Теперь она точно знала: Цинь Цзычэнь живёт на Утёсе Вэньцзянь. Обычно его нельзя беспокоить, но раз уж она получила задание, ей непременно нужно уговорить его отправиться вместе с ней в Сюаньтяньский монастырь. Да и разве он сам недавно не был там, когда Сяо Юньюнь преследовала его? Значит, у него там наверняка есть дела!
С такими мыслями она быстро долетела на своём мече до маленького домика у подножия утёса, стряхнула пыль с рукавов и остановилась перед защитным массивом.
— Пиковый Владыка, ученица желает кое о чём побеседовать, — почтительно поклонилась она.
Дверь без ветра сама распахнулась. Су Цинъи поняла: Цинь Цзычэнь разрешает ей войти. Она вошла в помещение, ещё раз поклонилась и, сняв обувь, прошла внутрь.
Деревянный пол в комнате был безупречно чист. Цинь Цзычэнь сидел на циновке у самого края обрыва, скрестив ноги. Его белоснежные одежды расстилались вокруг, словно веер. Он не носил головного убора — чёрные волосы струились по полу вместе с тканью одеяния. За его спиной висела полная луна, и её свет мягко ложился на пряди, будто серебряный ручей.
В одной руке он держал нефритовую табличку, в другой — кисть и что-то вычерчивал. Лишь когда Су Цинъи опустилась на циновку в трёх чжанах от него, он наконец произнёс:
— В чём дело?
— Завтра ученица вместе с наставниками отправляется в Сюаньтяньский монастырь выполнять поручение Секты. Вдруг вспомнила, что именно там впервые встретила Пикового Владыку. Неизвестно ли, завершил ли Владыка свои дела в монастыре?
Цинь Цзычэнь замер, опустил кисть и поднял на неё взгляд. Некоторое время он молча смотрел, затем спокойно сказал:
— В Сюаньтяньском монастыре у тебя есть иные дела.
Лицо Су Цинъи слегка напряглось, но она тут же взяла себя в руки.
— Да, ученица действительно не завершила одно дело в Сюаньтяньском монастыре. Поэтому осмелилась попросить Пикового Владыку… не могли бы вы помочь мне и сопроводить в монастырь?
— Какое дело? — Цинь Цзычэнь смотрел на неё пристально, будто взвешивая каждое слово.
Су Цинъи слегка кашлянула и начала:
— Когда я была в Сюаньтяньском монастыре, заметила там скопление зловредной энергии. Хочу разобраться в этом. По моим наблюдениям за те дни, в монастыре кто-то устанавливает огромный массив…
Она намеренно замолчала, надеясь, что он сам задаст вопрос. Но Цинь Цзычэнь лишь продолжал смотреть на неё с невозмутимым спокойствием, будто совершенно безразлично, расскажет она дальше или нет. Су Цинъи не выдержала:
— Этот массив не каждому под силу создать. Может, Пиковый Владыка всё же заглянет туда и проверит? Как вам такое предложение?
Цинь Цзычэнь ничего не ответил, снова опустил голову и продолжил чертить на нефритовой табличке. Су Цинъи ждала, всё больше тревожась. Ведь история с массивом была выдумана на ходу — она просто надеялась, что этот мечник ничего не смыслит в символических печатях и массивах. Но сейчас, глядя, как он спокойно работает с табличкой, она засомневалась.
Прошло немало времени, прежде чем она осторожно окликнула:
— Пиковый Владыка?
— Понял, — ответил он, не поднимая глаз. — Прикажу кому-нибудь проверить.
— А если там окажется очень могущественный мастер…
— В последний раз я вступал в бой два года назад, чтобы уничтожить демонического повелителя Янь Янь, — без тени эмоций произнёс Цинь Цзычэнь, даже не взглянув на неё. Эти слова больно ударили Су Цинъи в самое сердце.
«Большое спасибо за столь высокую оценку моих способностей», — с горькой усмешкой подумала она, лихорадочно соображая, как бы выкрутиться.
Наконец Цинь Цзычэнь поднял глаза:
— Ещё что-нибудь?
— Нет, — призналась она, поняв, что придумать больше нечего. — Ученица откланяется.
Она встала и направилась к выходу. Но не успела сделать и нескольких шагов, как он окликнул:
— Подожди.
Сердце Су Цинъи радостно забилось: неужели он передумал и согласится сопровождать её? Она обернулась — и увидела, как Цинь Цзычэнь подошёл к ней и протянул нефритовую табличку.
На ней был выгравирован странный символ и три маленьких меча. Су Цинъи сразу поняла: это не символическая печать мастера печатей. Она недоумённо подняла на него глаза.
Цинь Цзычэнь смотрел на неё. Его взгляд, подобно лунному свету, мягко касался её лица — холодный, но с оттенком нежности. Лёгкий ветерок развевал его распущенные волосы, и несколько прядей щекотали ей щёку. На мгновение ей показалось, будто эти волосы касаются не кожи, а самого сердца, вызывая лёгкое, томительное щемление.
— Это три моих мечевых воли, — сказал он. — Каждая равна удару культиватора уровня великого слияния. Если возникнут трудности — используй для защиты.
— Вы… вы… — Су Цинъи растерялась, слова застряли в горле. — Почему вы даёте мне это?
— Ты обладаешь телом чистой Инь, — ответил он. — Боюсь, в пути могут возникнуть неприятности.
«Тело чистой Инь?» — изумилась она.
Тела чистой Инь или чистой Ян встречаются крайне редко. Тело чистой Ян, как у Янь Янь, позволяет впитывать духовную энергию в разы быстрее обычного. А вот тело чистой Инь — куда более опасный дар: оно не только поглощает энергию, но и легко отдаёт её другим. Поэтому обладательниц такого тела часто используют как алхимические сосуды. Однако такие тела почти никогда не доживают до зрелости — их рано или поздно находят и убивают ради практик. В отличие от тел чистой Ян, которые благоприятны для пути культивации, тела чистой Инь обычно обречены.
Но…
— Откуда вы знаете, что у меня тело чистой Инь? — настороженно спросила она. После десяти лет бегства и преследований она научилась подозревать всех и вся.
— В день твоего цзюйцзи я почувствовал неладное, — спокойно ответил Цинь Цзычэнь, возвращаясь на своё место у обрыва. — Позже сверился с древними текстами и узнал.
Су Цинъи стояла на месте, сжимая в руке табличку, и колебалась. Наконец не выдержала:
— Пиковый Владыка… вы хотите использовать меня как алхимический сосуд?
Цинь Цзычэнь не ответил. Его тело слегка дрогнуло. Через мгновение он медленно открыл глаза и посмотрел на неё.
— Су Цинъи, — произнёс он, чётко выговаривая каждую букву её имени. В его взгляде мелькнуло что-то тёплое и далёкое, но слишком слабое, слишком глубоко спрятанное в чёрных безднах зрачков. — Путь культивации полон трудностей и страданий. Раз я уже прошёл его, то помогу тебе следовать истинной дорогой.
Су Цинъи…
Он мысленно повторил её имя, вспомнив ту девочку восемнадцатилетней давности, которая шла за ним, держа в руках ромашку.
Пусть ты и предала меня, и оскорбляла… но ведь когда-то ты любила меня.
Пусть конец и не был счастливым, но раз уж я могу помочь — помогу.
С этими мыслями он закрыл глаза, широким рукавом оттолкнул её к выходу и, словно вздохнув, произнёс:
— Ступай.
Су Цинъи сжимала в руке табличку, подаренную Цинь Цзычэнем, и чувствовала странную смесь эмоций.
Давно никто не говорил ей, что будет её защищать.
Те, кто раньше обещал защиту, либо предавали, либо исчезали. А Цинь Цзычэнь — кто он из них? Что бы он подумал, узнай он, что она — не просто ученица Секты Небесного Меча, а переродившийся демонический повелитель, некогда убитый его собственным клинком?
От этой мысли ночной ветер показался ей ещё холоднее. Она горько усмехнулась, спрятала табличку за пазуху и спустилась с горы.
На следующее утро она вовремя присоединилась к отряду. На этот раз командовал Сихэ. Он воспользовался своим положением и устроил Су Цинъи на своём летающем артефакте, заодно выторговав у товарищей по секте несколько одежд с вышитым звёздным кругом «Падающее перо». Мо Юнь был этим крайне недоволен, но, учитывая разницу в их силах, предпочёл промолчать.
Три дня они летели без остановки и наконец достигли врат Сюаньтяньского монастыря. Едва ступив на землю, Су Цинъи почувствовала резкий толчок в груди. Она замерла.
— Сестра Су, что случилось? — обеспокоенно спросил Сихэ.
Она пришла в себя и ничего не ответила.
Чем выше уровень культиватора, тем острее его связь с Небесным Дао. Хотя её собственная сила исчезла, её душа всё ещё принадлежала культиватору уровня великого слияния. Если даже такая душа чувствует тревогу, значит, в Сюаньтяньском монастыре действительно творится что-то неладное. Неужели она сама себя так точно «загадала»?
Она на миг задумалась, но внешне лишь покачала головой в ответ на вопрос Сихэ.
Тем временем Мо Юнь, отправленный объявить о прибытии, вернулся и сообщил, что их встречают. Сверху по ступеням спустился молодой ученик в чисто белых одеждах, за ним — два ряда вооружённых мечами последователей монастыря.
— Простите, что не встретили вас достойно! — ученик почтительно поклонился Сихэ. — Прошу следовать за мной!
Сихэ нахмурился:
— Разве старейшина Лю Сюань не предупредил вас о нашем прибытии?
— Старейшина Лю? — ученик удивлённо поднял голову. — Он скончался несколько дней назад. Разве вы не знали?
— Скончался?! — глаза Сихэ расширились от изумления.
Су Цинъи почувствовала тревогу. Прежде чем Сихэ успел сказать что-то ещё, она мягко улыбнулась:
— Брат Сихэ, мы прибыли по особому поручению, чтобы лично навестить старейшину Лю. Теперь, когда он ушёл в мир иной, мы обязаны остаться хотя бы до его похорон.
Сихэ мгновенно понял её замысел и серьёзно кивнул:
— Совершенно верно. Прошу проводить нас.
— Сюда, пожалуйста, — ученик почтительно указал дорогу.
Когда они вошли в главный зал монастыря, тот уже был превращён в траурную церемонию. Многие ученики стояли на коленях, тихо рыдая. У алтаря стоял молодой человек в зелёной одежде и нефритовой диадеме. Ему было не более ста лет, но он уже достиг поздней стадии Юаньиня. Его лицо было необычайно изящным — скорее походило на черты учёного из мира смертных, чем на облик культиватора.
В тот момент, когда гости входили, он смотрел вверх, на белые цветы, украшавшие потолок. Ученик-проводник подвёл гостей ко входу и подошёл к молодому человеку:
— Владыка, прибыли посланцы Секты Небесного Меча.
Молодой человек обернулся, кивнул Сихэ и вздохнул:
— Незадолго до своей кончины старейшина Лю упоминал, что пригласил Секту Небесного Меча помочь расследовать происхождение зловредной энергии. Кто бы мог подумать, что…
— Примите наши соболезнования, — Сихэ поклонился.
Молодой человек покачал головой и ответил на поклон:
— Я — Сун Сун, Владыка Сюаньтяньского монастыря.
— Сихэ, старший ученик Пика Гуйюань Секты Небесного Меча, — представился Сихэ и поднял глаза. — Скажите, удалось ли вам выяснить источник зловредной энергии?
— Всё уже улажено! — громко рассмеялся кто-то с порога.
В зал вошёл пожилой мужчина в чёрной одежде с вышитым белым тигром. За ним следовали шесть учеников. Он выглядел бодрым и полным сил. Едва он вошёл, Сун Сун невольно выпрямился и натянуто улыбнулся:
— Старейшина Линь.
— Ну что, Сунька, всё ещё торчишь у гроба старого Лю? — Линь Чэн вошёл в зал, и один из его учеников тут же поставил деревянный стул рядом с Сун Суном. Другой ученик принёс столик и заварил ему чай.
Лицо Сун Суна стало мрачным, но он сдержался и тихо ответил:
— Старейшина Лю с детства служил Сюаньтяньскому монастырю и внёс огромный вклад в его процветание. Теперь, когда он покинул этот мир, я, как младший, обязан выразить нашу благодарность и уважение.
— Ха! — Линь Чэн фыркнул, явно презирая эти слова. — Всего лишь золотое ядро за сотни лет жизни. Какая благодарность? Просто муравей.
— Старейшина Линь! — Сун Сун резко вскрикнул.
Линь Чэн поднял на него глаза, и в следующий миг давление уровня Чуцио обрушилось на всех присутствующих. Ученики побледнели, а сам Сун Сун не выдержал и опустился на колени.
Сихэ остался невозмутим. Он достал артефакт, данный ему учителем — «Зонт Весеннего Дождя», — и раскрыл его. Все ученики Секты Небесного Меча мгновенно почувствовали облегчение и остались стоять, в то время как остальные были придавлены к земле.
Линь Чэн перевёл взгляд на зонт, лицо его изменилось. Он убрал усмешку и сказал:
— Секта Небесного Меча поистине велика: даже простой ученик владеет таким артефактом. Линь Чэн признаёт своё поражение. Прошу простить мою дерзость.
Он снял давление. Сихэ сохранял спокойствие:
— Старейшина преувеличивает. Обычный «Зонт Весеннего Дождя» — и всё. А вот вы сказали, что дело с зловредной энергией улажено. Что имеете в виду?
— А, это… — Линь Чэн протянул, поворачиваясь. — Мы уже поймали виновника. Один из учеников монастыря установил массив, привлёкший зловредную энергию. Вот и всё.
http://bllate.org/book/4991/497572
Готово:
