— Чёрт! Хуай, ты разглядываешь новую одноклассницу?
Фу Хуай не проронил ни слова — развернулся и с размаху врезал кулаком в грудь Чэнь Юаню. Тот скривился от боли и рухнул на землю, сжимая руками грудную клетку.
— Пощади! Пощади! Я виноват, братан… Прости!
Фу Хуай мрачно сверкнул на него глазами и ледяным тоном предупредил:
— Ещё раз пикнёшь — получишь!
***
В первом полугодии одиннадцатого класса ещё бывают обычные выходные. В тот день после уроков Ши Цзяо и Ся Цзинцзин вместе вышли за школьные ворота.
Ся Цзинцзин давно заметила, что её соседка по парте ведёт себя не так, как обычно, и теперь мягко спросила:
— Что с тобой, Цзяоцзяо? Мне кажется, с тех пор как я вернулась в школу, ты будто не в себе. У тебя какие-то проблемы? Или тебе просто не нравится учёба?
— Нет, это просто… ничего особенного, — уклончиво ответила та.
***
То утро, тот полдень, весь тот день целиком — всё это стало для неё запретной территорией.
Ши Цзяо инстинктивно съёживалась и избегала любого общения с внешним миром. Поэтому за последнее время она общалась лишь с соседкой по парте Ся Цзинцзин и с несколькими одноклассниками, которые любили обсуждать с ней учёбу.
Хотя, впрочем, со всеми остальными она и раньше не была знакома.
Ся Цзинцзин переживала:
— Как это «ничего»? Я же вижу: ты стала подавленной, всё время заперта в своём маленьком мире. В прошлый раз Тань Лин пыталась с тобой заговорить, а ты даже не удостоила её ответом. Теперь она ходит по школе и плетёт про тебя всякие гадости.
Тань Лин была ответственной за культурно-массовую работу в классе — красавица, но с отвратительным характером и длинным языком, особенно любила доносить учителям.
Одноклассники её недолюбливали.
— Пусть болтает, — равнодушно отозвалась Ши Цзяо.
Ся Цзинцзин только вздохнула. За время совместного обучения она поняла: её соседка, хоть и кажется кроткой и послушной, на самом деле очень упряма и имеет собственное мнение.
К счастью, по натуре она мягкая.
Девушки расстались у перекрёстка перед магазином «Чжунбай Цанчу».
Ши Цзяо одна шла домой, медленно семеня под тяжестью большого школьного рюкзака. В голове всё путалось: то вспоминалась сверхпрограммная задача, которую задал учитель в конце урока, то вновь возникал мрачный взгляд Фу Хуая.
Осознав, что думает о нём, она резко замотала головой, будто пытаясь этим жестом выгнать его образ из сознания.
Впрочем, с того дня он и правда вёл себя тихо и больше не досаждал ей.
Ши Цзяо зашла в лавку сладких напитков у дороги и купила чашку отвара из красной фасоли. Медленно потягивая тёплый напиток, она неспешно шла по узкой улочке — тихой и безлюдной, зато близкой к дому. Она наслаждалась этой краткой тишиной: сладкий, нежный вкус фасоли струился по горлу и слегка приподнимал настроение.
Вся та тоска последних дней словно испарилась.
На повороте дороги две группы парней стояли лицом к лицу, сжимая в руках железные прутья — картина была пугающей.
Ши Цзяо резко остановилась и быстро попятилась назад.
Но, торопясь, не заметила под ногами пустую алюминиевую банку из-под напитка и наступила на неё.
— Бах!
Резкий звук прозвучал внезапно и пугающе, привлекая внимание всей компании.
«Всё… кончено…»
Эти два слова вспыхнули в сознании. Ши Цзяо застыла, словно окаменев, широко раскрыв глаза и не смея пошевелиться.
Среди этих людей она узнала два знакомых лица.
Фу Хуай и Чэнь Юань.
— Чё за девчонка? Подмога? Неужели, Фу Хуай, ты дошёл до такого, что приводишь девчонок на разборки? — насмешливо крикнул один из парней в школьной форме другой школы.
Его слова явно были направлены на то, чтобы унизить Фу Хуая. Его приятели громко рассмеялись, издевательски уставившись на противников.
Фу Хуай прищурился и бросил на говорившего ледяной, полный угрозы взгляд.
Чэнь Юань подошёл к Фу Хуаю и тихо спросил:
— Как новенькая сюда попала? Ты её позвал?
— Да иди ты, — раздражённо бросил Фу Хуай и пнул его ногой.
Затем он перевёл взгляд на противников и с саркастической усмешкой произнёс:
— Дайте мне минуту.
Не дожидаясь ответа, он направился к Ши Цзяо.
Увидев, что он идёт к ней, она инстинктивно испугалась и робко отступила на полшага.
За всю свою жизнь она никогда не видела ничего подобного.
Все, кроме Фу Хуая и того парня, держали в руках железные прутья — выглядело это как настоящая разборка между бандитами. Сцена была устрашающей.
Вспомнив её красные от слёз глаза и дрожащий голос в тот день, Фу Хуай остановился в полуметре от неё.
Засунув руки в карманы, он лениво усмехнулся:
— Чего стоишь? Беги скорее. Разве ты не хотела держаться от меня подальше?
А?
Ши Цзяо подняла на него удивлённый взгляд.
Он что, пытается её спасти?
— Эй, Фу Хуай! Кто разрешил ей уходить? А вдруг она побежит звонить в полицию? Сегодня мы обязаны устроить разборку! Я давно тебя терпеть не могу, и если кто-то помешает — того прикончу! — снова заговорил тот парень, на этот раз ещё грубее.
Ши Цзяо, воспитанная в приличной семье, покраснела от таких грубых и пошлых слов.
Фу Хуай мрачно произнёс:
— Она не имеет к нашему делу никакого отношения. Пусть идёт.
— Да ты что, командуешь мной? Ты оскорбил мою сестру, отвергнув её признание, и позволил своим подручным избить моего друга! Как мы это уладим?
Фу Хуай многозначительно посмотрел на Ши Цзяо, давая понять, чтобы она уходила.
Она кусала губу. Этот мрачный, пугающий Фу Хуай казался ей совершенно чужим, но в то же время его поступок согрел её сердце.
В такой ситуации он защищает её, несмотря на все её тогдашние слова…
Её мнение о нём немного изменилось.
***
Ши Цзяо побежала, будто за ней гнался зверь, и, только пробежав довольно далеко, смогла остановиться и отдышаться, присев на корточки.
Посидев немного, она вспомнила, как обернулась перед тем, как уйти.
Фу Хуай был высоким и красивым — на фоне всей этой компании он выделялся особенно ярко. Позади него стояли всего четверо, включая Чэнь Юаня, но их присутствие ничуть не уступало давлению десятков противников.
Значит, всё, что ходит по школе, — правда…
В первый же день знакомства она, кажется, застала его в кабинете директора, где его отчитывали за драку?
Ши Цзяо покачала головой, пытаясь прогнать эти мысли, но никак не могла успокоиться.
Стемнело.
Ей пора было домой.
Но она никак не могла заставить себя уйти.
Пусть Фу Хуай и прославился как непобедимый драчун, но ведь перед ним десятки человек! Как четверо могут справиться с такой толпой?
Он же её одноклассник, да ещё и только что помог ей. По совести и по человечески, она не могла просто уйти.
***
Фу Хуай небрежно принял от Чэнь Юаня сигарету, прикурил, глубоко затянулся и, прищурившись, с насмешкой бросил:
— Разве это называется «на одного»? Где твой «на один»?
Он оставался совершенно спокойным, будто перед ним не тридцать пять человек, а просто пустота.
Линь Ян яростно вырвал у одного из своих парней железный прут и закричал:
— Хватит болтать! Я буду драться, как хочу! Ты опозорил меня и мою сестру — это не забудется!
Сегодня он не успокоится, пока не изувечит Фу Хуая до полусмерти.
Давно уже не терпел этого выскочки, который ведёт себя так, будто он король всего города Цзиньчэн!
В драках он не верил, что Фу Хуай один справится со всеми его парнями с прутьями!
— Ха, — Фу Хуай всё так же беззаботно стряхнул пепел и усмехнулся. — Делай, как хочешь. Мне всё равно.
***
Разве такое можно стерпеть?
— Да пошёл ты, Фу Хуай! Сегодня я тебя уничтожу, если меня зовут не Линь! — Линь Ян, с жилами, вздувшимися на лбу от ярости, махнул рукой, и его банда бросилась в атаку на Фу Хуая и его друзей.
В суматохе Чэнь Юань, уворачиваясь от ударов, закричал:
— Чёрт! Они же всерьёз хотят убить нас!
Фу Хуай холодно усмехнулся, бросил сигарету и затоптал её ногой. Ловко сбив нескольких нападавших, он вырвал у них прутья и швырнул на землю, не произнеся ни слова.
С первого курса он постоянно дрался и давно привык к этому.
Бои с толпой или одиночные разборки с группой противников были для него привычным делом.
Линь Ян, сжимая в руке железный прут, незаметно подкрался к Фу Хуаю, пока тот отвлекался на других.
Он подошёл совсем близко, а Фу Хуай так и не заметил его.
Уголки губ Линь Яна изогнулись в злобной улыбке.
«Фу Хуай, умри!»
Он занёс руку…
— Полиция! Полиция идёт!
В самый последний момент, когда до цели оставался всего один шаг, Фу Хуай почувствовал опасность, резко обернулся и с размаху пнул Линь Яна, сбивая его с ног.
— Чё? Полиция?
— Бежим, чёрт возьми!
— Уходим! Только вчера вышел из изолятора, не хочу снова туда!
— …
Парни из второй школы в панике бросились врассыпную.
Чэнь Юань перевёл дух и облегчённо выдохнул:
— Правда ли это? Полиция пришла?
Неужели такая удача?
Фу Хуай молчал. Он стоял, небрежно прислонившись к стене, с ленивой усмешкой на губах, и пристально смотрел в сторону поворота.
— Выходи, — сказал он.
Чэнь Юань удивлённо спросил:
— Кто там?
Из-за угла медленно вышла маленькая фигурка Ши Цзяо.
Её заметили.
Она покраснела и неуверенно подошла ближе.
Чэнь Юань изумлённо подскочил:
— Ого! Цзяоцзяо? Это ты кричала?
Ши Цзяо на мгновение замерла, потом кивнула:
— Да, это была я.
— Чёрт, как вовремя! Ты только что спасла жизнь Хуай-гэ! — воскликнул Чэнь Юань, всё ещё дрожа от страха при воспоминании, как Линь Ян собирался ударить Фу Хуая по голове. Такой удар мог убить или оставить инвалидом на всю жизнь.
Ши Цзяо растерянно выдохнула:
— А?
Увидев её растерянное, наивное выражение лица, Фу Хуай наклонил голову и тихо усмехнулся. Но, подняв глаза, он снова стал прежним холодным и серьёзным и перебил Чэнь Юаня, который уже собирался объяснять:
— Поздно уже. Я провожу тебя домой.
Не дав ей опомниться, он вырвал у неё из рук тяжёлый школьный рюкзак и пошёл вперёд.
***
Они почти не общались. Она вернулась и крикнула только потому, что хотела отблагодарить его за то, что он её прикрыл.
По дороге Ши Цзяо несколько раз открывала рот, чтобы попросить вернуть рюкзак, глядя на высокую спину мальчика, но так и не решалась заговорить.
Так, в неловком молчании, они дошли до перекрёстка напротив её дома.
Ши Цзяо быстро бросилась вперёд и остановила его, застенчиво пробормотав:
— Мы… уже пришли… Спасибо, что проводил.
Фу Хуай приподнял бровь, явно довольный.
Он некоторое время смотрел на её всё больше краснеющее лицо, потом медленно наклонился к ней и сказал:
— Ты, кажется, очень легко краснеешь.
А?
Ши Цзяо удивлённо посмотрела на него — откуда такие слова?
Покраснение было её давней особенностью с детства, не зависящей ни от кого и ни от чего: она краснела при любых обстоятельствах и давно к этому привыкла.
Поэтому она не собиралась ничего объяснять.
Не дождавшись ответа, Фу Хуай всё равно не спешил отдавать рюкзак. Он пристально смотрел на неё, будто ожидая объяснений.
От этого Ши Цзяо покраснела ещё сильнее — на этот раз по-настоящему от смущения.
Она кусала губу и запинаясь пробормотала:
— У меня с детства… так бывает… В этом нет ничего странного…
Ничего странного, но чертовски мило.
Эту фразу Фу Хуай держал про себя и лишь лёгкой усмешкой выдал свою мысль.
Он протянул руку, длинными пальцами зацепил ремень рюкзака и вернул ей.
Ши Цзяо тихо поблагодарила.
Затем обошла его и направилась через дорогу.
— Эй! — вдруг окликнул он её.
Ши Цзяо остановилась на противоположной стороне тротуара и с чистыми, влажными глазами посмотрела на него, в которых читался вопрос.
Этот взгляд был чересчур прозрачным и невинным.
http://bllate.org/book/4264/440043
Готово:
