Чу Цан постучал по твердому, как кость, ореховому панцирю, и даже остался этим доволен. Половина волосатого кокоса уже насыщала, а одуванчик походил на гигантский цветок; разве это не свеженее тех разрекламированных как стопроцентно натуральные и баснословно дорогие дикие овощи из современного мира? Он и помыслить не мог, что однажды познает прелесть общей трапезы.
Получив свою добычу, люди не стали расходиться, а остались на прежнем месте. Все эти фрукты и листья служили лишь легкой закуской, а главным источником пищи для Племени по-прежнему оставалось мясо, которое приносил охотничий отряд.
Видя, что все ждут, Чу Цан тоже никуда не ушел. Проявив свой дар общаться, он завел разговор на свободную тему, в два-3 счета сошелся с соседями и совершенно естественным образом влился в коллектив. Чистосердечные и прямолинейные люди из первобытного племени сперва немного растерялись, но быстро поддались его уговорам.
Беседа перекинулась с того, что всем необходимо добывать пропитание, на то, как можно сделать эти травы вкуснее или хотя бы наедаться ими меньшим количеством, а затем и на то, не стали ли каменные пещеры тесноваты и неудобны для жизни...
Когда Лэй Му, которому было неудобно нести ношу, сбегал и вернулся обратно, он попытался отыскать Чу Цана, но не смог протолкнуть сжавшуюся вокруг него толпу. Глядя на обычно хрупких шаманов, которые сейчас преграждали ему путь одним своим присутствием, Лэй Му озадаченно почесал затылок.
Заметив, что небо постепенно темнеет, а охотничий отряд, чей вожак из-за недавних потерь и ранений обещал не уходить слишком далеко, всё еще не вернулся, люди начали тревожиться. Они подсознательно посмотрели на Чу Цана, с которым только что так непринужденно болтали, но тут же вспомнили, что тот тоже считается хрупким, и перевели взгляды на Бу Ма.
– Может, нам стоит сходить поискать их? – взволнованно предложил Лэй Му. Его старший брат и отец состояли в охотничьем отряде.
– Что за глупости! – отчитал его Бу Ма. – Они – сильнейшие воины нашего Племени. Ты даже в охотничий отряд вступить не можешь, что ты сможешь сделать?
– Я быстро лета́ю, могу слетать посмотреть! Никакой опасности не будет! – торопливо выпалил Лэй Му.
– В небе тоже таится опасность. – Чу Цан похлопал его по плечу и с некоторым трудом усадил обратно. Летать умели не только члены их племени.
– Впрочем, можно подняться в воздух и осмотреться в пределах обычных мест для собирательства, – сказал Чу Цан, глядя на Бу Ма.
Пока Вождь отсутствовал, все решения принимал его возлюбленный Бу Ма, да и опыта у него было куда больше, так что только он мог решить, осуществим ли этот план.
– Точно-точно, мы не полетим далеко! – наперебой закивали остальные зверолюди, с мольбой глядя на него. Зверолюди из племени Орлов обладали отличным зрением: в ясную погоду на открытой местности они могли разглядеть предметы на расстоянии до десяти тысяч метров. Быть может, им улыбнется удача и они увидят охотничий отряд, который не успел уйти слишком далеко.
– ...Ладно уж, – нахмурился Бу Ма и с неохотой отобрал нескольких маленьких зверолюдей, искусных в полете. Заметив, что те словно собрались сорваться с места сию же секунду, он поспешно приказал: – Не сметь переть за границу дозволенного!
– Поняли! – Голоса еще звучали в ушах, а Лэй Му и остальных уже и след простыл: они один за другим обернулись в звериный облик и, взмахнув крыльями, вылетели из Племени.
Чу Цан поднял голову к небесам, чувствуя, как на душе скребут кошки. Перед ним лежал не современный мир, где убийство карается законом, а дикая эпоха, где за пищу приходилось сражаться насмерть и в любой момент могли появиться раненые и убитые.
До самого наступления темноты кто-то заметил вдали черные точки.
Лэй Му и остальных прикрывали со всех сторон вернувшиеся охотники. Стоило черным силуэтам показаться на мгновение, как они стремительно приблизились, неся с собой добычу.
Увидев возвращение охотничьего отряда, Бу Ма вздохнул с облегчением. Люди подались в стороны, освобождая достаточно места для посадки.
Сотня с лишним человек – внушительный отряд, а добыча, которую они приволокли, требовала немало пространства.
Взгляд Чу Цана скользнул по орлиным когтям: пара туш вдвое превосходила размерами самих птиц. Острые когти, словно гарпуны, пропороли шкуры и впились в мясо, намертво удерживая добычу.
Хлоп, хлоп, хлоп! Грохотя, туши рухнули с неба, подняв глухой гул. Приземлившись, зверолюди уже приняли человеческий облик, а сидевшие на их спинах шаманы стояли на земле целыми и невредимыми.
Но двоих людей несли на руках. Лэй Му со слезами на глазах крутился рядом, пока другой зверолюд, лицом похожий на него, с мертвенно-бледным лицом и окровавленным телом лежал без чувств.
Разведка Лэй Ху столкнулась с детенышем свирепого зверя. Тело свирепого зверя целиком состояло из сокровищ: хотя Племя всего пару дней назад понесло тяжелые потери, Лэй Ху вспомнил о младшем брате, едва не пролетевшем мимо охотничьего отряда, и в мыслях о налитой силой плоти зверя решился на засаду, но сам пострадал от когтей чудища.
Если бы не подоспевший Пу Шань, спасший его, Лэй Ху испустил бы дух на месте, но и сейчас он балансировал на волосок от смерти.
К счастью, зверь действительно оказался детенышем, так что охотники прикончили его и приволокли с собой.
– Я пойду за лекарственными травами, Бу Ма, зай пока обработай им раны, – бросил вернувшийся Вождь и устремился к пещере, не смея потерять ни единой секунды.
Хотя на лицах людей читалось беспокойство, паники не было — сразу чувствовалось, что им уже доводилось переживать подобное множество раз.
Лишь юный Лэй Му метался из стороны в сторону. Заметив Чу Цана, он разом унял готовые пролиться слезы и даже сглотнул их обратно:
– Чу Цан, сможешь ли ты спасти моего брата?
Остальные тоже вспомнили об особом даре Чу Цана, но тут же подумали, что раз он даже в охотничий отряд не вступил, его сила шамана, должно быть, весьма слаба. Впрочем, все понимали чувства Лэй Му: сейчас Лэй Ху всё равно ждала лишь смерть, так что хуже от любой помощи уже не станет.
– Жизнь превыше всего, к чему сейчас эти разговоры о помощи? Раз я могу чем-то пособить, я не откажу... Что с ним? – Чу Цан шагнул вперед для осмотра и невольно нахмурился, заметив запекшуюся кровь.
Ужасная рваная рана пересекала живот Лэй Ху поперек, брюшина была распорота навылет, наружу выпала часть кишок.
В современной жизни Чу Цан никогда не видел ничего подобного. Он едва заметно замер, протянул руку и, перевернув кишечник, принялся за осмотр: селезенка оказалась слегка повреждена, внутренности перепачканы землей, а при ближайшем рассмотрении на них обнаружилось несколько разрывов — с такими травмами врачи с трудом справились бы даже в двадцать первом веке.
http://bllate.org/book/40265/5109022
Готово:
