Ань Нань была уверена: всё именно так. В старших классах Цзян Суйфан тоже держался особняком, дрался с Ань Чжи, но учился блестяще — и в итоге даже подружился с ним. Никаких таинственных семейных драм тут и в помине не было.
Девушки переглянулись с сомнением.
— Правда? Хотя… в общем-то, логично. У таких выдающихся людей внутренний мир всегда богаче нашего.
— Точно! Раз он такой замечательный, значит, и девушка у него наверняка будет не простушка.
Все вдруг тяжело вздохнули, и на лицах появилась грусть. Ань Нань слегка растерялась, окинула их взглядом, потом перевела глаза на Цзян Суйфана и подумала: «Они правы. Я ему действительно не пара».
Мероприятие клуба оказалось куда проще вечеринки архитектурного факультета: просто игры, да ещё и с элементами соревнования между клубами.
Ань Нань наблюдала за первым раундом «Правды или действия» и только теперь поняла, что участие предполагает сбор средств поровну со всех. Цзян Суйфан уже оплатил и за неё.
Ко второму раунду в зал ворвалась шумная компания — представители другого клуба пришли «отбирать» конфеты. Один особенно настырный парень требовал именно конфету Цзян Суйфана и не собирался уходить, пока не получит её.
Ситуация усугублялась тем, что Цзян Суйфан выглядел чересчур холодно — от этого атмосфера стала неловкой и напряжённой.
Младшая курсистка наклонилась к Ань Нань и шепнула:
— А Цзян-сюэчан вообще умеет ругаться?
Ань Нань подумала, что вряд ли, но его сарказм — просто эталонный.
Несколько девушек продолжали веселиться, явно не желая уходить, и даже начали поддразнивать младшую курсистку:
— Цзян-тунсюэ ведь никогда не ходит на такие мероприятия! Наверное, пришёл только ради тебя. Как же мне завидно!
— Цзян-тунсюэ, пожалуйста, оставь и мне местечко!
Младшая курсистка замахала руками:
— Нет-нет, мы с Цзян-сюэчаном почти не знакомы! Просто случайно вместе раздавали листовки…
— Да брось отнекиваться! Сам Цзян-тунсюэ молчит, а ты чего так нервничаешь? — засмеялись девушки, и их смех прозвучал слишком пронзительно.
Взгляды Ань Нань и Цзян Суйфана на мгновение пересеклись в воздухе. Она тут же отвела глаза и стиснула пальцы на коленях. В их представлении Цзян Суйфан вполне мог сойтись с младшей курсисткой, но уж точно не с ней. Возможно, никто никогда и не считал их парой — даже в мыслях.
Ань Нань быстро пришла в себя: ведь и сама она не верила в такую возможность, так чего же другим думать иначе?
Цзян Суйфан, похоже, уже готов был что-то сказать, как вдруг в зал вошла ещё одна группа людей.
Ань Нань удивилась: неужели на Хэллоуин всё так серьёзно?
Заметив среди вошедших одну девушку, она слегка опешила — это была та самая, с которой Цзян Суйфан участвовал в соревнованиях, и которую они встретили за обедом.
Та не спешила заговаривать первой, зато её староста весело поздоровался с Цзян Суйфаном и напомнил про соревнования. Цзян Суйфан вспомнил, но ответил довольно сухо, лишь вежливо кивнув.
— Не возражаете, если мы присоединимся? — спросил парень.
Цзян Суйфан на миг замялся. Младшая курсистка, отчаянно желая избавиться от навязчивых девушек, тут же согласилась:
— Конечно! Я как раз собиралась добавить места. Садитесь!
Она бросила многозначительный взгляд на тех девушек. Те, поняв намёк, почувствовали себя неловко и ушли.
Ань Нань заметила, как новая девушка пристально смотрит на уходящих, и в её взгляде читалась враждебность.
Как только она села, тут же улыбнулась:
— Цзян-сюэчан, у тебя что, везде такая популярность? А в университете вообще уроки проводить можешь?
Цзян Суйфан взглянул на неё, будто не узнавал, и снова погрузился в разговор с парнем рядом.
Девушка не обиделась, но перевела взгляд на Ань Нань. От этого взгляда Ань Нань почувствовала неприятный холодок — ей стало по-настоящему противно.
— А, это же Ань Нань-сюэцзе! Какая неожиданность! Ты что, везде появляешься, где Цзян-сюэчан? Ань Чжи заплатил ему за услуги няньки?
Она весело хихикнула. Цзян Суйфан прервал свою фразу.
Ань Нань вежливо ответила:
— Меня пригласила младшая курсистка. А Сяо Фан сказал, что мне одной небезопасно, поэтому пошёл со мной. А тебе-то какое дело?
Девушку явно сбило с толку такое прямолинейное возражение, и она натянуто улыбнулась:
— В прошлый раз я забыла представиться. Меня зовут Чэнь Цзюй, но все зовут меня просто Апельсинка.
Ань Нань холодно кивнула и отхлебнула из стакана. Цзян Суйфан смотрел на неё, колеблясь, и решил больше не разговаривать с соседом.
От его молчания в зале воцарилась тишина, и атмосфера стала ещё неловче.
Чэнь Цзюй толкнула своего старосту, давая понять, чтобы поменялись местами.
Как только они пересели, Чэнь Цзюй поправила волосы, обнажив длинную шею, и повернулась к Цзян Суйфану. На ней был костюм на Хэллоуин — хрупкая и стройная, она вполне смотрелась эльфийкой.
Ань Нань наблюдала за ними и тихо написала Мао Инъин:
[На мероприятии столкнулась с девушкой, которая пристально следит за Цзян Суйфаном и явно ко мне враждебна. Что делать? Срочно!]
Мао Инъин ответила почти мгновенно — видимо, она уже на вечеринке, но всё равно успела:
[Чего бояться? Её цель — Цзян Суйфан. Просто не дай ей достичь цели. И раз она тебя не уважает, пусть узнает, что такое настоящий удар общества!]
Ань Нань продолжила:
[Но она считает, что между мной и Цзян Суйфаном ничего быть не может.]
[Если нет — сделай так, чтобы было! В такие моменты не думай о брате. Цзян Суйфан — такой лакомый кусочек, его надо монополизировать!]
Неужели Мао Инъин перебрала? С чего это она так разошлась?
Но, судя по обстановке, сейчас важнее всего было не столько соперничество с Чэнь Цзюй, сколько то, как использовать Цзян Суйфана в своих целях.
Ань Нань подняла глаза и увидела, как Чэнь Цзюй берёт кусочек арбуза.
— Ой, какой сладкий! — воскликнула та. — Сюэчан, попробуй!
Она протянула ему новый кусок. Цзян Суйфан, занятый телефоном, лишь мельком взглянул на арбуз и отвернулся, не отвечая.
Любому было ясно, что Чэнь Цзюй явно заигрывает с ним. Младшая курсистка растерялась и шепнула Ань Нань:
— Цзян-сюэчан разве любит такой тип?
— Какой тип? — спросила Ань Нань.
— Ну… притворщица, — тихо ответила младшая курсистка, стараясь быть вежливой. По её мнению, при таком напоре Чэнь Цзюй другие девушки и думать не посмеют о Цзян Суйфане.
Ань Нань улыбнулась, взяла кусок дыни. Цзян Суйфан взглянул на неё, опередил и, совершенно естественно, подал ей дыню.
Ань Нань на секунду опешила.
— Почему ты не ешь основное? — спросил он. — Потом ужинать не будешь.
Ань Нань улыбнулась:
— Погоди, у меня пока нет аппетита.
Она откусила дыню и подняла глаза — прямо на Чэнь Цзюй, которая смотрела на неё с ненавистью, будто хотела разорвать её на месте.
Ань Нань почувствовала сладкое торжество. Теперь она поняла, почему Мао Инъин так её поддерживала.
Она поставила дыню на стол и прокашлялась:
— Сяо Фан, сядь рядом со мной. Скоро подадут креветки, а я не умею их чистить.
При этом она слегка наклонила голову. Она и так была красива, а сегодняшний макияж идеально ей подходил — как у величественной, но хитроумной принцессы. Её глаза сияли, словно светлячки в тыкве на Хэллоуин.
Цзян Суйфан смотрел на неё странно, будто не узнавал. Пока он не ответил, Чэнь Цзюй поспешила вставить:
— Сюэчан, я тоже не умею…
Но она поторопилась. Цзян Суйфан тут же включил свой фирменный сарказм:
— Тогда не ешь.
Чэнь Цзюй: …
Цзян Суйфан поменялся местами с младшей курсисткой. Та еле сдерживала смех и подмигнула Ань Нань — обе чувствовали вкус победы.
Когда Цзян Суйфан сел рядом, Ань Нань взяла два кусочка арбуза:
— Сяо Фан, говорят, он очень сладкий. Попробуй.
Цзян Суйфан посмотрел на неё, будто наблюдал за её выходками. Ань Нань на самом деле чувствовала себя неловко — за всю свою жизнь она никогда не была такой театральной.
Она откусила арбуз:
— И правда сладкий.
Цзян Суйфан, кажется, вздохнул, но всё же взял кусок. Ань Нань смотрела, как он берёт… тот самый, из которого ела она. Он откусил, нахмурился и сказал:
— В это время года арбузы не бывают сладкими. Лучше ешь что-нибудь другое.
Ань Нань почувствовала, будто её саму только что ловко подшутили. Щёки залились румянцем, и она прокашлялась.
Чэнь Цзюй сидела напротив, уже готовая лопнуть от злости.
Скоро подали креветки — редкость в это время года, да ещё и такого размера. А в этом заведении знаменитые острые креветки славились на весь город. Ань Нань любила есть их с каплей уксуса.
Она собиралась чистить сама — умела прекрасно, — но сказала это лишь для того, чтобы позлить Чэнь Цзюй.
Однако Цзян Суйфан проявил неожиданную инициативу: надел перчатки и начал чистить креветки для неё.
— Я сама справлюсь, — смутилась Ань Нань и тоже взялась за дело.
Цзян Суйфан не остановился и продолжал класть очищенные креветки в её тарелку.
Оба молча чистили креветки, и вскоре в тарелке Ань Нань образовалась целая горка.
Чэнь Цзюй смотрела на них, и её лицо становилось всё мрачнее.
Ань Нань впервые испытала радость от полной тарелки очищенных креветок. С лёгкой кислинкой уксуса, с пряным ароматом — мясо было упругим и сочным.
Она переложила половину в тарелку Цзян Суйфана:
— Ешь скорее.
Чэнь Цзюй пришла сюда, чтобы сблизиться с Цзян Суйфаном, но вместо этого наблюдала, как двое ведут себя так, будто между ними что-то есть. Она никогда всерьёз не воспринимала Ань Нань — в её представлении, в их возрасте и социальном положении Ань Нань и Цзян Суйфан просто не могли быть парой.
Их разделяло слишком много различий.
Разве что Ань Нань — импульсивная и неразумная, готовая пожертвовать карьерой, будущим и даже лучшей жизнью ради того, чтобы быть рядом с мальчиком, который ещё не вырос.
Глубоко в душе Чэнь Цзюй всё ещё считала, что Ань Нань не пара Цзян Суйфану, и полагала, что та это прекрасно понимает.
После ужина все решили прогуляться по улице, посмотреть праздничные мероприятия и заглянуть в бар.
Ань Нань никогда не была в баре — у неё не было времени. Её жизнь была заполнена учёбой и подработками. Но она не испытывала к барам предубеждения: многие студенты подрабатывают в них, и она не считала, что обстановка определяет человека — наоборот, человек определяет обстановку.
Чэнь Цзюй же всё время шла рядом с Цзян Суйфаном и не переставала задавать вопросы:
— Какой он, бар? Я никогда не была!
— Там много симпатичных парней? Все в Хуада такие же красивые, как ты, сюэчан?
— Сюэчан, а это что такое?
…
Цзян Суйфану это надоело. Он обошёл Ань Нань и встал с другой стороны:
— Ты хочешь в бар?
— А ты? — спросила она.
— Мне всё равно. Может, просто погуляем вдвоём?
Ань Нань посмотрела на младшую курсистку. Та с самого начала старалась быть гостеприимной и явно боялась, что они уйдут. Да и место не такое уж странное.
— Пойдём. Меня давно пригласили, и в баре всё равно будут игры.
Цзян Суйфан больше не возражал. Чэнь Цзюй осталась позади, и раздражение на её лице становилось всё заметнее.
Староста Чэнь Цзюй оказался очень предусмотрительным: едва они вошли, он заявил, что угощает всех, и заказал кучу алкоголя. Плюс заказ младшей курсистки — на столе едва хватило места.
Когда выбирали места, Чэнь Цзюй не сводила глаз с Цзян Суйфана.
Увидев, что он направляется внутрь, она резко оттолкнула Ань Нань и сама устремилась туда. Но едва она приблизилась к Цзян Суйфану, он резко оттолкнул её.
Сила парня оказалась немалой. Чэнь Цзюй потеряла равновесие и упала прямо на колени посреди барного дивана. Ань Нань аж вздрогнула.
«Даже на Новый год перед предками так не кланялась», — мелькнуло у неё в голове.
Ань Нань мгновенно пересела на соседнее место, чтобы не принимать этот «поклон».
Чэнь Цзюй, вероятно, хотела выругаться. На ней была короткая юбка, колготок не было, и удар о мраморный пол бара чуть не лишил её чувств.
Младшая курсистка первой подскочила и помогла ей встать. Хотя она видела, что толкнул Цзян Суйфан, чтобы избежать ссоры, она нарочито сказала:
— Госпожа Чэнь, вы такая неловкая! Пол скользкий, будьте осторожны и не бегайте так быстро. Только что Ань Нань-сюэцзе чуть не упала из-за вас.
Чэнь Цзюй бросила на неё злобный взгляд. «Умеет же переводить стрелки», — подумала она.
К тому же младшая курсистка явно её отталкивала: старосту называла «сюэчан», а её — «госпожа Чэнь», что выводило Чэнь Цзюй из себя.
http://bllate.org/book/4071/425571
Готово:
