Независимо от того, победили тебя или ты сдался сам, итог в любом случае неутешительный.
Но если я просто не буду задирать этого лысого монаха Тан Сэна, разве не всё обойдется?
Судя по тону Сунь Укуна, у него с этим Цзиньчи были какие-то счеты, да и в клетку он его упрятал не просто так.
Я осторожно поинтересовался: Ты и Цзиньчи — вы чем-то не поделили? Что бы там ни было, только бы не вздумал вымещать на мне злость.
Сунь Укун на мгновение замялся: Да так, мелкие разногласия. Теперь, когда он стал таким, я решил оставить всё как есть.
Я внезапно засомневался: Раз я занял его тело, то куда подевалась его душа?
Сунь Укун дважды кашлянул: Зачем тебе знать так много? Смертные всегда такие дотошные.
Я с трепетом спросил: Последний вопрос.
Сунь Укун посмотрел на меня, я сглотнул слюну: Что ты собираешься со мной делать?
Он только открыл рот, чтобы ответить, как вдруг снаружи вбежала обезьяна и громко закричала: Докладываю, Великий Король!
Сунь Укун недовольно скривился: Чего орешь?
Обезьяна, обогнув меня, упала на колени у каменных ступеней и, задыхаясь, проговорила: Великий Король, беда!
Эх… ну и манеры.
Разумеется, Сунь Укун остался еще более недоволен: Это у тебя беда!
Видимо, дело было действительно неотложным, и обезьяне было не до светских бесед со своим повелителем: Великий Король, правда беда! Король Демонов Хаоса привел своих демонических воинов и штурмует гору!
Король Демонов Хаоса? Это еще что за фрукт?
Я посмотрел на Сунь Укуна, он как раз перевел взгляд на меня. Выражение его глаз было очень… неоднозначным. Он дернул уголком рта: Пойдешь со мной, посмотришь на своего старого возлюбленного.
Моего старого возлюбленного? До меня внезапно дошло: Так Цзиньчи — самка?
Эх… насчет пола того тела, в которое я вселился, я уже пытался разобраться, пока сидел в той клетке, но никто никогда не учил меня, как определять пол у птиц.
Сунь Укун дернул щекой: Кто тебе сказал, что она самка? Он… мужчина.
Думаю, он хотел сказать самец, но на полпути натужно исправился на мужчина. Хм, если так посмотреть, Сунь Укун все-таки испытывает к этому Цзиньчи хоть какое-то подобие уважения.
А этот Король Демонов Хаоса, он женщина?
Тоже мужчина.
Тогда к чему эти разговоры про старого возлюбленного?
Король Демонов Хаоса и есть старый возлюбленный Цзиньчи.
Я опешил. Неужели эта птица-демон еще и гомосексуалист?
Я последовал за Сунь Укуном, но, дойдя до водопада, остановился: не хотелось бы попасться на глаза дружку Цзиньчи.
Перед Пещерой Занавеса Водопада обезьяны с Горы Цветов и Плодов уже сцепились в схватке с какой-то группой… хотя, люди ли это?
Сунь Укун вышел из-за водопада и встал на радужном мосту. Сражающиеся обезьяны тут же прекратили бой и отступили к скалам под водопадом. Одна из обезьян, судя по всему, занимавшая не последнее место в иерархии, вышла вперед, подняла голову и громко крикнула Сунь Укуну: Великий Король, пока ты ходил обучаться мастерству, они постоянно приходили и обижали нас! Ты должен заступиться за своих подданных!
Сунь Укун сложил руки на груди, его голос звучал насмешливо: Йо, Король Демонов Хаоса, сто с лишним лет не виделись, как поживаешь?
Поскольку Пещера Занавеса Водопада находилась высоко, а водная завеса мешала обзору, я не видел, что происходит внизу, но услышал голос Короля Демонов Хаоса: Сунь Укун, я знаю, что ты вернулся после обучения на горе Линтай. А вот научился ли ты настоящему мастерству — это можно проверить только в бою.
Затем кто-то из его подручных поддакнул: Вот именно! Какой из тебя Царь Обезьян? Ты просто проигравший нашего короля!
Сунь Укун, казалось, тихо рассмеялся: Тогда я проиграл тебе и признал это, мастерство мое было слабее, тут нечего скрывать. Но сейчас… — сказав это, он внезапно исчез у меня на глазах. Ого, даже фокусы Лю Цяня с монетками не такие быстрые!
Я не удержался, украдкой вышел на мост и глянул вниз: Сунь Укун уже схлестнулся с врагом.
У него еще не было Цзиньгубана, он дрался с Королем Демонов Хаоса голыми руками, но даже я, профан, видел, что преимущество на его стороне.
Боец из демона вышел так себе: не прошло и трех минут, как Сунь Укун пнул его, и тот отлетел прямо в толпу своих воинов.
Сунь Укун отряхнул рукава и по-прежнему улыбался: Ну что, признаешь поражение?
Демоны помогли своему королю подняться. Тот пошатнулся, оттолкнул подчиненных и сказал Сунь Укуну: Ты значительно вырос. Я признаю поражение.
Сунь Укун внезапно поднял взгляд в мою сторону: Цзиньчи, ты слышал, что он сказал?
Я остолбенел. Чего это он?
Демон тоже посмотрел на меня. Только сейчас я разглядел этого «старого возлюбленного». Он что, полукровка? Черные волосы, зеленые глаза, довольно привлекательный, но выражение лица какое-то странное.
Это печаль? Скорбь? Разочарование?
Спустя долгое время он произнес: Значит, ты здесь.
Не надо смотреть на меня так, будто я брошенная жена. Я не настоящий Цзиньчи, ты мечешь бисер перед свиньями…
Сунь Укун явно был в хорошем расположении духа: Подрались, нужных людей повидал, больше на Гору Цветов и Плодов не суйся.
Король Демонов Хаоса не ответил, еще немного попялился на меня, кажется, усмехнулся, опустил голову и, развернувшись, повел своих воинов прочь.
Обезьяны Горы Цветов и Плодов радостно загалдели.
Глядя в спину уходящему Королю Демонов Хаоса, я вдруг почувствовал неприятный холодок.
Так просто закончился этот фарс. Сунь Укун в окружении восторженных обезьян вернулся в Пещеру Занавеса Водопада и снова уселся в свое кресло, крытое шкурами.
Обезьяны еще долго льстили своему повелителю, прежде чем разойтись.
Сунь Укун с довольным видом повернулся ко мне, стоявшему в углу:
Давай продолжим наш разговор.
Какой разговор?
Ты же спрашивал, как я собираюсь с тобой поступить.
Ах! Из-за этой суматохи я совсем забыл об этом.
Сунь Укун потер подбородок большим пальцем правой руки и, моргнув, сказал: Хоть мы с Цзиньчи и не были близкими друзьями, но всё же знакомы. Теперь ты занял его тело, а где он сам — неизвестно. Мне нужно придумать, как ему помочь.
Я встревожился: Что ты собираешься делать?
Еще не придумал. — Он выглядел действительно озадаченным. — Пока я не придумаю план, будешь жить на Горе Цветов и Плодов. А то начнешь бегать где попало, и ищи тебя потом.
Я подумал и решил, что это единственный выход. По крайней мере, здесь есть хоть кто-то, кто понимает мой птичий язык…
А насчет будущего — поживем, увидим.
Из пленника я превратился во временного постояльца. Естественно, держать меня в клетке уже не было смысла, поэтому Сунь Укун выделил мне небольшую комнату в Пещере Занавеса Водопада.
Пока я сидел в клетке, то каждый день изводил себя тревогами, да и от сырости подземелья совсем не отдыхал. Сейчас же я наконец мог выспаться.
Когда я проснулся, снаружи уже начало темнеть, сквозь щели в стене пещеры пробивались бледные лучи заката.
Я лежал на маленькой каменной кровати в своей временной спальне, не в силах даже пошевелиться.
От голода.
Если подумать, с тех пор как я попал в этот мир, я вообще ничего не ел. Счастье, что я вселился в птицу-демона, иначе давно бы с голоду помер.
В дверях показался силуэт. Я поднял голову, даже не пытаясь разглядеть, кто это — все мое внимание было приковано к тому, что он держал в руках.
О, какой огромный персик! Какое красное яблоко! Какой зеленый виноград! Какие желтые… бананы…
Человек сделал два шага вперед, в его голосе слышалась усмешка: Ну надо же, Великий Король меня не обманул, ты и правда еще ешь фрукты?
Я мог ответить ему только жалобным чириканьем.
Он прошел еще немного и сел рядом. Я потянулся к яблоку на подносе… и чуть не заплакал. Забыл, что у меня теперь крылья, а не руки. Когда ты умираешь от голода, а еда прямо перед носом, но достать ее ты не можешь — есть ли что-то более трагичное?!
Я с тоской посмотрел на вошедшего. Погодите-ка, это что, человек? Неужели не обезьяна? Черные волосы, белая кожа, большие глаза, маленький нос, ярко-красные губы, белые зубы. На нем был длинный халат нежно-зеленого цвета. Он склонил голову набок и улыбнулся мне.
Я мог описать его только одним словом. Баба!
Он взял яблоко и поднес к моему клюву. Я клюнул пару раз.
Сок брызнул мне на мордочку и грудь…
Такой способ приема пищи просто ужасен. Ни вкуса не чувствуешь, всё разлетается в разные стороны, а в клюв почти ничего не попадает.
Он, очевидно, тоже это заметил: Погоди, сейчас я нарежу.
Он взмахнул рукой, и в воздухе вдруг появился маленький нож. Резал он фрукты ловко. Хм, неудивительно, все «бабистые» мужчины склонны к таким делам. Ц-ц-ц, еще и мизинчик оттопырил!
Я жевал кусочки яблока и в мыслях гадал, кто же этот женоподобный тип.
Он очищал виноградину от кожуры: Когда Великий Король сказал об этом, я подумал, что он шутит. Не ожидал, что ты и правда так изменишься: ни человеческий облик принять не можешь, ни слова сказать.
Хм? Что? Человеческий облик?
Он продолжал бормотать: Так даже лучше. Ничего не знаешь, это всё же лучше, чем раньше, когда ты вечно был чем-то озабочен.
Этот человек — старый знакомый Цзиньчи, причем явно близкий. Похоже, он знает о нем очень многое.
Неизвестно, поправишься ли ты когда-нибудь. Если придешь в себя, только не держи зла на Великого Короля.
Если бы Цзиньчи действительно вернулся, как бы он не стал держать зла на твоего повелителя? Кого угодно разозлило бы, если бы из-за пустяка его душу разнесло в клочья.
В конце концов, ты сам виноват… — Он внезапно осекся, лицо его приняло отсутствующее выражение, он поднялся и, виляя бедрами, вышел прочь.
Как только этот женоподобный тип в зеленом ушел, я тут же отправился к Сунь Укуну с допросом.
Ты что, всем рассказываешь, что Цзиньчи не только лишился магических сил, но и заодно интеллекта? Иначе с чего бы этот женоподобный тип вываливал на меня столько секретов, которые явно не предназначались для моих ушей?
Сунь Укун озадаченно спросил: Интеллекта?
Я вращал птичьими глазами: Ну, ума-разума.
Сунь Укун усмехнулся: А был ли он у него когда-нибудь? Я сказал это другим лишь для того, чтобы превращение Цзиньчи в никчемного слабака выглядело правдоподобнее.
…Ты мог бы просто сказать, что я заболел или ударился головой и потерял память!
При потере памяти люди разве забывают, как говорить по-человечески? Сказать, что ты стал идиотом — самое простое и эффективное объяснение. И забудь про интеллект, у Цзиньчи его отродясь не было.
Почему он выглядит таким самоуверенным и правым?
Я хотел еще что-то сказать, но Сунь Укун махнул рукой, прогоняя меня: Все равно они не понимают, что ты чирикаешь, какая тебе разница, считают они тебя идиотом или нет. Я позволяю тебе жить на Горе Цветов и Плодов на всем готовом не для того, чтобы ты мешал мне спать. Проваливай в свою комнату и не надоедай.
Как нахлебник, я выражаю решительный протест: мой хозяин просто невыносим!
http://bllate.org/book/40089/5086604
Готово: