— Скажем прямо: это просто старый евнух, да ещё и злодей, — с досадой пробормотал Мэн Лян и одним махом допил остатки газировки до дна, захрустев льдинками на зубах. — В сценарии даже написано, что Вэй Чжунсянь похищает девушек направо и налево, но сам не способен ни на что, поэтому издевается над ними! Как я вообще могу играть такую роль?
Это же мерзкий извращенец! С таким образом разве завоюешь поклонников? Где тут реванш злодея? Как подняться на вершину шоу-бизнеса?
— Э-э… Но режиссёр Люй — настоящий мастер, — осторожно вставил Тайлер, усаживаясь рядом и прижимая к груди маленькую чашку с имбирным чаем с брусничным сахаром. — Наверняка у господина Ци есть веские причины, по которым он велел вам взять эту роль.
— Причины? Какие ещё могут быть причины?
Мэн Лян никак не мог понять, почему именно мастер Ци настоял, чтобы он принял участие в этом проекте.
Люй Люсинь действительно был великим режиссёром — но это было пять лет назад. За последние пять лет он не снял ни одного фильма. Возможно, давно уже иссяк талант. Иначе с чего бы такому знаменитому режиссёру вдруг вспомнить именно о нём для роли Вэй Чжунсяня? Очевидно, всё это ради пиара!
— Мастер глубок и непостижим… Мы, простые смертные, не в силах проникнуть в его замыслы. Уверен, причина есть, — Тайлер сделал глоток чая.
Мэн Лян повернул голову:
— Разве ты уже не выздоровел? Зачем всё ещё пьёшь это?
— Очень вкусно.
— Правда? Дай попробовать.
Он сделал большой глоток.
— Хм? И правда неплохо. Откуда рецепт?
— Моя сестра научила. Говорит, когда у неё болит живот во время месячных, она всегда пьёт такой чай — согревает и помогает при простуде.
Мэн Лян: …
~~~~~~~~~~
В день прибытия на съёмочную площадку лицо Мэн Ляна с самого утра было мрачнее тучи — и так оставалось до самых ворот базы.
— Лян-гэ, улыбнитесь хоть немного.
— Ха, — фыркнул Мэн Лян, сидя в своём микроавтобусе и глядя на главных актёров, которые уже весело общались между собой. — Тайлер, разве этот парень красивее меня?
Тайлер проследил за его взглядом: главный герой Чэнь Лю — типичный красавец с благородной внешностью и добродетельным обликом.
— Нет, вы гораздо красивее! — немедленно ответил он. (Хотя Чэнь Лю и хорош собой, и актёр отменный, и популярность высока, и образ безупречен — но если говорить только о внешности, то Лян-гэ легко затмит его одной лишь улыбкой.)
Услышав это, Мэн Лян немного смягчился:
— А вдруг режиссёр Люй, увидев меня лично или фото в гриме, решит, что я лучше подхожу на главную роль? Может, именно поэтому мастер велел мне согласиться?
Тайлер: …
Хотя характер режиссёра Люя и странноват, он всё же считал, что Лян-гэ слишком много себе воображает.
В тот день Мэн Лян показался на глаза лишь один раз в начале дня, а потом и вовсе не выходил из своего микроавтобуса.
Каждый раз, когда он появлялся, члены съёмочной группы смотрели на него странными глазами и нарочито шептались за его спиной.
Ведь всем известно, что он играет Вэй Чжунсяня — а значит, весь мир теперь знает, что он «импотент».
Мэн Лян был вне себя: неужели нельзя шептаться потише?
— Лян-гэ, режиссёр Люй приехал.
— Ага.
— Нам пора выходить.
— Ага.
— Лян-гэ…
— Ладно-ладно, выхожу.
Только что прибывший режиссёр Люй уже окружён толпой, но Мэн Лян стоял в стороне и не собирался протискиваться сквозь неё.
— Лян-гэ! — вдруг толкнул его Тайлер. — Режиссёр идёт сюда!
А?
Мэн Лян поднял глаза и увидел, как сам великий режиссёр Люй Люсинь раздвигает толпу и прямо направляется к нему.
Что за чертовщина?
Он быстро огляделся — нет, режиссёр точно идёт именно к нему, а не к кому-то позади. Мэн Лян тут же выпрямился, перестав расслабленно прислоняться к машине.
— Режиссёр Люй.
Люй Люсинь подошёл, внимательно осмотрел Мэн Ляна с ног до головы, и в его спокойных глазах не дрогнула ни одна эмоция:
— Сначала примерьте костюм и грим.
Мэн Лян внутренне скривился, но внешне почтительно кивнул:
— Есть, режиссёр Люй.
Окружающие актёры и сотрудники съёмочной группы были явно удивлены: почему режиссёр сразу подошёл именно к Мэн Ляну и сразу же хочет посмотреть его пробный образ? Неужели у Мэн Ляна есть какие-то могущественные связи?
Но… если бы у него действительно были такие связи, стал бы он соглашаться на роль Вэй Чжунсяня?
Под недоумёнными и любопытными взглядами толпы Мэн Лян сохранял идеальную улыбку и направился в гримёрную.
Его стройная фигура двигалась с достоинством, но никто не знал, что ладони у него уже вспотели от волнения. Грим… какой они сделают? Старым и уродливым?
— У вас прекрасная кожа, мистер Мэн, — сказал гримёр Питер, слегка женственный, в чёрных очках и с изящно загнутым мизинцем, осторожно нанося на лицо Мэн Ляна косметику.
Мэн Лян не ответил — вокруг него будто сгустилось давление.
— Мистер Мэн, улыбнитесь, пожалуйста, хочу посмотреть контуры ваших лицевых мышц, — Питер невозмутимо продолжал болтать.
Мэн Лян механически растянул губы в идеальную улыбку, но глаза остались пустыми — внутри он совсем не хотел улыбаться.
Питер приложил кисточку к его лицу и восхищённо воскликнул:
— Вы действительно идеально подходите на эту роль!
«Скорее, ты сам идеально подходишь — даже играть не надо», — подумал Мэн Лян про себя.
Но вслух он ничего не сказал, покорно оставаясь на месте со своей застывшей улыбкой.
Ладно, делайте что хотите… Я сдаюсь.
……
Питер долго возился с гримом, шея у Мэн Ляна уже затекла, когда наконец всё было готово.
— Мистер Мэн, готово.
— Ага, — рассеянно бросил он и поднял глаза к зеркалу.
Что за…?
Отражение в зеркале поразило его до глубины души — он чуть не подскочил от неожиданности.
— Это Вэй Чжунсянь? — вырвалось у него.
В зеркале его собственные губы произнесли те же слова, но слегка приподнятые уголки глаз, окрашенные в красный, превратили его растерянность в соблазнительное, почти демоническое изумление…
— Конечно, — мягко улыбнулся Питер.
— Но… но… — Это не то! Совсем не то!
Питер, кажется, понял его замешательство. Он бережно поправил белый парик на голове Мэн Ляна, изящно загнув мизинец:
— Режиссёр Люй сказал, что только вы в современном шоу-бизнесе способны передать эту андрогинную, ослепительную красоту.
Подожди-ка… Что-то здесь не так.
— В сценарии Вэй Чжунсяню уже за пятьдесят… — нахмурился Мэн Лян, и в зеркале его изогнутые брови придали выражению лица ещё большую грацию.
— Да, но он практиковал запретную технику.
……
Мэн Лян схватил сценарий и начал листать.
Листал и листал… На десятой странице остановился.
Выходит, речь шла лишь о том, что Вэй Чжунсянь практиковал запретную технику, героиня его застукала, и он решил её убить, но герой вовремя спас красавицу? Кто вообще писал этот сценарий?! Одним предложением упомянули про «запретную технику» — кто угодно подумает, что она делает его старым и жутким, а не красавцем!
Питер, заметив его растерянность, невозмутимо подал ему одежду:
— Режиссёр Люй редко следует сценарию дословно. Обычно сценарий — лишь набросок, который нужно развивать на площадке. Я узнал требования к образу Вэй Чжунсяня только на прошлой неделе.
На прошлой неделе? То есть как раз тогда, когда он согласился на роль?
Неужели… он действительно важен для режиссёра Люя?
Значит, этот Вэй Чжунсянь — не просто злодей, а соблазнительный андрогинный персонаж, требующий актёра с неземной красотой?
Мэн Лян сглотнул и взял одежду. В голове всё перемешалось… Так вот почему мастер настоял, чтобы он взял эту роль?
……
Питер приложил ладонь к сердцу, растроганно вздыхая:
— Мистер Мэн, этот образ вам невероятно идёт! Режиссёр Люй — настоящий гений в подборе актёров.
Грим был закончен. В зеркале отражался совершенно другой человек.
Белые волосы до пояса, алый шлейф до пола.
Чёрные, как ночь, глаза переливались, пальцы — словно из нефрита.
Демоническая, соблазнительная красота, в которой невозможно различить пол.
В тот момент Мэн Лян сам на миг ослеп от собственного отражения.
«Чёрт! Да я красивее, чем эта женщина Ци Юй!»
— Кто такая Ци Юй? — раздался голос Питера сбоку.
Мэн Лян: …
Чёрт! Он что, вслух проговорил свои мысли?
~~~~~~~~~~~~~~~
— Апчхи!
Ци Юй, отдыхавшая в горячем источнике, внезапно чихнула — кто-то о ней вспомнил. Неужели миссис Чжан?
Если да… неплохо.
Если нет… тоже неплохо.
Покинув город Чжэ, Ци Юй официально начала свой двухнедельный отпуск.
Она выбрала отличный курорт с живописными горами и чистой водой, пятизвёздочный отель с отдельной каменной ванной в номере.
«Динь!» — раздался звук сообщения.
Ци Юй взяла телефон. Сообщение от Май Хань:
[Мастер, мистер Мэн уже прибыл на съёмочную площадку.]
Она ответила:
[Принято. Если нет срочных дел, не беспокойте меня.]
Она хотела хорошенько отдохнуть и совсем не желала работать.
«Динь!» — снова зазвучало сообщение.
Она машинально взглянула на экран — и выражение её лица тут же стало странным.
[Мастер Ци, можно с вами поговорить?]
Авторские примечания:
Завтра выходной! Завтра еду смотреть китов! Ура-ура-ура!
Чжун Линь? Что за дела?
Ци Юй с недоумением смотрела на сообщение. Он обратился к ней как «мастер Ци» — значит, дело официальное.
Но она не видела, какие дела у семьи Чжун могут быть с домом Ци.
О чём говорить? Неужели Чжун Линь хочет, чтобы она помогла ему преобразовать ци и изменить судьбу, чтобы скорее стать главой рода?
Шесть Домов внешне дружелюбны, но внутри кипят страсти.
Дом Ци специализируется на преобразовании ци и изменении судьбы, и хотя их влияние велико, рынок огромен. Дом Хуан создаёт талисманы против злых духов, дом Янь занимается спиритизмом и поиском пропавших — это уникальные навыки, в которые другие не могут вмешиваться. Приложение дома Лю процветает, дом Цянь работает с фэн-шуй — никто не мешает домам друг друга, как это случилось с прежним домом Вань.
Поэтому пока все живут в относительном мире.
Но дом Чжун специализируется на физиогномике и гадании — это направление ближе всего к методам дома Ци. А поскольку в роду Ци остаётся лишь один прорицатель в каждом поколении, многие заказы остаются невыполненными — и этим пользуется дом Чжун.
По логике вещей, двум этим домам… особо не о чем общаться.
Ци Юй решила сначала уточнить, но не успела отправить сообщение, как телефон снова зазвенел.
Шлёп!
На экране внезапно появилось крупное селфи — соблазнительное, почти театральное.
На фото человек в ярких, но удивительно гармоничных красных тенях, чёрная подводка подчёркивает слегка приподнятые уголки глаз, делая их ещё более демоническими. Белые волосы, алый наряд — будто прекрасный демон, сошедший с небес.
Сразу за фото последовало сообщение:
[Мастер! Это и есть причина, по которой вы велели мне взять эту роль?!]
Ци Юй на миг замерла, глядя на фотографию, и у неё заболела голова.
Ах да… Она ведь уже вытащила Мэн Ляна из режима «невидимки» — из-за внезапного приступа сочувствия.
Она закрыла фото и решила сначала ответить Чжун Линю.
[Мистер Чжун, о чём вы хотите поговорить?]
Пока она набирала текст, телефон снова зазвенел.
Мэн Лян: [Мастер, на съёмках мне стоит обращать внимание на что-то особенное?]
Разве он не знает, что она в отпуске? Разве Май Хань ему не сказала?
Нахмурившись, Ци Юй вновь перевела Мэн Ляна в «невидимки» и наконец отправила ответ Чжун Линю.
……
Мэн Лян, уже полностью загримированный и ожидающий проверки режиссёра, чувствовал странное возбуждение. Он сидел в углу и без остановки писал сообщения.
— Лян-гэ, мастер ответила? — Тайлер подал ему воды.
— Нет. Она в отпуске, телефон выключен, не ответит.
— Тогда зачем вы всё время пишете?
Мэн Лян не отрывался от экрана:
— Всё равно не увидит. Без разницы, много или мало писать.
Главное… хм… с тех пор как увидел этот демонический образ, он немного нервничает.
— Пишу мастеру — и становится не так страшно. Ведь мастер — божественный человек.
http://bllate.org/book/5075/505981
Готово:
