Проводив Юй Хэна, Ван Фэйпэн и Фу Ю оба сели в кабинете, растерянно уставившись на результаты проверки духовной силы Юй Хэна.
— Что делать? — спросил Ван Фэйпэн.
— ...Не знаю, — ответил Фу Ю.
— Обратимся к директору Фан?
Фу Ю слегка наклонил голову, его изящные кончики пальцев то и дело постукивали по щеке, после чего он внезапно покачал головой:
— Нельзя.
— А? Почему?
Ван Фэйпэн немного растерялся.
Разве в их отделении не издавна действовало негласное правило: если сталкиваешься с неразрешимой проблемой, сначала иди к великому демону Фу; а если и великий демон Фу не может её решить, иди к величайшему демону — директору Фан?
Поразмыслив некоторое время и глядя на простодушный, глуповатый вид Ван Фэйпэна, Фу Ю беспомощно спросил:
— Ты вообще разбираешься в духовной силе?
Простодушный Ван Фэйпэн покачал головой.
— Тогда с чего ты взял, что если сообщишь родственникам результаты проверки на аномалии духовной силы, они поверят в это и примут?
Ван Фэйпэн замер.
— Даже если родственники примут такое объяснение, как ты их лечить собрался?
В свете ламп врачебного кабинета пара глубоких серо-голубых глаз казалась бездонной.
— Тогда, доктор Фу, вы имеете в виду... — неуверенно спросил Ван Фэйпэн.
— Сегодня мы никакой духовной силы не проверяли. У Юй Хэна все показатели в норме, причина болезни неясна, понял? — произнес Фу Ю и пристально посмотрел прямо в глаза Ван Фэйпэну.
Хотя он всё ещё не до конца понимал замысел Фу Ю, из-за привычки преклоняться перед доктором Фу Ван Фэйпэн всё же нерешительно кивнул.
— Вот и отлично.
*
Сидя в машине, возвращавшейся в Усадьбу семьи Юй, Фу Ю смотрел сквозь автомобильное стекло на быстро проносящиеся мимо здания, а взгляд его был полон мрачной задумчивости.
На самом деле он не стал до конца объяснять всё Ван Фэйпэну. Будучи самым молодым лечащим врачом в Шэнхуа, он обладал достаточной уверенностью в себе, чтобы справляться с давлением со стороны родственников пациентов.
Сама по себе аномалия духовной силы вызывала у него серьезные опасения.
В настоящее время к сфере духовной силы, помимо таких профессиональных медиков, как они, целенаправленно изучавших этот вопрос, имели доступ разве что влиятельные семьи, обладающие особой энергией.
А поскольку личность Юй Хэна привлекала столько внимания, Фу Ю не мог не опасаться, что его втянут в какие-нибудь распри.
Я всего лишь мелкая сошка, разве по силам мне выдержать такую мощь, как у Семьи Юй? Наверное, они одним махом могут прихлопнуть меня десяток раз.
Фу Ю горько усмехнулся про себя.
Раньше он наверняка ставил бы любые вопросы, связанные с жизнью пациентов, на первое место, не задумываясь жертвуя ради этого самим собой.
Но после окончания учебы, чем глубже он погружался в реальную жизнь, тем сильнее ощущал черствость человеческих сердец и холодной нравственности этого мира.
Былая пылкость почти остыла до состояния ледяного омута, и лишь клятва спасать умирающих и помогать страждущим всё еще еле теплилась внутри, служа ему опорой.
Всю дорогу Фу Ю крепко сжимал губы и не хотел разговаривать. Водитель тоже заметил гнетущую атмосферу и молча вел машину.
— Так что в конце концов с Юй Хэном? Доктор Фу, неужели вы до сих пор не можете дать разумное объяснение?
Едва переступив порог, Цинь Фань обрушила на Фу Ю град вопросов, зазвучавших подобно пулеметной очереди.
К счастью, Фу Ю заранее подготовился к расспросам: основываясь на опыте общения за последние два дня, он уже выработал предварительную стратегию поведения с такими родственниками пациентов, как Цинь Фань.
Пускать пыль в глаза.
Конечно, не в смысле откровенного вранья.
Делать это нужно профессионально, искусно, эмоционально и солидно.
Поэтому Фу Ю холодно нахмурился, строго посмотрел на Цинь Фань, уголки его губ чуть опустились, а в серо-голубых глазах читалось абсолютное торжество момента:
— Госпожа Цинь, мне нужно серьезно поговорить с вами о состоянии Юй Хэна.
Вопросы Цинь Фань тут же застряли у нее в горле.
— Прошу сюда, — Фу Ю перехватил инициативу и жестом предложил госпоже Цинь присесть на диван для подробного разговора.
Когда Цинь Фань справилась с тревожнои и устроилась на месте, Фу Ю глубоко вздохнул и сказал:
— Госпожа Цинь, благодарю вас за то, что вы уделили драгоценное время для серьезного и обстоятельного разговора со мной о болезни Юй Хэна.
Затем тон Фу Ю изменился:
— Проведя сегодня комплексное обследование, включая секвенирование полного генома, скрининг специфических молекулярных маркеров, динамическую электроэнцефалограмму и еще более десятка различных процедур, мы действительно обнаружили у господина Юя некоторые аномальные биохимические показатели. Эти сигналы ясно свидетельствуют о том, что на этапе засыпания у него происходят выраженные патологические процессы.
Неважно, понимала она хоть что-то или нет, Фу Ю требовалось лишь произвести на нее впечатление.
— Вы нашли отклонения в показателях, но всё равно не можете определить причину?
Заметив, как брови Цинь Фань взлетели вверх и она уже собиралась вспылить, Фу Ю тут же добавил:
— Но вы должны понимать, госпожа Цинь, что медицина полна неопределенностей и редких явлений. Хотя эти показатели и отклоняются от нормы, они пока не дотягивают до того уровня, который вызывает у господина Юя подобные симптомы. Сейчас существует несколько возможных вариантов.
— Первый: это крайне редкое заболевание, не описанное ни в одном медицинском труде, представляющее собой новый синдром расстройства сна.
— Второй: возможно, это уникальная каскадная реакция, вызванная сочетанием множества факторов, из-за которой у господина Юя и развилась столь тяжелая бессонница.
— Эй...
Цинь Фань несколько раз открывала рот, пытаясь прервать Фу Ю, но, к ее сожалению, он говорил с такой невероятной скоростью и каждый раз так безупречно парировал любые попытки вклиниться, что ей не удавалось вставить ни слова.
— И есть третий вариант.
С этими словами Фу Ю намеренно замолчал на две-три секунды, взял стакан с водой и сделал глоток, так что из-за края были видны лишь его глаза, загадочно и многозначительно смотревшие на госпожу Цинь.
Цинь Фань уже и сама потеряла терпение, даже не дожидаясь, пока Фу Ю продолжит напускать туману.
— Так какой же это вариант?
— А возможно и то, что болезнь господина Юя пока находится на самой ранней стадии. На данный момент все доступные стандартные методы диагностики попросту не в состоянии ее выявить.
Какая бы сильная деловая хватка ни была у Цинь Фань, она все же оставалась лишь представительницей бизнеса. Фу Ю намеренно перевел разговор в плоскость медицинской специфики — заговорил о редких патологиях, чрезвычайной сложности и ранних стадиях, — так что сколь бы властной и непреклонной она ни была, спорить дальше ей было не о чем.
Затем, кусая желе пока горячо, Фу Ю озарил лицо легкой улыбкой:
— Уверен, вы прекрасно это понимаете, верно? В конце концов, медицина — точная наука. До тех пор пока причина не установлена, любое целенаправленное лечение будет безответственным по отношению к пациенту и сопряжено с колоссальным риском. Особенно учитывая, что господин Юй демонстрирует столь бурные нетипичные реакции: ошибочное лечение не только не принесет пользы, но и может угрожать его жизни.
Мой главный принцип как врача — не навреди. Поэтому в дальнейшем мы с коллегами, опираясь на тщательное наблюдение и мониторинг, будем строго придерживаться правила: нет точного диагноза — нет активных действий.
В завершение Фу Ю слегка склонил голову набок и посмотрел на госпожу Цинь:
— Вы же понимаете меня, правда?
Хотя Цинь Фань интуитивно чувствовала, что доктор Фу каким-то образом водит ее за нос, ее уже оглушили переживания за безопасность сына и этот непрекращающийся поток медицинских терминов.
В этот момент она наконец обрела облик обычной матери, искренне заботящейся о своем ребенке: вцепившись в край дивана и чуть подавшись вперед, она тревожно спросила:
— Тогда что я могу сделать?
Цель была достигнута.
Фу Ю слегка улыбнулся, и его прищуренные глаза на мгновение стали похожи на хитрую лисью мордочку.
— Сейчас вам лучше всего проявить искреннюю заботу о состоянии Юй Хэна, оказать ему побольше поддержки и ободрения.
В конце концов, коллеги из отделения психологического консультирования были правы: хотя бессонница и не имела психогенной природы, Юй Хэн явно уже долгое время страдал от материнского контроля. Так что он просто плыл по течению, чтобы помочь парню.
Заметив, что Цинь Фань хочет что-то сказать, но колеблется, Фу Ю добавил:
— Учитывая ваши связи и возможности, возможно, вы сумеете помочь нам быстрее совершить прорыв в диагностике. Дальнейшее лечение потребует от вас оперативных решений и мобилизации ресурсов.
Эта речь одновременно дала понять госпоже Цинь две вещи:
Во-первых, дело вовсе не в некомпетентности доктора Фу — просто случай Юй Хэна слишком особенный, сложный и передовой, и современная медицина бессильна вылечить его по щелчку пальцев.
Во-вторых, ей подарили надежду:
Стоит лишь направить силы на задействование своих высших связей и влияния, как проблема вполне может разрешиться.
В общении с подобными пациентами лучший подход — перевести тему в непонятную для них профессиональную область, а фокус внимания сместить с «поиска виноватых врачей» на «мобилизацию собственных сил для преодоления трудностей». Им просто нужен достойный выход, подчеркивающий их значимость.
Наконец-то удалось успокоить этот источник нестабильности в лице госпожи Цинь.
Фу Ю глубоко вздохнул, подумав, что прямо сейчас может садиться за написание руководства по общению врачей с пациентами, чтобы осчастливить всех коллег-медиков.
Вернувшись в комнату и небрежно повесив верхнюю одежду на вешалку, Фу Ю устало окинул себя взглядом и без сил рухнул в кресло.
Телефон дважды тихо завибрировал, и Фу Ю, разблокировав экран, увидел сообщение от Нань Цин:
Шумаи и креветочные пельмени: 【Доктор Фу, директор Фан организует ужин, пойдешь?】
Учитель устраивает посиделки, почему же она не позвала меня лично, а вместо этого прислала девчонку Нань Цин?
Фу Ю сообразил всё буквально за секунду.
Директор Фан наверняка хотела взять его с собой, но опасалась, что в доме семьи Юй за ним установлен слишком строгий надзор. Ей, как завотделением, было бы неловко звать его лично: вдруг пациент закатит скандал, тогда наказанию подвергнется не только он сам, но и ей достанется порция нравоучений от директора Вэнь.
А вот если отправить прямолинейную и простодушную новенькую Нань Цин, это позволило бы избежать множества споров.
В конце концов, ребенок есть ребенок.
Тогда Фу Ю поднял телефон, откинув голову на спинку кресла, и не спеша напечатал в ответ:
Суета сует: 【Идет всё отделение? Где и во сколько?】
Нань Цин ответила незамедлительно:
http://bllate.org/book/39731/5033498
Готово:
