— Уже намного лучше. — Заговорив о сыне, Фэн Ян улыбнулся.
Обычно при таких ранениях оставалось лишь ждать смерти, но теперь, спустя всего сутки, хоть заглянуть внутрь тела было нельзя, цвет лица Лэй Ху заметно улучшился на глазах.
Видя, что Лэй Ху пытается приподняться, Чу Цан поспешно уложил его обратно.
Глядя на слабое лицо, до боли напоминающее Лэй Ху, Чу Цан внезапно поймал промелькнувшую в голове искру озарения, и на этот раз он ухватил её за хвост.
Чу Цан слегка опустил веки, скрывая свои мысли, велел больному спокойно лежать и не двигаться, а затем принялся водить силой шамана вокруг его ран. Задерживаясь на наиболее серьёзных повреждениях, он восполнял силу шамана, необходимую для заживления:
— Раны уже затянулись наполовину. Если всё пойдет нормально, дня через два он уже сможет ходить.
Фэн Ян принялся тереть руки, возбуждённо соображая, что бы такого сказать.
— Ну, я тогда пойду. Спасибо Фэн Ян-шу за то, что дал мне. — Чу Цан поднялся с места, отряхнул руки и собрался уходить.
Фэн Ян кивнул. Проводив его взглядом и заметив оставленный рядом мёд, он нахмурился так сильно, что брови чуть не сошлись на переносице. Он перевёл взгляд на Лэй Му, который смотрел на него невинными глазами, и какое-то время молча сверлил его взглядом, прежде чем окончательно отказаться от мысли догнать парня.
Ладно уж, этот ребёнок и так сирота, без отца, жалко его. В следующий раз будут присматривать за ним ещё лучше.
***
Возвращался домой Чу Цан в весьма смущённых чувствах. Кажется, теперь он понимал, откуда взялось это неуловимое чувство дежавю. И это описание окружающей среды, до боли знакомое с чьих-то слов, и это имя, казавшееся смутно знакомым — всё это оказалось взято из одного романа.
То самое произведение, которое ему довелось однажды послушать в чьем-то пересказе, но тогда он не проявил интереса и почти ничего не запомнил.
«Янь Син Маньхуан».
Главный герой этой истории, Ван Гуй, был типичным альфа-самцом, до тошноты презирающим однополые связи. Оказаться в этом мире для него должно было стать наказанием, но он и впрямь умудрился построить гарем из одних только женщин в мире, где существовали лишь особи мужского и женского пола.
Кого бы он ни приметил — выходцев из любых племён, — в конце концов все они превращались в третий пол диких земель.
Разве Лэй Му не был тем самым мелким злодеем, который стал досаждать главному герою Ван Гую после того, как Племя Клана Орла было полностью уничтожено?
А тот, кто сейчас лежит у него дома...
Чу Цан ускорил шаг. Вернувшись домой, он вдруг почувствовал облегчение и больше никуда не спешил.
Раздвинув занавеску, Чу Цан забрался в дупло на дереве и в лучах угасающего заката внимательно оглядел человека, всё ещё находившегося без сознания.
В лучах заходящего солнца можно было отчетливо разглядеть черты лица Цзы Я.
Хотя он всё ещё был без сознания, даже так бросалось в глаза, что его черты были необычайно красивы: высокий переносица, рельефные надбровные дуги — в этом лице таилась дикая, первобытная красота и сила.
— Неудивительно, что на него запала эта дрянь, — Чу Цан поморщил нос и шутливо потыкал его в щеку. Убедившись, что даже от вмятины на щеке привлекательность лица ничуть не пострадала, он с непонятным то ли сожалением, то ли облегчением убрал руку и принялся размышлять о том, что делать дальше.
Дикие земли огромны, но, судя по характеру главного героя Ван Гуя, столкнуться с ним — лишь вопрос времени, и гибель Племени Клана Орла вполне реальна.
Жаль только, что этот самый герой сейчас прячется в невесть каких глухих закоулках, и даже при всём желании заранее задушить угрозу в колыбели не получится.
Разве что Ван Гуй случайно окажется где-то поблизости от Племени Клана Орла — в противном случае, даже зная примерное расположение, тащиться через невообразимые дали Диких Земля, игнорируя бесчисленных диких зверей, свирепых зверей и даже более могущественных Древних зверей на пути, ради поисков главного героя, который в будущем может стать угрозой? Он что, с дуба рухнул?
А ещё этот брачный договор...
Всё Племя почитало своего Бога Зверей, и заключённые под свидетельством Бога Зверей союзы расторгнуть было невозможно.
Тогда отец Цзы Я спас отца прежнего владельца тела, и в Племени Орлов, где самок было много, а самцов не хватало, они и заключили этот союз — теперь расторгнуть его и вовсе не представлялось возможным.
Вспоминая разномастный гарем из оригинального романа: сексуальная женщина-пантера, ослепительно прекрасная женщина-лисица, соблазнительная женщина-змея, надменная женщина-кошка, невинная женщина-олениха, милая женщина-крольчиха... Казалось, для Ван Гуя не существовало недоступных целей.
Кого бы он ни возжелал, какими бы ни были её мысли, в конце концов она...
Чу Цан легко фыркнул, но боковым зрение заметил, как ресницы Цзы Я чуть задрожали, и мгновение спустя тот приподнял веки, являя миру пару ярких янтарных глаз.
Чу Цан на секунду замер. Стоило ему подумать об этом человеке, как тот пришёл в себя и встретился с ним взглядом, отчего в мыслях Чу Цана на мгновение образовалась пустота.
Цзы Я открыл глаза и увидел царивший вокруг мрак и незнакомца, сидящего рядом.
В его глазах плескались шок и недоумение, а стоило заговорить, как голос прозвучал хрипло от долгого молчания:
— Ты... Где я...
— Ты ранен, знаешь ли, мне стоило немалых трудов вытащить тебя с того света, — приподнял бровь Чу Цан.
— ...Спасибо. — Цзы Я на мгновение замолчал и произнес это с трудом. В его душе смешались горькая усмешка и облегчение: после того как он привел в действие технику самоподрыва, ему посчастливилось не умереть!
— Не за что. Ты — мой зверолюдь, мы соединились под взглядом Бога Зверей, теперь мы единое целое, так что не благодари! — с совершенно серьезным видом произнес Чу Цан. Этот парень, должно быть, совсем потерял рассудок: в его янтарных глазах читалось одно лишь непонимание.
Глядя на то, как Цзы Я растерянно переваривает его слова, Чу Цан со сладким чувством удовлетворения отправился готовить ужин.
Что... что он говорит?
Оставшись один в дупле, Цзы Я посмотрел на фигуру разжигавшего огонь человека, и на сердце у него скреблось нехорошее предчувствие.
Он попытался просканировать собственное тело и с ужасом обнаружил, что некогда бескрайний, подобно океану, запас Магической Энергии исчез без следа, и даже духовная сила больше не могла вырваться за пределы тела.
К тому же, это тело, казалось, принадлежало вовсе не ему.
Цзы Я тщательно обследовал себя и убедился, что в этом теле нет и следа прежних тренировок. На душе у него немного отлегло: в конце концов, уцелеть после самоподрыва — уже великая удача, к тому же в крови этого тела таилась крохотная крупица собственной силы.
Пусть она и не шла ни в какое сравнение с удобством магии, она всё же превосходила новоиспеченных воинов Магического Материка, только-только ступивших на путь боевой энергии доуци. Успокоившись, Цзы Я вдруг уловил манящий аромат еды — в тот же миг его желудок пронзила острая, невыносимая боль. Спазмы в животе были настолько сильными и отчетливыми, что он едва не потерял способность мыслить!
http://bllate.org/book/40265/5109028
Готово:
