Цзи Чэньдун посмотрел на Пэя Цзинчжи:
— Ты ничего не понимаешь. В этом бизнесе, помимо внешних данных модели, именно хороший агент напрямую определяет её карьеру.
Пэй Цзинчжи парировал:
— Если Ли Дало такой уж отличный агент, почему он «упаковал» Юй Сысы именно в таком виде?
Цзи Чэньдун усмехнулся:
— Учитывая, какие у Юй Сысы данные, сам факт того, что Ли Дало сумел заключить с вами, «Ишаном», сотрудничество — уже подвиг. А уж Су Цзыинь с её возможностями и вовсе звёзд с неба сорвёт.
Они ещё обсуждали это, как вдруг Юй Сысы ворвалась в комнату, разъярённая, и ткнула пальцем в Су Цзыинь:
— Я не согласна работать с ней!
Из-за показа в Институте моды Юй Сысы сильно недолюбливала Су Цзыинь. По её мнению, та была высокомерной и упрямой. Ведь Юй Сысы уже четыре-пять лет крутилась в шанхайском модельном кругу, а значит, по отношению к новичку вроде Су Цзыинь она — старшая коллега, почти наставница. Однако с самого первого знакомства между ними не было ничего, кроме неприятностей. От Су Цзыинь Юй Сысы не увидела ни капли уважения, полагающегося младшему поколению. Это она ещё могла простить.
Но больше всего её задело то, что Су Цзыинь использовала влияние Цзи Чэньдуна, чтобы давить на неё. Это вызвало у Юй Сысы тревогу. Очевидно, между Су Цзыинь и Цзи Чэньдуном крепкие отношения. Одна — только что окончившая вуз студентка, другой — красивый, богатый владелец модельного агентства. Юй Сысы знала, сколько в этом кругу происходит «сделок», о которых не принято говорить вслух, и невольно начала строить догадки о природе их связей. Эти непроверенные домыслы породили у неё чувство угрозы и настороженности.
На самом деле всё сводилось к одному: появление Су Цзыинь заставило Юй Сысы почувствовать угрозу.
Любой здравомыслящий человек видел: данные Су Цзыинь впечатляющие, да и возраст — огромное преимущество.
Юй Сысы думала: если теперь они обе находятся под началом одного агента, кому он отдаст лучшие возможности? Раньше у Ли Дало не было выбора — он вкладывал все силы в продвижение Юй Сысы. Но теперь всё может измениться. Она прекрасно понимала, насколько важны возможности и ресурсы, и не собиралась делиться тем, что уже получила.
Эти расчёты Цзи Чэньдун читал, как открытую книгу. Для него было очевидно: чем успешнее модели его агентства, тем выше прибыль компании, а значит — и её жизнеспособность, и влияние. По сути, между модельным агентством и моделями — отношения «шкуры и шерсти»: пока есть шкура, шерсть держится; если шкура пропадёт — шерсти не бывать. Они зависят друг от друга: в успехе — вместе, в неудаче — вместе.
Цзи Чэньдун откинулся на спинку кресла и спокойно посмотрел на Юй Сысы:
— Компания приняла такое решение не без причины. Раз ты не согласна, скажи, как ты сама это видишь?
Когда дело касалось личной выгоды, Юй Сысы никогда не церемонилась:
— Мне всё равно, как вы там распоряжаетесь другими. Но что касается меня — я хочу оставить всё как есть.
Ранее Су Цзыинь видела Юй Сысы на подиуме и в рекламных съёмках, но лично они не встречались. Узнав, что Юй Сысы станет гостьей показа в Институте моды, Су Цзыинь уже тогда, подписав контракт с агентством «Чэньдун», хотела наладить с ней отношения — всё-таки коллеги по одной компании. Но после личного общения её мнение о Юй Сысы резко изменилось. Если Юй Сысы не уважает профессию и не уважает работу, зачем ждать от неё уважения в ответ?
На самом деле, Су Цзыинь тоже не горела желанием работать под началом одного агента с Юй Сысы. Но она никогда не хотела создавать другим неудобства, да и как новичок, ещё не заработавший себе имя, не имела права голоса. Поэтому она молча стояла в стороне, наблюдая за развитием событий.
Пэй Цзинчжи впервые увидел Юй Сысы на рекламных фото последней коллекции «Ишана». Даже на тщательно отретушированных снимках она ему не понравилась. А вживую, вблизи, её состояние кожи оказалось ещё хуже. Пэй Цзинчжи с трудом сдержал гримасу и начал сомневаться во вкусе своего брата Пэя Фанчжи.
Он подошёл прямо к Юй Сысы, холодно и свысока произнёс:
— Советую тебе чётко понять своё место. Если не звезда — не надо вести себя как звезда. Это выглядит жалко и неловко.
Пэй Цзинчжи был в корпорации «Ишан» всего несколько дней, поэтому Юй Сысы ещё не встречала его и не знала, что перед ней — вице-президент «Ишана», младший брат президента Пэя Фанчжи. Но за годы в модельном бизнесе она выработала чутьё на статус. По одежде и осанке Пэя Цзинчжи она сразу поняла: перед ней не простой человек, а влиятельная фигура. Таких людей нельзя себе позволить обидеть — последствия могут быть непредсказуемыми.
Поэтому, несмотря на колкость его слов, Юй Сысы сдержалась и вежливо ответила:
— Вы совершенно правы, господин. Я запомню. Но сейчас мы обсуждаем внутренние дела агентства, так что, пожалуйста, не вмешивайтесь в нашу дискуссию.
Пэй Цзинчжи усмехнулся:
— Дела Цзи Чэньдуна меня не касаются. Но раз речь зашла о Су Цзыинь — тут я вмешаюсь обязательно.
Он повернулся к Цзи Чэньдуну:
— Цзи Чэньдун, моя сестра Су Цзыинь в «Чэньдуне» должна получить лучшего агента.
Юй Сысы остолбенела. Опять кто-то выступает в защиту Су Цзыинь! Неужели этот элегантный незнакомец — её старший брат? И он называет Цзи Чэньдуна по имени — значит, точно не простой человек.
Су Цзыинь была той, кого Цзи Чэньдун лично выбрал с первого взгляда. Он верил в её потенциал и хотел, чтобы она получила в «Чэньдуне» всё самое лучшее. Он подошёл и похлопал Пэя Цзинчжи по плечу:
— Не волнуйся.
Затем обратился к Юй Сысы:
— Юй Сысы, решение принято, и возражать бессмысленно. Но если ты категорически не хочешь работать с Су Цзыинь под началом одного агента, мы можем назначить тебе другого. Как тебе такой вариант?
Юй Сысы была довольна связями и компетентностью Ли Дало и не хотела его менять. Взвесив все «за» и «против», она вынуждена была уступить. Раз уж пришлось пойти на компромисс, не стоило показывать своё раздражение. Поэтому она улыбнулась и спокойно ушла.
Су Цзыинь сказала Пэю Цзинчжи:
— Я хотела бы поговорить с Цзи Чэньдуном наедине. Ты… не мог бы подождать снаружи?
Пэй Цзинчжи этого не ожидал. Он посмотрел на Су Цзыинь, потом на Цзи Чэньдуна, крепко сжал губы и вышел:
— Хорошо, поговорите. Я подожду тебя снаружи.
Когда Пэй Цзинчжи вышел, Су Цзыинь некоторое время молчала. Цзи Чэньдун не знал, о чём она хочет говорить без свидетелей, и не торопил её, терпеливо ожидая.
Наконец Су Цзыинь подняла на него большие чёрные миндалевидные глаза и спокойно сказала:
— …Цзи Чэньдун, можно ли мне заранее получить часть денег из будущего дохода? Потом просто вычтете из моих гонораров.
После смерти отца мать Су Цзыинь, Ван Гуйчжи, сильно пошатнулась психически, и состояние её с каждым днём ухудшалось. Су Цзыинь пришлось поместить её в реабилитационный центр. С тех пор, как мать оказалась там, каждый раз при оплате Су Цзыинь приходилось бегать за деньгами, унижаясь и видя чужое пренебрежение. Родные и друзья стали избегать её. Она понимала: у всех свои трудности, помощь — это доброта, а отказ — не предательство. Поэтому Су Цзыинь давно перестала просить у кого-либо денег.
Теперь, когда у неё появилась работа, она хотела заранее получить часть дохода. Но так как она ещё ни дня не проработала в «Чэньдуне», ей было неловко и стыдно просить об этом.
— Тебе срочно нужны деньги? — спросил Цзи Чэньдун. — Что случилось?
Су Цзыинь посмотрела на него:
— Цзи Чэньдун, это личное. Я не хочу обсуждать это публично. Надеюсь, вы поймёте.
— Понимаю, — Цзи Чэньдун помолчал несколько секунд. — Но средства компании нельзя выдавать авансом — даже мне. Однако я могу одолжить тебе лично. Сколько нужно?
Су Цзыинь решила не тянуть кота за хвост и прямо сказала:
— Десять тысяч.
Она посмотрела ему прямо в глаза и добавила:
— Цзи Чэньдун, я напишу расписку.
— Расписка не нужна, Су Цзыинь. Ты — мой выбор. Я верю в твои способности и в твой характер.
Но Су Цзыинь настаивала:
— Без расписки мне не будет спокойно.
Цзи Чэньдун уступил. Он перевёл ей десять тысяч юаней и принял расписку. Глядя на её ясные глаза, он улыбнулся:
— Су Цзыинь, в жизни каждого есть стены. Я уверен, ты сумеешь их преодолеть и проложить себе путь. Я верю в тебя и поддерживаю.
Получив деньги, Су Цзыинь почувствовала, как с плеч свалился тяжёлый груз. Лицо её озарила лёгкая улыбка:
— Спасибо за поддержку, Цзи Чэньдун. Я буду шаг за шагом идти вперёд.
Пока Су Цзыинь и Цзи Чэньдун разговаривали внутри, Пэй Цзинчжи за дверью гадал, о чём они могут говорить. Чем дольше он думал, тем сильнее становилось любопытство. В этот момент зазвонил его телефон. На экране высветилось имя отца — Пэй Сюйлинь.
Увидев звонок отца, Пэй Цзинчжи почувствовал лёгкую тяжесть в груди. Он уже знал, о чём тот будет говорить, и не хотел отвечать. Но не брать трубку было нельзя.
Он смотрел на надпись «Папа», пока звонок не стал раздражающе настойчивым, и наконец ответил, стараясь говорить покорно:
— Алло, пап.
— Опять шатаешься где-то?! — рявкнул Пэй Сюйлинь, как всегда грубо обращаясь со вторым сыном.
— Я в компании Цзи Чэньдуна по делам, — нахмурился Пэй Цзинчжи. — Что случилось?
Пэй Цзинчжи спросил отца, зачем тот звонил.
— Я сейчас в офисе. Немедленно возвращайся! — приказал Пэй Сюйлинь без тени сомнения в голосе.
Пэй Цзинчжи хотел что-то сказать, но в трубке уже раздались короткие гудки.
Вздохнув, он убрал телефон. Отец всегда такой: не выслушав, бросает трубку.
Пэй Цзинчжи всегда чувствовал, что «Ишану» он не нужен — есть старший брат Пэй Фанчжи. Хотя, по его мнению, и управленческие способности брата оставляли желать лучшего.
Что делать? Он ведь хотел проводить Су Цзыинь домой! А теперь отец срочно вызывает в компанию.
«Ну и пусть! — подумал он. — Всё равно есть твой любимчик Пэй Фанчжи. Зачем звать меня?»
Отец всегда отдавал предпочтение Пэю Фанчжи, а его, Пэя Цзинчжи, вызывал и отпускал, как дворняжку. Это было невыносимо.
Приняв решение ослушаться отца, Пэй Цзинчжи выключил телефон и спокойно стал ждать Су Цзыинь, даже насвистывая себе под нос.
Су Цзыинь была благодарна Цзи Чэньдуну за помощь, но слова «спасибо» не произнесла — некоторые чувства нельзя выразить благодарностью, это было бы слишком мелко. Например, его готовность одолжить деньги в трудную минуту — это было настоящее спасение.
Перед тем как выйти, она обернулась и добавила:
— Кстати, Цзи Чэньдун, не говорите Пэю Цзинчжи о том, что я у вас заняла деньги.
Цзи Чэньдун понял: это её маленький секрет. Иначе зачем было уходить от Пэя Цзинчжи, чтобы обсудить это с ним? Ведь Пэй Цзинчжи и Су Цзыинь — давние друзья, почти как брат и сестра. Если бы она могла просто попросить у него деньги, зачем было обращаться за авансом? Значит, она не хочет, чтобы он знал.
— Обещаю! — Цзи Чэньдун показал жест «молчок», проведя пальцем по губам.
Су Цзыинь вышла и увидела Пэя Цзинчжи, прислонившегося к стене напротив, в нескольких шагах. Он молча смотрел на неё.
Она подошла:
— Готово.
Цзи Чэньдун тоже вышел из кабинета, улыбаясь.
Пэй Цзинчжи почувствовал лёгкую кислинку. Между Су Цзыинь и Цзи Чэньдуном возник секрет, о котором он не знает. Это его явно раздражало.
http://bllate.org/book/4063/425034
Готово:
