— В любом случае, это не ты, — сказал он, не воспринимая Шэн Цин всерьёз: слабая женщина — что с неё взять? — и добавил с вызовом: — Да и винить меня не за что. Положил вещь, отвернулся на секунду — и всё исчезло. Откуда мне знать, что ты решишь её выпить?
Грудь Шэн Цин вздымалась от ярости.
— Так ты ещё и правоту за собой признаёшь? — вырвалось у неё.
— Правоты у меня нет, — отрезал он, презрительно взглянув на неё и фыркнув. — Когда тебя поймали — ты уже не права. Таких, как вы, мелких звёздочек, я повидал немало. Выходите на вечеринки — только бы развлечься. Так чего же притворяешься святой?
Шэн Цин стиснула зубы и уставилась на него, руки дрожали от желания ударить, рот — от желания выкрикнуть всё, что накипело, но гнев перехватил дыхание, и она не могла вымолвить ни слова.
Немного придя в себя, она повернулась к Тан Фэну:
— У него, наверное, ещё осталось лекарство?
Тан Фэн удивлённо посмотрел на неё, потом перевёл взгляд на господина Му.
Му Хуайпэн тоже выглядел озадаченным и едва заметно кивнул.
Тан Фэн дал знак своим людям. Те достали небольшой флакон и передали его Шэн Цин.
Она сжала крошечную бутылочку с прозрачной жидкостью, и решимость снова начала таять:
— Его так и пьют?
Лежавший на полу мужчина наконец побледнел:
— Эй, ты чего задумала?
Тан Фэн колебался, но ответил:
— Говорят, это средство в воде бесцветное и безвкусное, мгновенно растворяется. А после того как выпьешь…
— Дайте мне стакан воды, — сказала Шэн Цин, стараясь говорить спокойно.
Кто-то рядом сразу понял её намерение, сбегал в туалет и принёс стакан воды.
Шэн Цин дрожащей рукой открыла флакон и вылила содержимое в воду.
Мужчина на полу начал отчаянно ползти назад, закричал:
— Ты что творишь?! Сумасшедшая! Убирайся… прочь!
Один из охранников тут же наступил ему на плечо. Тот завизжал от боли.
Шэн Цин схватила бумажный стаканчик, сжала щёки мужчины и изо всех сил попыталась влить ему жидкость в рот. Тот вырвался и швырнул её в сторону — вода разлилась по полу.
Охранник тут же врезал ему кулаком в грудь, а другой поднял Шэн Цин:
— Давайте я сам.
Но Шэн Цин, с глазами, полными слёз, оттолкнула его и снова бросилась на мужчину, отчаянно пытаясь заставить его проглотить смесь.
В суматохе тот прикусил себе язык — губы окрасились кровью — и с силой отшвырнул её.
Она упала набок. Мысли путались, сердце разрывалось от страха и упрямства. Слёзы хлынули из глаз, всё тело тряслось.
Сзади кто-то подхватил её под мышки и поднял. Она дрожала, пытаясь вырваться, но её крепко удержали.
Шэн Цин подняла голову и увидела лицо Му Хуайпэна.
— Всё хорошо, — мягко сказал он.
Она замерла, постепенно успокаиваясь, и всхлипнула от облегчения, а затем разрыдалась во весь голос, прерывисто выкрикивая сквозь слёзы:
— Сволочь! Сволочь!
Кто-то обнял её.
Шэн Цин тут же вцепилась в него, прижавшись лицом к его груди, и сквозь рыдания прошептала, чтобы слова проникли прямо в его ухо:
— Мне так страшно… Му Хуайпэн, мне так страшно…
Он немного помедлил, а потом крепче обнял её, прижав к себе.
*** ***
Тан Фэн предложил отвезти Шэн Цин в частную клинику на обследование, но она вежливо отказалась. Ей хотелось побыть одной, а ещё — получить подтверждение в государственной больнице: пусть её холодные стены и равнодушные лица станут доказательством объективности результата.
Тан Фэн, получив приказ, не осмеливался отпускать её и настоял на том, чтобы отвезти в ближайшую городскую больницу.
Шэн Цин вышла из машины. В регистратуре толпились люди. Её затолкали в поток, и даже дышать стало трудно, но в душе постепенно возникло странное чувство наполненности.
Повседневная суета медленно смывала ночной ужас.
Бесстрастные лица, эмоции — лишь тревога да боль.
Она прошла регистрацию, стояла в очереди на приём, ждала, когда назовут её имя.
*** ***
Снаружи Тан Фэн не уезжал, дожидаясь в машине. В перерыве он позвонил Му Хуайпэну и доложил обстановку.
Тот только что закончил совещание.
— Нужно ли проверить ещё раз? — спросил Тан Фэн.
— Проверить что? — переспросил Му Хуайпэн, но тут же понял: — Да, проверь.
Тан Фэн кивнул, услышав в ответ:
— Закончишь — заезжай за мной.
Он согласился и продолжил ждать в машине, пока Шэн Цин не вышла из больницы. Тогда он тут же выскочил и подошёл к ней.
Шэн Цин не хотела снова доставлять кому-то хлопоты, но не могла отказать вежливо и села в машину.
Она поблагодарила, хотя чувствовала, что слова звучат слишком легко.
— Не стоит благодарности, — сказал Тан Фэн. — Такие случаи, конечно, не редкость, но их нельзя оставлять безнаказанными. Господин Му терпеть не может подобных низких методов с наркотиками и прочим.
Упоминание того человека неизбежно напомнило ей о собственном позоре.
Шэн Цин кивнула и тихо ответила, не желая, чтобы кто-то видел её в таком униженном состоянии.
Тан Фэн, заметив её молчание, утешающе произнёс пару фраз и спокойно повёз её обратно в Дунчжимэнь.
— Отдохните пока. Я поеду за господином Му, — сказал он.
Шэн Цин взглянула на знакомые здания и быстро замотала головой:
— Я хочу домой, к себе.
— Это не очень хорошо. Господин Му велел…
— Если это создаёт неудобства, я выйду здесь.
Тан Фэн помедлил, потом сказал:
— Он… очень за вас переживает.
— Со мной всё в порядке, — быстро ответила Шэн Цин. — Мне просто нужно побыть одной.
Тан Фэн не стал настаивать и отвёз её домой.
Шэн Цин вышла из машины. Было ещё рано, но она чувствовала сильную усталость.
В общей квартире никого не было. Она сразу легла в постель и заснула, не желая ни о чём думать и ни за что отвечать.
*** ***
Му Хуайпэн, закончив разговор, пошёл обедать с Лю Иминем. Они обсуждали детали проекта, а их секретари обменивались информацией.
Вечером ему привезли вино, и он вместе с Лю Иминем отправился на ужин к одному высокопоставленному чиновнику.
Тот, человек осторожный, не любил частых неофициальных встреч, но Лю Иминю удалось уговорить его.
За столом чиновник пошутил насчёт внезапного исчезновения Му Хуайпэна и, услышав объяснения, улыбнулся:
— А ваш дедушка не торопится внуков понянчить?
Му Хуайпэн махнул рукой:
— Да у меня племянник уже сына родил! Наш дедушка не заморачивается — говорит: «Дети и внуки сами своё счастье найдут».
Чиновник подумал про себя: «Ты ведь любимец всей семьи, младший сын, за которым всю жизнь всё улаживали. Тебе-то легко так говорить».
Он лишь улыбнулся и промолчал.
Весь ужин прошёл в лёгкой беседе. Чиновник, занятый делами, ушёл меньше чем через час.
После встречи приехал Тан Фэн.
— Отвёз, — доложил он. — И послал людей проверить.
— Хорошо, — хрипло ответил Му Хуайпэн.
Он опёрся локтем на подлокотник, потер виски, задумался, а потом достал сигарету.
Тан Фэн взглянул в зеркало заднего вида и не удержался:
— Господин Му, вы в последнее время курите всё больше.
Тот неопределённо мыкнул, расслабленно откинувшись на сиденье, и, выкурив сигарету, спросил:
— Сяо Фэн, а как ты сам смотришь на это дело?
Тан Фэн подумал:
— У господина Лю нет проблем с ресурсами. Он человек прямой, открытый, с ним охотно сотрудничают.
— С Лю Иминем всё в порядке, — кивнул Му Хуайпэн. — Но в последние два года в киноиндустрию лезут все, у кого есть деньги. Боюсь, наделают глупостей.
— Проверю источники финансирования и сроки окупаемости, — сказал Тан Фэн.
— Дело не в деньгах, — тихо произнёс Му Хуайпэн.
— Понял, — отозвался Тан Фэн. — Прикажу провести дополнительную оценку по содержанию проекта.
Му Хуайпэн кивнул и отвёл взгляд за окно. В стекле отразилось его лицо.
На лбу — маленькая линия, так называемый «острый лоб».
Он невольно коснулся её пальцем, вспомнив, как много лет назад покинул родной дом.
*** ***
Шэн Цин проспала дома целых два дня, не чувствуя ни голода, ни жажды.
В телефоне скопилось множество сообщений.
Презентация сериала «Западная Встреча» транслировалась онлайн, и кроме коллег, её узнали бывшие одноклассники и друзья, которые теперь засыпали её вопросами.
У неё не было сил отвечать — уведомления накапливались.
Кто-то звонил, но, не дождавшись ответа, больше не перезванивал.
Впервые Шэн Цин захотела уехать.
Раньше, когда она только приехала в Пекин, суета не вызывала такого желания. Даже трудности на работе не заставляли её думать о бегстве.
Она всегда считала себя не слишком талантливой, но не хотела быть дезертиром.
Но, ступив в мир славы и денег, она почувствовала глубокий страх.
Она вспомнила, как накануне вечером, в роскошном платье, смотрела на себя в зеркало — с мечтами и амбициями. А всего одна ночь и крошечный флакон с лекарством разрушили всё.
А что, если бы она не встретила Му Хуайпэна?
Она не смела думать об этом и не могла представить последствия.
Шэн Цин инстинктивно захотела вернуться домой, найти защиту, но колебалась — не хотела тревожить родителей. Собравшись с мыслями, она позвонила Чжао Цзинъюнь.
Первый звонок остался без ответа. Через пять минут она набрала снова.
На этот раз трубку взяли, но Чжао Цзинъюнь торопливо сказала:
— Я в больнице, потом перезвоню.
— С тобой всё в порядке? — испугалась Шэн Цин.
— Нет, с твоим отцом. У него зуб болит, лицо распухло. В университетской больнице заподозрили кровоизлияние в мозг и велели срочно ехать в городскую.
Шэн Цин мгновенно пришла в себя:
— Вы уже в больнице?
— Да, да, — ответила мать и сразу положила трубку.
Шэн Цин дрожащими руками стала искать информацию о последствиях кровоизлияния.
Раньше ей казалось, что подобное случается с кем-то далеко, но никак не с её семьёй.
Она всегда думала, что родители ещё молоды — ведь мать до сих пор могла её отчитать целой лекцией.
В эти несколько секунд ожидания Шэн Цин охватила паника, и даже отрицать происходящее не было сил.
Она молча ждала звонка, будто находилась во сне.
Прошло неизвестно сколько времени, пока Чжао Цзинъюнь наконец не перезвонила. Шэн Цин тут же схватила телефон:
— Алло? Алло?
— Всё в порядке, — сказала мать. — Сразу прошли экстренное обследование. Ничего серьёзного.
Шэн Цин, боясь ошибки, уточнила:
— Точно? Сделали снимки?
Чжао Цзинъюнь подробно рассказала, что происходило в больнице, и добавила:
— Видимо, доктор в университетской больнице перестраховался. В городской больнице врач велел твоему отцу сжать кулак — и сразу сказал, что при такой силе кровоизлияние исключено.
Услышав столь уверенные слова, Шэн Цин наконец успокоилась.
— Его положат в стационар? Я приеду.
— Нет, выписали с противовоспалительными. Посмотрим завтра.
Мать и дочь ещё немного поговорили. Шэн Цин настояла на том, чтобы увидеть видео с отцом, и, убедившись, что он выглядит нормально, наконец поверила.
Положив трубку, она долго сидела на кровати.
Потом вдруг стала искать информацию об этом лекарстве и с ужасом обнаружила, сколько жертв уже пострадало.
Ей даже попалось видео с камер наблюдения, где запечатлели преступление.
На кадрах девушка с золотыми волосами и голубыми глазами держала бокал в руке, но в момент, когда она отвернулась, чтобы что-то сказать, кто-то подсыпал в напиток порошок. Девушка ничего не заметила и, улыбаясь, продолжила пить.
Шэн Цин пробрало до костей.
Оказалось, дело не в осторожности.
Она сидела, сжимая телефон, и всё её тело покрыло холодным потом.
*** ***
Вечером кто-то позвонил. Она колебалась, но всё же ответила. Голос на другом конце был спокойным, сдержанным, без эмоций.
— Как ты сегодня?
Шэн Цин тихо ответила.
— Где ты сейчас? — спросил он.
Она инстинктивно ответила холодно:
— Дома, ужинаю.
Му Хуайпэн помолчал и сказал:
— Хорошо.
Она смотрела на отключённый экран телефона, не понимая его намёка и не зная, что он имел в виду.
Вспоминая их знакомство, она думала, что уже понимает его, но в следующий момент снова терялась.
Шэн Цин спросила себя: «Неужели я совсем к нему равнодушна?»
Когда она плакала, его слова всё равно пронзили её сознание.
Раньше она боялась задавать себе этот вопрос, но теперь ответ, казалось, сам напрашивался.
Шэн Цин почти сдалась.
http://bllate.org/book/4332/444712
Готово:
