Ещё и его кот — тот тоже не подарок… В общем, впечатлений по-настоящему хороших не было =.=
Но такое вслух сказать неловко, пришлось держать всё внутри, а наружу лишь пробормотать неопределённо:
— Ну, нормально. Встретились один раз, почти не разговаривали.
Чжан Сюань, которая часто имела дело с Ли Ниншу, засмеялась:
— Как подружитесь — узнаешь. Он человек добродушный и щедрый. Если тебе что-то понадобится — смело проси, обязательно поможет. Да вы же коллеги, считай, уже знакомы. Безопасно.
Она перечислила массу достоинств, но Шу Тань слушала и внутренне возмущалась.
Добродушный? Тот, кто так язвительно её подкалывает?
Щедрый? Тот, кто готовит вкуснейшие блюда и ни кусочка не делится с соседями?
А насчёт помощи… У неё и унитаз прочистить получится, и лампочку поменять, и с компьютером разобраться. Если совсем припечёт — всегда можно позвать из управляющей компании. Зачем ей обращаться к нему? Фу!
Всё это она мысленно ворчала, одновременно стуча по клавиатуре, быстро и чётко заполняя истории болезни.
Тан Цзинцзин вдруг заметила, что работу, которую должна была делать она сама, уже выполнила наставница, и растерялась, не зная, чем заняться. Тогда она предложила:
— Учительница, может, я заполню первую страницу большой истории болезни для наших коек?
Шу Тань моргнула:
— …Ладно, пиши. Рано или поздно всё равно придётся.
Днём дел много, поэтому домой она вернулась поздно, держа в руке заказанную еду. Только вышла из лифта — и сразу уловила запах, почти такой же, как вчера, а может, даже ещё аппетитнее: пряный аромат тушёного.
Шу Тань: «……» Вот он, «хороший коллега и сосед», о котором говорил главврач Чжан. Каждый день травит мою силу воли этим соблазном :)
Ли Ниншу немного доработал свой предыдущий рецепт специй для тушения и остался доволен результатом. Как обычно, он обсудил свои наблюдения по телефону с дядей Ли Хуачэном, но тот не совсем понял. Тогда Ли Ниншу позвонил тёте Ли Сю.
Обсудив главное, Ли Сю, конечно же, поинтересовалась бытом племянника и посоветовала ему чаще выходить из дома:
— Ты с детства такой серьёзный, прямо как старичок. Не сиди всё время дома, почаще гуляй — тогда и встретишь кого-нибудь по душе.
Помолчав, добавила:
— Но и с людьми будь осторожен, особенно с девушками. Я слышала, будто сын семьи Цзин попал в скандал: теперь в интернете шум стоит из-за какой-то девушки.
Ли Ниншу удивился и не понял, о чём речь.
Услышав его молчание, Ли Сю сразу догадалась, что он ничего не знает.
— Ты сегодня вообще в сеть заходил?
— …Когда мне заходить? — ответил он с лёгкой усмешкой. — На работе приём, в обед бегаю по отделению на консультации. Сейчас из-за перепадов температуры много простуженных, да и весной обостряется аллергический ринит.
Ли Сю засмеялась:
— Тогда посмотри горячие темы в «Вэйбо». Молодёжи надо чаще серфить интернет!
Ли Ниншу улыбнулся, но после звонка всё же послушно открыл «Вэйбо» и заглянул в список трендов. Увидев первую строку, он замер.
#Гуй Чжао роман раскрыт#
#Гуй Чжао и Хэ Чжуойи#
#Перечень женщин, с которыми ходили слухи о связи с национальным идолом#
Экран телефона невелик, в списке всего пять–шесть позиций, а Гуй Чжао занимает сразу три! Ли Ниншу был поражён: неужели в мире совсем нет других новостей?
Он удивился, но ещё больше заинтересовался. Хэ Чжуойи он знал — двоюродная сестра менеджера Гуй Чжао, дэхэ, и начинающая актриса, своего рода младшая сестра по цеху. Как они могли оказаться в романтической связи?
Зашёл в тему — и выяснил, что их просто сфотографировали вдвоём в магазине домашнего текстиля. Поскольку покупали постельное бельё, стояли близко и выглядели довольно интимно, фанаты тут же начали строить домыслы. А потом в сеть просочились фото, где Хэ Чжуойи ночью одна заходит в квартиру Гуй Чжао, — и слухи обрели «железные доказательства».
Маркетинговые аккаунты уже объявили, что свадьба скоро состоится, а другие заинтересованные лица подливали масла в огонь — ситуация становилась всё запутаннее. Ли Ниншу был уверен: кто-то специально использует момент, чтобы ударить Гуй Чжао ниже пояса.
«Не завидуют — значит, ничтожество», — фыркнул он про себя.
Посмеявшись, он позвонил самому герою событий и с явной издёвкой произнёс:
— А Цзин, слышал, у тебя появилась девушка? Как же ты нас всех скрывал!
— Хотя, конечно, есть из своего огорода — не совсем порядочно, но и стыдного тут ничего нет. Близость — лучший способ найти свою половинку. Кстати, дэхэ тебя не прибил?
— Нет, не было этого! Я ни при чём! Это клевета… — вяло ответил тот и глубоко вздохнул. — Это же чистейшей воды несправедливость!
Ли Ниншу усмехнулся:
— Тогда как вас вообще сфотографировали?
— Для нового клипа нужны кадры, где я просыпаюсь в постели. Несколько раз покупал комплекты — всё не то. Решил позвать Чжуойи, пусть помогает выбрать.
— Почему именно Чжуойи? В студии никого больше нет? Ассистент не справился бы?
— Мужчины — катастрофа в вопросах эстетики! Ты можешь себе представить, как они путают светло-голубой и голубой? Это же отчаяние!
— …Не могу.
Ли Ниншу продолжал разговор, параллельно открыв планшет и внимательно изучая фотографии. Покачал головой:
— Честно говоря, я и сам подумал, что у тебя всё всерьёз.
— Да брось, — холодно фыркнул Гуй Чжао. Когда Ли Ниншу спросил, как он собирается решать проблему, тот ответил: — Выступим с опровержением вместе с Чжуойи. Если не реагировать, через несколько дней шум сам утихнет. Когда выйдет клип, всем станет ясно, правду я говорю или нет.
Ли Ниншу кивнул:
— Ладно.
Он уже собирался положить трубку, но Гуй Чжао спросил:
— А ты чем занят дома?
— Готовлю тушёное. В «Байцаотане» партия трав немного отсырела, эффективность снизилась. Решил использовать их в специях и продавать со скидкой. Скажи тёте, если захочет — пусть свяжется с моей тётей.
Он словно не торопился заканчивать разговор, и Ли Ниншу, у которого тоже не было дел, поддержал беседу, пока на кухне не зазвенел таймер.
— Кошкам пора ужинать. Всё, кладу трубку, потом поболтаем.
Гуй Чжао снова рассмеялся:
— Иногда мне правда завидно твоей жизни — так спокойно и размеренно.
— Это восьмой раз за год ты мне это говоришь. Напоминаю: сейчас только март, — невозмутимо ответил Ли Ниншу.
Едва он договорил, как в трубке раздался гудок. Ли Ниншу пожал плечами и положил телефон на журнальный столик.
Лаохэй и Сяобай обожали рыбу. Каждый день Ли Ниншу готовил им по одной запечённой рыбке, тщательно вынимал все кости и делил между мисками, добавляя по четверти баночки паштета.
Он вынес миски на балкон и едва приблизился, как Лаохэй снова зарычал, оскалив зубы на улицу.
— Эй, чего опять злишься? Ты ведь и правда чёрный, как уголь, разве нельзя так сказать?
— Мяу!!! А-а-а-а-а-а!!!
— Говорю же: уголь, уголь, уголь!
— А-а-а-а-а-а-а!!!
Лаохэй терпеть не мог, когда его называли углём. Неизвестно, как он это понимал, но каждый раз при этих словах зверел. И вот Шу Тань специально дразнила его этим.
Ли Ниншу стоял в гостиной и наблюдал, как у Лаохэя дрожат усы, а соседка Шу Тань с балкона издевательски корчит рожицы. Он не знал, что делать.
В итоге просто спокойно, обычным голосом произнёс:
— Лаохэй, Сяобай, идите ужинать.
Поставил миски на пол. Сяобай мигом прыгнул вниз, мяукнул ему и, лишь получив ласковое поглаживание, стал есть.
Лаохэй всё ещё стоял, угрожающе ворча на Шу Тань.
Ли Ниншу поднял его и поставил на пол:
— Ешь. Мы же взрослые коты, не будем же из-за тёти злиться.
Он сказал это нарочно громко, чтобы соседка услышала.
Шу Тань как раз чувствовала неловкость за то, что её поймали на том, как она дразнит чужого кота, и размышляла, извиняться ли. Услышав его слова, она взорвалась:
— Сам ты тётя! Вся твоя семья — тёти!
Пусть ей и правда можно быть тётей для маленьких детей, но говорить об этом так прямо — всё равно что бить человека в лицо!
Ли Ниншу услышал её возмущение, поднялся и оперся о оконную раму, глядя ей прямо в глаза. Равнодушно протянул:
— Я считаю тебя младшей сестрой по учёбе, а ты хочешь стать моей племянницей? Моей племяшке два года.
Шу Тань: «……»
Она не нашлась, что ответить, и, фыркнув, резко повернулась и ушла в квартиру. Ли Ниншу проводил её взглядом, и в уголках его глаз мелькнула улыбка.
Сяобай поднял голову и мяукнул Лаохэю. Ли Ниншу посмотрел вниз — Лаохэй сердито уплетал еду, шерсть на спине взъерошена, будто собирался поскорее доедать и идти драться.
Ли Ниншу рассмеялся, присел, погладил кота по шерсти и тихо уговаривал:
— Ну ладно, ты же взрослый кот. Пусть скажет пару слов — ничего страшного. Не злись на неё, хорошо?
Лаохэй молчал и продолжал жадно есть.
Шу Тань вернулась в квартиру, рухнула на диван, уперла руки в бока и стала, как чайник, выпускать пар.
Только она немного успокоилась, как зазвонил телефон. Звонил дежурный врач Лу Бяо:
— Старшая сестра, результаты анализов вашего 11-го пациента готовы.
11-я койка — новый пациент Шу Тань, женщина 54 лет. Пять дней назад без видимой причины у неё началась лихорадка, температура поднялась до 39 °C, но она не обратила внимания. На четвёртый день утром внезапно наступила слепота. В местной больнице сделали КТ грудной клетки — выявили двустороннюю пневмонию. Конкретное лечение неизвестно. Вчера пациентку госпитализировали через приёмное отделение, температура снизилась до нормы, но воспаление лёгких осталось. Сегодня днём её перевели в отделение дыхательных путей для дальнейшего лечения.
После поступления Шу Тань назначила срочные анализы, чтобы лучше понять состояние пациентки.
— Какие результаты? — спросила она. — Офтальмолог уже был на консультации?
Лу Бяо сообщил данные анализов — улучшений не было. Добавил:
— Доктор Чэнь ещё на приёме, сказал, как закончит — сразу поднимется.
Шу Тань кивнула:
— Ладно. Мне всё равно неспокойно. Пожалуй, съезжу в больницу проверю.
Она повесила трубку, схватила куртку, телефон и ключи и выскочила на улицу. В лифте она столкнулась с Ли Ниншу, который как раз возвращался с выброшенным мусором.
Её нахмуренное лицо выражало серьёзную озабоченность — совсем не то ребячливое раздражение, с которым она только что спорила с котом. Ли Ниншу сразу понял: случилось что-то срочное.
— Шу доктор…
Она, словно зная, что он спросит, сразу ответила:
— Еду в больницу — проверить пациента.
И тут же скрылась в лифте. Двери быстро закрылись.
Ли Ниншу на секунду замер, потом усмехнулся, покачал головой, подошёл к своей двери, открыл её и вошёл внутрь.
Жилой комплекс «Люхэ Хуаянь» действительно рядом с Первой университетской больницей. Шу Тань села на общественный велосипед и меньше чем за пять минут добралась до больницы. Она побежала к лифту и поднялась на этаж, как раз навстречу доктору Чэню, который шёл на консультацию. Они вместе пошли к пациентке.
Когда заболевание началось в местной больнице, у пациентки были лишь «гнойные выделения в передней камере обоих глаз». Подозревали помутнение стекловидного тела или отслоение сетчатки. Но сегодня картина усугубилась: кроме гноя появились обильные нитевидные экссудаты.
— Похоже на эндогенный грибковый эндофтальмит с вторичной глаукомой и осложнённой катарактой, — сообщил доктор Чэнь Шу Тань.
Она кивнула:
— Болезнь прогрессирует очень быстро. У неё ещё и диабет, уровень сахара плохо контролируется.
— Посев на бактерии делали? — спросил доктор Чэнь.
Шу Тань кивнула:
— Да, и на ревматологические маркеры тоже. Завтра будут результаты. Сейчас подозреваем множественные очаги инфекции — начали антибиотикотерапию.
Комбинация имипенема/циластатина с ванкомицином покрывает основные предполагаемые возбудители. Корректировать ли лечение — решим после получения результатов посевов крови, мокроты и других анализов.
Доктор Чэнь оставил рекомендации по консультации: помимо системной антибиотикотерапии назначить местно капли левофлоксацина и в ближайшее время провести операцию.
http://bllate.org/book/5095/507601
Готово:
