Руань Ли подняла голову и с удивлением ответила:
— Да. А откуда ты знаешь?
— Я всё знаю.
Голос Чэнь Цичжоу звучал с лёгкой насмешкой:
— Завтра тебе точно не избежать покаянной речи.
— Почему? — нахмурилась Руань Ли.
— У тебя же нет школьной куртки. Завтра у ворот школы заведующий учебной частью непременно остановит тебя и заставит стоять в наказание.
— Точно.
Руань Ли вдруг всё поняла, но на её чистом личике по-прежнему играла улыбка — будто это вовсе не было чем-то серьёзным. Она повернулась к Чэнь Цичжоу и сказала:
— Тогда напиши за меня.
— Пиши сама.
— …
Дальнейшего Сюй Цинь уже не слышала.
Но выражение лица Чэнь Цичжоу и интонация, с которой он говорил, были такими, каких Сюй Цинь никогда не видела, когда он общался с кем-то другим.
Сюй Цинь всегда чётко понимала: Руань Ли исключительно одарённа.
Она умна, красива и с самого начала остаётся на одной стороне с Чэнь Цичжоу. Сюй Цинь до сих пор помнила слова, сказанные Руань Ли однажды на церемонии под флагом.
В тот день солнце сияло ярко, летний зной окутывал трибуну.
Руань Ли стояла прямо в центре, и золотой свет ложился на её хрупкие плечи.
Её голос был мягким, но твёрдым:
— До этого я бесчисленное множество раз размышляла: что такое жизнь и в чём её подлинный смысл? Если мне суждено быть птицей со сломанными крыльями, тогда единственная цель моей жизни — взобраться на самую высокую вершину и прыгнуть вниз, чтобы в последний миг жизни почувствовать ветер у ушей и вкус полёта. Конец неизбежен — смерть. Но разве это важно? Ведь самые прекрасные пейзажи я уже увидела на пути к вершине. А я по своей природе принадлежу небу и земле. Я должна быть свободной, дерзкой и безудержной.
Вот что такое жизнь — всего один раз, и только моя.
Сюй Цинь опустила брови. Такой человек и вправду сияет сам по себе.
Никто не мог устоять перед Руань Ли, включая Чэнь Цичжоу.
Долгое время, вплоть до новой встречи с Руань Ли в Арлэше, Сюй Цинь завидовала и ревновала её.
Она завидовала тому, что кто-то с самого рождения живёт в свете и любви, тогда как она сама была обречена на тьму и зло.
Мир действительно несправедлив.
Сюй Цинь ненавидела эту несправедливость и ненавидела Руань Ли.
Она всегда думала: стоит ей только упорно стараться — и однажды Чэнь Цичжоу обязательно заметит ту, что так упорно за ним гонится. Но ещё со школы в глазах Чэнь Цичжоу не осталось места для кого-либо ещё.
Тот луч света, что падал тогда в классе, был всего лишь от обычной лампы дневного света — и никогда не принадлежал ей.
— Ни-ни, — голос Сюй Цинь, пропитанный дымом, прозвучал хрипло. В её дыхании чувствовалась усталость. — Скажи, почему в этом мире кто-то так легко получает столько любви?
Вэнь Яньни на мгновение замерла. Она отвела взгляд и повернулась к Сюй Цинь.
Та в этот момент тоже посмотрела на неё. Увидев слёзы в её глазах, Вэнь Яньни горько улыбнулась:
— Почему ты думаешь, что кто-то получает любовь без причины?
Циньцинь, ты должна понимать: любовь — странная штука. Это не то, что можно заслужить, отдав всё, что у тебя есть. Любовь всегда взаимна. Прежде чем любить кого-то, мы — независимые личности, верно? Будь самой собой — и найдутся те, кто полюбит тебя. А если ты ради любви потеряешь себя, разве такая ты ещё привлекательна? Разве тебя ещё будут любить многие?
Любовь никогда не бывает беспричинной. У Руань Ли есть множество причин, по которым Чэнь Цичжоу её любит. Мы, со стороны, не можем знать всех деталей. Но если бы я десять лет тайно любила Ху Сюя, а он всё это время любил другую девушку, я бы точно отказалась от своих чувств.
Слёзы у Сюй Цинь мгновенно высохли. Перед ней стояла Вэнь Яньни и улыбалась, открывая две тёплые ямочки на щеках.
— Возможно, я действительно очень люблю его, по-настоящему. Но пора остановиться. Всё не может идти гладко — в отделении скорой помощи мы ежедневно видим столько жизней и смертей… Если бы всё всегда складывалось удачно, в мире было бы гораздо больше счастливых людей, желающих жить. Многим бы жизнь не казалась такой трудной…
Сюй Цинь молчала. Она смотрела, как Руань Ли и Чэнь Цичжоу идут по лестнице вниз, и в груди у неё стало тяжело — будто что-то прибавилось, а что-то исчезло.
Долго молчав, она дождалась, пока Руань Ли и Чэнь Цичжоу снова спустятся и сядут в машину.
Когда чёрный внедорожник окончательно растворился в ночи, Сюй Цинь достала телефон и, повернувшись к Вэнь Яньни, сказала:
— Ни-ни, можешь скинуть мне вичат Руань Ли?
Вэнь Яньни на секунду удивилась, но тут же согласилась.
Получив контакт, Сюй Цинь перешла по ссылке и отправила запрос на добавление в друзья.
При вводе примечания она долго стирала и переписывала текст, пока наконец не остановилась на:
[Я — Сюй Цинь. Мне очень жаль за всё, что случилось. Я не распускала те слухи и прошу прощения за все гадости, которые наговорила тебе.]
Запрос отправился. Не успела Сюй Цинь и моргнуть, как пришло уведомление — Руань Ли приняла заявку и тут же написала:
[Я уже знаю.]
—
Когда пришёл запрос от Сюй Цинь, Руань Ли как раз подошла с Чэнь Цичжоу к двери частного кабинета ресторана.
Внутри заведующая и врачи ещё о чём-то беседовали.
Руань Ли бросила взгляд на Тун Сыхуа, чьё настроение заметно улучшилось, и тихо сказала:
— Заведующая Тун, я пойду.
— Куда? В общежитие? — Тун Сыхуа подняла глаза и тут же увидела за дверью Чэнь Цичжоу. Она вдруг всё поняла и улыбнулась.
Вот оно что.
Этот Чэнь Цичжоу сегодня ни с того ни с сего так интересовался, где она ужинает… Всё ради этого.
И это он называет «просто спросить»? Спрашивать — значит специально приехать из базы в этот ресторан?
Чэнь Цичжоу за дверью, казалось, смутился и отвёл взгляд.
Тун Сыхуа приподняла бровь и с лёгким раздражением фыркнула:
— Ладно, идите.
Она снова посмотрела на Руань Ли и с насмешкой спросила:
— Вы что, на свидание собрались?
— Нет-нет! — Руань Ли поспешно замахала руками, встретившись с насмешливым взглядом Тун Сыхуа. — Просто… недавно мой кот попал в неприятности, и Чэнь Цичжоу помогал за ним ухаживать, поэтому…
— Понятно, понятно, — рассмеялась Тун Сыхуа. — Не нужно мне ничего объяснять. Идите.
Руань Ли открыла рот, облизнула пересохшие губы и наконец сообразила: объяснять бесполезно.
— Тогда я пойду, заведующая Тун?
— Угу-угу, — кивнула та. Перед тем как Руань Ли ушла, она вдруг вспомнила и остановила её:
— Кстати, в следующую пятницу у меня день рождения. Вечером угощаю всех ужином и караоке. Передай Чэнь Цичжоу и спроси, сможет ли он прийти.
— Хорошо.
— Тогда иди.
Руань Ли больше не задерживалась. Она взяла сумку со стула, попрощалась с другими заведующими, извинилась за то, что уходит раньше, и вышла из кабинета, аккуратно закрыв за собой дверь.
У ресторана не было отдельной парковки.
Чэнь Цичжоу припарковался на соседней улице. Руань Ли шла рядом с ним по тротуару.
Ночной ветерок был прохладным.
Куртку, которую она принесла с собой, Руань Ли отдала той женщине-врачу, у которой начались месячные прямо на работе. Та испачкала брюки и, чтобы не выставлять её в неловкое положение, Руань Ли предложила свою куртку. После использования на ткани остались пятна крови. Врач смутилась до покраснения и предложила взять куртку домой, постирать и вернуть.
Руань Ли, видя её замешательство, не стала отказываться.
Теперь холодный ветер проникал под одежду, и Руань Ли невольно съёжилась.
Мимо пронёсся автомобиль. Краем глаза Руань Ли заметила, что Чэнь Цичжоу вдруг остановился. Она тоже замерла и подняла на него взгляд.
— Держи.
Он протянул ей переносной контейнер для кота Чжаоцая.
Руань Ли опустила глаза. На секунду её взгляд задержался на его руках, прежде чем она приняла контейнер.
Пальцы Чэнь Цичжоу по-прежнему были длинными, с чётко очерченными суставами.
Ногти коротко подстрижены, выглядели чистыми и аккуратными, но уже не такими ухоженными, как в школе. От постоянных тренировок на тыльной стороне ладони проступали жилы, а на самих ладонях, когда он раскрывал их, виднелись явные мозоли.
От сжатия пистолета.
Руань Ли моргнула и вдруг вспомнила: раньше, когда они были вместе, ей нравилось без дела разглядывать его руки.
Она была настоящей поклонницей красивых рук.
Часто ей больше нравились руки Чэнь Цичжоу, чем его лицо. Вместо страстных поцелуев она предпочитала простое прикосновение — держать за руку или обниматься. Это чувство было тёплым, спокойным и, казалось, могло длиться вечно.
На плечи легла тяжесть — её накрыли чем-то тёплым.
Руань Ли опустила взгляд и увидела куртку, которую Чэнь Цичжоу накинул ей на плечи. Прежде чем она успела что-то сказать, он снова забрал у неё контейнер с котом.
Чэнь Цичжоу пошёл вперёд, держа контейнер в руке.
Куртка была длинной — почти до середины бедра.
В нос ударил знакомый запах. Руань Ли посмотрела на удаляющуюся спину Чэнь Цичжоу и вдруг улыбнулась. Натянув куртку, она поспешила за ним.
— У тебя есть время в следующую пятницу?
Чэнь Цичжоу тут же повернул к ней голову. Увидев её растерянность, Руань Ли пояснила:
— Заведующая Тун сказала, что в следующую пятницу у неё день рождения. Вечером угощает ужином и караоке. Спрашивает, сможешь ли ты прийти.
Чэнь Цичжоу нахмурился. В его глазах мелькнули тревожные тени.
— В следующую пятницу?
— Да, — кивнула Руань Ли.
— Ты точно не ошиблась?
Услышав недоверие в его голосе, Руань Ли сама засомневалась. Она на секунду задумалась, но потом твёрдо сказала:
— В следующую пятницу. Я точно не ошиблась.
— …
Чэнь Цичжоу помолчал несколько секунд.
— Понял.
Руань Ли заметила, что он выглядит неловко, и в голове мелькнула догадка. Она уже собиралась спросить, но в этот момент на обочине вспыхнули стоп-сигналы чёрного внедорожника.
Чэнь Цичжоу первым подошёл к машине. Он открыл заднюю дверь, поставил контейнер с Чжаоцаем на сиденье и, наклонившись, открыл дверь для Руань Ли.
— Спасибо, — тихо сказала она и села на переднее пассажирское место.
Рукава куртки были слишком длинными — Руань Ли подвернула их и потянулась за ремнём безопасности.
Опуская голову, она заметила на центральной консоли два билета в кино. Название звучало поэтично — похоже на фильм о любви. Сеанс был назначен на сегодняшний вечер.
Услышав, как открывается водительская дверь, Руань Ли поспешно отвела взгляд.
Из периферии зрения она видела, как Чэнь Цичжоу сел за руль и тоже пристегнулся. Он вставил ключ, снял машину с ручника, повернул руль — и автомобиль тронулся.
В салоне царила тишина. Никто не говорил.
Руань Ли на секунду задумалась и всё же не удержалась:
— У тебя сегодня вечером ещё есть дела?
— Нет, — быстро ответил Чэнь Цичжоу.
— Ты никого не ждёшь? — Руань Ли моргнула и осторожно спросила: — А билеты в кино зря покупать не хочешь?
Чэнь Цичжоу бросил на неё короткий взгляд, потом перевёл его на билеты на консоли и спокойно пояснил:
— Подарили. Так что не зря.
Руань Ли помолчала и тоже тихо сказала:
— Понятно.
Она отвела глаза в окно, понимая: дальше спрашивать — значит переступить черту. Поэтому она послушно замолчала.
— А у тебя сегодня вечером есть дела? — вдруг спросил Чэнь Цичжоу. Его голос был ровным, без эмоций, будто он просто между прочим заметил: — Если нет, сходи со мной в кино. Не стоит тратить деньги на билеты зря.
Фраза была безупречной.
Руань Ли не нашла, к чему придраться, и, конечно, не могла отказаться. Поэтому она согласилась.
Когда они доехали до кинотеатра, фильм уже шёл десять минут. Чжаоцая оставили в машине — Чэнь Цичжоу не до конца закрыл окно на заднем сиденье, оставив щель для воздуха.
Руань Ли всегда любила смотреть фильмы с самого начала до конца. Ей нравилось видеть целую историю, даже если она плохая.
Но билеты были у Чэнь Цичжоу, и учитывая их нынешние отношения, она не решалась торопить его. Внутри она нервничала, но внешне сохраняла спокойствие.
А Чэнь Цичжоу, наоборот, выглядел совершенно расслабленным. Он не спешил в зал, а направился к стойке и купил стакан колы. Потом обернулся к Руань Ли:
— Что будешь пить?
— Всё равно, — ответила она, думая только о фильме. — То же, что и ты.
— Хорошо.
Чэнь Цичжоу сделал заказ, расплатился, и второй сотрудник уже начал наливать напитки.
Две колы быстро поставили перед ними. Чэнь Цичжоу не спешил брать свой стакан. Он поднял глаза на меню над стойкой и вдруг сказал официантке:
http://bllate.org/book/4578/462329
Готово:
