Температура вдруг резко подскочила. Тан Сяо Е застыла на месте, глядя в две бездонные пропасти — в глубине этих пронзительных зрачков, стремительно приближающихся к ней, она слышала лишь собственное сердцебиение: тук-тук, тук-тук.
Пальцы Жун Цзюя коснулись кожи у неё на затылке. Внутри всё завопило тревогой. Она резко отпрянула:
— Ты опять что задумал?!
— Я сказал — не двигайся.
Он снова потянулся к ней, но Тан Сяо Е отбила его руку и попыталась увернуться:
— Да ты сам лапки распускаешь!
Один пытался дотронуться, другая — вырваться.
После нескольких попыток Тан Сяо Е не сумела уйти — он прижал её к кровати и схватил за запястья.
— Добрые люди словами решают! — возмущённо бросила она, сверля его взглядом.
Жун Цзюй молчал, лицо его было мрачным. Он стянул обе её руки над головой и, опустившись на колени между её ног, придавил её бьющиеся в панике конечности своим весом.
В этот момент дверь открылась. Цайтоу собирался позвать их обедать, но вместо этого застал картину: Жун Цзюй в одном халате, а Тан Сяо Е — прижатой им к постели.
Атмосфера стала напряжённой.
— Цайтоу! Твой господин сошёл с ума! Быстрее утащи его отсюда! — закричала Тан Сяо Е, обращаясь за помощью.
Цайтоу сделал вид, что ничего не видит и не слышит, и, не произнеся ни слова, тихо прикрыл за собой дверь.
Тан Сяо Е никогда ещё не испытывала такого унижения. Поняв, что бороться бесполезно, а помощи ждать неоткуда, она просто отвела взгляд и, с выражением полного самоотречения, плотно зажмурилась.
Но неожиданно Жун Цзюй лишь наклонился, выдернул из её волос тонкую красную шерстинку — и отпустил её.
И всё?
Тан Сяо Е ошеломлённо уставилась на этого извращенца. Освободив руки и ноги, она не стала медлить ни секунды и пулей вылетела из комнаты Жун Цзюя.
***
«Зверское поведение» Жун Цзюя оставило глубокий след в душе Тан Сяо Е, хоть она и не была ребёнком.
Хотя, в конце концов, он ничего и не сделал…
Если даже ничего не делая он способен быть таким странным, то что будет, если он действительно захочет что-то предпринять?
От одной мысли по коже пробежал холодок.
Жун Цзюй в древности точно был тем самым развратником, у которого три жены и четыре наложницы, а количество женщин, которых он соблазнил, можно сравнить с рекламой «Сянпяопяо» — они бы взялись за руки и обошли Землю.
Почему господин бог реки поручил ей присматривать именно за таким человеком?
Хотелось выбросить его прямо в окно.
Ладно, раз уж она на этом посту — пусть служит во благо. Лучше держать такого извращенца под присмотром, чем выпускать наружу вредить другим.
Вздохнув сто восемь раз, Тан Сяо Е решила больше не думать об этом мужчине и сосредоточиться на деле с кошачьим духом.
Семья Чжоу сообщила по телефону место, где закопали чёрного кота.
Даже многолетний дух, избитый людьми до полусмерти, вряд ли ушёл далеко. Тан Сяо Е решила начать расследование именно с места захоронения.
На этот раз она собиралась действовать в одиночку, без участия Жун Цзюя.
Чтобы избежать встречи с ним, она встала ни свет ни заря, бесшумно умылась, оделась и на цыпочках вышла из комнаты.
Рассвет ещё не наступил, в доме царила полутьма — Жун Цзюй наверняка ещё спал.
Она не осмеливалась включать свет и, словно по лезвию ножа, прошла мимо его двери, пересекла гостиную — и увидела, что в прихожей горит лампа.
Жун Цзюй и Цайтоу уже были полностью одеты и ждали её у входа.
— Откуда ты знал, что я собиралась уходить? — удивилась она.
Жун Цзюй показал ей экран телефона. Оказалось, ночью, когда Тан Сяо Е общалась с семьёй Чжоу, мать Чжоу сообщила ему о её планах.
— Почему она вдруг тебе это рассказала?
— Та госпожа подумала, что я тоже иду с тобой. Сказала, что дороги скользкие из-за дождя, и велела мне быть осторожнее.
— Но ведь именно я веду расследование! Почему она предостерегает тебя, а не меня? — Тан Сяо Е с подозрением уставилась на него.
Жун Цзюй приподнял красивую бровь, изобразив невинное недоумение: мол, и сам не знаю.
Тан Сяо Е мысленно возненавидела его. Этот тип явно умеет очаровывать женщин всех возрастов! Студентка, которая пыталась утопиться у водохранилища, медсестра в больнице, мать из семьи Чжоу… Все эти наивные женщины слепы к его истинной, извращённой сущности и покорены лишь внешностью.
— Э-э-э, Тан Сяо Е, — кашлянул Цайтоу, — ты уже целую минуту не отводишь глаз от моего господина. Может, чуть сбавишь пыл?
— Кто вообще на него смотрит! — фыркнула она, повернулась и начала надевать обувь, а затем с яростью хлопнула дверью.
Она смотрела не на него, а на тёмную душу, скрывающуюся под этой красивой оболочкой!
***
Прогноз погоды на сегодня: пасмурно, местами дожди, северо-восточный ветер 3–4 балла.
Мелкий дождик струился по небу ранней осенью. Люди в час пик раскрыли зонты, и серые улицы зацвели разноцветными зонтиками.
Город, окутанный паром, сквозь неоновые огни фар казался ненастоящим.
Электричка была забита офисными работниками — кроме той, в которой ехали они трое.
Это был поезд в пригород.
В вагоне, кроме них, никого не было. Тан Сяо Е сидела наискосок от Жун Цзюя, через несколько пустых рядов.
Согласно информации от матери Чжоу, мешок с чёрным котом выбросили на пустыре неподалёку от выхода станции Чжу Ган.
После дождя пустырь зеленел сочной травой. Ветер колыхал листву, создавая круги изумрудных волн, среди которых порхали стрекозы.
Из густой поросли торчал уголок мешка. Цайтоу смело бросился вперёд и вытащил его.
Мешок дёрнулся — внутри было пусто. Тела кота не было.
Тан Сяо Е не удивилась.
Жун Цзюй насторожился и направился в другую часть поляны.
Там протекал тихий ручей. Тан Сяо Е заметила у воды сидящего котёнка.
Чёрный котёнок сидел спиной к ним, хвост его был обломан на кончике. Он спокойно смотрел на воду, будто любовался своим отражением.
Кот обернулся. Его зелёные глаза уставились на пришельцев.
— Я вас так долго ждал, — произнёс он.
Он говорил! Значит, это и вправду одухотворённый кот.
Тан Сяо Е удивилась, что он не пытается скрыться:
— Ты знаешь, зачем я пришла?
— Не знаю. Просто кто-то сказал, что вы придёте, — ответил кот, облизывая лапу и неторопливо приближаясь.
— Кто? — Жун Цзюй прищурился.
— Не знаю. Я лишь услышал голос. В тот день я был ранен и не мог открыть глаза, — на веках кота ещё виднелись следы травм.
— Это ты наложил проклятие? — Тан Сяо Е достала фотоальбом. — Ты прожил в семье Чжоу много лет. Зачем перед уходом мучить их?
Кот выглядел ошеломлённым:
— Проклятие? Какое проклятие?
Тан Сяо Е решила, что он притворяется. Но Жун Цзюй присел и показал коту экран телефона, подробно рассказав о недавних несчастьях семьи Чжоу.
Кот долго молчал, потом сказал:
— Я всё это время лечился здесь. На семью Чжоу напал кто-то другой.
— Ты никуда не уходил? — изумилась Тан Сяо Е. — Значит, в парке развлечений меня атаковал не ты?
Кот поднял глаза:
— Я никогда не причинял вреда людям.
— Тогда кто наложил проклятие на семью Чжоу?
— Не я, — вздохнул кот и посмотрел в небо. Тяжёлые, тёмные тучи надвигались, предвещая новый ливень. Кот помахал хвостом и, хромая на заднюю лапу, двинулся прочь: — Пойдёмте, найдём, где укрыться от дождя. Я расскажу всё, что знаю.
— Подожди, — остановил его Жун Цзюй мягким, но твёрдым голосом. — Ты ещё не выздоровел. Иди сюда, — он протянул руку, — я понесу тебя.
Кот обернулся и посмотрел на него с тронутым выражением, затем послушно вскарабкался ему на руку.
Тан Сяо Е с подозрением наблюдала за Жун Цзюем, пытаясь найти в его доброжелательном лице хоть намёк на фальшь. Но ничего не нашла.
***
Шестидесятые годы. Голод.
Чёрный кот не мог найти пропитания и забрёл в человеческую деревню.
Его заметила девочка с хвостиками. У неё была улыбка, чистая и яркая, как белое облако. В руке она держала лепёшку. Хотя сама часто голодала, она без колебаний отломила кусочек и протянула коту.
С тех пор каждый раз, когда кот выходил из леса в поисках еды, девочка всегда находила для него что-нибудь: половинку печёного батата, кусочек кукурузы на пару, немного грубого хлеба…
Девочка подросла. Каждое утро, едва рассветая, она шла длинной горной тропой в школу. Кот следовал за ней, отгоняя блуждающих по дороге духов.
Однажды девочка вдруг обернулась и позвала в пустоту:
— Сяохэй, выходи! Я знаю, что ты за мной следишь. Я видела твои глаза.
Глаза кота светились зелёным даже во тьме. Поняв, что его раскусили, он вышел из укрытия.
Девочка радостно подхватила его и с тех пор брала с собой на занятия и домой. У кота было множество возможностей сбежать, но ладони девочки были такие тёплые, а улыбка — такая сладкая… Он не хотел уходить.
Так сто лет живущий кошачий дух был приручён человеческой девочкой.
Позже девочка выросла, поступила в университет в городе и устроилась на работу. Родители не разрешили ей взять кота:
— Этого кота ты держишь уже больше десяти лет. Он стар, не стоит мучить его в дороге.
Действительно, обычные коты живут всего десяток лет. Он не мог оставаться рядом с ней в том же обличье.
Когда кот снова появился перед ней, он принял вид трёхцветного котёнка и ждал под деревом, мимо которого она проходила после пар.
Со временем он научился хитрости: каждые десять лет он «умирал», а затем возвращался в образе нового котёнка.
Жизнь человека коротка — всего несколько десятилетий. Он мог провести с ней ещё несколько жизней. И это было прекрасно.
Годы шли. Девочка стала тётей, потом бабушкой, а затем — старушкой.
Куда бы она ни отправилась, кот всегда следовал за ней.
Неважно, сколько морщин появилось на её лице или как поседели волосы — для него она навсегда оставалась той самой девочкой с хвостиками и улыбкой, чистой, как белое облако.
***
Под скалой кот, уютно устроившись на руках у Жун Цзюя, спокойно рассказывал о своей жизни.
Тан Сяо Е смотрела на лужу у своих ног, и нос её защипало.
Жун Цзюй мягко гладил кота по спине:
— Если ты не хотел вредить людям, зачем тогда устроил переполох в поминальном алтаре?
— В том доме давно никто не жил. Газовая труба пришла в негодность. Я пытался предупредить их разными способами, но никто не слушал. В конце концов, мне пришлось запрыгнуть на гроб… — Кот принялся вылизывать шерсть. Прикосновения Жун Цзюя, казалось, ускоряли заживление ран: — Не знаю, кто распустил слух, что если кот прыгнет на покойника, тот оживёт. Невежественные люди.
— Значит, ты хотел лишь предупредить их, — взгляд Тан Сяо Е стал мягче, но сомнения остались: — Но кто тогда наложил проклятие на семью Чжоу? Кто этот «кто-то другой»?
— Когда меня засовывали в мешок, — кот замялся, — я почувствовал поблизости запах другого кошачьего духа.
— Ещё один кошачий дух? — Тан Сяо Е не ожидала такого поворота.
— Возможно, мой сородич проходил мимо и решил отомстить за меня. Поэтому и устроил семье Чжоу эту шутку.
— Есть ли способ снять проклятие?
— Есть. Подождите, — кот спрыгнул с рук Жун Цзюя и побежал к небольшому холмику, где присел на корточки.
— Что он там делает? — шепотом спросила Тан Сяо Е у Жун Цзюя.
— Испражняется.
Тан Сяо Е опешила:
— Он… ему не неловко делать это при всех?
— А тебе не неловко за ним так пристально следить? — Жун Цзюй посмотрел на неё с лёгкой усмешкой.
Тан Сяо Е бросила на него убийственный взгляд.
Кот закончил своё дело и инстинктивно поднял лапу, чтобы закопать, но в последний момент остановился.
— Высушите мои испражнения, смешайте с пеплом от благовоний с могилы и запейте белым вином. Так можно снять шутку, наложенную кошачьим родом, — сказал он.
Тан Сяо Е посмотрела на чёрную кучку у земли, потом на Жун Цзюя:
— Подозреваю, он сейчас тоже шутит.
Кот уставился на неё:
— Если не веришь, я сейчас закопаю.
Жун Цзюй бросил Тан Сяо Е многозначительный взгляд.
http://bllate.org/book/5017/501089
Готово:
