Юноша, подперев лицо рукой, наблюдал за тем, как Водка суетится рядом с Джином, и внезапно ощутил легкую печаль.
Его мысли вернулись к тому ребенку, который обвязал себя взрывчаткой, грозясь покончить с собой вместе с ним.
Ведь это у него в руках был пистолет, это он бросался такими жестокими словами о взаимной гибели, но выражение лица мальчишки, так сильно напоминавшего его младшего брата, было до боли жалким.
Юноша, еще не успевший отойти от дурных вестей о том, что его снова предал внедренный агент, глядя на это лицо, готовое вот-вот разрыдаться, не смог удержаться от вздоха.
— Ну вот еще, — в его руке вспыхнуло пламя, мягко пресекая любые попытки противника действовать.
Савада Цунаёси уже вплотную приблизился к мальчику, чувствуя его прерывистое дыхание. Он поднял руку и нежно коснулся щеки Мартинеса.
Под его ладонью был ребенок, которого он вырастил своими руками. Он с таким трудом откормил его, а теперь, судя по всему, им предстояло расстаться.
— Я же говорил тебе: я не стану тебя пожирать.
— А? Ты что-то сказал? — обернулся Водка.
Кареглазый юноша сидел на кровати, подперев щеку рукой. Солнечный свет, падающий из окна, очерчивал его светлый силуэт, а на губах играла легкая улыбка, невольно вызывающая в памяти фразу: Бог любит людей.
Даже зная, какая грешная душа скрывается под этой оболочкой, Водка на мгновение замер.
Пока не услышал, как тот заговорил вновь.
— Я говорю про это, возьми меня с собой, — юноша, чувствуя вину из-за того, что отпустил шпиона, смягчил тон. Он коснулся пальцем информации о задании, лежащей на краю кровати — объявления об аукционе, — и словно заигрывая, добавил: — Я хочу пару изумрудных запонок.
По крайней мере, они должны были выглядеть как глаза Ламбо.
Водка проследил за его пальцем и, увидев новость о том, что некий богач решил превратить свой прах в драгоценные камни, невольно перевел дыхание.
…Он знал, что Джонни Уокер порой бывает довольно эксцентричен, но не ожидал, что настолько… Неужели он на самом деле хочет сделать запонки из праха Мартинеса?
Глава 6
Водку на миг охватило изумление, но, услышав холодное фырканье Старшего брата, он пришел в себя.
Ох, вряд ли.
Он здраво рассудил: в конце концов, если тот беглец уже превращен в пепел, то даже если Джонни Уокер захочет сделать из него запонки, исходного материала уже не осталось.
Успокоившись, он с облегчением похлопал себя по груди и внимательно всмотрелся в то, о чем говорил Джонни Уокер.
Оказалось, что речь шла об аукционе.
Джин, неизвестно когда оказавшийся за спиной Водки, метнул проницательный взгляд на Саваду Цунаёси, который выглядел сейчас до крайности осторожным и заискивающим, и слегка кивнул.
Именно поэтому Савада Цунаёси сейчас сидел в Порше Джина.
Он сдержанно примостился с краю, не ожидая, что в этот раз Джин возьмет с собой еще кого-то.
Как обычно, Водка был за рулем, а Джин расположился на переднем сиденье.
Савада рассчитывал на все заднее место целиком, но после отъезда Водка подвез машину к воротам некоего университета.
Девушка с короткими каштановыми волосами непринужденно открыла дверцу Порше, и её взгляд на мгновение задержался на нем.
— О, вы ведь видитесь впервые, верно?
Водка, убедившись, что Савада Цунаёси действительно хочет лишь пару запонок и не имеет иных замыслов, вернулся к своему привычному состоянию и в кругу «своих» довольно оживленно принялся представлять их друг другу.
Но его прервала холодная девочка.
— Мияно Сихо, — сухо представилась она.
Савада Цунаёси порылся в своей памяти, отыскивая это имя.
Хотя у неё еще не было кодового имени, она фактически была гением, которого Организация старательно пестовала. Вероятно, после окончания университета она станет полноценным агентом… Самое главное, ей было всего тринадцать лет.
Это напомнило Саваде Цунаёси о том времени, когда Реборн заставил его стать боссом мафии — ему было столько же, двенадцать-тринадцать. Взгляд, которым он смотрел на Мияно Сихо, невольно потеплел.
— Джонни Уокер, — хотя он хотел представиться своим настоящим именем, Савада Цунаёси всё же помнил, что здесь использует псевдоним Гокудеры, поэтому лишь мягко добавил, назвав кодовое имя Винзавода: — Очень рад знакомству, юная леди.
Какой сладкоголосый мужчина.
Мияно Сихо с заминкой пожала руку Джонни Уокеру, чья добрая улыбка совсем не походила на тех, кого она привыкла видеть в Организации.
Если бы она не знала, что в Организации есть столь громкая и влиятельная фигура, она могла бы принять этого парня за мелкую сошку или простого прохожего.
Причина была проста: этот человек казался слишком чистым.
Пусть Мияно Сихо была ещё юна, но можно сказать, что она выросла внутри Организации. Из-за её острого ума, даже не имея кодового имени, она уже встречала немало тех, у кого оно было.
Все эти люди, независимо от внешности или манер, даже самые обходительные из них, излучали пугающую темную ауру.
Мияно Сихо, глядя на юношу с мягкой улыбкой перед собой, невольно отпрянула.
Она не верила, что в Организации могут быть добрые люди, поэтому подобное впечатление могло означать лишь одно: этот человек мастерски скрывает свою истинную сущность.
Она быстро коснулась пальцев Джонни Уокера и чопорно отдернула руку.
Она была похожа на холодного и пугливого котенка.
Ой, чёрт, кажется, я ей не понравился.
Савада Цунаёси не понимал, чем успел не угодить этой девочке.
Глядя на то, как она поспешно отпрянула после мимолетного касания, он неловко потер нос.
Будь на её месте Кёко или Хару, в такой ситуации стоило бы просто угостить их десертом. Однако они направлялись на аукцион, да еще и ехали в машине Джина — очевидно, что у этого одержимого работой Старшего брата не было времени на перекусы.
Поэтому, немного подумав, он спросил:
— Мияно-тян, ты хочешь что-нибудь получить сегодня вечером?
Мияно Сихо, не ожидавшая такого вопроса, удивленно распахнула глаза.
http://bllate.org/book/40461/5136339
Готово: