— А? Нет, конечно, — ответила Лян Инь, которой стало неловко от её пристального взгляда. — Ты же опаздываешь.
Доу Жань ещё раз бросила на неё взгляд и вышла из машины.
Едва войдя в офис, она почувствовала, как все глаза разом устремились на неё. Однако, как только сотрудники увидели её, тут же отвели взгляды и зашептались между собой.
Она не сводила глаз с пола и прошла прямо к своему рабочему месту. Только она опустилась на стул,
как Хуа Вэйшань, сидевшая позади, наклонилась вперёд:
— Сестра Доу, главный редактор просил тебя сразу зайти к нему, как только приедешь.
— Сейчас?
— Да, — кивнула Хуа Вэйшань и вернулась на своё место, но всё равно то и дело выглядывала из-за монитора, разглядывая Доу Жань.
Та взяла подготовленные материалы и постучала в дверь кабинета главного редактора.
— Войдите.
Как только она открыла дверь, на неё обрушилась тяжёлая аура напряжения. Доу Жань нахмурилась.
— Главный редактор, вы меня вызывали?
Тот поднял голову:
— Вернулась? Есть кое-что, что нужно тебе сказать.
Доу Жань взяла протянутый iPad, на экране которого был открыт выпуск за прошлый месяц. Она пролистала вниз, и перед глазами возникли знакомые фотографии. Особенно больно резанула по глазам последняя — мальчик, лежащий на земле лицом вниз. Её рука, державшая планшет, дрогнула. Медленно она пролистала до конца — к графе с подписью.
Всё оказалось именно так, как она и предполагала.
— Посмотрела? — Главный редактор взял у неё планшет и снова открыл последний снимок, внимательно его изучая. — Эта фотография — лучшая из тех, что я видел за последние годы в этом разделе. Как тебе кажется, Доу Жань?
— Да, — тихо ответила она.
— Хотя я прекрасно знаю, что ни Тан Ваньвань, ни Чжан Пинь не способны сделать такой кадр. У них просто нет такого уровня мастерства, — прямо сказал главный редактор.
Доу Жань сжала кулаки и, стиснув зубы, молчала.
Увидев её реакцию, главный редактор почувствовал неловкость:
— Я понимаю, что ты недовольна. Я сам только что узнал об этом. Я уже сделал выговор Тан Ваньвань.
По тону Доу Жань почувствовала, что он намекает на что-то большее:
— Вы можете говорить прямо.
Главный редактор слегка усмехнулся и нажал на внутреннюю линию:
— Сяо Тан, зайди, пожалуйста.
Через несколько минут дверь открылась, и вошла Тан Ваньвань. Лицо её было бледным, на ней была обычная футболка. Увидев Доу Жань, она на миг дрогнула взглядом, но тут же перевела глаза на главного редактора.
— Главный редактор, вы меня вызывали?
— Сяо Тан, я уже в общих чертах объяснил ситуацию Доу Жань. Теперь ты сама всё ей поясни, — переложил он ответственность на неё.
Тан Ваньвань встала рядом с Доу Жань и украдкой взглянула на неё. Презрение на лице Доу Жань больно ранило её.
— Я… я… — запнулась она.
— Главный редактор, — перебила её Доу Жань, не желая слушать очередные оправдания, — говорите прямо.
Главный редактор не ожидал такой прямоты и смутился:
— Дело в том, что факт плагиата уже установлен. Все награды и номинации, которые Сяо Тан получила за эту фотографию, будут переданы тебе. Но сейчас тебе нужно написать официальное заявление, подтверждающее, что именно ты сделала этот снимок, и что он не имеет никакого отношения к Тан Ваньвань.
Доу Жань внешне оставалась спокойной, но внимательно наблюдала за главным редактором. По её мнению, всё, что он предлагал, было совершенно естественно и логично. Однако, зная Тан Ваньвань и главного редактора, Доу Жань чувствовала, что всё происходит слишком просто.
Ведь именно она не обнаружила этого сама и не подняла шум.
— Какие ещё условия? — спросила она.
Солнце клонилось к закату, и всё внезапно стало необычайно тихо.
Чэнь Сы закончил перевязку последнему пациенту и напомнил ему принимать лекарства вовремя, но не успел договорить,
как раздался выстрел, нарушивший покой деревни. Жители завопили и, словно безголовые куры, бросились в панике.
Лицо Чэнь Сы стало суровым. Он схватил одного крепкого парня:
— Выведи своих людей через заднюю дверь и уходите.
Парень оцепенело кивнул.
Чэнь Сы повернулся к медсестре:
— Собирайте вещи и уходите в наше укрытие.
Медсестра обеспокоенно спросила:
— А вы, доктор Чэнь?
— Вы уходите первыми, я прикрою вас.
Толпа всё ещё металась в панике, но Чэнь Сы развернулся и побежал к комнате, где находилась Доу Жань.
Дверь была плотно заперта изнутри, будто за ней никто не слышал выстрелов.
Чэнь Сы несколько раз толкнул дверь — она не поддавалась. Не раздумывая, он ударил ногой. С грохотом дверь рухнула внутрь. Он перешагнул через обломки и вошёл в комнату, быстро осматриваясь.
За окном царил хаос, но в комнате царила тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием, скрыть которое было невозможно.
Чэнь Сы направился прямо к кровати.
Доу Жань широко раскрыла глаза, её сердце колотилось так, будто вот-вот выскочит из груди.
Она уставилась на его руки, на ладонях у неё выступил холодный пот, и в голове мелькали приёмы из курса антитеррористической подготовки. В такой глухой деревне нападавшие, скорее всего, пришли за деньгами.
— Деньги все твои, только не убивай меня, — произнесла она на безупречном арабском.
Чэнь Сы молчал. Не дожидаясь, пока она сама встанет, он резко поднял её, крепко прижал к себе и быстро вышел наружу.
Он шёл очень быстро, почти бегом. Его руки были сильными и надёжными. Доу Жань пришла в себя и, прижавшись к нему, следовала за его шагами, будто весь этот хаос за пределами их маленького мира больше не имел к ней отношения. Крики, выстрелы, паника — всё это словно отдалилось.
В полумраке Доу Жань подняла глаза. Солнечный свет окутывал его лицо золотистым ореолом. Его губы были плотно сжаты, на подбородке пробивалась тень щетины, а резкие черты лица напоминали вырезанную из дерева силуэтную гравюру.
— Смотри под ноги, — предупредил он низким голосом.
Выстрелы продолжали греметь позади них, дома вокруг были разбиты и полуразрушены. Тело Доу Жань непроизвольно дрожало.
Чэнь Сы прикрыл её и быстро увёл в полуразрушенный дом. Это место находилось далеко от временного медпункта, и вокруг стояли заброшенные строения, в которые даже мародёры не заглядывали. Если бандиты пришли только за добычей, они скоро уйдут.
Звуки выстрелов стали отдаляться. Сердцебиение Доу Жань постепенно замедлилось.
— Испугалась? — спросил Чэнь Сы.
— Да, — честно призналась она. Он всё равно видел, как она молила о пощаде, так что не имело смысла притворяться.
— А ты? Тебе страшно? — спросила она в ответ.
— Привык, — коротко ответил он.
— А фраза получилась правильной?
— Очень. Если бы тебя поймали, точно приняли бы за местную, — постарался он её успокоить.
Доу Жань усмехнулась, глядя на его серьёзное лицо, пытающееся шутить:
— Если бы я тогда знала такой приём, всё было бы иначе.
— Больно ране? — спросил он.
Доу Жань стиснула зубы и слегка покачала головой.
Чэнь Сы взял её головной платок и накрыл им её чёрные волосы:
— Не уходи далеко.
— Доктор Чэнь, у вас есть оружие?
— Нет, — ответил он и достал из кармана скальпель. — Держи. Если через полчаса я не вернусь, иди на север. Недалеко есть городок, там базируется YMI.
Доу Жань посмотрела на крошечный скальпель и недовольно поморщилась:
— Лучше живым возвращайся. Иначе этим скальпелем я, пожалуй, смогу только себе горло перерезать.
Чэнь Сы сжал губы:
— Береги себя. Рана не терпит пренебрежения.
— Я буду ждать тебя.
Доу Жань смотрела ему вслед. Он казался ещё выше, чем в её воспоминаниях.
***
Доу Жань пряталась в углу полуразрушенного дома. Боль в животе от раны заставляла её нервы натягиваться до предела. Она сидела на коленях в позе, позволявшей в любой момент вскочить и бежать.
Она взглянула на время в камере. Прошло уже двадцать восемь минут, а выстрелы не прекращались. Чэнь Сы так и не появлялся.
Здесь было небезопасно. Бандиты могли нагрянуть сюда в любой момент. Ей нужно было спасаться.
Доу Жань сделала пару шагов к выходу, но остановилась. Без доктора Чэня её знаний арабского языка явно не хватит, чтобы добраться до города.
От этой мысли её охватило беспокойство, и она двинулась обратно к деревне.
Доу Жань двигалась, пригнувшись, крайне медленно. Каждый выстрел звучал в ушах всё громче, заставляя её дрожать. В голове снова и снова всплывал образ человека с простреленной головой, кровь на её лице.
Она не боялась оружия и даже смерти — её пугал сам звук выстрела.
Доу Жань судорожно дышала. И в этот момент мимо неё со свистом пролетела пуля и глухо вонзилась в земляную стену.
Пуля рикошетом!
Она отшатнулась и упала на землю, чувствуя жар, оставшийся в воздухе после выстрела.
Внезапно Доу Жань почувствовала, как силы покидают её. Чтобы подняться, ей пришлось опереться на стену. Пальцы скользнули по шероховатой поверхности, и она присмотрелась. Стена была изрыта пулями.
Доу Жань подняла камеру. Против света следы от пуль выглядели ещё отчётливее — глубокие и мелкие вмятины, в которые впились пули. На солнце они отсвечивали холодным металлическим блеском.
Опустив камеру, она не знала, считать ли себя счастливой или несчастной. То, что другим не дано пережить за всю жизнь, ей довелось испытать. Но насколько это событие было для неё ценным — и насколько мучительным.
Выстрелы стали редкими. Возможно, бандитов отогнали, а может, они уже получили всё, что хотели, и собирались уходить.
Перед Доу Жань оставался единственный путь, но человек с тенью щетины на подбородке так и не появлялся. Сердце её забилось быстрее, и она ускорила шаг.
Внезапно на дороге показалась фигура. Человек шёл быстро. Доу Жань затаила дыхание, её ноги будто налились свинцом.
Когда она разглядела его, её охватило раздражение. Она сделала несколько нетерпеливых шагов вперёд. Грудь сдавило, будто на неё положили тяжёлый камень, и дышать стало трудно.
Это был не он. Не он. Где он? Ведь обещал вернуться через полчаса, а прошло уже сорок минут! Неужели врач не умеет держать слово?
Доу Жань нервничала. Люди по природе своей — существа социальные, ищущие поддержки у себе подобных. Сейчас вся её надежда была связана с доктором Чэнем. Это не имело отношения ни к его профессии, ни к их отношениям. Просто подсознательно она понимала: он ей нужен.
Подошедший оказался мальчиком лет семи–восьми. Он был так худ, что Доу Жань казалось, стоит ему пошевелиться — и он рухнет на землю.
Он остановился в нескольких метрах от неё, глаза его были полны ужаса. Он что-то крикнул, но Доу Жань не поняла.
— Прости, я не понимаю… — ответила она на своём коверканом арабском.
Мальчик замахал руками и начал кричать ещё громче. Доу Жань не понимала его слов, но инстинктивно присела на корточки.
И в этот самый момент пуля пронзила воздух и сбила мальчика с ног.
Он упал на землю, из груди хлынула кровь, заливая пыльную землю. Всё произошло так быстро, что лицо Доу Жань ощутило брызги, а разум на мгновение опустел. Тело онемело, и она не могла пошевелиться.
Через несколько секунд она медленно подняла камеру. Руки дрожали так сильно, что едва удерживали аппарат. В объективе мальчик смотрел на неё с испугом и болью. За его спиной возвышалась израненная стена, будто повествующая о жестокой реальности.
Доу Жань нажала на спуск, опустила камеру и бросилась к нему.
Едва она потянулась к мальчику, раздался знакомый голос:
— Не трогай его.
Чэнь Сы схватил её за руку:
— Не трогай. Неизвестно, не задеты ли кости.
Доу Жань подняла на него глаза. Его белая рубашка была покрыта пылью, а за спиной плотно прилегала походная аптечка.
Чэнь Сы опустился на колени рядом с мальчиком, мягко заговорил с ним и осторожно прощупал всё тело. Убедившись, что переломов нет, он осторожно перевернул ребёнка.
— Нужно извлечь пулю, — сказал он, обращаясь, возможно, к Доу Жань.
Доу Жань следовала за каждым его движением. Сознание мальчика уже мутнело.
Чэнь Сы уложил его на землю, а Доу Жань нерешительно стояла рядом.
— Где скальпель, что я тебе дал? — спросил он.
Доу Жань поспешно вытащила его из сумки и протянула.
Чэнь Сы взял скальпель в одну руку, а другой придержал рану. Мальчик в полубессознательном состоянии почувствовал опасность и начал отбиваться.
— Чего стоишь? Помогай! — крикнул Чэнь Сы.
Доу Жань одним прыжком подскочила и схватила мальчика за запястья. Чэнь Сы прижал его ноги коленями.
Он разорвал рубашку мальчика. Пуля застряла в плоти, и кровь медленно сочилась наружу, словно жизнь ребёнка угасала на глазах.
http://bllate.org/book/4826/481713
Готово:
