— Синь-гэ, в «Группе Чжай» есть твоя доля акций, — спокойно произнёс Чжай Гуаньтянь.
Эти акции достались Чжай Наньсину от отца. На самом деле, раньше они составляли лишь крошечную часть казны «Жу Гуань Дан». Отец Чжай Наньсина умер почти десять лет назад, и тогда ещё не существовало никакой «Группы Чжай». То, что эти акции до сих пор числятся за ним, — уже предел щедрости.
— Этой мелочи и нищему не хватит на похлёбку! Ты прекрасно понимаешь, чего я хочу: твоё место. Всю «Группу Чжай» целиком.
— Тогда я не понимаю. Если тебе нужно наследство — борись за долю старика. Он оставил тебе свою часть. А «Группа Чжай» — моё личное имущество. Почему ты претендуешь на неё?
Чжай Гуаньтянь оставался невозмутимым.
— Твоё личное? Да брось! Кто не знает, что за группой стоит «Жу Гуань Дан»? А у моего отца в партии тоже была доля! Почему я каждый год получаю лишь жалкие крохи?
В ярости Чжай Наньсин хлопнул ладонью по столу. В этот момент Хау Синь вдруг заметила, что та красивая женщина, с тех пор как вошла в комнату, не проронила ни слова — будто её и вовсе не существовало. Когда Хау Синь перевела на неё взгляд, та слегка улыбнулась. Действительно странная женщина.
— Ха! Если перевести «Жу Гуань Дан» в наличные, выйдет разве что сто–двести тысяч гонконгских долларов. Доход «Группы Чжай» за один месяц выше этой суммы. Ты уверен, что между «Жу Гуань Дан» и группой есть связь? Тебе просто хочется прибрать к рукам партийное наследство от старика. Что ж, братья из «Жу Гуань Дан» здесь все — пусть теперь следуют за тобой. Но… тебе придётся обеспечивать им еду, питьё и всё остальное.
— Врёшь! — наконец взорвался Чжай Наньсин. Он выхватил оружие из кармана и направил его на голову Чжай Гуаньтяня. В тот же миг господин секретарь тоже достал пистолет и прицелился в висок Чжай Наньсина.
— Синь-гэ, ты правда думаешь, что с такой горсткой людей сможешь отнять у меня моё собственное? — с сарказмом спросил Чжай Гуаньтянь. — Ты невероятно глуп. Интересно, кто учил тебя этим мелким уловкам? За тобой явно кто-то стоит.
— Хм! Если бы у меня не было козырей, разве я осмелился бы явиться сюда? Позволь, братец, представить тебе одну особу. Ты, конечно, её знаешь — нынешняя Мисс Гонконг, Хунъюй. Конечно, это лишь её публичный образ. На самом деле она — обладательница способностей. И сегодня всё это помещение окружено её магией. Иначе почему у тебя пропал сигнал на всех устройствах связи?
Чжай Наньсин повернулся к Хунъюй:
— Мисс Хунъюй, поздоровайтесь с нашим уважаемым председателем Чжай Гуаньтянем, который скоро покинет свой пост.
Хунъюй кивнула, изящно поднялась и, подняв правую руку, послала порыв ветра в сторону маски Чжай Гуаньтяня. Раздался резкий щелчок — маска раскололась пополам и упала на пол.
Господин секретарь ахнул от изумления. Он посмотрел на Хунъюй, потом на своего господина. Хотя лицо Чжай Гуаньтяня оставалось невозмутимым, секретарь ясно видел: и он потрясён не меньше остальных.
Так же изумлены были и Лу Жуйюань с Хау Синь. Ведь лицо Чжай Гуаньтяня было им слишком хорошо знакомо. Хау Синь переводила взгляд с Чжай Гуаньтяня на Лу Жуйюаня — эти двое были похожи на восемьдесят процентов! Если бы не разница в возрасте, она бы подумала, что они отец и сын.
Лу Жуйюань тоже был в шоке. Вспомнив три вопроса, которые Чжай Гуаньтянь задал ему ранее, он бросил взгляд на Хау Синь. Та покачала головой: сейчас не время. Они оба подавили свои сомнения и продолжили наблюдать за происходящим.
— Хе-хе, Чжай Гуаньтянь, теперь ты понял, насколько могущественна мисс Хунъюй? — насмешливо произнёс Чжай Наньсин, глядя на спокойного, даже после падения маски, Чжай Гуаньтяня. Это ещё больше разозлило его, но, вспомнив наставления того человека, он не осмелился действовать самостоятельно и просто вытащил контракт на передачу активов. — Подпишешь?
— Даже если я подпишу, ты всё равно не оставишь меня в живых. Зачем столько усилий? — Чжай Гуаньтянь десятилетиями изучал людей. С детства он рос в «Жу Гуань Дан» под крылом Чжай Цзюйшэня и повидал всякого. Он прекрасно понимал: даже получив контракт, Чжай Наньсин всё равно убьёт его и никого из присутствующих не оставит в живых. Ведь за пределами этого помещения останется только он один — и тогда всё будет зависеть от его слов.
Он незаметно взглянул на Лу Жуйюаня и подумал с сожалением: «Жаль… не успел…»
— Уважаемые господа, простите, что втянул вас в это. Но я знаю, на что вы способны. Если есть возможность — уходите сейчас.
Они осмелились прийти сюда вместе с господином секретарём, значит, у них есть определённые навыки. Сам он тоже мог бы уйти, но здесь остались его братья — он не мог бросить их.
— Ха! Навыки? Какие навыки могут сравниться с магией мисс Хунъюй? Сегодня никто из вас не уйдёт отсюда! — воскликнул Чжай Наньсин. — Никто! Иначе мой план раскроется, а я хочу выйти наружу и унаследовать имущество старика.
— А мы и не собираемся уходить, — неожиданно вставила Хау Синь, заставив Чжай Наньсина опешить.
— Девушка, ты точно понимаешь, что сейчас произойдёт? — лицо господина секретаря стало мрачным. Он думал, что эта девушка до сих пор вела себя разумно, а теперь вдруг говорит глупости. Не уходить? Остаться здесь и умереть вместе с ними? А как насчёт её ревнивого мужа — он согласен?
— А что должно произойти? — Хау Синь приняла наивный и глуповатый вид, отчего Чжай Наньсин расхохотался:
— Ха-ха! Что произойдёт? Это зависит от того, как ты выглядишь без маски. Если ты мне понравишься, я хорошенько с тобой поигра…
Он не договорил — оружие в его руке вдруг выскользнуло само, и он закричал от боли, схватившись за правую руку. Хунъюй вмешалась: схватив его за кисть, она оставила на тыльной стороне ладони красный отпечаток женской ладони.
— Кто ты такая? — впервые с момента появления заговорила Хунъюй. Но, к удивлению всех, голос у неё оказался мужским. И вопрос она адресовала именно Хау Синь. Хотя она не видела, как та атаковала, по отпечатку она была уверена: это дело рук этой женщины.
— Дядя Чжай, а в вашем Гонконге конкурс красоты не делит участников по полу? — вместо ответа Хау Синь иронично обратилась к Чжай Гуаньтяню.
Тот неловко кашлянул — он никогда не следил за такими вещами. А вот господин секретарь, увидев происходящее, сразу понял: перед ними действительно стоят мастера высочайшего уровня. И ему определённо стоило бы прильнуть к таким союзникам.
— Девушка, как можно винить в этом гонконгский конкурс красоты? — ответил он. — Всё зависит от самого человека. Если он хочет быть мужчиной — он мужчина. Если хочет быть женщиной — он женщина.
Хау Синь одобрительно подняла большой палец — не зря же он секретарь! Такие речи умеет строить, что и обидеть может, и слова плохого не скажет.
Этот роман охраняется авторскими правами сайта «Сяосян Шуюань». Запрещено к перепечатке!
* * *
— Не радуйтесь напрасно! Мисс Хунъюй, покажите им, на что способны! — воскликнул Чжай Наньсин. Впрочем, это был первый раз, когда он слышал её голос — первый раз с момента встречи она вообще заговорила. Он помнил, что на конкурсе её голос звучал иначе, и теперь не знал, как правильно к ней обращаться — «сестра» или «брат».
— Уважаемые, не желаете ли представиться? Иначе потом будет поздно сожалеть, что перед смертью от руки Хунъюй вы не оставили своё имя.
Хунъюй явно разозлилась, особенно на последнего «товарища» — такого бездарного, как Чжай Наньсин. «Хозяин был прав, — подумала она, — эта глина так и не стала керамикой».
— Хе-хе, сестричка Хунъюй… нет, братец Хунъюй, не говори так категорично. Мой дорогой муж очень силён, — сказала Хау Синь, глядя на Лу Жуйюаня с преувеличенным восхищением.
Тот растерялся: с тех пор как вошёл Чжай Наньсин, Хау Синь вдруг начала вести себя как наивная глупышка — такого он от неё никогда не видел. Если бы не обстановка, он бы сорвал маску, чтобы посмотреть на её «милую» рожицу.
На самом деле не только Лу Жуйюань был в замешательстве — даже сама Хау Синь не понимала, почему вдруг решила изображать глупую девочку. Это совершенно не соответствовало её холодному характеру. В итоге она решила, что делает это ради дезориентации противника.
— Ладно! Раз так, посмотрим, кто сильнее! — Хунъюй больше не могла сдерживать гнев. Она одним прыжком оказалась перед ними и нанесла удар ладонью прямо в лицо Хау Синь.
Господин секретарь тут же бросился заслонять Чжай Гуаньтяня, хотя это было бесполезно — его навыки всё равно были намного ниже, чем у его господина.
Чжай Гуаньтянь безнадёжно похлопал его по плечу и указал в другую сторону — на Чжай Наньсина. По многолетней привычке секретарь понял, что нужно делать. Убедившись, что все смотрят на Хунъюй, он незаметно отступил за спину Чжай Гуаньтяня и бесшумно исчез.
Тем временем Лу Жуйюань уже был готов. В тот момент, когда Хау Синь ловко ушла за его спину, он левой рукой встретил удар Хунъюй. Он использовал духовную энергию, а не способности, поэтому Хунъюй ничего не почувствовала.
— Осторожно! — крикнул Чжай Гуаньтянь.
Лу Жуйюань не обратил внимания, а Хау Синь бросила на Чжай Гуаньтяня взгляд. В его глазах читалась искренняя забота и тревога — это не было притворством.
— Пххх! — Хунъюй отлетела на три метра и врезалась в стену. Изо рта хлынула кровь, и она медленно сползла на пол.
В тот же миг защитный купол из ветра вокруг здания исчез, и мобильный телефон Чжай Гуаньтяня зазвонил.
— Мисс Хунъюй! — Чжай Наньсин не мог поверить своим глазам. Он посмотрел на поверженного обладателя магии, потом на Лу Жуйюаня и Хау Синь с ужасом: «Они победили её всего одним ударом?!»
— Хе-хе, Сань-гэ, тебе лучше позаботиться о себе, — раздался голос господина секретаря. Он уже стоял за спиной Чжай Наньсина. Из-за маленького роста он не мог направить оружие ему в голову, поэтому прижал ствол к пояснице. Чжай Наньсин замер, потом горько усмехнулся:
— Чжай Гуаньтянь, я всё-таки проиграл.
Чжай Гуаньтянь даже не взглянул на него. Убедившись, что с Лу Жуйюанем всё в порядке, он спокойно ответил на звонок:
— Папа. Да, он у меня. …Нет, даже твоё лицо теперь не спасёт его. …Я сам решу, что делать. Возможно, у меня для тебя будут хорошие новости… Позже расскажу.
Положив трубку, он набрал ещё один номер:
— Пусть братья и несколько директоров соберутся в конференц-зале.
Через тридцать минут в зале собрались два десятка чёрных силуэтов. Они чётко выстроились по обе стороны длинного стола. Сзади стояли несколько пожилых мужчин.
— Чжай Наньсин, все эти братья раньше служили под началом твоего отца. Ты сам выбрал неверный путь — не вини меня за то, что я не проявлю милосердия.
— Хун-гэ, каковы правила «Жу Гуань Дан» для тех, кто оскорбляет главу и поднимает мятеж?
— Уничтожить, — коротко ответил среднего возраста мужчина в переднем ряду. Хотя это был сын старшего брата, правила есть правила — «Жу Гуань Дан» всегда строилась на дисциплине.
— Юн-гэ, а каково наказание по семейному уложению за сговор с чужаками и вред роду?
— Уничтожить! Уничтожить! — ответил лысеющий мужчина, заикаясь от волнения.
— Хорошо. Раз это решение всех присутствующих, то от имени главы «Жу Гуань Дан» я приговариваю предателя Чжай Наньсина к исполнению семейного закона. Немедленно. Чжай Наньсин, есть ли у тебя последние слова?
В этот момент от Чжай Гуаньтяня исходила настоящая аура властителя, чья воля решает жизнь и смерть.
— Что мне ещё сказать? У меня нет ни отца, ни матери, ни жены, ни детей — я один как перст. С того самого момента, как я решил бороться с тобой, я понимал, чем всё закончится в случае поражения. Давайте, я не боюсь.
Хау Синь подумала, что в этот момент Чжай Наньсин стал гораздо симпатичнее, чем когда ворвался сюда. Теперь он действительно выглядел как настоящий мужчина.
http://bllate.org/book/4833/482523
Готово:
