанные лотосовые метательные звёзды, сжала их в ладони, прицелилась в два кроваво-красных глаза чудовища и изо всех сил метнула вперёд.
В ту же мгновенность кровожадный монстр моргнул, и все снаряды с глухим шорохом ушли в густую шерсть над его глазами.
— А-а-а-а-а-а! — взревел он, резко развернувшись наполовину, и багровые зрачки уставились прямо туда, где стояла Шэнь Циннинь!
— Ха-ха-ха-ха! — раскатисто захохотал жрец в высоком колпаке. — Тебе конец! Ты сама пошла на смерть, и оно тебя заметило! Ха-ха-ха-ха…
Шэнь Циннинь не стала тратить время на споры — она мгновенно прыгнула в сторону и скрылась за укрытием в нескольких метрах от прежнего места.
Жрец в колпаке метнул вслед ей серию снарядов, и камни перед Шэнь Циннинь тут же разлетелись в щебень.
Оставшись без укрытия, она вынуждена была стремительно прыгать по телу змеи, уворачиваясь от ударов.
Чудовище, отвлечённое ею, потащило за собой тело величиной с холм, и его багровый язык сокрушал один фрагмент змеиного тела за другим.
Грохот разнёсся по пещере — каменный лик рухнул в провал, а змеиные сегменты начали осыпаться, словно сухие листья.
— Не утруждайся, еретичка! — безумно смеялся жрец в колпаке. — Сегодня твоя судьба — пасть здесь! Небесному богу всё равно, как именно это случится…
Он рычал, как одержимый; его правый глаз превратился в кровавую рану, из которой струйками сочилась тёмная кровь.
— Плюх! — одна капля упала прямо в уголок глаза чудовища с пастью-бездной.
Исполин моргнул — и вдруг рванул вперёд, будто молниеносный крокодил, раскрыв пасть и проглотив жреца в колпаке вместе с камнями целиком.
Шэнь Циннинь остолбенела.
Слуги, наблюдавшие за происходящим, тоже застыли в немом ужасе.
Лишь остроконечный колпак избежал участи своего владельца — он медленно, как снежинка, опустился на ещё не засохшую кровавую лужу и тут же окрасился в багрянец.
Не дав никому опомниться, чудовище с яростью врезалось в разрушенную статую, и змеиное тело с человеческим ликом закачалось, готовое рухнуть окончательно.
Шэнь Циннинь прыгала между обломками, но нигде не находила устойчивой опоры.
— Бум! — рельеф наконец рухнул на землю.
Пасть-бездна высунула багровый язык и метнулась к Шэнь Циннинь, чтобы схватить её.
Она перепрыгнула через язык, оттолкнулась от стены и, используя инерцию, взлетела прямо на голову чудовища.
Она всё поняла: если не уничтожить это существо, все погибнут. Только убив его, можно выиграть время, чтобы Фэн Уянь смог пережить мучения «сердечного яда» и пришёл ей на помощь.
Она верила: с Фэн Уянем ничего не случится.
Чудовище яростно трясло головой, пытаясь сбросить её.
Шэнь Циннинь крепко вцепилась в его жёсткую гриву, несмотря на головокружение. Другой рукой она нащупала в кармане собранные метательные звёзды.
Внезапно монстр врезался в стену. Шэнь Циннинь не успела увернуться — её спиной сильно ударило о камень, и внутри всё перевернулось; она вырвала кровавый комок.
Перед глазами всё поплыло, тело будто развалилось на части, и она не могла даже выпрямиться.
И тут же последовал новый удар — чудовище вновь врезалось в стену!
— П-х-х-х-х… — изо всех семи отверстий хлынула кровь, и Шэнь Циннинь безжизненно рухнула на землю.
Багровый язык уже тянулся к ней — казалось, смерть неизбежна.
Но из кровавой лужи вдруг выскочили два белых комочка. Один впился мелкими зубами в кончик языка, другой выхватил кинжал и вонзил его прямо в плоть.
— А-а-а-а-а! — заревело чудовище от боли и втянуло язык, унося с собой обоих.
«Нет!» — Шэнь Циннинь из последних сил ухватилась за язык, не давая ему уйти в пасть.
Но разве можно было удержать такое? Её тоже затащило внутрь!
Всё произошло слишком быстро. Все застыли в ужасе, наблюдая за этим кошмаром.
— Гро-о-о-ом!!!
Внезапно раздался оглушительный грохот — половина пещеры обрушилась, и в проломе появился человек, весь в крови, с глазами, полными ада!
Огромная пещера разверзлась, и внутрь хлынули ледяной ветер со снежной пылью.
Толпа слуг у стены, словно пирамида, застыла на месте, никто не пошевелился.
Что они увидели?
Ещё одно чудовище упало с небес — глаза его пылали кровавым огнём, взгляд был подобен взгляду демона из преисподней, а всё тело истекало кровью, будто проколотый мешок, из которого безостановочно сочилась алость.
В следующее мгновение длинный меч, несомый силой тысячи цзиней, со свистом вонзился в нижнюю челюсть кровожадного монстра и исчез в ней до рукояти.
— А-а-а-а-а-а-а!!!
Чудовище завыло, как будто рушились горы и земля, распахнуло пасть и с размаху врезалось в скалу.
Шэнь Циннинь, служанка и лисёнок, которых оно ещё не успело проглотить, вылетели наружу.
Фэн Уянь стоял неподвижно, всё ещё истекая кровью. Его кожа будто трескалась от боли, а сердце терзал острый коготь, то вонзаясь, то выдираясь, то сжимая и рвя изнутри.
Он сжимал кулаки так, что ногти впивались в ладони, а из глаз, уже окрашенных в багрянец, медленно текли кровавые слёзы. Собрав последние силы, он призвал меч обратно и вновь метнул его вперёд. Чудовище с пастью-бездной издало пронзительный вопль.
Шэнь Циннинь наконец пришла в себя от этого оглушительного крика. Она с лисёнком и служанкой оказалась в расщелине между камнями. Выглянув наружу, она увидела напротив бешеного исполина того, кого уже не узнать — Фэн Уяня.
Фэн Уянь всегда был прекрасен: в холоде — как ледяная красавица, в злобе — как демоническая грация, даже в приступе болезни — как спящий изнеможённый юноша. Но сейчас она не могла найти в этом облике ни следа прежней красоты — перед ней стоял лишь кровавый дьявол, источающий ужас.
Сердце Шэнь Циннинь сжалось от страха: что же он переживает?
Чудовище в ярости начало бросать в Фэн Уяня глыбы размером с холмы.
Оцепеневшие слуги наконец опомнились и бросились бежать к пролому в стене.
Фэн Уянь, едва владея телом, с трудом уклонился от первого удара.
Меч вновь ожил под действием его внутренней силы и со свистом понёсся к монстру.
— Бум! — камень, брошенный чудовищем, превратился в пыль, но меч не остановился и вонзился прямо в глаз исполина.
Монстр завертелся по земле от боли, сотрясая стены, а Фэн Уянь вырвал кровавый комок и пошатнулся назад на два шага.
Шэнь Циннинь сжала сердце в кулак и закричала.
Рядом очнулась служанка и оцепенело смотрела на происходящее.
— Быстрее! — крикнула Шэнь Циннинь. — Бери лисёнка и беги отсюда! Скорее!
Служанка всё ещё не могла прийти в себя.
— Беги же! — толкнула её Шэнь Циннинь.
Служанка прижала лисёнка к груди и, глядя на Шэнь Циннинь с виноватым видом, прошептала:
— Я… я так тебе благодарна… давай бежать вместе!
— Нет! — резко оборвала её Шэнь Циннинь. — Уходи! Я больше не хочу тебя видеть! Беги как можно дальше и не смей возвращаться!
— Но… но… — слёзы хлынули из глаз служанки.
— Никаких «но»! — перебила Шэнь Циннинь. — Хочешь, чтобы Главный жрец после победы над чудовищем всех вас переловил и выпустил кровь? Сейчас лучший шанс! Если не убежишь — твой лисёнок и ты сами отправитесь на плаху!
Служанка крепко обняла лисёнка, слёзы струились по её одежде. Она глубоко поклонилась Шэнь Циннинь и, прижав к себе зверька, тихо скрылась в расщелине.
Шэнь Циннинь перевела дух и тоже спрыгнула вниз, устремившись к Фэн Уяню.
Чудовище с пастью-бездной, пошатываясь, швырнуло в Фэн Уяня каменный лик со змеиного тела. Тот с трудом взмахнул мечом — камень раскололся надвое, и среди осколков брызнула его собственная кровь.
Шэнь Циннинь ясно видела: Фэн Уянь уже страдал от приступа кровавого яда, терпел нечеловеческую боль, дважды издалека защищал её от снарядов жреца, истощая внутреннюю силу, а теперь рисковал разрывом всех жил и неминуемой смертью, чтобы сдержать чудовище. Он был на пределе…
Пасть-бездна уловила знакомый запах — тот самый, что так манил его. Монстр жаждал пить, но боялся силы этого человека и лишь атаковал издалека.
Ещё одна глыба полетела в Фэн Уяня. Он собрался вновь задействовать внутреннюю силу — но вдруг чья-то сила повалила его на землю.
Мягкое тело накрыло его сверху, обхватив голову, чтобы защитить от удара.
Фэн Уянь медленно открыл глаза, затуманенные кровью, и сквозь алую пелену увидел женщину, накрывшую его. Его лицо всё ещё было подобно лику ада.
Разум его уже почти погас от боли, он был на грани полного разрушения.
Шэнь Циннинь не могла понять, что заставило его добраться сюда.
— Кап… — капля прозрачной слезы упала ему на щеку, растворившись в крови.
— Не шевелись! — тихо прошептала она ему на ухо, будто в обычный день, без тени тревоги.
Шэнь Циннинь вскочила, подхватила упавший меч и с боевым кличем бросилась на исполина.
Тот оскалил пасть, будто насмехаясь, и швырнул в неё камень.
Она рассекла его мечом, запрыгнула на стену рядом с чудовищем, затем, используя инерцию, высоко подняла клинок и вонзила его прямо в пустую глазницу монстра.
От силы удара она вместе с мечом соскользнула внутрь глазницы.
Чудовище завыло от боли, яростно бросаясь о стены, гремя черепом и издавая вой, подобный цунами.
Шэнь Циннинь внутри глазницы кружилась, как в вихре, но сумела ухватиться за выступающую кость, чтобы не упасть.
Монстр стонал и бешено тряс головой, пытаясь избавиться от постороннего предмета.
Шэнь Циннинь крепко держалась за глазную кость и услышала, как тонкий череп чудовища хрустит от ударов.
Мелькнула мысль — она подняла меч и резко вонзила его вверх.
— Хру-у-уш! — мозг чудовища хлынул вниз, как дождь.
Шэнь Циннинь зажмурилась и снова резко ткнула клинком вниз.
Содержимое черепа хлынуло по образовавшемуся каналу прямо в пасть монстра.
Тот сошёл с ума от боли: крутясь и визжа, он начал жадно глотать собственный мозг.
Меч выскользнул из рук Шэнь Циннинь.
Чудовище, уже на грани полного распада, бездонной пропастью поглощало собственную сущность.
И вдруг раздался рёв, будто рушились небеса и земля. Шэнь Циннинь почувствовала, как что-то внутри ломается.
Затем всё перевернулось — она, прижимая кусок глазной кости, полетела далеко в сторону, будто поражённая молнией.
Грохот обвала… тяжёлое тело рухнуло на землю.
И наступила мёртвая тишина.
— Звон…
Это упал меч.
Воздух наполнился густым запахом крови.
Шэнь Циннинь быстро выбралась из глазницы и остолбенела от увиденного.
Чудовище с пастью-бездной было разрублено пополам прямо по горлу: тело осталось на месте, а голова отлетела далеко в сторону.
Фэн Уянь стоял на коленях, под ним растекалась кровавая дорожка. Его руки были подняты на уровне плеч, но меч уже лежал на земле.
Глаза его были крепко закрыты, а из лопнувших сосудов, будто из пробитых труб, брызгала кровавая пыль во все стороны.
— Фэн Уянь! — закричала Шэнь Циннинь, разрываясь от боли.
— Бум.
Коленопреклонённый человек, словно услышав зов, безжизненно рухнул, как статуя из гипса.
— Фэн Уянь!
Шэнь Циннинь бросилась к нему, прижимая пальцами то одно, то другое кровоточащее место, но кровь всё равно сочилась сквозь пальцы.
http://bllate.org/book/5202/515898
Готово:
