— Прости до смерти, Цзинь-гэ! У меня с детства чувство направления никудышное, а сегодня я и вовсе не заметила, что телефон разрядился. Навигатор не работал, связаться с вами не получалось, да и на дороге ни души. Пришлось полагаться на память — блуждала как слепая курица. Хорошо хоть вернулась в эти края и увидела кривую берёзу: тогда поняла, что угадала место.
Шан Цзинь говорила это, усаживаясь за стол, когда А Цзинь окликнул кого-то в другом конце комнаты:
— Пу-гэ!
Пу Кайцзи только что вышел из ванной. Уловив его взгляд, брошенный в ответ на зов А Цзиня, Шан Цзинь тут же воспользовалась моментом: она демонстративно закинула ноги на соседний стул, высоко задрала подол и продемонстрировала два синяка на коленях. На фоне её обычно белоснежной, безупречной кожи ушибы выглядели особенно ужасно. Она жалобно заскулила:
— Цзинь-гэ, посмотри, во что я превратилась!
Хотя обращалась она к А Цзиню, лицом была повернута именно к Пу Кайцзи.
Тот, однако, лишь на миг бросил на неё взгляд, едва слышно отозвавшись «мм» в ответ на А Цзиня, а затем совершенно равнодушно развернулся и направился к лестнице.
Но Шан Цзинь не сдавалась и сама себе придумывала романтическую драму:
— Спасибо тебе, милый, что так поздно переживал за мою безопасность и даже почувствовал мою тревогу на расстоянии! Ты специально побежал к кривой берёзе, чтобы спасти меня!
Оставалось добавить лишь: «Я ничем не могу отблагодарить тебя, кроме как отдать себя целиком».
Вокруг Пу Кайцзи словно возник невидимый щит, отражающий все попытки Шан Цзинь проявить к нему внимание.
А Цзинь чуть не рассмеялся от досады.
После того как он обработал её раны, А Цзинь помог Шан Цзинь добраться до комнаты. Он подробно расспросил, как именно она упала со скутера. Шан Цзинь рассказала, что уже нажала на тормоз, но из-за инерции всё равно влетела в канаву у обочины. Синяки на коленях, хоть и выглядели страшно, были неопасны, хотя сгибать ноги было больно; лодыжку, скорее всего, подвернула — ходить ей было неудобно. Это было лишь то, что видно глазу. А Цзинь посоветовал завтра сходить в клинику на осмотр.
Шан Цзинь отказалась:
— Здесь же врачи стоят целое состояние! Не пойду. Похромаю пару дней — и всё пройдёт.
— Врача в клинике я знаю, — сказал А Цзинь. — Сделает со скидкой.
Шан Цзинь покачала головой:
— Со скидкой — это всё равно деньги.
— Я за тебя заплачу авансом.
— Но потом всё равно придётся тебе вернуть.
— Не надо возвращать.
— Нельзя. И так слишком много должна тебе — и деньгами, и услугами.
А Цзиню хотелось спросить: разве сейчас она ему не обязана ещё больше? Раньше ведь использовала его и без зазрения совести пользовалась его добротой! Почему вдруг стала такой щепетильной?
Шан Цзинь вовремя зевнула:
— Мне так хочется спать, Цзинь-гэ! Спасибо, что искал меня повсюду. Я обязательно отблагодарю тебя за эту доброту в ближайшие дни! Иди и ты отдыхать!
А Цзиню показалось странным выражение «в ближайшие дни». Он начал спрашивать:
— Значит, завтра ты…
— Кстати, — перебила его Шан Цзинь, нахмурив тонкие брови с тревожным видом, — в таком состоянии я завтра не смогу переезжать. Цзинь-гэ, можно ещё немного погостить у тебя, пока ноги не заживут?
А Цзинь остолбенел. Его совесть снова мучительно терзала: разве он мог жестоко отказать?
Перед внутренним взором мелькнуло холодное, бесстрастное лицо Пу Кайцзи. А Цзинь стиснул зубы и попытался договориться:
— Слушай, сестрёнка, а как насчёт такого варианта? Сегодня мистер Дай упомянул, что у нескольких музыкантов из группы есть свободное место в общежитии. Там условия лучше, чем у меня, и денег не потратишь. Просто собери вещи — завтра я сам отвезу тебя туда. В общежитии живут девушки, они позаботятся о твоих коленках, да и до бара рукой подать — удобно будет ходить на работу.
Шан Цзинь замялась:
— Но там придётся делить комнату с другими, а мне это не по душе. Иначе бы я с самого начала попросила мистера Дая помочь с жильём и не стала бы снимать квартиру. Цзинь-гэ…
Эти два последних слова прозвучали так томно, что сердце А Цзиня дрогнуло. Он не смог быть жестоким, но и Пу Кайцзи не хотел злить. В итоге лишь вздохнул:
— Ладно… Отдыхай пока, завтра решим.
Проводив А Цзиня с улыбкой, Шан Цзинь с облегчением рухнула на кровать. Хотя он и не дал чёткого согласия, по его виду было ясно: шансов выгнать её почти нет. Она потрогала ноги. Да, больновато, но падение того стоило. Главная преграда — Пу Кайцзи. Она задумчиво оперлась подбородком на ладонь: может, всё-таки стоит немного притормозить и не раздражать его?
Но на следующий день, когда Шан Цзинь наконец выбралась из постели и, опираясь на перила, медленно спустилась по лестнице, увидев за столом Пу Кайцзи, она тут же забыла обо всех своих ночных размышлениях о «стратегии скромности». Её снова защекотало внутри, и она без промедления уселась рядом с ним, щедро сыпля комплименты:
— Как же красиво ты ешь!
Кто виноват, что она — настоящая поклонница мужской красоты? А Пу Кайцзи был такой недоступный — это будто вызов ей лично! Она просто не могла удержаться от желания его покорить. В глубине души она не верила, что существует мужчина, способный устоять перед постоянными ухаживаниями женщины. Рано или поздно любой поддаётся.
Не дожидаясь реакции Пу Кайцзи, Шан Цзинь прикрыла рот ладонями и с притворным смущением воскликнула:
— Ой, простите! Я же ещё не чистила зубы — не стоило так близко подходить!
И тут же встала, демонстрируя удивительную тактичность, и отошла подальше.
В этот момент из кухни вышла Аом, жена Бацзяо, и, говоря по-тайски, начала активно жестикулировать в сторону Шан Цзинь.
Шан Цзинь вдруг вспомнила: вчера они договорились сегодня продолжить фотосессию.
— Прости-прости! Я проспала! Так извиняюсь!
Китайский и тайский, казалось, ничуть не мешали им понимать друг друга. Аом улыбнулась и кивнула, а затем сделала полный оборот на месте.
Шан Цзинь сразу заметила: Аом последовала её вчерашнему совету и надела винтажное платье с бретельками и глубоким вырезом, которое ещё ярче подчёркивало её пышные формы. Шан Цзинь, конечно, любила мужскую красоту, но и на прекрасных девушек тоже обращала внимание — теперь она не могла оторвать глаз от груди Аом.
Аом явно почувствовала интерес Шан Цзинь и вдруг схватила её руку, прижав к своим упругим грудям.
От такой смелости и открытости Шан Цзинь на секунду опешила, но тут же её внимание полностью захватило восхитительное ощущение в ладонях.
— Боже, какие мягкие! — воскликнула она.
А Цзинь весь утро возился со скутером Vespa, который Шан Цзинь загнала в канаву, и только к обеду закончил ремонт. Зайдя через боковую дверь, он увидел, как Шан Цзинь обеими руками массирует грудь Аом, а Пу Кайцзи невозмутимо сидит за столом и ест. Картина была настолько странной, что А Цзинь похолодел.
А следом Шан Цзинь с энтузиазмом повернулась к Пу Кайцзи:
— Хочешь попробовать? Честно, невероятно мягкие! Или ты уже трогал такие силиконовые сиськи?
А Цзинь покрылся холодным потом. Её самоубийственные выходки — ладно, но пусть хоть не испортит всё, ради чего он утром уговаривал Пу Кайцзи проявить к ней хоть каплю сочувствия!
Он тут же бросился разнимать их, увёл Аом на кухню и что-то стал ей объяснять.
Шан Цзинь легко догадалась: наверняка просит Аом меньше с ней общаться, чтобы не подхватила дурной пример.
Она усмехнулась и бросила взгляд на Пу Кайцзи, который сидел, словно скала. Она даже засомневалась: точно ли они находятся в одном пространстве?
Взяв свои туалетные принадлежности, она с трудом, прыгая на одной ноге, доковыляла до ванной. У самой двери она нарочно обернулась, на миг задумалась — и тут же громко вскрикнула «ой-ой-ой!», будто споткнулась, и для правдоподобия рухнула прямо на пол, не обращая внимания на пыль.
Увы, Пу Кайцзи даже не шелохнулся, будто оглох.
«Ладно, будь таким бесчувственным», — пожала она плечами.
Зато А Цзинь выскочил из кухни и быстро подбежал, чтобы помочь ей встать.
— Спасибо, Цзинь-гэ! — сказала Шан Цзинь и пошла умываться. Под душем она размышляла, как скорректировать план по завоеванию Пу Кайцзи, и заметила, что тот уже купил новый шампунь и гель для душа — те же марки, что и раньше.
Выйдя из ванной, Шан Цзинь не обратила внимания на то, что А Цзинь и Пу Кайцзи тихо разговаривают, возможно, о чём-то личном. Она прыгнула к ним и, ухватившись за руку Пу Кайцзи для опоры, игриво улыбнулась:
— Теперь мы пользуемся одним и тем же гелем для душа. Значит, скоро будем пахнуть одинаково.
А Цзиню захотелось придушить Шан Цзинь, но в следующий миг он увидел, как Пу Кайцзи безжалостно отшвырнул её руку, и, опасаясь, что она упадёт, всё же подхватил её.
Шан Цзинь продолжала держать руку в том же жесте, будто всё ещё сжимала мышцы Пу Кайцзи, и даже показалась более взволнованной, чем тогда, когда трогала грудь Аом. Она крикнула вслед уходящему Пу Кайцзи:
— Неплохо, милый! У тебя даже мышцы есть!
Дверь дальней комнаты захлопнулась за Пу Кайцзи без малейшего колебания.
А Цзинь вынес Шан Цзинь окончательный ультиматум:
— Сестрёнка, умоляю тебя! Если не хочешь, чтобы тебя выгнали, даже с травмой, больше не провоцируй Пу-гэ!
Шан Цзинь, оперевшись на здоровую ногу, пододвинула себе стул и села:
— Хорошо, Цзинь-гэ~
Согласие прозвучало очень бодро, но А Цзинь сильно сомневался в его искренности.
На самом деле Шан Цзинь была вполне довольна: ей удалось прикоснуться к телу Пу Кайцзи. Пусть даже всего лишь к маленькому участку руки.
А Цзинь попытался направить её мысли в другое русло:
— Пу-гэ терпеть не может три типа женщин: болтливых, вульгарных и неформальных. Если ты действительно хочешь понравиться ему и добиться его расположения, твоё нынешнее поведение гарантированно вызывает у него отвращение.
Шан Цзинь, жуя сочный плод момордики, перевела живые глаза на А Цзиня, сидевшего справа от неё:
— Мне и не нужно, чтобы он ко мне благоволил. Моя цель — просто затащить его в постель. Я буду за ним гоняться, а вот он пусть уж точно не начинает меня замечать.
— А?! — А Цзинь опешил. Что она несёт? Он ничего не понял.
Шан Цзинь взяла салфетку, вытерла руки и рот и снова встала:
— Аом-цзе ждёт меня на фотосессию. Я побежала, Цзинь-гэ, ешь спокойно.
А Цзинь вспомнил кое-что и окликнул её:
— Эй! Ты знаешь, что Аом —
— Знаю, ледибой! Всё понятно~ — подмигнула Шан Цзинь с восхищением. — Бацзяо-гэ и Аом-цзе — настоящая любовь!
Выражение лица А Цзиня стало слегка сложным. Он собирался предупредить Шан Цзинь не сближаться слишком с Аом, но тут же подумал, что для них Шан Цзинь — всего лишь посторонняя, и махнул рукой.
http://bllate.org/book/4576/462139
Готово:
