Готовый перевод Don't Let the Bamboo Bite the Panda / Панде кусаться запрещено: Мой несносный альфа: Глава 8

Проводив Юй Хэна, Ван Фэйпэн и Фу Ю оба сели в кабинете, растерянно уставившись на результаты проверки духовной силы Юй Хэна.

— Что делать? — спросил Ван Фэйпэн.

— ...Не знаю, — ответил Фу Ю.

— Обратимся к директору Фан?

Фу Ю слегка наклонил голову, его изящные кончики пальцев то и дело постукивали по щеке, после чего он внезапно покачал головой:

— Нельзя.

— А? Почему?

Ван Фэйпэн немного растерялся.

Разве в их отделении не издавна действовало негласное правило: если сталкиваешься с неразрешимой проблемой, сначала иди к великому демону Фу; а если и великий демон Фу не может её решить, иди к величайшему демону — директору Фан?

Поразмыслив некоторое время и глядя на простодушный, глуповатый вид Ван Фэйпэна, Фу Ю беспомощно спросил:

— Ты вообще разбираешься в духовной силе?

Простодушный Ван Фэйпэн покачал головой.

— Тогда с чего ты взял, что если сообщишь родственникам результаты проверки на аномалии духовной силы, они поверят в это и примут?

Ван Фэйпэн замер.

— Даже если родственники примут такое объяснение, как ты их лечить собрался?

В свете ламп врачебного кабинета пара глубоких серо-голубых глаз казалась бездонной.

— Тогда, доктор Фу, вы имеете в виду... — неуверенно спросил Ван Фэйпэн.

— Сегодня мы никакой духовной силы не проверяли. У Юй Хэна все показатели в норме, причина болезни неясна, понял? — произнес Фу Ю и пристально посмотрел прямо в глаза Ван Фэйпэну.

Хотя он всё ещё не до конца понимал замысел Фу Ю, из-за привычки преклоняться перед доктором Фу Ван Фэйпэн всё же нерешительно кивнул.

— Вот и отлично.

*

Сидя в машине, возвращавшейся в Усадьбу семьи Юй, Фу Ю смотрел сквозь автомобильное стекло на быстро проносящиеся мимо здания, а взгляд его был полон мрачной задумчивости.

На самом деле он не стал до конца объяснять всё Ван Фэйпэну. Будучи самым молодым лечащим врачом в Шэнхуа, он обладал достаточной уверенностью в себе, чтобы справляться с давлением со стороны родственников пациентов.

Сама по себе аномалия духовной силы вызывала у него серьезные опасения.

В настоящее время к сфере духовной силы, помимо таких профессиональных медиков, как они, целенаправленно изучавших этот вопрос, имели доступ разве что влиятельные семьи, обладающие особой энергией.

А поскольку личность Юй Хэна привлекала столько внимания, Фу Ю не мог не опасаться, что его втянут в какие-нибудь распри.

Я всего лишь мелкая сошка, разве по силам мне выдержать такую мощь, как у Семьи Юй? Наверное, они одним махом могут прихлопнуть меня десяток раз.

Фу Ю горько усмехнулся про себя.

Раньше он наверняка ставил бы любые вопросы, связанные с жизнью пациентов, на первое место, не задумываясь жертвуя ради этого самим собой.

Но после окончания учебы, чем глубже он погружался в реальную жизнь, тем сильнее ощущал черствость человеческих сердец и холодной нравственности этого мира.

Былая пылкость почти остыла до состояния ледяного омута, и лишь клятва спасать умирающих и помогать страждущим всё еще еле теплилась внутри, служа ему опорой.

Всю дорогу Фу Ю крепко сжимал губы и не хотел разговаривать. Водитель тоже заметил гнетущую атмосферу и молча вел машину.

— Так что в конце концов с Юй Хэном? Доктор Фу, неужели вы до сих пор не можете дать разумное объяснение?

Едва переступив порог, Цинь Фань обрушила на Фу Ю град вопросов, зазвучавших подобно пулеметной очереди.

К счастью, Фу Ю заранее подготовился к расспросам: основываясь на опыте общения за последние два дня, он уже выработал предварительную стратегию поведения с такими родственниками пациентов, как Цинь Фань.

Пускать пыль в глаза.

Конечно, не в смысле откровенного вранья.

Делать это нужно профессионально, искусно, эмоционально и солидно.

Поэтому Фу Ю холодно нахмурился, строго посмотрел на Цинь Фань, уголки его губ чуть опустились, а в серо-голубых глазах читалось абсолютное торжество момента:

— Госпожа Цинь, мне нужно серьезно поговорить с вами о состоянии Юй Хэна.

Вопросы Цинь Фань тут же застряли у нее в горле.

— Прошу сюда, — Фу Ю перехватил инициативу и жестом предложил госпоже Цинь присесть на диван для подробного разговора.

Когда Цинь Фань справилась с тревожнои и устроилась на месте, Фу Ю глубоко вздохнул и сказал:

— Госпожа Цинь, благодарю вас за то, что вы уделили драгоценное время для серьезного и обстоятельного разговора со мной о болезни Юй Хэна.

Затем тон Фу Ю изменился:

— Проведя сегодня комплексное обследование, включая секвенирование полного генома, скрининг специфических молекулярных маркеров, динамическую электроэнцефалограмму и еще более десятка различных процедур, мы действительно обнаружили у господина Юя некоторые аномальные биохимические показатели. Эти сигналы ясно свидетельствуют о том, что на этапе засыпания у него происходят выраженные патологические процессы.

Неважно, понимала она хоть что-то или нет, Фу Ю требовалось лишь произвести на нее впечатление.

— Вы нашли отклонения в показателях, но всё равно не можете определить причину?

Заметив, как брови Цинь Фань взлетели вверх и она уже собиралась вспылить, Фу Ю тут же добавил:

— Но вы должны понимать, госпожа Цинь, что медицина полна неопределенностей и редких явлений. Хотя эти показатели и отклоняются от нормы, они пока не дотягивают до того уровня, который вызывает у господина Юя подобные симптомы. Сейчас существует несколько возможных вариантов.

— Первый: это крайне редкое заболевание, не описанное ни в одном медицинском труде, представляющее собой новый синдром расстройства сна.

— Второй: возможно, это уникальная каскадная реакция, вызванная сочетанием множества факторов, из-за которой у господина Юя и развилась столь тяжелая бессонница.

— Эй...

Цинь Фань несколько раз открывала рот, пытаясь прервать Фу Ю, но, к ее сожалению, он говорил с такой невероятной скоростью и каждый раз так безупречно парировал любые попытки вклиниться, что ей не удавалось вставить ни слова.

— И есть третий вариант.

С этими словами Фу Ю намеренно замолчал на две-три секунды, взял стакан с водой и сделал глоток, так что из-за края были видны лишь его глаза, загадочно и многозначительно смотревшие на госпожу Цинь.

Цинь Фань уже и сама потеряла терпение, даже не дожидаясь, пока Фу Ю продолжит напускать туману.

— Так какой же это вариант?

— А возможно и то, что болезнь господина Юя пока находится на самой ранней стадии. На данный момент все доступные стандартные методы диагностики попросту не в состоянии ее выявить.

Какая бы сильная деловая хватка ни была у Цинь Фань, она все же оставалась лишь представительницей бизнеса. Фу Ю намеренно перевел разговор в плоскость медицинской специфики — заговорил о редких патологиях, чрезвычайной сложности и ранних стадиях, — так что сколь бы властной и непреклонной она ни была, спорить дальше ей было не о чем.

Затем, кусая желе пока горячо, Фу Ю озарил лицо легкой улыбкой:

— Уверен, вы прекрасно это понимаете, верно? В конце концов, медицина — точная наука. До тех пор пока причина не установлена, любое целенаправленное лечение будет безответственным по отношению к пациенту и сопряжено с колоссальным риском. Особенно учитывая, что господин Юй демонстрирует столь бурные нетипичные реакции: ошибочное лечение не только не принесет пользы, но и может угрожать его жизни.

Мой главный принцип как врача — не навреди. Поэтому в дальнейшем мы с коллегами, опираясь на тщательное наблюдение и мониторинг, будем строго придерживаться правила: нет точного диагноза — нет активных действий.

В завершение Фу Ю слегка склонил голову набок и посмотрел на госпожу Цинь:

— Вы же понимаете меня, правда?

Хотя Цинь Фань интуитивно чувствовала, что доктор Фу каким-то образом водит ее за нос, ее уже оглушили переживания за безопасность сына и этот непрекращающийся поток медицинских терминов.

В этот момент она наконец обрела облик обычной матери, искренне заботящейся о своем ребенке: вцепившись в край дивана и чуть подавшись вперед, она тревожно спросила:

— Тогда что я могу сделать?

Цель была достигнута.

Фу Ю слегка улыбнулся, и его прищуренные глаза на мгновение стали похожи на хитрую лисью мордочку.

— Сейчас вам лучше всего проявить искреннюю заботу о состоянии Юй Хэна, оказать ему побольше поддержки и ободрения.

В конце концов, коллеги из отделения психологического консультирования были правы: хотя бессонница и не имела психогенной природы, Юй Хэн явно уже долгое время страдал от материнского контроля. Так что он просто плыл по течению, чтобы помочь парню.

Заметив, что Цинь Фань хочет что-то сказать, но колеблется, Фу Ю добавил:

— Учитывая ваши связи и возможности, возможно, вы сумеете помочь нам быстрее совершить прорыв в диагностике. Дальнейшее лечение потребует от вас оперативных решений и мобилизации ресурсов.

Эта речь одновременно дала понять госпоже Цинь две вещи:

Во-первых, дело вовсе не в некомпетентности доктора Фу — просто случай Юй Хэна слишком особенный, сложный и передовой, и современная медицина бессильна вылечить его по щелчку пальцев.

Во-вторых, ей подарили надежду:

Стоит лишь направить силы на задействование своих высших связей и влияния, как проблема вполне может разрешиться.

В общении с подобными пациентами лучший подход — перевести тему в непонятную для них профессиональную область, а фокус внимания сместить с «поиска виноватых врачей» на «мобилизацию собственных сил для преодоления трудностей». Им просто нужен достойный выход, подчеркивающий их значимость.

Наконец-то удалось успокоить этот источник нестабильности в лице госпожи Цинь.

Фу Ю глубоко вздохнул, подумав, что прямо сейчас может садиться за написание руководства по общению врачей с пациентами, чтобы осчастливить всех коллег-медиков.

Вернувшись в комнату и небрежно повесив верхнюю одежду на вешалку, Фу Ю устало окинул себя взглядом и без сил рухнул в кресло.

Телефон дважды тихо завибрировал, и Фу Ю, разблокировав экран, увидел сообщение от Нань Цин:

Шумаи и креветочные пельмени: 【Доктор Фу, директор Фан организует ужин, пойдешь?】

Учитель устраивает посиделки, почему же она не позвала меня лично, а вместо этого прислала девчонку Нань Цин?

Фу Ю сообразил всё буквально за секунду.

Директор Фан наверняка хотела взять его с собой, но опасалась, что в доме семьи Юй за ним установлен слишком строгий надзор. Ей, как завотделением, было бы неловко звать его лично: вдруг пациент закатит скандал, тогда наказанию подвергнется не только он сам, но и ей достанется порция нравоучений от директора Вэнь.

А вот если отправить прямолинейную и простодушную новенькую Нань Цин, это позволило бы избежать множества споров.

В конце концов, ребенок есть ребенок.

Тогда Фу Ю поднял телефон, откинув голову на спинку кресла, и не спеша напечатал в ответ:

Суета сует: 【Идет всё отделение? Где и во сколько?】

Нань Цин ответила незамедлительно:

http://bllate.org/book/39731/5033498