Время текло, и спустя мгновение за дверью раздался стук. Ассистентка тут же вскочила и механически произнесла:
— Ах, мне в туалет!
С этими словами она распахнула дверь и, даже не оглянувшись, исчезла.
В комнате отдыха осталась только Янъян — крепко спящая малышка.
Тем временем чья-то фигура незаметно проскользнула внутрь, подхватила девочку и бросилась прочь.
Он пробежал до машины, усадил Янъян на сиденье, пристегнул ремень и завёл двигатель — всё одним плавным движением.
— Ха-ха-ха! — наконец не выдержал Шэнь Му-чжи, раскатисто рассмеявшись. — Везу Янъян домой!
Малая панда, спавшая как убитая, именно в этот момент проснулась. Она потёрла глазки, растерянно глянула в окно — и вдруг замахала рукой:
— Братик, братик, это Янъян!
Юй И, ехавший в машине отца, будто почувствовал зов на расстоянии: он повернул голову и увидел в окне встречной машины прижавшееся к стеклу личико. Он замер.
Расстояние между ними было не больше полуметра, но они двигались в противоположных направлениях. К счастью, светофор на их дороге переключился на красный, и машина Шэнь Му-чжи остановилась, дав Юй И возможность хорошенько разглядеть Янъян.
«Кошачьи… кошачьи ушки такие милые…»
Загорелся зелёный. Шэнь Му-чжи спокойно тронулся с места и больше не задерживался.
Юй И остался один на один со своей радостью, обернувшейся горем: он мог только смотреть, как Янъян уезжает всё дальше и дальше.
* * *
Когда братик исчез из виду, Янъян надула губки, и даже её кошачьи ушки, казалось, опечалились и обмякли.
Шэнь Му-чжи, конечно же, сразу обеспокоился:
— Что случилось? Что такое?
— Братик… — Янъян оглянулась на уже невидимую машину и загрустила. Она потрогала свои ушки и жалобно сказала: — Янъян хотела, чтобы братик тоже стал котёнком!
Ей так хотелось, чтобы братик тоже примерил кошачьи ушки! Ведь сегодня все хвалили её за то, какая она милая.
Услышав это, Шэнь Му-чжи перевёл дух: он-то уж испугался, что Янъян не хочет уезжать с ним. Когда он принимал это решение, больше всего боялся именно этого.
Му Чэнъюань, который должен был находиться в командировке целый месяц, вернулся раньше срока, да ещё и с каким-то странным врачом. Ждать больше было невозможно — он боялся, что кто-то опередит его и заберёт дочку. Пришлось действовать решительно.
Изначально его план был совсем другим…
— Папа может стать котёнком? — Янъян уставилась на него огромными, влажными глазами, будто готовыми вот-вот наполниться слезами.
— Конечно, может! — тут же согласился Шэнь Му-чжи. — Как только приедем домой, папа обязательно наденет ушки для Янъян!
— Ура! — Янъян тут же захлопала в ладоши и принялась весело болтать ногами, совсем забыв о том, что собиралась плакать.
Шэнь Му-чжи подумал: «Что-то мне кажется, меня только что развели…»
— Маленькая проказница! Папа больше не будет с тобой разговаривать!
— Папа, Янъян хочет яблочко.
— Вот, вот, папа уже вымыл.
Тот, кто обещал игнорировать Янъян, при первом же её слове готов был выполнить любое желание.
Пока у Шэнь Му-чжи царила праздничная атмосфера, в машине Юй Хунчжи было всё иначе.
Юй Хунчжи, получив сообщение от сына, немедленно позвонил Мэн Цзиншuang:
— Янъян украли!
Мэн Цзиншuang лишь вздохнула:
— Я знаю.
Едва заметив исчезновение Янъян, ассистентка Шэнь Му-чжи сама всё рассказала. А вскоре Мэн Цзиншuang получила и сообщение от самого Шэнь Му-чжи — по тексту было видно, насколько он доволен собой.
[Янъян я забрал!~]
Даже волнистая черта в конце… Это вызывало одновременно злость и смех.
«Шэнь Му-чжи, тебе совсем не стыдно? Ты же знаменитость, а поступил как похититель детей!»
В душе Мэн Цзиншuang ругала его, но тут же пожаловалась мужу:
— Янъян уехала к своему папе. Думаю, с ней всё будет в порядке.
Шэнь Му-чжи оказался человеком с совестью: вскоре он прислал видео, где девочка с аппетитом уплетает яблоко. Как он и обещал, с ней всё было хорошо.
Девочка даже показала камере забавную рожицу, продемонстрировав очаровательные ямочки на щёчках:
— Тётя, м-у-а! Янъян поехала к папе!
[Янъян в полном порядке. Я её отец и никогда не причиню ей вреда. Спасибо, что заботились о ней всё это время. Обязательно отблагодарю вас лично.]
Судя по всему, Шэнь Му-чжи действительно любил Янъян. Да и сама девочка постоянно называла его «папой». Они же были всего лишь посторонними людьми — вмешиваться им не полагалось.
Мэн Цзиншuang тяжело вздохнула и чуть не заплакала.
«Ууу… мою милую и нежную дочку просто украли!»
Но Янъян была настоящей Янъян: в любой ситуации она оставалась довольной, стоит лишь дать ей яблочко.
Шэнь Му-чжи сказал, что дома её ждут целые ящики самых вкусных яблок, и Янъян тут же перестала капризничать и весело поскакала за ним.
По сравнению с Му Чэнъюанем, Янъян явно лучше относилась к Шэнь Му-чжи, поэтому её и удалось так легко увести.
После ухода Янъян в доме будто погас свет. А вот Шэнь Му-чжи, наоборот, с тех пор пребывал в состоянии эйфории. В тот же вечер он водрузил на голову кошачьи ушки и даже специально выложил фото в соцсети.
[Моя дочка — просто чудо.]
На снимке Янъян сосредоточенно помогала ему закрепить заколку. Её лицо не было видно, но сквозь экран чувствовалась округлость её щёчек — казалось, их так и хочется потискать.
Мэн Цзиншuang, добавленная в друзья Шэнь Му-чжи, конечно же, увидела этот пост. Она показала фото младшему сыну и погладила его по голове:
— С Янъян всё хорошо, не волнуйся.
— Мне всё равно. Это меня не касается, — Юй И натянул одеяло на голову, будто ему и правда было совершенно безразлично.
Мэн Цзиншuang вздохнула:
— Ах, Янъян ведь не моя родная дочь… Рано или поздно ей всё равно придётся уйти.
Больше всего её беспокоило, как это скажется на младшем сыне. Он наконец-то начал раскрываться, а теперь — что будет дальше?
Под одеялом мальчик лежал неподвижно, будто уже уснул. Но как только он почувствовал, что мать ушла, осторожно стащил покрывало и в темноте уставился на пустую детскую кроватку в углу комнаты.
«Эта неблагодарная… Наверное, через пару дней и вовсе забудет обо мне…»
***
Шэнь Му-чжи, который просто хотел похвастаться, получил настоящий шквал звонков и сообщений от друзей и родных: «Правда ли, что это твоя дочь?»
Он ни на что не отвечал прямо, отделываясь уклончивыми фразами, но фото так и не удалил.
Он хотел провозгласить на весь мир: «Янъян — моя дочь! А Му Чэнъюань пусть катится куда подальше!»
Несколько дней подряд Шэнь Му-чжи водил Янъян на съёмочную площадку, не обращая внимания на слухи и сплетни.
Фанаты, уже привыкшие к эксцентричности своего кумира, спокойно восприняли новость. Шэнь Му-чжи был не просто красивым лицом — он снимался и в сериалах, и в кино, имел репутацию серьёзного актёра и преданную аудиторию.
Активность безмозглых фанаток не могла навредить ему всерьёз, особенно при таком профессиональном менеджере, как А Май. После всех PR-мероприятий репутация Шэнь Му-чжи практически не пострадала.
Более того, его образ заботливого папы настолько понравился публике, что число подписчиков даже выросло — появилось множество «мамочек», мечтающих стать приёмными мамами Янъян.
Янъян была просто невероятно мила!
Шэнь Му-чжи начал делиться повседневными моментами с Янъян в своём микроблоге. Он никогда не показывал её лицо, публикуя лишь фотографии спинки, маленьких ручек или короткие аудиозаписи, где звучал детский голосок. Эти записи обладали удивительной способностью развеять усталость после тяжёлого дня.
В результате семья стала ещё настойчивее требовать, чтобы он привёз Янъян домой.
В это воскресенье в семье Шэнь должен был состояться приём, и сам Шэнь Цзяньго дал сыну чёткий приказ:
— Привези эту девочку. Обещаю, ничего с ней не сделаю.
Он ведь не чудовище — зачем ему причинять вред такому маленькому ребёнку? Не понимал он только одного: почему сын относится к нему, будто он опасный хищник?
Шэнь Му-чжи задумался. Этот приём, судя по всему, имел большое значение. Если отец просит привезти Янъян, значит, он уже частично признал её. Это могло стать серьёзным преимуществом в будущей борьбе за опеку с Му Чэнъюанем. Поэтому, немного подумав, он согласился.
— Ладно, ладно, привезу! Уверяю, наша Янъян настолько очаровательна, что ты полюбишь её уже через день!
И, не удержавшись, начал расхваливать свою дочку:
— Ох, старик, ты даже не представляешь, как здорово иметь дочку! Вчера, когда я устал, она мне спинку помассировала. А на прошлой неделе сказала, что будет зарабатывать деньги, чтобы кормить меня… И ещё…
— Почему твоя мать не родила тебя девочкой? — бросил Шэнь Цзяньго и с силой швырнул трубку, будто мстя сыну.
Шэнь Му-чжи на секунду опешил, а потом подхватил смотревшую телевизор Янъян и закружил её в восторге:
— Ха-ха-ха! Старикан, ты просто завидуешь, что у меня есть дочка!
В воскресенье приём прошёл как и было назначено. Шэнь Му-чжи понятия не имел, по какому поводу он устраивается — он никогда не интересовался семейными делами. Главное для него было — нарядить Янъян как принцессу.
Он даже пригласил стилиста, чтобы сделать ей причёску, а платье заказал заранее — как раз вчера его доставили.
Платьице цвета спелого лимона сочеталось с тыквенными штанишками, чтобы ничего не было видно при движениях. По подолу были вышиты маленькие яблочки, которые игриво поблёскивали при каждом повороте — очень изобретательно!
Этот цвет делал кожу Янъян ещё белее, а саму её — будто сияющей мягким светом. Настоящий ангелочек!
— Папа, Янъян красивая? — спросила девочка, сделав кружок и демонстрируя очаровательные ямочки.
Шэнь Му-чжи поднял её на руки, поцеловал в мягкие волосики и звонко рассмеялся:
— Конечно, красива! Моя Янъян — самая прекрасная принцесса на свете!
— А папа самый красивый! — Янъян ласково прижалась к нему и ответила комплиментом.
Сам Шэнь Му-чжи был одет в классический костюм с белой рубашкой, а галстук сшили из обрезков ткани её платья — идеальное сочетание.
Он готов был использовать любые средства, лишь бы похвастаться своей очаровательной дочкой.
Они приехали рано. Пока банкет ещё не начался, Шэнь Му-чжи повёл Янъян в кабинет, чтобы представить отцу — нынешнему главе семьи Шэнь, Шэнь Цзяньго.
Шэнь Цзяньго был человеком суровым и редко улыбался. Сын частенько называл его за глаза «карточным игроком без эмоций».
— Это и есть твоя дочь? — холодно бросил он, бегло взглянув на девочку, которую сын держал на руках. Его голос звучал ровно и без интереса.
«Разве так договаривались? Говорил же, что ничего с ней не сделает, а теперь строит из себя грозу!» — подумал Шэнь Му-чжи с досадой.
Он сделал вид, что не услышал вопроса, и начал щекотать Янъян, заставляя её хихикать.
Отец нахмурился ещё сильнее:
— Я запрещаю тебе распространять слухи о внебрачном ребёнке до свадьбы. Эта…
— Ха-ха-ха! Папа плохой! — серебристый смех Янъян перебил его слова.
Шэнь Цзяньго сжал губы и впервые вышел из себя:
— Хватит! Шэнь Му-чжи, ты вообще меня слушаешь?
На этот раз он привлёк внимание Янъян.
— Папа, — тихо спросила она, тыча пальчиком в руку Шэнь Му-чжи, — зачем мы здесь? Этот дедушка такой сердитый?
Шэнь Му-чжи ничуть не испугался сурового вида отца. Он прошептал Янъян:
— Это папин папа, можно звать дедушкой. Но сейчас не надо! Этот старый ворчун не заслуживает, чтобы наша Янъян его дедушкой называла!
Голос у него был не слишком громкий, но в кабинете их было всего трое — Шэнь Цзяньго всё прекрасно слышал.
Тот лишь криво усмехнулся, собираясь что-то сказать, как вдруг Янъян потянула Шэнь Му-чжи за рукав и спросила:
— Папа, дедушка — самый главный в семье?
http://bllate.org/book/5181/514171
Готово:
