Цзян, самый богатый человек в округе, усмехнулся и, развернувшись, раздал детям из семьи Чэн красные конверты. Каждый ребёнок старался произвести на него впечатление — поток новогодних поздравлений не иссякал, и весёлые голоса лишь усилили его раздражение.
Чэн Бай шла следом за дедушкой Цзяна, которого отвлёк цветущий куст у соседей, и провела его в гостиную. Увидев Цзо Лин, она тут же представила:
— Это и есть Цзо Лин.
Цзян Баобэй с детства была баловницей дедушки и давно интересовалась девочкой, спасшей её внучку, поэтому и пришла вместе с «самым богатым человеком в округе» (имя придумывать не хочется — так и будем называть).
Дедушка Цзян внимательно осмотрел Цзо Лин. У неё были изящные черты лица, но она выглядела крайне худощавой, с болезненно бледной кожей. Весь её вид говорил о недостатке питания и жизненных сил. Дедушка Цзян не мог точно выразить свои чувства, но одно было ясно: глядя на неё, невольно становилось жаль.
Ему казалось невероятным, что его внучку спасла такая хрупкая девочка — каким же мужеством она тогда обладала!
Он взял её маленькую руку и усадил рядом на диван, достав из кармана толстый красный конверт:
— Дедушка дарит тебе подарок. Желаю тебе в новом году хорошо учиться и быть счастливой.
И ласково погладил её по голове.
Цзо Лин, столкнувшись с добротой пожилого человека, невольно расслабилась. Каждый раз, встречаясь со стариками, она вспоминала своих дедушку и бабушку и никогда не чувствовала неприязни к таким проявлениям тепла. Она тихо взяла конверт:
— Спасибо. Желаю вам здоровья, мира и долголетия.
Дедушка Цзян трижды подряд радостно повторил:
— Хорошо, хорошо, хорошо!
Чэн Бай приняла вид заботливой матери:
— Цзо Лин, надо быть вежливой. Скажи: «Спасибо, дедушка».
Затем пояснила дедушке Цзяну:
— Ребёнок ещё не доросла до понимания, простите за беспокойство.
— Что вы! Цзо Лин — храбрая девочка. Обязательно пришлю ей немного добавок. Она ведь ещё не достигла четырнадцати лет, а ростом и видом не соответствует возрасту. Сейчас как раз период активного роста — питание должно быть полноценным.
Чэн Бай неловко засмеялась:
— Мы каждый день варим для неё куриный бульон, но она ничего не хочет есть, ест совсем мало. Чтобы заставить проглотить лишнюю ложку, приходится умолять всех святых!
Сказав это, она тревожно взглянула на Цзо Лин, боясь, что та раскроет правду. Но та уже устало прислонилась к дедушке Цзяну и, похоже, не собиралась ничего возражать. Чэн Бай немного успокоилась.
На самом деле Чэн Бай делала вид матери лишь словами.
Дедушка Цзян, однако, забеспокоился ещё больше:
— У ребёнка нет ли анорексии?
Чэн Бай поспешила объяснить:
— Нет-нет, просто привередлива в еде...
Цзо Лин, слушая их разговор, не выдержала и уснула. Во сне она всё ещё помнила, что находится в доме Чэн, и не могла полностью расслабиться. Вскоре она резко проснулась, осмотрелась и увидела рядом на подушке красный конверт от семьи Цзян. Не зная, который сейчас час, она спрятала конверт и вышла из комнаты.
Внизу, на первом этаже, оказалось, что семья Цзян уже уехала, и члены семьи Чэн тоже исчезли. Один лишь Цзо Чживоу лениво лежал на диване и смотрел телевизор.
Увидев, что Цзо Лин спустилась, он сразу вскочил:
— Проснулась? Может, ещё поспишь?
Цзо Лин не ответила и направилась прямо к двери. По лицу Цзо Чживоу было ясно: он отлично провёл время с семьёй Цзян.
Цзо Чживоу последовал за ней:
— Куда собралась? Домой в район?
Цзо Лин и так была в плохом настроении, а теперь ещё и этот глупый вопрос:
— Ты слепой?! Я что, на шопинг собираюсь?! Все из семьи Цзян ушли — хватит притворяться! Тебе не надоело? Мне — да!
Цзо Чживоу был в прекрасном расположении духа и ничуть не обиделся:
— Подожди, папа тебя отвезёт. Семья Цзян купила тебе много одежды и еды — всё упаковал.
Он побежал за вещами, боясь, что Цзо Лин уйдёт без него.
Из-за своего состояния Цзо Лин старалась делать как можно меньше шагов, поэтому решила подождать. Но Цзо Чживоу заставил себя ждать целую вечность, пока наконец не появился с грудой пакетов.
— Возьми несколько, папа уже не может нести!
У Цзо Лин и так не было терпения — после такой долгой очереди на неё ещё и это навалили! Она тут же пнула стоявший рядом шкаф для обуви и, не оглядываясь, вышла наружу.
Цзо Чживоу подумал, что у дочери нет никаких достоинств, кроме умения выводить людей из себя. Эти вещи — не её ли? Неужели нельзя взять пару пакетов?
С сожалением взглянув на опрокинутый шкаф, он побежал за ней.
...
Когда Цзо Чживоу добрался до восьмого этажа, у него осталась лишь половина жизни. Цзо Лин шла с пустыми руками и ни капли не жалела его. Цзо Чживоу, сдерживая раздражение, поставил вещи и собрался уходить.
Но Цзо Лин напомнила ему перед уходом:
— Не забудь про квартиру.
Цзо Чживоу чуть не лопнул от злости — вот ведь дерзость! Однако он не осмеливался больше бить или ругать Цзо Лин: перед уходом дедушка Цзян вежливо сказал, что хотел бы чаще видеть её у себя. Хотя это, скорее всего, была просто вежливость, в будущем могли возникнуть деловые отношения с семьёй Цзян, и вдруг дедушка в самом деле захочет увидеть Цзо Лин снова? Это стало бы настоящей головной болью.
Он дал обещание Цзо Лин и, чувствуя себя униженным, ушёл. Какого чёрта вообще происходит!
Цзо Лин сначала приняла душ, а потом стала разбирать вещи, которые принёс Цзо Чживоу. Большая часть — добавки: несколько банок молочной смеси, жидкие препараты кальция, овсяные хлопья и прочее. Меньшая часть — женская одежда.
Цзо Лин некоторое время колебалась, глядя на эти добавки, а затем собрала всё в пакет и отправилась к Цзянь И.
Постучав один раз в дверь, она тут же получила ответ. Цзо Лин швырнула пакет в квартиру Цзянь И и пошла домой спать. Ей, взрослой девушке, не нужны детские смеси.
Цзянь И, глядя на закрывающуюся дверь напротив, недоумённо подумал: «А?..»
Автор говорит:
Благодарю ангелочков, которые с 3 мая 2020 года, 10:04:25, по 3 мая 2020 года, 19:18:22, поддержали меня своими голосами или питательными растворами!
Особая благодарность за питательные растворы:
. Gone — 10 бутылок.
Огромное спасибо всем за поддержку! Я продолжу стараться!
Прошло уже несколько дней с того случая в доме Чэн, и надоедливые люди больше не беспокоили Цзо Лин. Она вернулась в свой желанный комфортный круг.
Единственное изменение — она стала часто ходить к Цзянь И. Проведя у него несколько дней, она сформировала о нём лишь одно мнение: богатый отпрыск.
Однажды она заняла его компьютер, и Цзянь И, хоть и был зол, не осмелился возражать. Он просто поставил стул рядом и стал смотреть, как она играет. Цзо Лин уловила в его глазах зависть и желание самому поиграть. Неужели он настоящий извращенец? Ведь она явно совершает насилие над хозяином, но ей от этого так приятно! Она даже решила прийти завтра снова.
Но на следующий день Цзянь И купил новый компьютер. Цзо Лин немного расстроилась, сделала вид, что работает за старым, покликала мышкой и ушла домой.
Без интернета было скучно, а медленный, но работающий интернет всё же лучше, чем ничего. Она хотела убить время.
У неё имелась приличная сумма — красные конверты от дедушки Цзяня и «самого богатого человека в округе», плюс деньги от Цзо Чживоу — всего больше двадцати тысяч. Компьютер она могла себе позволить, но покупать не хотелось: слишком хлопотно и неинтересно.
Теперь Цзо Лин играла в одну игру по переодеванию персонажей. Перебирая варианты, она обнаружила, что понравившаяся одежда требует реальных денег. Разозлившись на эту мошенническую игру, она начала яростно стучать по клавиатуре, напугав Цзянь И, который в это время писал код.
Цзянь И осторожно погладил её по спине и бросил взгляд на экран. Там мигали десятки окон с загрузкой страниц.
Цзянь И: ...
В итоге Цзо Лин разозлилась настолько, что ушла домой. Лишь после этого Цзянь И сел на её место и проверил историю браузера. Увидев игру, он вошёл в неё — аккаунт уже был авторизован. На экране появилась девушка с ником, выбранным совершенно случайно: «О Джилитекло».
Рядом с персонажем была кнопка магазина. Цзянь И понял, что нужно платить настоящие деньги, и закрыл магазин. Затем он осмотрел множество других игроков, одетых пёстро и экстравагантно, с такими никами, как:
«Конфета-шалунья»,
«ЛеденецΨ»,
«Ангельские крылья∝»,
«Жасмин».
Только теперь Цзянь И почувствовал, что это и есть нормальный мир.
В то время ещё не существовало онлайн-платежей вроде Юньсинь или Юньфубао. Чтобы пополнить счёт в игре, нужно было купить специальные карты.
Цзянь И надел обувь и с покорностью отправился за ними.
На следующий день он принёс Цзо Лин чашку уже разведённой молочной смеси и поставил перед её компьютером. Взглянув на экран, он увидел, что Цзо Лин бесцельно обновляет страницу. Перевёл взгляд на её лицо — она выглядела совершенно равнодушной, будто собиралась обновлять экран весь день.
Цзянь И зашёл в свою комнату и вынес кучу карт пополнения, положив их рядом с чашкой.
Цзо Лин взяла одну, но тут же схватила Цзянь И за воротник:
— Пополни за меня.
Цзянь И: ...
Цзянь И пополнил счёт и не удержался:
— Я что, похож на твоего отца?
...
Время шло быстро. За каникулы Цзо Лин ни разу не позвонила домой — в душе она всё ещё держала обиду. И оттуда тоже никто не звонил; весной, наверное, все заняты посевами.
Без цели и смысла наступило начало учебного года. Одноклассники, проведя полгода вместе, уже подружились. В классе все здоровались друг с другом, списывали домашку и делились историями о каникулах. Некоторые, уже вступившие в подростковый возраст, начали следить за внешностью.
Цзо Лин почти не делала домашние задания. Когда сборщики тетрадей пришли за работами, она просто протянула им новые, нетронутые тетради.
В этом семестре произошли изменения: Сун Хуэй перевели, а новой классной руководительницей стала строгая женщина средних лет по имени Чжун Янь.
Чжун Янь вела два класса: кроме класса Цзо Лин, она преподавала математику восьмиклассникам. В прошлой жизни она вела у Цзо Лин три семестра. В седьмом классе Цзо Лин была незаметной ученицей, и конфликтов у них не возникало. Но во втором году обучения их снова свела судьба.
Из-за инцидента с Чэн Синь, которая оклеветала Цзо Лин в краже денег, Чэн Бай обратилась к Чжун Янь, чтобы уточнить сумму сбора на учебные материалы. Заодно она пожаловалась, что Цзо Лин крадёт деньги из дома, и поинтересовалась, сколько именно нужно заплатить за материалы.
На следующий день Чжун Янь при всём классе объявила, что Цзо Лин ворует деньги, и привела её в пример как антигероиню, с явным отвращением в голосе.
Это было по-настоящему унизительно. Даже сейчас, вспоминая, Цзо Лин чувствовала горечь. Дома она жила в угнетении и мечтала об учёбе как о побеге, но оказалось, что в школе дышать ещё труднее. А если ещё и Чэн Синь подольёт масла в огонь, то в школе становится ещё хуже, чем дома.
Её юность начиналась радостно: она любила хвастаться, радовалась, берегла своё достоинство и даже врала, чтобы компенсировать то, чего ей не хватало.
В седьмом классе у Цзо Лин была подруга, имя которой она уже забыла. Та рассказывала подруге, что у неё есть замечательные родители, которые:
покупают ей массу сладостей,
водят в развлечения,
дают столько карманных денег, что не потратить за неделю,
всегда заботятся о ней и исполняют все желания.
Чем чего-то не хватало, тем больше она врала и хвасталась.
Цзо Лин всегда считала, что дело в её внутренней слабости. Сильный человек смог бы выбраться из этой трясины, стать выдающимся и потом с улыбкой вспомнить прошлое, продолжая верить в добро и красоту мира.
Но она не такая. В её мире нет места позитиву, и она никого не ждёт.
Цзо Лин вернулась домой с новым портфелем. Видишь ли, достаточно одного человека, который тебя не ценит, чтобы ты внезапно погрузилась в боль.
Под вечер пришёл Цзо Чживоу. Ради приличия он передал Цзо Лин деньги на регистрацию и карманные расходы и тут же ушёл.
Вскоре Цзянь И принёс чашку разведённой молочной смеси. Цзо Лин смотрела на неё, но не пила. Цзянь И молча сидел рядом, пока она не уснула.
Цзо Лин механически ходила в школу и обратно. Домашние задания она не делала, и каждый раз её имя фигурировало в списках несдавших. Чжун Янь неоднократно вызывала её после уроков в кабинет, чтобы дописать работу, но Цзо Лин продолжала игнорировать учителя.
В конце концов Чжун Янь вызвала родителей. Узнав о поведении дочери, Цзо Чживоу лишь бросил:
— Учится она для себя. Хочет — пусть учится, не хочет — не обязана.
Если бы он мог контролировать её, давно бы это сделал. Теперь он лишь молился, чтобы она не убивала и не поджигала.
Чжун Янь была вне себя от такого родителя, но решила применить холодную войну к Цзо Лин. Эта девчонка — безнадёжный случай, в школе лишь тратит время. Нет смысла тратить на неё слова.
Однажды в школу пригласили профессора выступить с лекцией. Всему школьному двору приказали собраться на площадке и слушать.
Цзо Лин знала: это очередная «куриная похлёбка для души», чтобы промыть мозги ученикам.
Ей было неинтересно, и она сбежала через забор.
Без цели бродя по улицам, она вдруг оказалась в чьих-то объятиях.
— Ты, мелкая шалунья! Опять прогуливаешь?!
Цзо Лин увидела Сун Хуэй и закатила глаза. У неё разве нет уроков?
Сун Хуэй не ждала ответа и продолжала болтать:
— Есть ли у тебя успехи в учёбе? Как тебе новая классная? Есть ли у тебя деньги? Угощай меня чаем с молоком.
Затем, удивлённо:
— Неужели ты меня не узнаёшь?
Цзо Лин фыркнула, но ноги сами понесли её к чайной.
Они сели, и Сун Хуэй тут же начала жаловаться:
— Почему ты не спросила, где я теперь преподаю? Ты совсем не скучаешь по такой замечательной учительнице? Два чая с молоком и жемчужинками, два острых гамбургера, большую порцию картошки. Кстати, зачем ты прогуливала?
Она кивнула официанту в знак благодарности и добавила:
— Тебе, наверное, плохо? После чаю сходим в интернет-кафе?
http://bllate.org/book/4431/452626
Готово:
