— Ты с ума сошла? — рявкнул Чжао Цзиньцзинь. — Раз уж заговорили о ней, я тут вспомнил: вчера всё шло как по маслу, ты не только не поддержала нужный настрой, но теперь ещё и хочешь её убрать. Лу Сибэй, ты в своём уме?
— Уж лучше потрать силы на составление заявления о том, что ты свободна, и выложи его в «Вэйбо». Давно тебя не прижимали — совсем распустилась, да?
Чжао Цзиньцзинь взял газету с журнального столика и, уже у двери, обернулся:
— Кстати, те сумки, что я за тебя заказывал, уже пришли в офис. Забери, когда будет время.
Этот слух взлетел в топ трендов — Чжао Цзиньцзинь даже не ожидал. Давно уже не приходилось улаживать за Лу Сибэй подобные любовные сплетни, а тут вдруг такой взрыв — трудно не заподозрить, что конкуренты купили статью, чтобы их подставить.
Лу Сибэй открыла «Вэйбо». Её имя прочно засело на первой строчке трендов. Она уже начала набирать текст, как вдруг получила сообщение от Ань Цяо.
[Старшая сестра, я ни слова не сказала Цзиньцзинь о том, что между вами с господином Фу.]
Палец Лу Сибэй замер над клавишей Enter. Она внимательно перечитала сообщение дважды и ответила:
[Между мной и господином Фу ничего нет.]
Прошло две секунды, и Ань Цяо тут же прислала ещё одно:
[Вчера я видела, как господин Фу поцеловал старшую сестру.]
…У Лу Сибэй дёрнулся уголок глаза. Рана во рту, казалось, только начала заживать, а теперь её снова жестоко распахнули — и всё это делала та самая девушка, которую Лу Сибэй так хотела вытащить из беды.
@Ruby_Лу: Встретилась с подругой по делам, заодно обновили старую дружбу. Всё.
Заявление было кратким и ясным, но не содержало пометки «свободна», как того требовал Чжао Цзиньцзинь. Лу Сибэй считала это излишним — она всегда чётко разделяла работу и личную жизнь.
Она не стала отвечать Ань Цяо. Девушку Лу Сибэй сначала жалела и хотела дать ей шанс пойти другим путём, но теперь поняла: та гораздо хитрее, чем казалась. Это лишь укрепило решение Лу Сибэй отправить её за границу.
После всего, что случилось с Линь Ни, Лу Сибэй стала осторожнее в вопросах интриг шоу-бизнеса. Если Ань Цяо останется рядом — она станет настоящей бомбой замедленного действия. Чтобы в будущем не пострадать самой, Лу Сибэй решила действовать первой.
Она рассказала Лян Шаню о слухах в сети. Тот, как ни странно, не удивился — будто ждал этого. Но раз заявление упоминало работу, Лу Сибэй решила подкрепить слова делом и попросила Лян Шаня помочь ей устроить «новый проект».
Они договорились встретиться на следующей неделе в её компании, чтобы обсудить детали.
В конференц-зале присутствовала и Чжао Цзиньцзинь. Лян Шань, в золотистой оправе очков и с любимой камерой на груди, да ещё и с небритой щетиной, выглядел как измученный военный корреспондент.
— Снимать студенческую фотосессию? — удивился он, услышав предложение Лу Сибэй. Она раньше смеялась над ним, мол, в его годы ещё носится с романтическими идеями и обожает девчонок в школьной форме. А теперь сама предлагает снять студенческий фотосет? — Ты, часом, не шутишь?
Лу Сибэй серьёзно посмотрела на него:
— Не шучу. Я вполне серьёзно настроена. Но хочу снять дуэтную фотосессию.
Она перевела взгляд на Чжао Цзиньцзинь, которая молчала и внимательно слушала.
— В прошлый раз я провалила задание, которое ты мне поручил, Цзиньцзинь. Это моя вина, и я нарушила твоё доверие. Поэтому я сама возьму на себя заботу об Ань Цяо и предлагаю сделать эту фотосессию совместной работой — для меня и для неё.
Раньше Чжао Цзиньцзинь, услышав такие слова, расплакалась бы от радости. Но теперь, зная истинные намерения Лу Сибэй по отношению к Ань Цяо, он смотрел на неё уже не так наивно.
От заявления до подтверждения, от подтверждения до организации фотосессии — всё выглядело логично, но за этим стоял чёткий план Лу Сибэй. Только Чжао Цзиньцзинь так и не мог понять: какова же её настоящая цель?
Это поведение совершенно не вязалось с предыдущим решением отправить Ань Цяо учиться за границу. Неужели Лу Сибэй тогда просто бросила слова на ветер?
Чжао Цзиньцзинь задумался и вдруг заметил, что Лу Сибэй всё это время смотрит на него.
— Э-э… Предложение неплохое, — кашлянул он, — но ты уверена, что публика захочет видеть тебя в школьной форме, прыгающей по стадиону?
Фотосессия — это не личное желание. Для компании даже самый незначительный проект должен приносить выгоду. А такие прямолинейные шаги, как выпуск фотокниги, оправданы только продажами.
— Я не могу гарантировать сто процентов, — ответила Лу Сибэй, — но у меня есть идея: обыграть тему «прорыва и переосмысления». Мы сыграем на стереотипах о супермоделях и перевернём их образ. Думаю, это вызовет интерес.
Совещание закончилось без окончательного решения — последнее слово оставалось за боссом. Но учитывая прибыль, которую Лу Сибэй принесла компании за последний год, у неё было девяносто процентов уверенности, что проект одобрят.
Перед уходом Лу Сибэй заглянула на ресепшн — там хранились восемь сумок бета, которые она заказала. Все они были куплены благодаря Чжао Цзиньцзиню.
— Ого! Руби, ты просто волшебница! Как тебе удалось купить эту вишнёвую лимитированную модель? — восхитилась менеджер отдела делопроизводства, возвращаясь с кофе.
Лу Сибэй подняла сумку и сухо ответила:
— Да, говорят, её трудно достать.
Она смутно помнила, как на одном из совещаний одна сотрудница жаловалась, что после её заказа сайт мгновенно опустел. Неужели у Чжао Цзиньцзиня такие связи?
— Да не только эта модель редкая! Вся вишнёвая коллекция этого бренда — дефицит! — продолжала менеджер. — Самое непонятное — почему именно вишнёвые сумки, которые считаются классикой, постоянно распроданы? Это как пойти в «Тиффани» и услышать, что нет «Маленьких лебедей» — полный бред!
— Ха-ха-ха… — улыбка Лу Сибэй была натянутой. Она думала только об одном: зачем ей всё это выслушивать? При чём тут она? Ей хотелось лишь заткнуть этой женщине рот и пойти домой спать.
— Слушай, раз уж ты так любишь этот цвет, — сказала она, — а у меня и так перекуп, так что держи. Подарок.
— Ой, как неловко получается! — воскликнула менеджер, но руки уже потянулись к сумке и тут же приняли её. Её лицо сияло от радости — неловкость, видимо, была чисто формальной.
Лу Сибэй наконец избавилась от неё и ушла домой с оставшимися семью сумками. Бросив их на диван, она минуту пристально смотрела на них и пробормотала:
— Так уж и трудно купить?
Она распаковала каждую — все без исключения были вишнёвого цвета. Лу Сибэй начала подозревать, что менеджер её развела. Где тут дефицит? Вон их сколько!
Раньше она не особо интересовалась брендом бета, но теперь зашла на официальный сайт и проверила модели, которые купил за неё Чжао Цзиньцзинь. И правда — все они значились как «распроданы».
В голову пришла другая мысль, но Лу Сибэй решительно отогнала её. Лучше считать, что у её менеджера просто отличные каналы поставок.
Обычные клиенты редко получают заказы напрямую от президента компании. Такое бывает только со звёздами высшего эшелона или влиятельными бизнесменами. Простые VIP-покупатели даже не мечтают о таких эксклюзивах.
Чжао Цзиньцзиню, однако, не составило труда оформить заказ — он просто использовал имя Лу Сибэй. Когда его вызвали за посылкой, он даже не уточнил модели — Лу Сибэй ведь всего лишь хотела поддержать продажи Инь Цзы, своей коллеги-амбассадора.
— Восемь лимитированных моделей сразу? — удивилась секретарь Цзэн, получая заказ.
Фу Ичэнь спокойно кивнул. Неудивительно, что секретарь поразилась: в заказе не было указано ни одной конкретной модели. Хотя она знала, насколько Лу Сибэй знаменита, но для таких заказов обычно требуются куда более веские основания.
— Возьмите классические цвета. Ей подойдут, — сказал Фу Ичэнь.
Он задумчиво смотрел на экран телефона, где была фотография двадцатилетней Лу Сибэй в глубоком бордовом платье. Её взгляд был холоден и надменен, но Фу Ичэнь знал: это всего лишь маска, за которой она прячет себя.
Проведя пальцем по экрану, он усмехнулся. Он думал, что эта женщина никогда в жизни не купит ничего из бета. А теперь представлял, как она получит эти сумки.
—
Фотопроект благополучно утвердили. Ань Цяо узнала об этом последней. После того сообщения она больше не общалась со старшей сестрой лично.
Лу Сибэй делала вид, что ничего не произошло. Работала с Ань Цяо как обычно, вовремя уходила с работы. Поцелуй Фу Ичэня словно стал запретной темой, о которой нельзя упоминать.
Съёмки назначили в университете А. В тот день на улице стояла приятная погода: тёплое солнце и лёгкий летний ветерок. Весть о приезде Лу Сибэй взбудоражила весь кампус.
На стадионе Лу Сибэй и Ань Цяо ждали своей очереди. Обе были в школьной форме: белые рубашки и светло-серые плиссированные юбки чуть выше колена. Лёгкий ветерок играл с подолами, обнажая стройные ноги, и за забором раздавались восторженные крики студентов.
— Ух ты!
— Красотка! Богиня!
Лян Шань впервые за много лет увидел Лу Сибэй в образе невинной школьницы. В её глазах давно не было прежней чистоты, но на мгновение он всё же растерялся.
Ань Цяо в короткой юбке, с чёлкой и париком в японском стиле выглядела как ожившая героиня аниме.
Лу Сибэй была права: в Ань Цяо действительно чувствовалась свежесть юности. Её черты идеально подходили для школьного образа. Лян Шань машинально начал щёлкать затвором, мечтая запечатлеть её на фоне цветущей сакуры.
— Сэм? — позвала Лу Сибэй. Она и Ань Цяо уже долго сидели спиной друг к другу на беговой дорожке, но Лян Шань так и не давал новых указаний.
Он опустил камеру и неловко улыбнулся:
— Простите… Снимки получились отлично.
Лу Сибэй понимающе улыбнулась. Она знала: Лян Шаню работа нравится. Сегодняшний образ Ань Цяо напоминал тот самый день, когда Лу Сибэй приехала за ней в университет — свежий, необычный, уютный. Именно этого и добивался Лян Шань годами.
За обедом в студенческой столовой Лу Сибэй небрежно упомянула о своём обучении за границей. Лян Шань поддержал разговор, а Ань Цяо молча ела рис.
— Ань Цяо, хочешь поехать учиться за границу? — перевела Лу Сибэй тему на неё. — Освоить профессиональные модельные техники?
Ань Цяо замерла, рисинка застряла у неё в уголке рта. Она растерянно подняла глаза:
— А… Когда у меня будут свои сбережения, тогда и подумаю.
В её голосе не было отказа — скорее, уверенность, что деньги скоро появятся.
Лу Сибэй воспользовалась моментом:
— Если дело только в деньгах, я могу одолжить. Честно говоря, я всегда считала, что ты слишком рано пришла в эту индустрию и до сих пор не нашла свой стиль. За границей ты лучше поймёшь, кто ты есть.
Она кашлянула и посмотрела на Лян Шаня:
— Верно, Сэм?
Хотя Лян Шань и понимал, что за этим стоит, на этот раз он встал на её сторону:
— Да. Ань Цяо, ты уникальна. У тебя больше девичьей свежести, чем у нынешней Руби.
Ань Цяо впервые слышала, как Лян Шань хвалит кого-то кроме Лу Сибэй. Он назвал её уникальной, отметил её девичью прелесть. Она положила палочки, сложила руки на коленях и почувствовала, как лицо залилось румянцем — это было то самое чувство, когда долгие старания наконец получают признание.
Но, собравшись с мыслями и снова взглянув на Лу Сибэй, она тихо сказала:
— Я… Мне сейчас неплохо. Не хочу уезжать.
Она дала обещание одному человеку. Если она передумает, неизвестно, что с ней будет. Даже за границей она боится этого человека.
Лу Сибэй нахмурилась. Она взяла Ань Цяо за подбородок и слегка повернула её лицо. В глазах девушки читался скрытый вызов. Голос Лу Сибэй стал ледяным:
— У тебя рисинка прилипла.
http://bllate.org/book/4911/491733
Готово:
