Ночь И Хань ворвался в хижину и сразу же заметил покрасневшую руку Юэ Жоу. Его глаза тут же налились кровью.
— Чёрт возьми! Немедленно отпусти её! — прорычал он.
Наньгун Сюань, услышав крик, с презрением взглянул на него:
— Ха! Решил сыграть героя и спасти красавицу?
— Мне плевать на твои игры! У тебя три секунды, чтобы немедленно её отпустить! — без тени сомнения ответил Ночь И Хань. Он уже собрался броситься вперёд, но Наньгун Сюань остановил его:
— Э-э-э… Не двигайся! А то ведь могу случайно причинить вред этой прелестнице! Хотя… — он театрально вздохнул, — как-то даже жалко становится!
В его голосе звенела насмешка.
— Ты… мерзавец! — Ночь И Хань сверлил Наньгуна взглядом, будто пытался прожечь в нём дыру.
Наньгун Сюань с удовлетворением наблюдал, как противник застыл на месте. Похоже, этот человек по-настоящему переживает за Жоу-эр! Но, увы для него, Жоу-эр принадлежит только ему. Никто и никогда не посмеет отнять её!
Внезапно Наньгун Сюань громко рассмеялся — смех получился зловещим, от которого по коже побежали мурашки. Резко оборвав хохот, он прищурил свои орлиные глаза, и из них хлынула леденящая душу угроза. Повернувшись к Юэ Жоу, он поднял её подбородок длинными пальцами и, заглядывая в её влажные глаза, прошептал:
— Жоу-эр, твоя способность околдовывать мужчин поистине бесподобна! Всего несколько лет я был вдали от тебя — и вот уже один готов умереть за тебя без раздумий…
Юэ Жоу резко отвернулась и холодно фыркнула:
— Ну и что? Зато я хоть не похищаю людей направо и налево, как некоторые!
— Хе-хе… Жоу-эр, ты действительно изменилась! — лениво протянул Наньгун Сюань, но тут же зло спросил: — Так скажи мне, какие у тебя с этим мужчиной отношения?
— Ах, с ним? — Юэ Жоу изящно изогнула губы в усмешке, полной иронии и дерзости. — У нас очень близкие отношения!
Услышав это, Ночь И Хань почувствовал, как сердце наполнилось радостью, и уже собрался что-то сказать, но тут же раздался её мелодичный голос:
— Он… мой зять! Вот такие у нас отношения — достаточно близкие?
«Что… что?!» — мысленно ахнул Ночь И Хань. Его губы, уже готовые расплыться в улыбке, застыли в гримасе.
— Зять? Ха-ха-ха-ха! — Наньгун Сюань расхохотался. — Так вот оно что! Я-то думал, он мой соперник! Но кто бы мог подумать, что та негодяйка Нин Сюэ уже вышла замуж?
Но ничего страшного. Даже если она замужем, это не помешает ему отомстить ей! Да… теперь он, Наньгун Сюань, стал достаточно силён. Он обязательно заставит Нин Сюэ заплатить кровью! Именно такова цена за то, чтобы посметь обидеть его!
Юэ Жоу с отвращением взглянула на искажённое лицо Наньгуна, а затем перевела взгляд на Ночь И Ханя. Увидев его опустошённое выражение, она почувствовала, как в груди заныло самое уязвимое место. Но она стиснула зубы и сделала вид, что закашлялась.
Оба прекрасных мужчины встревоженно посмотрели на неё. Ночь И Хань уже собрался подойти, но, заметив, что Наньгун Сюань опередил его, остановился. «Ха… зять…»
Наньгун Сюань бросился к ней:
— Жоу-эр, что с тобой? Почему ты кашляешь?
— Я… со мной всё в порядке. Просто верёвки слишком туго затянуты, немного неудобно, — пробормотала она про себя: «Боже, какой же глупый предлог! Кто вообще поверит?»
Однако…
— Понятно! Ой, прости меня, Жоу-эр! Сейчас же освобожу тебя! — воскликнул Наньгун Сюань и, сосредоточившись, направил мощный поток внутренней энергии на верёвки, которые тут же лопнули.
Освободившись, Юэ Жоу с облегчением выдохнула и начала растирать больные руки. Во время этих движений она незаметно бросила взгляд на Ночь И Ханя и одними губами произнесла: «Беги!»
Ночь И Хань широко распахнул глаза. Она… просит его бежать! Она волнуется за него!.. Да, конечно! Но он ни за что не бросит её одну. Если уж уходить — то вместе!
Внезапно он собрал всю свою силу и бросился на Наньгуна Сюаня, выпуская из ладони сгусток чистой ци. Однако Наньгун Сюань тоже был мастером высшего класса и легко уклонился. Затем он закрыл глаза, и вокруг его тела завихрились белые потоки энергии… Резко открыв глаза, он направил весь этот поток прямо в Ночь И Ханя.
— Нет! — закричала Юэ Жоу.
Но было уже поздно. Ночь И Хань не успел увернуться и принял весь удар на себя. Медленно оседая на землю, он потерял сознание.
— Нет!! — Юэ Жоу, глядя на падающего Ночь И Ханя, покачала головой и зарыдала.
Услышав этот страдальческий крик, Наньгун Сюань вновь нахмурил брови:
— Почему? Почему тебе так больно?
Юэ Жоу подняла на него полные ненависти глаза:
— Это не твоё дело!
— Жоу-эр, ты ради этого человека… — Наньгун Сюань был потрясён, но всё ещё не понимал. Последние годы он полностью посвятил себя изучению боевых искусств и наконец стал Верховным Владыкой Поднебесной. Но чувства… он не понимал их. Он знал лишь одно: он любит Жоу-эр. Но почему она так страдает из-за простого зятя?
— Наньгун Сюань, мне тебя жаль. Я тебя презираю! — в её взгляде, полном ненависти, вдруг мелькнуло новое чувство — жалость.
Услышав это, Наньгун Сюань не разозлился, а нахмурился в недоумении:
— Что такое «жалость»?
Юэ Жоу, обладавшая железной волей, не упала в обморок, как большинство на её месте, а спокойно произнесла:
— Потому что ты не понимаешь человеческих чувств и любви. Да, твои боевые искусства поражают воображение, но… ты ничего не смыслишь в эмоциях!
С этими словами она подошла к безжизненному телу Ночь И Ханя, собрала все силы и, подхватив его, вышла из хижины.
Наньгун Сюань не стал её останавливать. На лице его застыло выражение растерянности. «Неужели… я правда ничего не понимаю в чувствах? Но ведь я же люблю Жоу-эр!»
* * *
Выбравшись из хижины, Юэ Жоу с трудом дотащила Ночь И Ханя до окраины. Наконец, исчерпав все силы, она опустила его на землю и села рядом. Осторожно подняв его голову, она легонько похлопала по бледному, но всё ещё прекрасному лицу.
— Ночь И Хань, очнись! Пожалуйста, очнись! — кричала она, видя, что он не реагирует. — Помогите! Кто-нибудь, помогите!
Мужчина, сидевший у ручья, услышал крик и медленно повернул голову. «Кажется… это голос Жоу-эр», — подумал он и, нахмурившись, направился к источнику звука.
* * *
Хи-хи… Угадайте, кто это!
* * *
Мужчина, сидевший у ручья, услышал крик и медленно повернул голову. «Кажется… это голос Жоу-эр», — подумал он и, нахмурившись, направился к источнику звука.
Наконец, добравшись до опушки, он увидел белоснежную девушку, которая, обнимая безжизненного мужчину, рыдала и звала на помощь. Как только он увидел её, его глаза расширились, и в глубине звёздных зрачков вспыхнула тоска. «Жоу-эр…» — он поспешил к ней.
Услышав шаги, Юэ Жоу, решив, что это Наньгун Сюань, резко обернулась:
— Кто там?!
Мужчина на мгновение замер от её резкого тона, но всё же тихо произнёс имя, которое так долго мучило его во снах:
— Жоу-эр, это я.
Услышав знакомый, но слегка чужой голос, она медленно повернулась. Её зрачки расширились:
— И… Ичжэнь?
Она запнулась, глядя на прекрасное лицо Линь Ичжэня.
— Да! — обрадовался он, увидев, что она его узнала. Но тут же его брови сошлись, когда он взглянул на бледного Ночь И Ханя в её объятиях. — Жоу-эр, что с ним? Почему он такой бледный?
— Ой, точно! Ичжэнь, твои медицинские знания великолепны! Пожалуйста, спаси И Ханя! — вспомнив, она схватила его за руку и умоляюще посмотрела на него.
Линь Ичжэнь кивнул с улыбкой, хотя и был удивлён: «Кто он такой, что Жоу-эр так за него переживает?» Но спасение важнее всего.
— Жоу-эр, тебе, девушке, наверняка было тяжело тащить такого здоровяка. Давай я помогу, — сказал он, осторожно забирая Ночь И Ханя у неё из рук и снова улыбнулся.
— Спасибо тебе, Ичжэнь. Без тебя я бы совсем не знала, что делать, — с благодарностью улыбнулась ему Юэ Жоу.
Во дворце их уже ждали Нин Мотянь и Нин Сюэ. Увидев троих, они бросились навстречу. Нин Мотянь облегчённо выдохнул, убедившись, что Юэ Жоу цела:
— Фух… Жоу-эр, слава небесам, с тобой всё в порядке! А вот И Хань… что с ним случилось? — обеспокоенно спросил он, глядя на бледное лицо Ночь И Ханя.
Нин Сюэ ахнула:
— Хань! Что с тобой? — её глаза наполнились тревогой, но тут же она обернулась к Юэ Жоу и закричала: — Нин Юэ Жоу! Я сразу знала — не стоило посылать Ханя за тобой! Ты настоящая несчастная!
Она указала на сестру алым ногтем, совершенно теряя всякий образ.
Нин Мотянь нахмурился:
— Сюэ, нельзя так говорить с Жоу-эр!
— Папа…
Нин Мотянь резко отстранил её руку:
— Хватит! Ичжэнь, а ты как здесь оказался? Разве ты не уехал учиться медицине?
Наконец он заметил стоявшего в стороне Линь Ичжэня.
— Ваше величество, я вернулся вчера. По пути случайно встретил вторую принцессу и вместе с ней прибыл сюда, — почтительно ответил Линь Ичжэнь.
Нин Мотянь кивнул:
— Хорошо. Ичжэнь, твои медицинские познания известны всему королевству. Возьмись за лечение И Ханя.
Не успел Линь Ичжэнь ответить, как вмешалась Нин Сюэ:
— Ты умеешь лечить? Как хорошо! Прошу тебя, спаси Ханя! — пропела она слащавым голоском, от которого по коже побежали мурашки.
— Э-э… да, конечно, — Линь Ичжэнь мысленно вздохнул. «Как за несколько месяцев характер старшей принцессы так изменился?»
Нин Сюэ, увидев, что он согласился, самодовольно посмотрела на Юэ Жоу, будто говоря: «Видишь, каков мой шарм?» Юэ Жоу лишь мысленно закатила глаза: «Да уж, самолюбие у неё явно возросло».
— Тогда я отведу этого господина на лечение. Разрешите откланяться, — сказал Линь Ичжэнь и, подхватив Ночь И Ханя, исчез.
«Если бы меня цепляла старшая принцесса, я бы сошёл с ума или просто свернул себе шею от отвращения», — подумал он про себя.
— Сюэ, Жоу-эр, вам двоим стоит хорошенько поговорить, — сказал Нин Мотянь и величественно удалился.
Юэ Жоу уже собралась уйти, но Нин Сюэ схватила её за руку и, наклонившись к уху, прошипела:
— Ты снова проиграешь мне!
— Ха! Посмотрим, — холодно усмехнулась Юэ Жоу. — Готовься. Я заберу всё, что ты любишь и чего жаждешь. Всё без остатка!
От исходящего от неё холода Нин Сюэ невольно вздрогнула. Её действительно напугали, но сдаваться она не собиралась!
С порывом ветра Юэ Жоу исчезла в воздухе. Нин Сюэ осталась на месте, сжав кулаки так сильно, что острые ногти впились в ладони, но она даже не чувствовала боли.
* * *
В комнате Линь Ичжэня…
Юэ Жоу легко приземлилась у двери. «Это тело действительно удобное, — подумала она. — Оказывается, прежняя хозяйка владела искусством лёгких шагов. Сочетая это с боевыми навыками из моего прошлого мира, я вполне могу считаться мастером в этом мире».
Осторожно приоткрыв дверь, она услышала скрип: «Скри-и-и…». Внутри Линь Ичжэнь сосредоточенно лечил Ночь И Ханя. Подойдя ближе, она ещё не успела заговорить, как он сказал, не отрываясь от работы:
— Жоу-эр, зачем ты пришла?
Она удивилась:
— Откуда ты знал, что это я? — Он даже не обернулся!
«Довольно впечатляюще», — подумала она.
— Аромат, который исходит от тебя, невозможно забыть, — ответил Линь Ичжэнь.
http://bllate.org/book/4440/453275
Готово:
