— Почему это происходит?
Рэнь Шу отступила на шаг, её голос дрожал. Неясно было, говорит она сама с собой или спрашивает кого-то другого:
— Почему я? За что?
Видя, что она снова готова разрыдаться, Чэнь Лие поспешно прервал её:
— Довольно, хватит. От слёз толку нет. Сначала вернёмся в дом. Участников много, вдруг кто-нибудь сможет тебе помочь.
Рэнь Шу, казалось, всё ещё хотела плакать, но Линь Цинъянь не горел желанием выслушивать её бесконечные всхлипывания. Он добавил:
— Вместо того чтобы тратить время на слёзы, лучше подумай, что делать. Предупреждаю сразу: никчёмная девица, которая умеет только рыдать, здесь не выживет. Никто не будет носиться с тобой, как с принцессой.
Рэнь Шу промолчала.
— Идём.
Сказав это, Линь Цинъянь направился к дому. Чэнь Лие последовал за ним. Рэнь Шу, естественно, не хотела оставаться одна, поэтому ей пришлось сдержать слёзы и поспешить за ними.
Линь Цинъянь вошёл первым. Чэнь Лие, уже собравшись переступить порог, вдруг почувствовал на себе чей-то взгляд.
Ощущение было странным. Чэнь Лие почти подсознательно решил, что это Страж Ночи наблюдает за ним откуда-то сверху. Он остановился, обернулся и посмотрел на Железное дерево.
На дереве ничего не было, кроме цветка, чьё бездыханное тело ещё не остыло.
Он огляделся по сторонам — всё так же пусто.
Рэнь Шу, заметив, что он вдруг обернулся, спросила:
— Что случилось?
— Ничего, — Чэнь Лие отвёл взгляд, вошёл в дом и добавил: — Всё в порядке.
Трое зашли внутрь.
Страж Ночи сидел на крыше дома, наблюдая, как Чэнь Лие скрылся за дверью. Ветер растрепал его волосы, пара ворон кружила вокруг, хлопая крыльями.
Кровавая луна постепенно склонялась к горизонту, ночь подходила к концу.
Одна из ворон опустилась ему на плечо, время от времени каркая прямо над ухом.
Он долго сидел на крыше в тишине, а затем протянул руку и достал из-под одежды кулон, висевший на шее. Он носил его постоянно, но всегда прятал под одеждой, не желая выставлять напоказ.
Кулон представлял собой тонкую красную нить, на которой болтались два кольца. Их нельзя было назвать красивыми: никакой отделки, просто два обычных серебряных кольца.
Он словно вновь поплыл против течения реки времени, возвращаясь в тот год, видя, как тот человек в новом ярко-красном наряде, улыбаясь, поправлял перед ним полы одежды.
— Красиво? — спрашивал он тогда. — Похоже на наряд невесты?
Страж Ночи снова долго и молча смотрел на кольца, погрузившись в воспоминания, из которых никак не мог выбраться.
Время утекало в безмолвии. Когда рассвет уже вовсю занимался, Страж Ночи наконец очнулся. Он медленно сжал кольца в ладони, опустил взгляд, спрятал кулон обратно под одежду, поднялся на ноги и прыгнул вниз, направляясь к Железному дереву.
Наступил рассвет. Железное дерево и фигура Стража Ночи исчезли вместе.
Первая ночь. Из восемнадцати человек один погиб, осталось семнадцать.
Семнадцать человек собрались на первом этаже. Рэнь Шу тихо всхлипывала.
— Значит, — проанализировала женщина по имени Сяо Лу, — вы двое встретили Стража Ночи. С тобой всё в порядке, но ей он вынес смертный приговор.
Чэнь Лие кивнул, подтверждая.
— Это странно, — нахмурилась Сяо Лу. — Я прошла через четыре круга Ада и ни разу не видела, чтобы Страж Ночи выносил предупреждения о начале охоты.
— Я тоже, — поддакнул кто-то. — Обычно они убивают троих, если могут, а не ограничиваются одним, предупреждая следующего.
— И что вообще значит правильное решение? — добавил Линь Цинъянь. — К тому же, было ли это предупреждение? Разве Страж Ночи не сказал, что если примешь правильное решение, то не…
Сяо Лу перебила его:
— Какой Страж Ночи упустит свою цель? Скорее всего, он просто запугивает её. Она точно обречена, остаётся только найти место получше, чтобы спрятаться и надеяться, что удастся выжить. Все Стражи Ночи, которых я встречала, — твари ещё те, и этот наверняка не исключение.
Услышав это, Рэнь Шу опешила:
— Но я не хочу умирать…
— А кто хочет? — Сяо Лу усмехнулась и перестала обращать на неё внимание. Она повернулась к Чэнь Лие: — А ты? Говоришь, с тобой всё нормально. В каком смысле нормально? Он вообще тебя не тронул?
— Нет, — ответил Чэнь Лие. — Он задавал мне вопросы.
Сяо Лу изумилась:
— Страж Ночи задавал вопросы? Какие?
— Спросил, как меня зовут.
— …
— Откуда я пришёл.
— …
— И ещё велел поскорее убираться отсюда.
— …
После этих слов Чэнь Лие заметил, что взгляды окружающих стали меняться.
Он прекрасно их понимал: сам считал, что Страж Ночи задаёт совершенно ненормальные вопросы, поэтому поспешил оправдаться:
— Друзья, не спрашивайте меня и не смотрите так. Я понятия не имею, что у него на уме, но он действительно это сказал.
Линь Цинъянь, потеряв дар речи, решил сменить тему:
— Ладно, давайте проанализируем правила охоты. Один человек в доме мёртв, один человек снаружи получил предупреждение, значит, дело не в одежде, которую дала женщина. Кто-нибудь помнит, делали ли они что-то одинаковое?
Наступило глубокое молчание. Все напряжённо думали. Минуты через две-три Чэнь Лие нарушил тишину:
— Кровотечение.
Все обернулись к нему.
Кто-то спросил:
— Какое кровотечение? Почему?
— Когда мы шили, — пояснил Чэнь Лие. — Кто-то уколол палец и пошла кровь.
После этого он продолжил рассуждать:
— Дел за день было немного: шитьё да поиски Жениха после обеда. Раз правила охоты не связаны с одеждой, то и с выходами на улицу они тоже не связаны. Рэнь Шу выходила, а тот, кто погиб, — нет. Если применить метод исключения, то выясняется, что все мы занимались примерно одним и тем же. Единственное, что приходит в голову — это уколы иглой во время шитья. Погибший участник сидел напротив меня, я помню, что он укололся. Рэнь Шу тоже.
Доводы Чэнь Лие звучали весьма убедительно, спорить было нечем. Лица тех, кто успел уколоться, мгновенно побелели.
В тишине, наполненной страхом и раздумьями, подал голос Линь Цинъянь:
— Плохо дело, — невозмутимо сказал он. — Я тоже укололся.
Чэнь Лие:
— …
Почему ты выглядишь таким спокойным?
— Значит, нам нужно поскорее выбираться, — сказал Линь Цинъянь, глядя на Чэнь Лие. — Слушай, брат, у тебя светлая голова, ты явно способный малый для прохождения Ада. Придумай что-нибудь, чтобы мы выбрались. Раз уж Страж Ночи велел тебе поскорее уходить, может, в этом и есть ключ?
Чэнь Лие:
— …
Сам ты светлая голова, и вся твоя родня — светлые головы.
В этот момент со стороны лестницы, ведущей вниз, послышался скрип — кто-то поднимался.
Все обернулись.
Как и ожидалось, это была женщина. Она несла свечу, лицо её всё так же было бледным, а глаза — безжизненными.
Окинув всех взглядом, она произнесла:
— Пожалуйста, следуйте за мной.
Все поднялись на второй этаж.
Она снова выложила лоскутки ткани, каждому по порции, как обычно.
Снова шитьё.
На этот раз давление на людей удвоилось: мало того что за ними наблюдала женщина, так ещё и риск стать мишенью из-за укола пальца был как никогда высок. Даже опытные игроки, которые раньше держались уверенно, теперь не могли скрыть дрожь в руках.
Рэнь Шу была напугана до предела, её руки тряслись, как в лихорадке.
Чэнь Лие посмотрел на неё, промолчал и перевёл взгляд на Линь Цинъяня. У того руки не дрожали. Чэнь Лие удивился:
— Не нервничаешь?
— А чего нервничать? — отозвался Линь Цинъянь, продолжая шить. — Я уже укололся. Если уколюсь снова — всё равно смерть. Привык.
Чэнь Лие:
— …
Как и вчера, шили они долго.
Ближе к вечеру женщина, опять же как вчера, потребовала искать Жениха, на вопросы отвечать не стала, подхватила свечу и ушла.
— Что делать? — спросил кто-то. — Идти искать? Вчера мы ничего не нашли.
Линь Цинъянь повернулся к Чэнь Лие:
— Что скажешь?
— …Чего ты меня спрашиваешь? — ответил Чэнь Лие. — Я жалкий новичок.
Линь Цинъянь кивнул на Рэнь Шу, которая была на грани нервного срыва:
— Вот там — жалкий новичок. Жалкие новички не вычисляют правила охоты на второй день.
Чэнь Лие:
— …
— Вернёмся к делу. Что думаешь? Идём наружу?
— От того, что мы выйдем, толку нет, — ответил Чэнь Лие. — Я осмотрюсь в доме.
— Хорошо, — сказал Линь Цинъянь. — Пошли вместе.
Чэнь Лие услышал это и оглянулся на Рэнь Шу.
Предупреждение об охоте довело девушку до ручки. Глаза её были полны слёз, но заплакать она не могла. Она дрожала, обхватив себя руками, и выглядела крайне испуганной, даже не зная, о чём думать.
Вчера вечером Чэнь Лие уже видел её в таком состоянии — она была совершенно не в себе.
Сейчас она всё равно ничего не воспримет. Как бы её ни было жаль, Чэнь Лие не мог привязаться к ней как к единственному товарищу и сидеть рядом, ничего не делая. Это Ад. Выжить самому — задача не из лёгких, у кого есть силы беспокоиться о чужой судьбе?
Чэнь Лие не считал себя богом и не чувствовал призвания спасать мир. Помочь — да, но только в меру своих сил.
Вечером он, разумеется, постарается помочь Рэнь Шу, но сейчас нужно действовать — расследовать всё и поскорее выбраться из Ада.
— Идём, — сказал Чэнь Лие Линь Цинъяню. — Сначала заглянем на нижний уровень.
Линь Цинъянь кивнул. Оба встали и вышли, один за другим.
Рэнь Шу сидела на месте и дрожала.
Остальные тоже начали расходиться. Кто-то ушёл проверять дома один за другим, кто-то остался рыться в вещах в надежде найти полезные предметы. Вскоре второй этаж опустел. Сяо Лу проводила всех взглядом, затем посмотрела на Рэнь Шу.
Она посидела немного, погружённая в мысли, а затем встала и подошла к ней.
— Хватит плакать, — сказала она, сжимая плечо Рэнь Шу. — Скажу тебе кое-что хорошее. Я знаю способ, как тебе не умереть.
Услышав слова «не умереть», Рэнь Шу поспешно повернулась, и в её глазах вспыхнул огонёк:
— Что ты сказала!?
— Говорю, ты не умрёшь.
— Правда!? — Рэнь Шу возбуждённо вскочила. — Какой способ? Скажи мне скорее!
Сяо Лу приложила указательный палец к губам, призывая к тишине, огляделась по сторонам, и, убедившись, что никого нет, понизила голос:
— Я прошла через четыре круга Ада благодаря этому методу. Безотказно.
— Страж Ночи выбирает цель для охоты в зависимости от тяжести нарушения правил… говоря проще, кто совершил проступок серьёзнее, тот и умирает первым.
— Стоит лишь найти кого-то, кто прольёт больше крови, чем ты, и этой ночью ты будешь в безопасности.
— Выбери кого-нибудь и действуй, — добавила Сяо Лу. — Не будь мягкосердечной. Это Ад, здесь главное — выжить самой. Поняла?
Видя, что Рэнь Шу колеблется, она повторила:
— Не будь мягкосердечной.
http://bllate.org/book/39330/4971325
Готово: