Именно с того дня она полностью исчезла из поля зрения общественности. Тогда он и не подозревал, что она ушла в отставку, чтобы стать домохозяйкой. Ему казалось, она просто сменила имя или уехала в какую-нибудь глушь в поисках вдохновения — заняться нишевым дизайном.
Он и представить себе не мог, что встретит её спустя три года в отделении полиции.
Сначала Лу Цзюэфэй не верил, что перед ним действительно Вэнь Цяо, пока не увидел оригинальные эскизы «Нитей судьбы», пока не ознакомился с её новыми проектами — не уступающими по качеству знаменитой коллекции. Только тогда в нём впервые вспыхнуло ощущение: «Наконец-то я её нашёл».
Для него Вэнь Цяо всегда была особенной. Когда на совещании он сказал Гун Чжиюю, что готов отдать Эми, но не Вэнь Цяо, он говорил искренне. Эми, конечно, давно работала с ним, но годилась лишь на роль ассистентки — дальше этого она не шла.
А Вэнь Цяо… Лу Цзюэфэй достал телефон, открыл её страницу в вэйбо и уставился на ленту, не обновлявшуюся уже больше трёх лет. Внутри зазвучал голос: «Вэнь Цяо способна стать кем угодно».
Та самая Вэнь Цяо, что могла стать кем угодно, теперь думала только о работе.
Она потратила немного времени, чтобы привести в порядок свои вещи на новом рабочем месте в отделе парфюмерии.
Было крайне неловко, что её стол стоял слишком близко к окну кабинета Гун Чжиюя. Стоило ему лишь приоткрыть жалюзи — и он сразу видел всё, чем она занимается.
Чувство приватности полностью отсутствовало. Вэнь Цяо то и дело бросала украдкой взгляд в сторону кабинета Гун Чжиюя, боясь, что он за ней подглядывает. Не то чтобы она что-то скрывала — просто не хотелось, чтобы бывший муж наблюдал за ней.
Поразмыслив, она решила, что терпеть это место больше невозможно, и отправилась прямо к Ши Яну.
— Ну как, Цяо-цзе, нравится тебе место, которое я приготовил? — Ши Ян сиял, как солнце. — Там лучшее освещение во всём офисе! После того как прежнего сотрудника уволили, за это место дрались все подряд, но я никому не помогал его получить.
Вэнь Цяо натянуто улыбнулась:
— Спасибо за заботу. Освещение и правда отличное, но мне это место не подходит.
Ши Ян опешил:
— Почему? — Он указал на стол. — Все его хотят! Особенно девчонки — глаз не сводят!
Вэнь Цяо бросила взгляд на коллег и действительно заметила несколько завистливых взглядов. Она задумалась и сказала:
— Ши Ян, ты никогда не задумывался, что они хотят это место не из-за освещения, а потому что оно расположено прямо напротив кабинета Гун Чжиюя?
Ши Ян остолбенел:
— …Правда?!
Вэнь Цяо указала на место:
— Да не просто рядом — стоит Гун Чжиюю устать и открыть жалюзи, как первое, что он увидит, будет именно этот стол.
Ши Ян молча замер. Теперь всё ясно! Не зря его брат так настойчиво намекал, чтобы он подготовил именно это место для Цяо-цзе — оказывается, у него были такие планы.
Поняв, что уже не раз подвёл Гун Чжиюя, Ши Ян решительно заявил:
— Но, Цяо-цзе, других мест нет! Пожалуйста, садись туда. Мой брат, когда работает, никого не замечает — даже если кто-то постучится в дверь, он не откроет. Не веришь? Смотри!
Он подвёл Вэнь Цяо к окну как раз в тот момент, когда Гун Чжиюй стоял у своего окна с открытыми жалюзи и смотрел прямо на её рабочее место.
Вэнь Цяо и Ши Ян стояли вдалеке, но Гун Чжиюй уже заметил, что его застукали — и теперь оба с разными выражениями лиц пристально смотрели на него.
Гун Чжиюй молча опустил жалюзи, сохраняя полное спокойствие, будто ничего особенного не произошло.
Вэнь Цяо повернулась к Ши Яну. Тот замялся:
— Э-э… Других мест правда нет…
Вэнь Цяо улыбнулась:
— Если места нет, его можно создать. Ши Ян, раз уж мы знакомы, позволь мне самой поискать.
Ши Ян подумал: «Ну ладно, мест и правда больше нет — пусть ищет». И согласился.
В итоге Вэнь Цяо подошла к одной девушке, что-то ей сказала — и та с радостью начала собирать вещи, чтобы поменяться с ней местами.
Ши Ян молча смотрел, как его лицо постепенно искажалось. Помучившись, он решил пойти к Гун Чжиюю и сдаться на милость.
Неважно, какие у кого планы — Вэнь Цяо решила: раз уж пришла, надо мириться с обстоятельствами. Проект должен быть завершён к середине августа, а сейчас уже конец июля. Максимум через двадцать дней она уйдёт отсюда.
Что ей предстоит пережить за эти двадцать дней, она уже поняла.
Всего двое: Кан И и Гун Чжиюй.
С Гун Чжиюем она давно научилась справляться. Гораздо сложнее было с Кан И.
Раз Кан И до сих пор не появилась перед ней, значит, та держится изо всех сил. Очевидно, она окажется ещё более трудным противником, чем Вэнь Цяо предполагала.
Осознав это, Вэнь Цяо почувствовала лёгкое беспокойство.
Именно в этот момент на экране всплыло уведомление от корпоративного мессенджера. Она взглянула — это был Лу Цзюэфэй.
Она открыла чат. Лу Цзюэфэй спрашивал, устроилась ли она на рабочем месте и голодна ли она, хочет ли чего-нибудь поесть.
Если она скажет, что голодна, он, наверное, соберётся принести ей еду?
Подумав об этом, Вэнь Цяо решила отказаться. Пока она набирала ответ, в передней части офиса вдруг поднялся шум.
Вэнь Цяо подняла глаза — и встретилась взглядом с парой покрасневших глаз.
Молодое лицо, возраст которого было трудно определить, одетое в новейшую коллекцию женской линейки JR, с сумочкой Hermès, за которую пришлось бы выложить на сопутствующие покупки несколько сотен тысяч. Та самая Кан И, из-за которой Вэнь Цяо чувствовала тревогу.
До настоящей встречи, когда Вэнь Цяо видела Кан И лишь издалека, она считала её опасной именно из-за её сдержанности. Но теперь, когда Кан И появилась перед ней лично, Вэнь Цяо поняла: возможно, та держалась до сих пор лишь потому, что кто-то её сдерживал.
И этим кем-то, скорее всего, был Гун Чжиюй, руководитель её отдела.
— Ты и есть Вэнь Цяо? — Кан И подошла ближе и окинула её взглядом с ног до головы. Красные прожилки в её глазах стали ещё заметнее.
Надо сказать, Вэнь Цяо в красном платье, с чёрными распущенными волосами выглядела по-настоящему потрясающе.
Это была красота, от которой веяло угрозой — красота, которую невозможно было отрицать, даже имея совершенно иной вкус.
Её внешность была настолько убедительной: красное платье, белая кожа, чёрные волосы — три контрастных цвета, идеально сочетающихся на ней. Кан И почувствовала себя ничтожной.
Вэнь Цяо помолчала, затем кивнула:
— Да, я Вэнь Цяо. Здравствуйте, госпожа Кан.
Кан И: «…» Даже голос у неё такой приятный! Неужели она хочет загнать её в угол?
Кан И глубоко вдохнула и с трудом улыбнулась:
— Я не уточняла в отделе кадров, но скажите, пожалуйста, какова сейчас ваша месячная зарплата?
Вэнь Цяо удивилась такому вопросу, но быстро ответила честно.
Услышав названную сумму, Кан И немного успокоилась и подумала с облегчением: «Хорошо, хоть она не богаче меня».
Её настроение улучшилось, и она уже собиралась что-то добавить, но вдруг её перебил внезапно появившийся человек.
Гун Чжиюй стоял у двери кабинета и холодно произнёс:
— Кан И, заходи.
Кан И хотела что-то сказать, но не решалась уходить. Гун Чжиюй подошёл, взял её за руку и буквально увёл в кабинет.
Перед тем как закрыть дверь, он бросил последний взгляд на Вэнь Цяо. Та отвела глаза от их сцепленных рук и холодно фыркнула.
Гун Чжиюй нахмурился, но ничего не стал объяснять и закрыл дверь.
В кабинете Кан И металась из стороны в сторону:
— Зачем ты так быстро меня увёл? Я же не собиралась её есть! Просто хотела посмотреть!
Гун Чжиюй спокойно сел на диван:
— Зачем смотреть на неё? Это необходимо?
Кан И уставилась на него:
— Как это не нужно? «Знай врага, как самого себя» — разве не так?
— И что ты увидела? — спросил он. — Расскажи.
Кан И скрипнула зубами:
— Что я увидела? Я увидела, что при росте под сто сантиметров у неё грудь просто шикарная! Увидела, что у неё не только ноги-палочки, но и талия А4, да ещё и модные прямые плечи! — Она в отчаянии воскликнула: — Я проиграла ей полностью!
По логике, услышав такой плач, Гун Чжиюй, её советник, должен был озаботиться. Но вместо этого он серьёзно, даже с удовольствием кивнул и тихо сказал:
— Твоя оценка довольно объективна и справедлива.
Кан И дёрнула уголком рта. Она долго смотрела на него, потом сдавленно спросила:
— Неужели ты в неё втюрился? Вы же развелись всего несколько месяцев назад! Разве нормально так быстро влюбляться в другую?
Гун Чжиюй не сказал ни «да», ни «нет», а лишь произнёс:
— Уходи. Больше не подходи к ней. Я перевёл её к себе, так что сам разберусь с твоей проблемой.
Кан И на мгновение задумалась и дерзко предположила:
— Когда ты говоришь, что сам разберёшься… Неужели ты хочешь использовать тот же трюк, что и со мной? То есть соблазнить её, заставить влюбиться в тебя, и тогда она сама уйдёт от Лу Цзюэфэя?
Гун Чжиюй бросил на неё косой взгляд:
— Неплохая идея.
Кан И резко вдохнула:
— Раньше я лишь предполагала, но теперь уверена. — Она медленно, чётко проговорила: — Ты в неё влюбился. Мне искренне жаль твою бывшую жену! Вы развелись всего несколько месяцев назад, а ты уже нашёл новую! Если бы она узнала, наверняка умерла бы от горя!
Гун Чжиюй молчал. Вэнь Цяо не будет горевать. Она лишь почувствует недоумение и сомнение: почему он до сих пор любит её, но всё равно развелся?
Кан И, похоже, поверила в его старый метод и решила, что так и надо. Поэтому больше не возражала и готова была уйти. Гун Чжиюй, боясь, что она снова начнёт преследовать Вэнь Цяо, вышел проводить её.
Когда они вышли, у стола Вэнь Цяо уже стоял ещё один человек — четвёртый участник этого любовного квадрата.
— Попробуй это, вкусно, — Лу Цзюэфэй принёс ей тарелку с нарезанными фруктами. Вэнь Цяо пыталась отказаться, но в момент, когда вышли Гун Чжиюй с Кан И, она опустила руку и неохотно взяла кусочек.
Это зрелище заставило Гун Чжиюя нахмуриться, а Кан И — вспыхнуть от злости.
Кан И быстро подошла ближе. Гун Чжиюй, чтобы не дать ей устроить скандал, последовал за ней.
Когда они остановились перед Вэнь Цяо и Лу Цзюэфэем, тот всё ещё беззаботно кормил Вэнь Цяо фруктами.
— Цяо-цяо, попробуй ещё вот это, тоже вкусное, — говорил он с нежностью.
Вэнь Цяо на мгновение замялась и тихо ответила:
— Я правда не голодна… Лучше ты сам ешь… — Она слегка помедлила и добавила, обращаясь к нему необычным, но странным образом уместным прозвищем: — Лао Лу.
Лу Цзюэфэю, похоже, очень понравилось это обращение. Он улыбнулся:
— Хорошо.
Кан И была вне себя. Она никак не ожидала, что, несмотря на все её усилия, Лу Цзюэфэй так и не обратил на неё внимания. Она думала, что хотя бы немного тронула его сердце, но теперь видела: он добр к Вэнь Цяо и совершенно игнорирует её. Кан И было по-настоящему больно.
Боль переросла в обиду, а обида — в упрямое нежелание сдаваться. Она вдруг сжала зубы, схватила руку Гун Чжиюя и, под его ледяным взглядом, с трудом выдавила фальшиво-ласково:
— Тебе не нужно меня провожать. Я сама дойду, я же не маленькая. Тебе не стоит за меня волноваться… — Она стиснула зубы и, подражая Вэнь Цяо, закончила обращением: — Лао Гун.
Как только это сорвалось с её языка, она поняла, что натворила.
Подожди-ка…
Лу Цзюэфэй — фамилия Лу, поэтому «Лао Лу» — нормально.
Но Гун Чжиюй… его фамилия Гун!
Если она называет его «Лао Гун», то для русского уха это звучит как… «муж»!
Кан И сама испугалась. Честное слово, она вовсе не хотела его поддеть! Она просто пыталась вызвать ревность у Лу Цзюэфэя, проверить, не безразлична ли она ему на самом деле. Но, похоже, вышло всё наоборот.
Она краем глаза глянула на Лу Цзюэфэя — тот странно ухмылялся, будто сдерживал смех.
Потом бросила украдкой взгляд на Гун Чжиюя… Э-э… Его лицо было таким мрачным, что Кан И показалось, будто он вот-вот позвонит её отцу и попросит того хорошенько её отлупить.
http://bllate.org/book/5001/498890
Готово:
