На кухне Сюй Хуань, пользуясь короткой передышкой в хлопотах, заметила, что у режиссёра Чжана лицо какое-то невесёлое. Тут же ей припомнились слухи, которые она недавно услышала. Быстро окинув взглядом гостиную, она без труда обнаружила на самом низу журнального столика очковый футляр, прикрытый сверху чем-то так, что торчал лишь уголок.
Сразу всё поняв, Сюй Хуань бросила взгляд на кастрюлю с ещё не доваренной лапшой и быстрым шагом направилась в гостиную.
— Цинь Лань, ты вообще слышал про близорукость? — с лёгким упрёком обратилась она к нему. — Как можно было не дождаться, пока режиссёр наденет очки, а самому так увлечённо играть?
Близорукость? Лицо режиссёра Чжана просияло. А ведь и правда! «Близорукость» звучит куда лучше, чем «дальнозоркость» или «старческая дальнозоркость»!
Он радостно последовал за Сюй Хуань, помогая ей перерыть все ящики, и с удовольствием наблюдал, как та спокойно извлекает его очки для чтения и протягивает ему. В душе он прыгал от счастья.
— Спасибо тебе, Сюй Хуань! — тепло сказал он. — Ты мне всё больше нравишься. Не зря Чжан Ли постоянно о тебе упоминает!
Цинь Лань, до этого увлечённо игравший в игру, тоже сообразил, что пора проявить себя, и на миг замер, чтобы с подобострастной улыбкой посмотреть на Сюй Хуань. «Смотри, Сюй-цзе, как я стараюсь!» — словно говорило его выражение лица.
Сюй Хуань, увидев, что режиссёр наконец погрузился в наблюдение за игрой, мысленно выдохнула с облегчением и бросила строгий взгляд на бесцеремонного Цинь Ланя.
Её взгляд скользнул дальше — и она заметила сидящего рядом Чэн Юаня, который внимательно и серьёзно смотрел прямо на неё. Поймав его глазами, Сюй Хуань смутилась и быстро кивнула ему, после чего поспешила вернуться на кухню.
Чэн Юань проводил её взглядом, затем перевёл глаза на Цинь Ланя, который, получив выговор, вместо того чтобы расстроиться, улыбался с каким-то глупым блаженством. «Ведь Сюй Хуань — его менеджер, верно? Так почему этот парень выглядит так, будто влюблён по уши?..» — подумал он про себя.
— Курицу едим! — вдруг воодушевился режиссёр Чжан.
Игра закончилась — и Цинь Лань безоговорочно завоевал расположение режиссёра.
Тот, присев на корточки прямо у коленей Цинь Ланя, превратился в «десять тысяч вопросов». Хотя только что наблюдал, как тот одержал победу, теперь он был искренне озадачен:
— Что значит «Удачи, сегодня съешь курицу»? Разве сейчас кто-то принесёт нам курицу?
В этот момент Сюй Хуань вышла из кухни с подносом в руках и улыбнулась:
— Режиссёр, «съесть курицу» — это просто жаргонное выражение, означающее победу. Ничего страшного, если сегодня не будет настоящей курицы — зато вы попробуете лапшу юйбо.
Только что сваренная белоснежная лапша была посыпана специями и острым перцем, на которую сверху горячим маслом вылили ароматную заправку, а рядом лежали сочные зелёные листья овощей. Лапша юйбо, приготовленная Сюй Хуань, выглядела очень аппетитно.
Она с улыбкой первой подала палочки режиссёру Чжану. Раздался звонкий стук палочек, перемешивающих лапшу, и комната наполнилась насыщенным ароматом.
Цинь Лань уже расторопно подхватил свою миску, но Сюй Хуань нахмурилась и тут же предупредила:
— Попробуй немного. Лапша очень калорийна, легко поправишься.
Голод делает людей безобразными.
Цинь Лань, только что поднявший ниточку лапши, скривился и неохотно пробурчал:
— Ага...
Режиссёр Чжан с наслаждением втянул в себя нитку лапши и поддержал:
— Вам обоим актёрам стоит есть поменьше. Иначе перед началом съёмок всё равно придётся садиться на диету.
От этих слов всем стало радостно. Сюй Хуань почувствовала, будто её неожиданно ударили пирогом по голове: неужели шанс действительно достался им так легко?
Цинь Лань тоже обрадовался, но решил сохранять серьёзность и лишь тайком заёрзал ногами под столом.
— Тук-тук-тук! — раздался громкий стук.
Режиссёр Чжан, будучи в возрасте, часто путал звуки, и на миг растерялся:
— Вы ничего не слышали?
— Нет! — хором ответили Сюй Хуань и Цинь Лань.
Сюй Хуань незаметно бросила взгляд на Чэн Юаня, который сидел, аккуратно держа свою миску с лапшой. Их глаза встретились — и они сразу поняли друг друга.
Чэн Юань промолчал. Он подумал, что нужно сохранить лицо будущему коллеге по съёмочной площадке. Но соврать не хотелось, поэтому просто опустил голову и продолжил есть лапшу.
Цинь Лань взглянул на бесстрастное лицо Сюй Хуань и вдруг стал подобострастным:
— Сюй-цзе, лапша получилась просто восхитительной!
Режиссёр Чжан поднял глаза и снова растерялся: «Вкусно, конечно... Но с чего вдруг Цинь Лань заговорил таким мило-ласковым голоском? Может, я опять что-то не так услышал?..»
Выполнив важную миссию, Цинь Лань по дороге обратно на площадку весело загнул пальцы и начал считать дни до окончания съёмок.
Он был уверен, что сегодня произвёл на Сюй Хуань впечатление надёжного и зрелого человека. Учитывая, что съёмки его текущей роли были лишь наполовину завершены, увидеть Сюй Хуань снова он сможет, скорее всего, только на закрытии проекта.
«Как говорится, разлука усиливает чувства», — подумал он и решительно решил: обязательно до окончания съёмок намекнёт Сюй Хуань на свои осторожные, бережные чувства к ней.
Узнав, что Цинь Лань получил роль у режиссёра Чжана, Сюй Хуань стала смотреть на него гораздо благосклоннее. Даже когда увидела, как он по-детски загибает пальцы, ей стало приятно на душе.
— Что считаешь? Так усердно? — спросила она.
Цинь Лань, на этот раз задействовав мозги, важно покачал головой:
— Я считаю дни до того момента, когда правда наконец всплывёт.
Правда? Какая правда? Сюй Хуань не заинтересовалась и не стала расспрашивать — ей показалось, что правда, о которой он говорит, вряд ли что-то значила.
Вернувшись на площадку, Цинь Лань узнал, что слухи о нём уже разнеслись повсюду. К нему то и дело подходили с любопытством:
— Цинь Лань, правда, что ты влюблён в Сюй-цзе?
Без всяких усилий с его стороны романтические слухи сами пустили корни. Цинь Лань не стал отрицать.
Но через неделю всё пошло совсем не так:
— Цинь Лань, говорят, Сюй-цзе давно тебя приметила? Ещё с самого подписания контракта? Тебе тогда едва восемнадцать исполнилось?
Это уже переходило все границы! Оскорблять вкус Сюй Хуань он не мог допустить. Цинь Лань тут же попытался исправить ситуацию: это ведь он влюблён в Сюй-цзе, а не наоборот!
Ещё через неделю слухи окончательно исказились:
— Ого, Цинь Лань! Сюй-цзе каждый день грубит тебе, а ты всё равно её любишь? Ты что, мазохист?
Цинь Лань остолбенел. Но общественное мнение уже нельзя было повернуть вспять.
Читая свежую статью в одном из светских изданий, он чувствовал себя крайне неловко. С одной стороны, ему очень хотелось узнать, как Сюй Хуань отреагировала на эти слухи. С другой — боялся, что она воспримет всё как шутку и не придаст значения.
Ведь он-то относился ко всему абсолютно серьёзно!
Поэтому Цинь Лань вызвал помощника Чжана и, апеллируя к их давней дружбе, попросил его навести справки.
Сюй Хуань в последнее время тоже слышала много слухов, но больше всего её поразило одно: кто-то утверждал, будто она встречается со своим подопечным артистом?
«При том, как я обычно обращаюсь с Цинь Ланем — чуть ли не хочется врезать ему — откуда у них вообще возникла мысль о чём-то розовом?!» — недоумевала она.
Когда перед ней появился помощник Чжан, сидевший напротив с видом человека, готового выдержать допрос, Сюй Хуань постаралась быть вежливой:
— С Цинь Ланем всё в порядке? Зачем он тебя ко мне прислал?
Помощник Чжан молчал, не зная, что сказать. Неужели признаваться, что его заставил прийти сам Цинь Лань, чтобы выяснить отношение Сюй Хуань к этим слухам?
Он-то, в отличие от Цинь Ланя, не радовался. Он переживал: не может же он потушить зарождающуюся страсть Цинь Ланя к Сюй Хуань, но и предавать друга тоже не хочет...
Сюй Хуань, заметив настороженное выражение лица помощника Чжана, будто боявшегося, что она что-то выпытает, сделала вид, что ничего не заметила, и решила сменить тактику:
— У Цинь Ланя скоро завершатся съёмки, потом он сразу переходит в группу режиссёра Чжана. Подготовься как следует.
Помощник Чжан, услышав, что Сюй Хуань сменила тему, почувствовал облегчение и одновременно гордость: «Мой Лань добился успеха! Получил роль у режиссёра Чжана! Теперь точно станет знаменитостью!»
Он словно получил заряд энергии, выпрямился и серьёзно кивнул:
— Сюй-цзе права. Сейчас же подготовлюсь. Говорят, снимать будут в очень глухом месте?
Сюй Хуань кивнула и, слегка прикусив клык, внезапно бросила свой главный вопрос:
— Так зачем же Цинь Лань послал тебя ко мне? Ты же его шпион, верно? Может, и эта статья — ваша совместная работа?
Она задала вопрос так быстро и резко, что у помощника Чжана дух перехватило. Он поперхнулся собственной слюной и начал судорожно кашлять.
Сюй Хуань с довольным видом протянула ему салфетку и многозначительно добавила:
— Ничего страшного.
Помощник Чжан дрожащей рукой взял салфетку, поднес к губам и подумал: «Всё, жизнь кончена...»
Хотя статья действительно не их рук дело, чувства Цинь Ланя к Сюй Хуань уже стали общеизвестным секретом на площадке. Наверняка именно поэтому кто-то и слил информацию в прессу.
Он молчал, но внутри трепетал от страха: вдруг Сюй Хуань узнает правду? Цинь Ланю хоть бы что, а вот ему-то достанется!
Сюй Хуань, увидев, как напрягся помощник Чжан, догадалась о многом и мягко улыбнулась:
— Помощник Чжан, как только Цинь Лань завершит съёмки, пусть немедленно явится ко мне.
В её голосе звучала угроза, которую невозможно было не услышать. А улыбка на прекрасном лице выглядела настолько зловеще, что помощник Чжан тут же закивал, не в силах вымолвить ни слова.
«Мамочки... Сюй-цзе улыбается ужасно! Цинь Лань, спасайся сам!»
После ухода помощника Чжан Сюй Хуань задумалась. Неужели Цинь Лань действительно в неё влюблён? Это... возможно?
Но, поразмыслив, она отмахнулась от этой нелепой мысли. Сегодня у неё была встреча. Её пригласили анонимно, и как менеджер, поддерживающая связи в индустрии, она, конечно, должна была явиться.
В полдень Сюй Хуань вошла в ресторан отеля. Официантка тут же подошла с меню. Сюй Хуань быстро заказала себе одно блюдо и углубилась в расписание съёмок и график мероприятий Цинь Ланя. Нужно было организовать его встречу с режиссёром Чжаном.
На кухне ресторана сегодня появилась новенькая девушка — ничем особо не примечательная, но с милой улыбкой, от которой становилось особенно тепло на душе. Кроме того, она была невероятно трудолюбива и отзывчива: даже если работа не входила в её обязанности, она с радостью помогала другим.
Шеф-повар особенно любил смотреть на её изогнутые, как полумесяц, брови. Да и вообще — молодая, весёлая, всегда улыбается... Поэтому он позволял ей почти всё.
— Братец, я сама отнесу заказ на этот столик, — с улыбкой сказала девушка.
— Конечно, конечно! Иди! — шеф тут же сдался.
Девушка вышла из кухни, сняла кухонный халат и, словно из воздуха, достала униформу официантки. Мгновенно переодевшись, она превратилась в приветливую служащую.
— Ой, простите, пропустите! — сказала она, проходя мимо.
Её улыбка словно содержала опиумный сок — везде, где она появлялась, царили снисходительность и доброта.
Она быстро подошла к столику Сюй Хуань и вежливо спросила:
— Вы госпожа Сюй Хуань?
Официантка аккуратно расставила блюда и подала стакан воды:
— Приятного аппетита!
Сюй Хуань кивнула и сделала глоток воды.
Через двадцать минут в теле Сюй Хуань начало происходить нечто странное. Ноги стали ватными, а по всему телу разлилась волна жара.
«Что происходит?»
Она закрыла глаза, пытаясь справиться с головокружением, быстро захлопнула ноутбук и настороженно огляделась вокруг.
Всё это было явно неладно. Сюй Хуань впервые в жизни испытывала подобное. Она чувствовала, как слабость медленно распространяется от ног вверх, но сознание оставалось ясным. К счастью, отель, где снималась съёмочная группа Цинь Ланя, находился совсем рядом. Она тут же взяла телефон, уточнила номер его комнаты и направилась к выходу.
Сюй Хуань старалась держать походку ровной, хотя уже заметила, что за ней следует кто-то с явно недобрыми намерениями. Но против физиологического контроля, охватившего всё тело, она была бессильна. «Ещё немного... ещё чуть-чуть...» — повторяла она про себя.
— Идите сюда, — раздался голос позади.
Сюй Хуань стиснула зубы и не ответила. В такой ситуации она никому не могла доверять.
Получив ключ от комнаты, она сразу направилась в аварийную лестницу. Пройдя два этажа, она попыталась сменить сторону лестницы, чтобы сбросить преследователя. Но, поняв, что двигается слишком медленно, она вернулась к лифту и нажала кнопки всех этажей подряд...
Прислонившись к стене лифта, она всё ещё чувствовала жар. По спине струился пот, пальцы дрожали. Она чувствовала себя настоящим зомби.
http://bllate.org/book/4000/420996
Готово:
