Взгляд Личу дрогнул:
— Пусть папа пока остаётся здесь и спокойно лежит. Его организм и так ослаблен — постоянно перевозить его только навредит. Да и свободных палат, скорее всего, уже нет. Не переживайте насчёт денег: у меня ещё кое-что осталось, хватит оплатить.
Фэн Юйжун больше ничего не сказала, лишь молча ела вонтоны.
Личу смотрела на белоснежную простыню, и перед глазами всё заволокло белой пеленой.
Она никак не могла понять, почему Фу Юйчи вдруг появился у неё дома. Если бы это был случай, она бы ни за что не поверила. Но и предположить, будто Фу Юйчи следил за ней, было ещё абсурднее: президент корпорации «Юй Чу», заваленный делами с утра до ночи, вряд ли станет тратить драгоценное время на неё.
К тому же, едва он переступил порог, как тут же разыграл сцену спасения прекрасной дамы — будто заранее рассчитал время до секунды.
Личу не любила думать о людях слишком цинично, но речь шла именно о Фу Юйчи — тут уж приходилось быть настороже.
Тот, кто способен шантажировать её и Хэ Минчжоу, используя их карьеру как рычаг давления, вряд ли окажется честным и прямодушным человеком.
Внезапно зазвонил телефон, и Личу вернулась к реальности. Она вышла в коридор и ответила на звонок.
— Госпожа Ли? Это участковый из посёлка Вэньдэ. Не могли бы вы подойти к нам?
Сердце Личу сжалось, и она поспешила спросить:
— Что случилось?
— Сегодня утром тех, кто устроил беспорядки у вас дома, задержали. Нам нужно, чтобы вы пришли и дали показания.
Личу облегчённо выдохнула, прикрыла ладонью телефон и ответила:
— Хорошо, я смогу прийти.
Она положила трубку и села на скамью у двери. Несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, чтобы вытеснить из груди всю тяжесть и тревогу, после чего перевела телефон в беззвучный режим.
Затем Личу вернулась в палату.
— Мама, только что позвонили из полиции. Тех, кто устроил скандал сегодня утром, поймали. Нужно, чтобы я пришла и дала показания.
Фэн Юйжун как раз доела и убирала со стола. Её руки на мгновение замерли, и она взволнованно воскликнула:
— Поймали — и слава богу! Пусть посидят несколько лет в тюрьме!
— Я посижу здесь с папой, а ты скорее иди. Заодно возьми с собой немного сменной одежды.
Личу кивнула, но в глазах всё ещё читалась тревога.
Поймали одну группу — придут другие. Пока долг не погашен, их семье не будет покоя.
Пять миллионов… Сколько людей всю жизнь трудятся и не зарабатывают такой суммы! У них в доме даже десятой части не найдётся. Даже если продать квартиру, наберётся разве что несколько сотен тысяч.
Неужели… действительно придётся просить его?
***
Выйдя из участка, Личу ослепила яркая солнечная вспышка. Голова закружилась, и ей потребовалось немало времени, чтобы прийти в себя.
Она поспешила домой, собрала немного вещей и снова вернулась в больницу.
В палате телефон отца, Ли Яосяна, без остановки звонил и мигал сообщениями — все без исключения были от коллекторов. Личу просто выключила его.
Фэн Юйжун нервничала, но не осмеливалась сейчас добавлять проблем, лишь молча терпела, с тревогой на лице.
Её дочь только что обручилась, а в доме уже разразилась такая беда. Что подумают родители Хэ, узнав об этом? Не посмотрят ли они теперь на её дочь свысока?
— Личу, не занимайся этим делом. Мы сами как-нибудь выплатим долг. Ты и Минчжоу живите спокойно, отгородитесь от нас, чтобы семья Хэ не посчитала тебя ниже своего достоинства.
Глаза Личу защипало:
— Я ваша дочь. Вы столько лет вкладывали в меня силы и заботу. Как я могу сейчас отвернуться?
Фэн Юйжун знала, какая у неё послушная и заботливая дочь, но ещё больше боялась, что та станет объектом сплетен и осуждения.
— Личу, в нашей нынешней ситуации все стараются держаться подальше. Родители Хэ, хоть и образованные и добрые к тебе, всё равно могут начать относиться к тебе иначе из-за меня и твоего отца.
— Главное, чтобы ты была счастлива. Тогда и мы с твоим отцом будем спокойны.
Личу крепко сжала губы, слёзы навернулись на глаза, но она изо всех сил сдерживала их, чтобы не дать упасть.
— Если вы не будете в порядке, я тем более не смогу быть спокойной. Мама, не волнуйтесь. С деньгами я что-нибудь придумаю.
Фэн Юйжун лишь тяжело вздохнула:
— Что тут можно придумать…
***
На следующий день Ли Яосян пришёл в сознание. Врач осмотрел его и сказал, что через несколько дней можно будет выписываться.
На лице Фэн Юйжун, до этого сплошь покрытом тревогой, наконец-то появилась слабая улыбка.
Проводив врача, Личу осталась у двери и начала обзванивать знакомых в надежде занять деньги.
Один звонок за другим — но стоило собеседнику понять, зачем она звонит, как он тут же переводил разговор на другую тему или вовсе клал трубку.
Она сделала больше десятка звонков и так и не получила ни копейки.
Личу без сил опустилась на скамью в коридоре.
Если попросить у Хэ Минчжоу, он, конечно, одолжит. Но даже если он продаст машину и квартиру, пяти миллионов не наберётся.
К тому же сейчас Хэ Минчжоу лишили должности, доход резко упал, и она не хотела даже заводить с ним об этом речь.
Это её семейная проблема, и нет смысла втягивать в неё Минчжоу.
Телефон вдруг завибрировал, рассеяв её мысли.
Нахмурившись, она открыла сообщение — и сердце невольно дрогнуло.
yc: [3]
Обратный отсчёт: три дня.
Это напоминание от Фу Юйчи. И одновременно — угроза.
***
Пальцы вдруг ослабли, и телефон выскользнул из руки, громко ударившись о пол.
Личу поспешно наклонилась, чтобы поднять его, и в этот момент слёзы, словно жемчужины, покатились по её щекам.
Коридор VIP-палат был пуст. Личу спрятала лицо между коленями и беззвучно рыдала.
Выпустив весь накопившийся страх и отчаяние, она вытерла слёзы и, сделав вид, что ничего не случилось, вернулась в палату.
Фэн Юйжун сидела у кровати и чистила яблоко — одним сплошным кольцом, без разрывов. Увидев дочь, она протянула ей фрукт:
— Личу, съешь.
Личу слегка покачала головой:
— Пусть папа ест.
Фэн Юйжун не настаивала, разрезала яблоко на кусочки и стала кормить мужа.
— Только что родители Хэ прислали мне сообщение, — неуверенно сказала она. — Говорят, не могут дозвониться до тебя и просят перезвонить, когда будет время.
Пальцы Личу слегка дрогнули:
— Они сказали, зачем звонят?
— Нет, но по тону чувствуется, что дело серьёзное.
Фэн Юйжун посмотрела на дочь с тревогой:
— Неужели они уже узнали о наших проблемах?
Личу думала то же самое.
Отношения с Хэ Минчжоу всегда были крепкими, родители Хэ её уважали. Если они вдруг обошли сына и напрямую связались с ней, да ещё и так настойчиво — скорее всего, уже знают о долгах.
Чтобы не волновать мать, Личу успокоила её:
— Не переживайте. Я сейчас выйду и перезвоню.
Телефон зазвонил, и через несколько секунд его взяли.
— Личу, у вас дома не случилось ли беда? Нам сказали, что твой отец поручился за кого-то и теперь должен несколько миллионов. Это правда?
Новость разнеслась так быстро!
Она даже не успела придумать, как поступить, а кто-то уже поспешил донести родителям Хэ.
Кто бы стал так поступать? Кто так не хочет, чтобы она вышла замуж за Минчжоу и уехала в Лочэн?
Только родственники со стороны отца.
На помолвке она изначально не хотела приглашать дядьев и дядюшек — они давно присматривались к их квартире, зная, что у них одна дочь, и пытались отобрать право на наследство. Отец, мягкосердечный, поддался на их уговоры и всё же разрешил им прийти.
На помолвке они не устроили скандала, и Личу не придала этому значения. А теперь выясняется, что они получили контакты родителей Хэ и в самый неподходящий момент ударили ей под дых.
Раз родители Хэ уже в курсе, скрывать бесполезно.
— Да, у нас образовался долг, — ответила Личу.
На другом конце провода воцарилось молчание.
Личу с трудом сглотнула пересохшим горлом и с усилием произнесла:
— Тётя, наши проблемы вас не коснутся. Я сама найду способ всё решить.
— Личу, речь идёт о нескольких миллионах! Как ты собираешься с этим справиться? У нас с твоим дядей кое-что отложено. Возьми пока в долг.
Личу поспешно отказалась:
— Нет, тётя, правда не надо! Вы с дядей так долго копили эти деньги, я не могу их взять!
Мать Хэ тяжело вздохнула и осторожно заговорила:
— Личу, мы в семье Хэ — простые люди. Наши сбережения едва хватает на жизнь, и больше у нас ничего нет. Мы знаем, что ты хорошая девочка, любишь Минчжоу и уважаешь нас… Но… но…
Она не смогла договорить.
Она не хотела быть той, кто разлучает влюблённых, но в нынешней ситуации выбора не было.
Если Минчжоу женится на Личу, ему придётся нести на себе долг в несколько миллионов. Как он сможет дышать полной грудью под таким гнётом?
Мать Хэ жалела Личу, но ещё больше — своего сына.
— Личу, мы с твоим дядей решили перевести тебе немного денег на первое время. Надеемся, ты поймёшь нашу боль и заботу.
Личу не могла поверить своим ушам. Она боялась неправильно понять смысл слов и, крепко сжав телефон, дрожащим голосом спросила:
— Тётя… Вы хотите, чтобы я… рассталась с Минчжоу?
Струна, натянутая в груди, лопнула. Вся тяжесть мира обрушилась на её хрупкое сердце, которое уже не могло выдержать такого давления.
В трубке не было ответа.
Она не поверила своим ушам и повторила ещё раз, голос дрожал:
— Тётя, вы хотите, чтобы я рассталась с Минчжоу?
Коридор был тих, как пустая горная долина. Её собственный голос эхом отдавался в ушах, и она ясно слышала дрожь в нём.
— Личу… тётя… тётя просто не знает, что делать. Пожалуйста, пойми нас, родителей…
Мать Хэ всхлипнула и продолжила:
— Не говори Минчжоу причину. Боюсь, он этого не переживёт.
Личу больше не слушала. Она не воспринимала ни слова.
Больница была наполнена белым: белые стены, белый пол, белые халаты… Но ничто не сравнится с её собственной побледневшей до синевы кожей.
Всё тело охватил ледяной холод, будто она стояла посреди метели, и даже губы посинели.
Она никогда не собиралась тянуть за собой семью Хэ, не хотела, чтобы Минчжоу платил за её долги. Она стиснув зубы, одна справлялась со всем, ни разу не пожаловавшись.
Родители Хэ так её любили, она думала, они поймут… А оказалось — вот такой исход.
Она понимала, что они могут сомневаться, тревожиться…
http://bllate.org/book/4139/430456
Готово:
