Автор хочет сказать несколько слов:
У Дунфань: — Разве ты не слышала поговорку: «Чья рука взяла — та и коротка, чей рот поел — тот и мягок»?
Юань Бэй: — Я знаю, что ты импотент!
Дэн Юньюнь всё время ощущала на себе злобный взгляд, но, куда бы ни посмотрела, так и не могла обнаружить его источник. Взглянув на спокойное лицо спящей напротив Юань Бэй, она вдруг вспомнила её вчерашнее предсказание — о кровавой беде.
Сердце у неё сжалось. Хотелось заговорить с кем-нибудь, но все спали. Даже храп мужчин стих, и вагон погрузился в гнетущую тишину. Она незаметно придвинулась ближе и осторожно ухватилась за уголок свитера У Дунфаня — рядом с ним чувствовалось безопаснее.
Прошло неизвестно сколько времени. Сон всё сильнее клонил Дэн Юньюнь. Веки становились тяжёлыми, сознание постепенно угасало. Прямо перед тем, как окончательно провалиться в глубокий сон, она вдруг услышала звонкий детский голосок: «Я тебя нашёл~»
Этот неожиданный звук заставил её нахмуриться. Она попыталась открыть глаза, чтобы увидеть, кто говорит, но никак не могла этого сделать. В конце концов она сдалась и позволила себе уснуть под навязчивым желанием забыться.
Небесная Книга в сознании Юань Бэй слабо мерцала золотым светом. Почувствовав, что пришелец не несёт вреда своей маленькой хозяйке, она убрала своё сияние и стала выглядеть как обычная книга.
...
На следующее утро в вагоне постепенно зазвучали голоса и шуршание упаковок с едой.
Юань Бэй открыла глаза и сразу увидела перед собой ледяное, пронзительно красивое лицо. Она удивлённо приподняла бровь, но не успела спросить, как мужчина сам заговорил:
— Прошлой ночью на меня напали. Самое странное — я ничего не почувствовал. Ты ведь знаешь мою профессию: если бы что-то произошло, я бы точно заметил.
Говоря это, У Дунфань немного опустил ворот свитера, обнажив несколько красных царапин прямо над соблазнительной линией ключиц.
Он слегка нахмурился, словно ему было неприятно, и добавил:
— И ещё на мне воняет.
Юань Бэй нахмурилась. Она сама спала как убитая и тоже ничего не почувствовала. Значит, У Дунфань прав — это сверхъестественное явление, а не чьи-то проделки. Она вспомнила лёгкий чёрный туман, который видела вчера между его бровями. Тогда это была лишь неудача, причём очень слабая. По идее, У Дунфаню грозило лишь лёгкое невезение, но ничего серьёзного.
Однако теперь, когда её взгляд переместился с его ключиц на переносицу, лицо Юань Бэй стало мрачным. Над бровями У Дунфаня теперь клубился красный туман — знак кровавой беды, и к нему примешивалась тонкая нить иньской энергии.
Такие же признаки были у Дэн Юньюнь вчера. Юань Бэй перевела взгляд на Дэн Юньюнь. Та спала с нахмуренными бровями и бледным лицом, будто ей снилось что-то ужасное.
Юань Бэй остро почувствовала, что иньская энергия вокруг Дэн Юньюнь усилилась и даже начала сливаться с той, что окружала У Дунфаня. Краем глаза она заметила красное пятно на белом рукаве свитера Дэн Юньюнь и синюю нитку, выглядывающую из-под ногтя на её правой руке.
— Тебя затянуло в это по ошибке, — сказала Юань Бэй. — Цель была другая — твоя соседка. Скорее всего, у неё повреждения ещё хуже, чем у тебя. Видишь пятно крови на её рукаве? И ноготь?
Ледяной взгляд У Дунфаня последовал за словами Юань Бэй и остановился на рукаве Дэн Юньюнь и её правом ногте. Синяя нитка под ногтем была из той же пряжи, что и его свитер. Вывод был очевиден.
У Дунфань холодно усмехнулся. Юань Бэй оказалась права — ему действительно не везло.
Но почти сразу его раздражённое выражение сменилось тревогой. Он осторожно потряс Дэн Юньюнь за плечо, чтобы разбудить.
Дэн Юньюнь проснулась от чужого прикосновения. В её глазах застыл ужас, но, осознав, где находится, она облегчённо выдохнула. Не успев спросить, кто её разбудил, она почувствовала боль в предплечье и опустила на него взгляд. Увидев красное пятно на рукаве, она нахмурилась и закатала свитер.
Когда она увидела, что было под ним, зрачки её сузились от страха, и она закричала.
Её крик разбудил всех ещё спавших пассажиров. Дети заплакали, родители стали их успокаивать и сердито посмотрели на Дэн Юньюнь, но, заметив её предплечье, тут же прикрыли детям глаза.
На предплечье Дэн Юньюнь не осталось ни клочка здоровой кожи — сплошные царапины и следы укусов, будто её одновременно и царапали, и кусали. От локтя до запястья кожа была покрыта запёкшейся кровью и корочками. Выглядело это ужасающе.
Юань Бэй и У Дунфань тоже увидели раны и переглянулись. Предположение Юань Бэй подтвердилось.
Линь Кэ, незаметно проснувшийся, нахмурился, глядя на руку Дэн Юньюнь. Ему было неприятно: прошлой ночью он ничего не почувствовал, и существо ускользнуло прямо у него из-под носа.
Дэн Юньюнь, держа перед собой изуродованную руку, растерянно плакала. Она не понимала, как такое могло случиться за одну ночь. Теперь она жалела — не надо было в порыве обиды убегать из дома. Если бы она этого не сделала, ничего подобного бы не произошло.
Юань Хуа проснулся от её крика. Увидев раны на руке Дэн Юньюнь, он сначала внимательно осмотрел Юань Бэй и, убедившись, что с ней всё в порядке, облегчённо вздохнул.
Юань Бэй раздражала эта истерика. Она уже собиралась что-то сказать, но Линь Кэ опередил её:
— Тебя преследует нечисть. Я могу помочь, но за вознаграждение.
Дэн Юньюнь вспомнила свой сон и предсказание Юань Бэй о кровавой беде. Её лицо побледнело.
У Дунфань, заметив, что Линь Кэ собирается брать плату за помощь, поднял бровь и любезно напомнил Дэн Юньюнь:
— Вчера Юань Бэй сказала, что тебя ждёт кровавая беда. Ты ей не поверила и даже поспорила: если она ошибётся — публично извинится, а если права — ты отдашь ей все свои деньги.
Юань Бэй с удивлением посмотрела на У Дунфаня. Она не ожидала, что он вспомнит об этом пари. Она сама почти забыла о нём — согласилась лишь из-за раздражающего поведения Дэн Юньюнь.
У Дунфань в ответ ей улыбнулся, но что он задумал — осталось загадкой.
Линь Кэ недовольно взглянул на У Дунфаня и снова уставился на Дэн Юньюнь, ожидая ответа. Он бы и не стал вмешиваться, если бы не остался без гроша.
Дэн Юньюнь закусила губу, вытерла слёзы и сказала Юань Бэй:
— Я отдам тебе все свои деньги и ещё добавлю тысячу. Поможешь?
Лицо Линь Кэ помрачнело. Ему предстояло голодать целый день.
Юань Бэй молчала. В своём сознании она спросила Небесную Книгу:
— Если я возьму деньги, это засчитается как добродетель?
Она всё ещё помнила о своей карме — «приношу беду отцу, матери, мужу и детям».
Автор хочет сказать несколько слов:
Глупая авторша переходит на платную публикацию в понедельник! В день выхода глава будет на десять тысяч иероглифов. Всем, кто оставит комментарий, упадут красные конвертики! Пожалуйста, поддержите глупую авторшу — количество подписок в первый день очень важно!
После перехода на платную публикацию авторша, возможно, начнёт выпускать по две главы за раз~
Угадайте, откуда у Дэн Юньюнь такие раны?
— Добродетель есть добродетель. Не стоит тревожиться об этом.
Услышав ответ Небесной Книги, Юань Бэй успокоилась и с вызовом посмотрела на Дэн Юньюнь:
— Разве ты не называла меня мошенницей?
Она не договорила, но её взгляд ясно спрашивал: «Куда делась твоя вчерашняя уверенность?»
Лицо Дэн Юньюнь стало неловким, особенно при мысли, что всё это происходит на глазах у мужчины, к которому она неравнодушна. Она упрямо ответила:
— Я предлагаю тебе столько денег! Скажи просто — берёшься или нет?
Сразу после этих слов она пожалела. «Какая же я дура! — подумала она. — Сейчас не время цепляться за гордость и мужчин! Оно ведь вернулось мстить!»
Юань Бэй усмехнулась:
— Не берусь.
«Почему мне, собственно, должно быть до неё дело? Неужели я её мамаша?» — подумала она.
У Дунфань приподнял бровь. «Малышка мстительна», — подумал он.
Дэн Юньюнь почувствовала себя униженной. Она фыркнула:
— Если ты не хочешь, найдутся и другие!
И, бросив многозначительный взгляд на Линь Кэ, она попыталась изобразить кокетливую улыбку. Но получилось неуклюже и фальшиво.
Линь Кэ сделал вид, что ничего не заметил, и отвёл взгляд на Юань Бэй, внимательно изучая её черты лица. Голодать один день — не смертельно. За долгие годы с мастером он давно привык к такому.
Дэн Юньюнь стиснула зубы: «...Неужели у меня столько денег, и я не могу их потратить?»
Юань Бэй, словно прочитав её мысли, мило улыбнулась:
— Ты, кажется, забыла выполнить своё обещание?
Она напомнила о пари: проигравшая отдаёт все деньги.
Глаза Дэн Юньюнь расширились. Она хотела что-то сказать, но, вспомнив, что сама вызвала на спор, неохотно полезла в сумочку и вытащила все наличные. Медленно, с явным неудовольствием она протянула деньги Юань Бэй:
— Я, Дэн Юньюнь, всегда держу слово. Держи.
Юань Бэй, увидев деньги, радостно прищурилась, её глаза превратились в две лунных серпика. Она потянулась за деньгами, но, когда попыталась их забрать, они не поддались. Юань Бэй удивлённо посмотрела на Дэн Юньюнь.
Та, кусая губу, наконец отпустила купюры и смотрела на Юань Бэй с мокрыми от слёз глазами. Внутри у неё всё болело. Слова Юань Бэй задели за живое: кошмары преследовали её уже давно, и именно поэтому вчера она так сорвалась.
Юань Бэй с удовольствием пересчитывала деньги. Сначала она не ожидала многого, но, пересчитав, удивилась: у Дэн Юньюнь оказалось целых триста двадцать шесть юаней! Впрочем, это неудивительно — по одежде было ясно, что девушка из богатой семьи. На ней была модная шляпка, белый свитер, белые брюки, маленькие туфельки и кожаная сумочка. Такой наряд не по карману обычным людям. Неудивительно, что она сразу предложила тысячу.
Линь Кэ всё это время пристально смотрел на лицо Юань Бэй и хмурился, будто перед ним была сложнейшая загадка. Он не мог прочитать её судьбу — черты лица девушки будто окутывал туман, скрывая их под завесой. Он не мог разглядеть ничего чётко.
Юань Бэй почувствовала слишком долгий взгляд и повернулась к нему с недоумевающей улыбкой.
Линь Кэ, пойманный на месте, не смутился. Он спокойно кивнул ей и закрыл глаза, погрузившись в медитацию.
Юань Бэй, хоть и сказала, что не будет помогать Дэн Юньюнь, на самом деле не собиралась бросать её. Ради накопления добродетели она обязательно вмешается — но на своих условиях.
— Небесная Книга, могу ли я сейчас использовать «прямое знание»? — спросила она, решив выяснить причину беды Дэн Юньюнь.
— Можешь. В прошлый раз ты вынесла приговор Цюй и поймала Фэн Юя. За это тебе уже записана добродетель. Она превратилась в твою духовную силу. Чтобы применить «прямое знание», достаточно пристально посмотреть в глаза собеседнику.
Юань Бэй вдруг вспомнила важный момент:
— Но я же всего лишь безоружная девчонка! Как я могу вызвать тебя на помощь при всех?
Небесная Книга помолчала и ответила:
— Твой духовный артефакт был утерян сто лет назад. Я могу выйти из твоего сознания, чтобы помочь, но тебе нужно взять книгу для прикрытия.
Юань Бэй почувствовала в голосе Книги какую-то странную эмоцию, но не стала расспрашивать о том, как именно был потерян её артефакт. Вместо этого она мило улыбнулась мужчине напротив и ласково окликнула:
— У-дагэ~
У Дунфань, услышав, как она нежно зовёт его «старшим братом У», приподнял бровь и откинулся на спинку сиденья.
— Кажется, вчера кто-то называл меня «господин У», — холодно произнёс он. — Мне нравилось это обращение.
Он прекрасно понимал, что девчонка что-то задумала.
Юань Бэй сделала вид, что ничего не понимает, и невинно заморгала:
— У-дагэ, какую книгу ты читал вчера?
— «Происхождение видов».
Юань Бэй не знала, о чём эта книга, и не могла сделать комплимент. Она прямо сказала:
— У-дагэ, отдай мне эту книгу? Или я куплю!
В вагоне она видела только его с книгой.
У Дунфань достал том и помахал им перед её носом:
— Хочешь? Не продам.
Глаза Юань Бэй расширились от неожиданности. Она не знала, что делать — ведь нельзя же заставлять человека продавать.
У Дунфань, наблюдая, как злилась малышка, едва заметно улыбнулся. Но, заметив на обложке потрёпанную кромку и несколько глубоких зубных отметин, слегка нахмурился.
Пока Юань Бэй ломала голову, в вагоне раздался гневный голос одной из пассажирок:
— Кто, чёрт возьми, украл мои яйца?
Услышав о краже, пассажиры начали проверять свои вещи. И оказалось, что почти у всех что-то пропало. У одной женщины — печенье, у старика — крендельки, у парня — жареная курица, у девушки — колбаса. При этом деньги никто не тронул. В вагоне поднялся шум и ругань.
Юань Хуа тоже проверил свои припасы. Он открыл посылку, которую дала ему мать Чжан Лань, и облегчённо выдохнул: яйца и хлеб на месте. Ему самому было не страшно остаться без еды — мужчина может и день, и два поголодать. Но сестрёнку он не хотел морить голодом.
http://bllate.org/book/4674/469494
Готово:
