Чэньцзяцунь была глухой маленькой деревушкой, куда почти не заглядывали чужаки. Впрочем, старики рассказывали, что когда-то и у Чэньцзяцуни были славные времена.
Во время Великой революции в деревню приехало немало молодых людей. Им пришлось здесь несладко, зато все они были образованными, много чего знали. Когда смутные времена закончились, некоторые ещё какое-то время оставались в Чэньцзяцуни.
Большая гора за деревней как раз и была местом, где поселились те образованные люди. Дела у них шли неплохо, постепенно они объединились, и в горах появилась небольшая лесохозяйственная станция. В те годы об охране окружающей среды мало кто задумывался. В отдалённых краях леса было много, все топили дровами, а собрать весь валежник всё равно не получалось.
Заметив это, работники лесной станции стали нанимать деревенских на рубку деревьев и платить им деньги. По тем временам заработок был очень хорошим. Дедушка Се в молодости тоже ходил на такую работу. Правда, занятие было опасное: срубленные деревья сплавляли по течению к месту складирования, и, когда вода неслась особенно быстро, брёвна летели прямо на людей. Случалось, что людей убивало насмерть.
Однажды дедушка Се сам едва не попал в беду. После того как он получил плату, бабушка Се запретила ему туда возвращаться. Дома было четверо детей, которых нужно кормить, — нельзя было так рисковать.
В те времена Чэньцзяцунь была самой оживлённой деревней во всей округе. Телевизоров никто ещё толком не видел, зато на лесной станции один имелся. Каждый вечер в семь его включали для всех желающих. По словам бабушки Се, как бы люди ни уставали и как бы далеко ни жили, они всё равно собирались целой деревней и вместе отправлялись смотреть на это чудо техники. В диковинку ведь!
Бабушка Се тогда тоже подыскивала работу на лесной станции — всё-таки платили там хорошо. И именно тогда произошла одна забавная история: один из образованных работников увидел её и вдруг влюбился. Дедушка Се не знал, то ли злиться, то ли паниковать.
Да как тут не запаникуешь? Тот мужчина был образованным, красивым, с тонкими, приятными чертами лица, прилично одевался и имел работу на лесной станции. А сам дедушка Се — простой, честный крестьянин. Что, если бабушка Се и вправду предпочтёт того человека?
К счастью, бабушка Се была не из таких. Пусть дедушка Се и не отличался красноречием, зато сердце у него было доброе. Пока он не совершит по отношению к ней ничего дурного, она не уйдёт к другому. А чтобы дедушка не тревожился, бабушка и вовсе отказалась от работы на лесной станции.
Не видя её несколько дней, тот образованный мужчина хорошенько всё обдумал и всё-таки пришёл к семье Се. Он вовсе не был легкомысленным человеком: его покорили живость и непосредственность бабушки Се. Разрушать чужую семью он не собирался, но и уйти, ни разу не рассказав о своих чувствах, считал бы большим сожалением. Поэтому решил признаться.
Если она его отвергнет, он больше никогда её не побеспокоит. Он понимал, что в такой отдалённой деревне нравы ещё довольно старомодные и подобное признание может повредить репутации бабушки Се.
Бабушка Се вежливо, но мягко ему отказала. К счастью, мужчина оказался воспитанным: больше он ничем не выказывал своих чувств, а позже даже стал считать бабушку Се младшей сестрой и не раз помогал её семье по мелочам.
Именно он придумал имя Се Юйсы. Изречение «Действие рождается из размышления» выражало его надежду, что мальчик, прежде чем за что-нибудь взяться, научится хорошенько думать. Среди деревенских ребятишек, которых обычно называли в соответствии с принятым в семье поколенным именем, такое имя звучало на редкость изящно. Даже дедушка Се поначалу хотел назвать внука по обычному семейному порядку.
Се Юйсы был очень благодарен этому человеку за то, что тот с такой заботой выбрал ему имя. В прошлой жизни он всегда мечтал с ним познакомиться, но к тому времени лесная станция давно опустела. В горах остались лишь несколько кирпичных домов, да и те образованные люди давным-давно разъехались.
Увидеть его Се Юйсы удалось только после смерти бабушки. К тому времени незнакомец превратился в старика, хотя по его облику нетрудно было догадаться, каким красивым он был в молодости. Со слезами на глазах мужчина попросил Юйсы называть его дедушкой Гао. Только тогда Юйсы узнал, что перед ним тот самый человек из бабушкиных рассказов.
Дедушка Гао рассказал, что после отъезда они с бабушкой Се больше не общались. Тогда не было ни мобильных телефонов, ни привычной телефонной связи: уедет человек — и связь почти теряется. Он когда-то писал бабушке письма. В те годы единственный стационарный телефон на всю деревню стоял в доме старосты. Бабушка сообщила ему номер, но сама ни разу не позвонила.
Дедушка Гао думал, что она просто жалеет деньги. Позже же обнаружил, что, даже когда он звонил сам, поговорить с ней не получалось. Староста иногда вообще не снимал трубку, а иногда отвечал, что бабушка Се работает. Так за всё это время они ни разу и не связались друг с другом.
Лишь тогда Се Юйсы узнал об этой истории. И без раздумий понял, чьи тут проделки. Дедушка Гао был человеком образованным и после возвращения домой многого добился. Видимо, староста боялся, что с такой влиятельной поддержкой семья Се его затмит, и потому даже не сообщал им о звонках.
На самом деле староста зря беспокоился. Захоти бабушка Се обратиться к дедушке Гао, она не стала бы жалеть денег на звонок. Просто она никогда не любила беспокоить других без необходимости. Когда арестовали Се Бая, она подумывала попросить дедушку Гао о помощи, но, поразмыслив, отказалась от этой мысли. Се Бай сам угодил в неприятности, и хотя он был её сыном, это ещё не повод доставлять хлопоты дедушке Гао.
Нынешнее положение семьи не позволяло Се Юйсы расслабляться. Дедушка работал на каменоломне, пока хватало молодости и сил. Но если так изматывать себя день за днём, к старости здоровье непременно сдаст. В прошлой жизни дедушка постоянно жаловался на боль в пояснице. В больнице выяснилось, что у него грыжа межпозвоночного диска. Когда-то он мог спустить с горы целую охапку сырых дров на коромысле, а потом ему стало трудно даже наклониться.
Пускай сейчас оба старика ещё были крепкими, такой огромный долг рано или поздно подорвал бы их здоровье. Юйсы очень хотел улучшить жизнь семьи, только вот ему всего пять лет. И ничего путного он пока придумать не мог.
Когда-то от скуки Се Юйсы почитывал интернет-романы. Их герои, возродившись в прошлом, запросто богатели благодаря знаниям из будущего. Но стоило самому действительно вернуться в прошлое, как выяснилось, что всё не так просто.
Прежде всего, у Юйсы не было начального капитала — если не считать двух бумажных купюр, которые он хранил. Да и в позапрошлой своей жизни он был самым обычным служащим, изучавшим в университете экономику. Окажись он в более развитом месте, возможно, быстро нашёл бы выход. Но сейчас он застрял в глухой деревне, куда даже машины почти не ходили.
Подперев голову рукой, Се Юйсы изо всех сил старался придумать, как заработать. Долго размышлял, так ни к чему и не пришёл и лишь тяжело вздохнул.
Чэнь Цзюньфэн послушно сидел рядом. Обычно этот непоседа умел расшевелить даже Юйсы, но сегодня тот то и дело погружался в свои мысли. Неужели думал о том секрете, о котором рассказывал?
Цзюньфэн не выдержал и недоумённо спросил:
— Сысы, что с тобой сегодня? Ты чего вздыхаешь?
Юйсы и самому надоело размышлять в одиночестве. Он рассеянно смотрел на жёлтую грунтовую дорогу перед домом и, не особенно задумываясь, ответил:
— Думаю, как заработать денег.
Чэнь Цзюньфэн растерялся. Зарабатывать? Разве не взрослым полагается об этом думать? Они же ещё такие маленькие! С чего вдруг Юйсы задумался о подобном?
Ой!
Он совсем забыл, что семьи у них разные. Его собственная жила едва ли не лучше всех в деревне, а вот Се приходилось трудно. Неужели Юйсы, видя, как устают дедушка с бабушкой, уже подумывал сам содержать семью?
Тут Чэнь Цзюньфэн почувствовал, какая огромная ответственность легла на его плечи. Нельзя же думать только о собственном благополучии и забывать о трудностях семьи Юйсы!
Он решительно похлопал друга по плечу и серьёзно произнёс:
— Сысы, не переживай. Я буду зарабатывать тебе на карманные расходы.
Как же жестоко, что такому маленькому Юйсы вообще приходится заботиться о подобных вещах!
Уголки губ Се Юйсы дёрнулись. В прошлой жизни Цзюньфэн именно так и поступил. Когда он вернулся в родную деревню и семья спросила, какую работу он хочет, тот ответил лишь, что хотел бы получать побольше, — тогда он сможет отправлять деньги Се Юйсы.
Староста воспользовался связями и устроил его в управление общественной безопасности. Настоящим полицейским Цзюньфэн не был: их работа заключалась в облавах на игроков в азартные игры. Поймав нарушителей, они могли разделить деньги, оставшиеся на игровом столе. Цзюньфэн устроился, а спустя месяц даже перевёл Юйсы деньги. Но вскоре с ним произошла беда.
Среди завсегдатаев игорных притонов хватало людей, готовых жизнью рискнуть. Когда их ловила полиция, они словно сходили с ума. Один из игроков, ослеплённый яростью, схватил нож для фруктов и ударил Цзюньфэна.
Похороны Чэнь Цзюньфэна проходили под дождём — точь-в-точь как похороны бабушки Се. Се Юйсы стоял словно без души и слушал, как мать Цзюньфэна без конца проклинает его. Она кричала, что, если бы не деньги, которые сын хотел ему посылать, он бы не устроился на такую работу и не умер так рано.
Рядом стояли старший брат Цзюньфэна и его жена, требуя немедленно вернуть деньги. Если бы они не изучили внимательно банковский счёт покойного, то и не узнали бы, сколько он успел перечислить Юйсы. Набралось несколько десятков тысяч юаней — для деревни сумма немалая.
Се Юйсы смотрел на перекошенные злобой лица, но голоса словно до него не долетали. Его душили тошнота и тяжесть. В Чэньцзяцуни больше не осталось ничего, что могло бы удержать его здесь.
Он больше ни разу не вернулся в деревню. Словно бежал от прошлого. Но как бы далеко ни бежал, забыть смерть Чэнь Цзюньфэна не мог.
Он считал, что в словах матери друга была доля правды. В глубине души Юйсы связывал смерть Цзюньфэна с собой — порой даже думал, что действительно сам его погубил.
Но теперь ему выпал шанс всё исправить. Разве мог он снова позволить Цзюньфэну ради него рисковать?
Чэнь Цзюньфэн, вообразивший себя в этот миг большим и благородным защитником, вдруг получил от Се Юйсы хлопок по макушке. А затем увидел, как друг грозно нахмурился и закричал своим детским тоненьким голоском:
— Чэнь Цзюньфэн, запомни раз и навсегда! Что бы ни случилось, ты сам для себя должен быть на первом месте! Понял?!
Сам Юйсы считал себя сейчас исключительно суровым. Пусть его писклявый голосок в какой-то момент даже сорвался, в целом получилось достаточно грозно.
А вот Чэнь Цзюньфэну он напоминал сердитого крохотного котёнка. Казалось, за всю жизнь он так и не сможет перестать умиляться этому очаровательному малышу.
http://bllate.org/book/40784/5280861
Готово:
