Боль внизу живота уже прошла. Она выключила будильник, немного полежала, приходя в себя, и почувствовала, как силы постепенно возвращаются после вчерашнего упадка.
Рядом не было Фан Синьхуэй. Снаружи доносились звуки — сотрудники программы уже начали просыпаться.
Юнь Чусяю только что села на постели, как в палатку вошла Фан Синьхуэй. Та уже умылась и оделась, собрав длинные волосы в аккуратный пучок на затылке — так было удобнее двигаться.
— Доброе утро, Синьхуэй-цзе, — улыбнулась Юнь Чусяю.
— Доброе утро. Лучше себя чувствуешь? — спросила Фан Синьхуэй, помогая ей собирать вещи.
— Гораздо лучше.
Фан Синьхуэй бросила на неё внимательный взгляд и будто между делом поинтересовалась:
— Ты вчера ночью выходила?
Юнь Чусяю открыто кивнула:
— Да.
— Ага… — протянула Фан Синьхуэй. — Знаешь, кто тебя сегодня утром принёс обратно?
Юнь Чусяю моргнула, удивлённо:
— Неужели Шэнь-гэ всю ночь не спал?
Фан Синьхуэй замолчала, не найдя слов.
От такой прямолинейности Фан Синьхуэй на мгновение онемела, а потом, оправившись, не удержалась:
— Чусяю, ты с Шэнь-гэ…?
Юнь Чусяю лишь слегка прикусила губу и улыбнулась, не дав чёткого ответа. Собрав вещи, она вышла умыться и заняться ежемесячными делами.
Фан Синьхуэй осталась в палатке, задумчиво постукивая пальцем по подбородку. Теперь кое-что стало понятнее.
*
По условиям программы на прохождение маршрута отводилось двадцать четыре часа. Когда команда отправилась дальше, на часах было уже восемь утра — до окончания лимита оставалось всего шесть часов. За это время им предстояло преодолеть оставшуюся большую часть пути.
Это была непростая задача, и все пятеро ускорили шаг.
Первоначальная скованность, свойственная незнакомцам, исчезла. За оставшийся путь они сблизились, и дорога получилась одновременно азартной, тёплой и весёлой.
Наконец, в час пятьдесят пять минут дня, в последние пять минут отведённого времени, пятеро благополучно вышли из джунглей и достигли пункта назначения, заранее определённого съёмочной группой. Так завершились съёмки первых двух выпусков.
Вернувшись в отель, Юнь Чусяю первой делом бросилась принимать душ. Только переодеваясь, она вдруг вспомнила:
— Чёрт! Опять забыла купить то, что нужно!
После многодневного похода тело, разум и даже мысли будто выключились от усталости. Всё, о чём она думала по дороге, — это как бы поскорее вернуться и отдохнуть. Остальное вылетело из головы.
Смирившись с неизбежным, она надела одежду и пошла стучаться в дверь Фан Синьхуэй — решила сначала одолжить у неё на время, а потом сбегать в магазин.
Но Фан Синьхуэй сообщила:
— Шэнь-гэ уже пошёл за покупками для тебя.
Юнь Чусяю: «???»
— Ты, наверное, не смотрела телефон, пока принимала душ? — пояснила Фан Синьхуэй. — Он мне позвонил… ну… расспросил кое о чём, а потом ушёл.
О чём именно?
Да о том, какие прокладки обычно используют девушки.
Мужчина звонил ей лично, и в разговоре звучал так же спокойно и деловито, как будто обсуждал рабочие вопросы:
— Какие прокладки обычно выбирают девушки?
Фан Синьхуэй была ошеломлена:
— Шэнь-гэ, это ты…?
— …
Шэнь И невозмутимо ответил:
— Юнь Чусяю.
Фан Синьхуэй перевела дух и подробно всё ему объяснила. Он внимательно слушал, явно стараясь запомнить каждую деталь.
Перед тем как повесить трубку, она не удержалась и поддразнила:
— Шэнь-гэ, разве ты теперь так лично заботишься обо всех артистах?
Шэнь И помолчал несколько секунд. В трубке послышалось его дыхание — тёплое, чуть хрипловатое.
Затем он тихо произнёс:
— Потому что это она.
Не потому, что он стал особенно заботливым менеджером.
А потому, что речь шла именно о Юнь Чусяю.
Фан Синьхуэй вздохнула и сказала девушке:
— Подожди в номере. Он скоро вернётся.
Юнь Чусяю вернулась к себе и взглянула на телефон. Действительно — два пропущенных звонка от Шэнь И, пятнадцать минут назад.
В тот момент она была в ванной, а телефон лежал в сумке на беззвучном режиме. Неудивительно, что не услышала.
До ближайшего магазина — минут десять пешком. Учитывая время, потраченное на разговор с Фан Синьхуэй, Шэнь И, скорее всего, ещё в пути.
Юнь Чусяю подумала и, схватив телефон, вышла из номера.
Через десять минут она уже стояла у полок с гигиеническими средствами в почти пустом магазине. Там, хмурясь и явно в замешательстве, стоял Шэнь И.
Она подкралась сзади и, не говоря ни слова, вытащила с полки две упаковки и бросила их в его корзину.
Шэнь И обернулся. На мгновение его глаза расширились от неожиданности, но тут же брови разгладились.
Юнь Чусяю игриво улыбнулась и провела пальцем по его руке:
— Шэнь-гэ, для какой же маленькой соблазнительницы ты покупаешь такие личные вещи?
Шэнь И прищурился, уголки губ медленно поднялись в лёгкой усмешке. Он схватил её за запястье, пальцы скользнули вниз и бережно сжали средний палец.
— Конечно, для моей младшей сестрёнки Юнь, — произнёс он низким, чуть хрипловатым голосом.
Кончик её пальца, зажатый в его руке, вдруг стал горячим.
Внезапно из-за стеллажа вспыхнула вспышка фотоаппарата.
Оба резко подняли глаза в сторону источника света.
За стеллажом кто-то испуганно ахнул: «Ой!», но убегать не спешил.
— Выходите, — холодно приказал Шэнь И.
Послышалась возня, и через несколько секунд из-за полок выглянули две девочки. Обе покраснели до корней волос и, опустив головы, не смели поднять глаз.
Это были не папарацци.
Юнь Чусяю и Шэнь И переглянулись и немного расслабились.
Девочкам было лет по пятнадцать-шестнадцать. У одной — хвостик, у другой — короткие волосы.
Та, что с хвостиком, крепко сжимала в руке телефон и заикалась:
— И-извините…
Девушка с короткой стрижкой была смелее. Она подняла глаза на Юнь Чусяю и спросила:
— Вы… Юнь Чусяю?
Юнь Чусяю окинула их взглядом и кивнула:
— Да.
Коротко стриженная тут же оживилась, схватила подругу за руку и, сдерживая восторг, выпалила:
— Я… я… я вас обожаю!
И тут же поправилась:
— Мы обе вас обожаем!
Фанатки.
Юнь Чусяю почувствовала лёгкое замешательство. Она бросила взгляд на Шэнь И. Тот стоял спокойно, но в голосе звучал лёд:
— Удалите только что сделанные фотографии.
Девочки покраснели ещё сильнее и с сожалением посмотрели на экраны телефонов.
— Вы мои фанатки? — спросила Юнь Чусяю.
— Ага! — закивали они, как заведённые.
— Тогда вот что, — сказала девушка. — Давайте сфотографируемся вместе, а вы взамен удалите те снимки. Хорошо?
Девочки колебались, но тут на них упал ледяной взгляд Шэнь И. Они вздрогнули и тут же согласились:
— Хорошо!
Юнь Чусяю взяла телефон у девочки с хвостиком и протянула Шэнь И:
— Шэнь-гэ.
Тот не взял, нахмурившись.
Она прикусила губу и с мольбой моргнула ему.
Шэнь И раздражённо закрыл глаза, но всё же взял телефон.
Юнь Чусяю встала между двумя фанатками и улыбнулась. Девочка с хвостиком нервничала, стояла напряжённо и то и дело косилась на неё. От этого выражение лица Шэнь И становилось всё мрачнее.
Юнь Чусяю тихонько рассмеялась. Когда Шэнь И снова кивнул, давая понять, что всё готово, она шепнула девушке, уже поворачивающей голову:
— Милочка, смотри в камеру.
Та застыла как статуя, шея напряглась, и она уставилась прямо в объектив.
Наконец, фото сделано.
Юнь Чусяю и Шэнь И сразу же расплатились и вышли из магазина. Лишь за дверью они услышали, как внутри раздался восторженный визг:
— А-а-а-а! Она меня «милочкой» назвала! Ты слышала?!
А за ним — строгий голос продавца:
— Прошу не шуметь в торговом зале.
Юнь Чусяю рассмеялась и потянула Шэнь И за рукав:
— Шэнь-гэ, у меня уже появились фанатки, которые могут случайно встретиться в магазине!
Ведь её фильмы ещё даже не вышли в прокат. Пока она собрала лишь небольшую группу поклонников благодаря сериалу «Небесная Судьба» и шоу «Улыбнись мне».
Сегодняшняя встреча была и неожиданной, и приятной.
Но Шэнь И хмурился, погружённый в размышления.
Юнь Чусяю прекрасно понимала, о чём он думает.
Теперь, выйдя на улицу, можно в любой момент столкнуться с фанатами, которые начнут тебя снимать. А если её популярность продолжит расти, такие случаи станут нормой.
И повезло ещё, что сегодня попались вежливые девочки, готовые удалить фото. Гораздо страшнее — те, кто будет снимать тайком, без вспышки, без спроса… и кто знает, что именно окажется на таких снимках.
Неадекватные фанаты порой опаснее папарацци.
Но раз уж она выбрала этот путь, придётся учиться с этим справляться.
Юнь Чусяю лишь немного пожалела:
«Когда я стану знаменитой, смогу ли я хотя бы спокойно сходить в ресторан за горшочком с острой похлёбкой, не прячась под капюшоном?»
*
Отдохнув несколько дней, участники программы отправились на следующую локацию съёмок.
Маршрут был выстроен по принципу движения с востока на запад. Выбирались места разной сложности — от спокойных до экстремальных. Если природа не обеспечивала достаточного уровня адреналина, организаторы добавляли дополнительные элементы: головоломки, задания на выживание и прочее.
Такое сочетание природных условий и искусственных испытаний придавало программе особую изюминку.
Юнь Чусяю сначала выбивалась из сил, но постепенно начала получать удовольствие от происходящего. К концу съёмок ей даже стало немного жаль, что всё заканчивается.
Каким получится финальный продукт — она не знала. Но сама она отлично повеселилась.
В середине января съёмки наконец подошли к концу.
Последним местом стал один из отдалённых горных районов с множеством семей, оставшихся без взрослых — родители уехали на заработки в города. Участникам предстояло три дня прожить в таких семьях. Программа заранее получила согласие от всех хозяев, поэтому гостей встретили радушно.
В таких домах обычно жили пожилые бабушки или дедушки с маленькими внуками. Некоторые дети ещё учились в школе, другие, из-за финансовых трудностей, бросали учёбу и помогали старшим по хозяйству, чтобы хоть немного подзаработать.
Разумеется, съёмочная группа оказала каждой семье материальную помощь, чтобы их присутствие не создавало дополнительной нагрузки и не мешало съёмкам.
Финальные два выпуска получились спокойными и лишенными прежнего адреналина. Для участников это стало последней возможностью перевести дух перед возвращением в обычную жизнь.
Организаторы сознательно избегали навязчивой драматизации и слёзных сцен. Ежедневно выдавались лишь общие задания, а всё остальное оставлялось на усмотрение самих участников. Такой подход снижал зрелищность, но соответствовал требованиям продюсеров.
Юнь Чусяю поселили в доме семьи по фамилии Сунь. Там жили только бабушка и шестилетний внук Сяо Юн.
Бабушка Сунь была ещё бодрая. Каждое утро она ходила в городок продавать свои поделки ручной работы. Внук Сяо Юн учился в первом классе и только что ушёл на каникулы. Его родители работали в городе и вернутся лишь к празднику Весны.
Таким образом, три дня Юнь Чусяю в основном занималась присмотром за Сяо Юном.
К счастью, ребёнок оказался очень общительным и добрым. Он был немного шаловлив, но не вредным — скорее, мило озорным.
Сяо Юн с удовольствием принимал новую «старшую сестру». В отличие от соседской девочки, которая постоянно жаловалась бабушке на его проказы, эта красивая сестричка играла с ним и разрешала веселиться.
Единственное, что его немного расстраивало — она каждый день напоминала ему делать домашнее задание.
Утром третьего дня Юнь Чусяю помогла бабушке Сунь приготовить завтрак и пошла во двор звать мальчика. Тот стоял под деревом, запрокинув голову, с тревожным выражением лица и нахмуренными бровями — совсем как взрослый.
Она ласково потрепала его по голове:
— Пора завтракать.
http://bllate.org/book/4069/425428
Готово:
