Пэй Синчжань услышал скрежет металла. Он не мог даже представить, как выглядит этот меч, но едва Вэнь Цзюцзю выразила желание приехать — как тут же согласился.
Приглашать кого-то на съёмочную площадку — такого с ним ещё не случалось.
Цзюцзю аккуратно перевязала коробку тканью и закрепила за спиной. Спустившись вниз, она оформила заявку на служебный автомобиль. С мечом за плечами девушка мгновенно преобразилась: в ней появилась та самая непоколебимая строгость, от которой Ли Чжаосюэ, вошедшая в общежитие на пару шагов позже, невольно отступила назад, едва поравнявшись с ней в коридоре.
Проводив Цзюцзю взглядом, Ли Чжаосюэ распахнула дверцу шкафчика. Внутри было пусто — лишь ткань для чистки клинка по-прежнему лежала на полке.
Когда Пэй Синчжань получил звонок от Цзюцзю, он не удержался и сам побежал встречать её на парковку. Увидев его, девушка вышла из машины, всё так же с мечом за спиной. Её волосы, собранные в пучок, удерживала деревянная шпилька, а на ней был асимметричный жакет. Лицо оставалось спокойным, но шаги были широкими и уверенными, а на прямой спине покачивалась коробка длиной больше метра.
— Цзюцзю! — окликнул её Пэй Синчжань, подходя ближе. Полы его одежды слегка взметнулись от движения. Увидев его, Цзюцзю словно увидела того самого великого воина из мечтаний — глаза её невольно расширились.
— Привет, — прошептала она, чувствуя, как уши залились краской. Вся её недавняя суровость мгновенно испарилась при виде Пэй Синчжаня.
— Пойдём наверх, — предложил он. На парковке дул пронизывающий ветер, и Пэй Синчжань невольно поёжился: в порыве эмоций он забыл пуховик в машине, а роскошный наряд, увы, не спасал от холода.
Цзюцзю кивнула и пошла рядом с ним, не в силах отвести взгляда от этого сияющего существа: длинные волосы прекрасны, изумрудно-зелёный наряд прекрасен, даже черты лица, подчёркнутые макияжем, кажутся безупречными.
Сердце девушки забилось быстрее — давно забытое волнение вновь вернулось.
— Нет! — раздался резкий окрик фотографа, едва они переступили порог фотостудии.
— Какие-то безвкусные реквизиты из дешёвых сериалов! Да разве так можно снимать? Даже если есть Photoshop, с таким качеством ни один ретушёр не согласится работать — даже если ему дать десять куриных ножек! — с раздражением бросил он и швырнул на пол реквизитный меч. Цзюцзю инстинктивно прижала руку к чехлу своего клинка.
Пэй Синчжань почувствовал её тревогу и слегка замедлил шаг, бросив на неё успокаивающий взгляд: даже если фотографу не понравится меч, он всё равно не позволит бросить его на пол.
— Учитель, у меня есть один реквизит. Не могли бы вы взглянуть? — спокойно, без суеты произнёс Пэй Синчжань, и фотограф, несмотря на раздражение, не стал злиться на вмешательство.
Он кивнул, и Пэй Синчжань расправил ладони, давая понять Цзюцзю, что можно доставать меч. Та аккуратно развязала ткань и передала коробку Пэй Синчжаню. Уже по материалу футляра он понял: внутри нечто необычное.
Работники студии с любопытством собрались вокруг. Все наблюдали, как девушка извлекает меч из чехла. Ножны были скромными, но приятными на вид, с гармоничной цветовой гаммой. Когда она вынула клинок, тот засверкал под студийными лампами.
Меч не был заточен, но в её руках казался способным рассечь всё на свете.
— Отличный меч! — воскликнул фотограф, оживившись, и тут же принялся торопливо расставлять команду по местам.
— Пэй Синчжань, если этот журнал взлетит в продажах, то исключительно благодаря этому мечу! — заявил он ещё до начала съёмки. Пэй Синчжань улыбнулся и принял меч из рук Цзюцзю.
Цзюцзю не отрывала взгляда от клинка. Заметив её тревогу, Пэй Синчжань наклонился и мягко сказал:
— Не волнуйся, Цзюцзю. Я позабочусь о нём.
Затем он передал Вэнь Цзюцзю помощнику Цянь Чжэну и отправился подправлять макияж.
Цянь Чжэн смотрел на девушку с выражением, полным сомнений. Долго разглядывая её, наконец спросил:
— А вы кто?
От его пристального взгляда Цзюцзю почувствовала неловкость и тихо ответила:
— Я фанатка Пэй Синчжаня.
— Фанатка? — бровь Цянь Чжэна дёрнулась. Это слово вызывало у него неприязнь: однажды именно «фанатка» увела его «денежное дерево».
Цзюцзю, решив, что её подозревают во лжи, энергично кивнула, подтверждая свои слова.
Цянь Чжэн, который изначально просто хотел узнать её имя, отвёл взгляд и тут же отправил сообщение Пэй И: «На свадьбу твоего сына я всё равно не дам конверт».
Да, в прошлом, длинном и непростом, он действительно не подарил конверт тому самому артисту, благодаря которому стал первым агентом в индустрии.
Пэй Синчжань подготовился к съёмке и невольно вспомнил момент, когда Цзюцзю вышла из машины. В её глазах читалась решимость и непоколебимость, а когда она прижимала меч к себе, это напоминало заботу о верном товарище.
Раньше он лишь играл отвагу, но забыл главное — дух настоящего мечника. Сегодня же, благодаря Цзюцзю, он вдруг осознал то, чего ему не хватало.
Он опустил взгляд на меч. В отполированном клинке отразились его собственные глаза. С этого мгновения он уже не Пэй Синчжань — он воин, поднявший знамя справедливости.
Для Вэнь Цзюцзю это был первый раз, когда она могла открыто наблюдать за работой Пэй Синчжаня. Вокруг царила суета, но она стояла неподвижно. Сначала её внимание было приковано к мечу и движениям Пэй Синчжаня, но постепенно она забыла обо всём, очарованная его мощной аурой.
Раньше в её сердце идеалом воина был Пэй И, но с сегодняшнего дня Пэй Синчжань занял место того, кого народ Уаншаня почитал десятилетиями.
— Съёмка окончена! — радостно объявил фотограф. В студии раздались возгласы радости. Хотя работа вызвала некоторые трудности, закончили они раньше, чем планировали, и сотрудничество с Пэй Синчжанем оказалось приятным.
Когда Пэй Синчжань переоделся в повседневную одежду, он увидел Цзюцзю в своём микроавтобусе. Девушка улыбнулась и протянула ему кофе, специально выбрав его любимый — латте с орехом фундук.
Пэй Синчжань аккуратно вернул ей меч. Теперь он, кажется, понял, почему Цзюцзю так бережно к нему относится.
— Сегодня ты был потрясающе красив, — сказала Цзюцзю, поправляя ремни чехла и подняв глаза на Пэй Синчжаня без макияжа. Его резкость ушла, и теперь его тянуло к себе тёплой, живой притягательностью.
— Цзюцзю, разве у тебя нет для меня обращения? — слегка нахмурился Пэй Синчжань, и на переносице появилась тонкая морщинка.
— Я… — Цзюцзю быстро опустила голову. Она не заметила, что Пэй Синчжань уже давно обратил внимание на её затруднение: она так и не решилась, как его называть.
«Идол» — звучало фальшиво, будто напоминание о том, что всё это лишь иллюзия; «брат» — слишком приторно и стыдно; называть по имени — непочтительно, а «Синчжань» — слишком фамильярно. Лучше уж вообще избегать обращения.
Увидев, как лицо Цзюцзю покраснело от смущения, Пэй Синчжань вдруг приблизился к ней почти вплотную:
— Зови меня Синчжань.
Цзюцзю подняла глаза. Она несколько раз пыталась произнести это имя, но губы не слушались. Неужели это знак того, что их отношения стали ближе?
Заметив, что девушка вот-вот расстроится, Пэй Синчжань провёл пальцем по запотевшему стеклу и вывел два иероглифа.
— Цзюцзю, повторяй за мной: «Син» — как звёздное сияние, «чжань» — как чаша для вина.
Его голос, казалось, обладал магией, и Цзюцзю послушно повторила это имя, наполненное особым смыслом и поэзией — Синчжань.
Ты — самая яркая звезда, чьё сияние невозможно скрыть, даже если поместить её в чашу.
* * *
В день, когда пришла съёмочная группа отбирать участников, Вэнь Цзюцзю специально надела тренировочный костюм, который дядюшка-наставник привёз с собой, возвращаясь с собрания.
Белая одежда с алыми отворотами выглядела просто, но материал был высокого качества, а детали продуманы до мелочей. На рукавах всех её комплектов внутри был вышит цифра «9». Почувствовав этот маленький секрет, Цзюцзю стало спокойнее.
— Вэнь Цзюцзю, на какое испытание ты сегодня пойдёшь? — спросила Ли Чжаосюэ, нанося макияж перед зеркалом. Из всего, что стояло перед ней, Цзюцзю не узнала почти ничего.
— На все, — ответила Цзюцзю, поправляя воротник и рукава, собрала волосы в высокий хвост и взяла деревянный футляр, собираясь уходить.
Ли Чжаосюэ хотела было посмеяться над её непокрашенным лицом, но, присмотревшись, поняла: без макияжа Цзюцзю выглядела совершенно иначе — особенно притягательно.
В её глазах читалась решимость, а в выражении лица — непробиваемая уверенность. Ли Чжаосюэ считала себя красивее Цзюцзю, но признавала: в ауре и присутствии она проигрывает.
Когда Цзюцзю ушла, Ли Чжаосюэ снова подошла к зеркалу и тщательно осмотрела себя. Она не могла проиграть — особенно Вэнь Цзюцзю.
Встреча была назначена на девятом этаже, но Цзюцзю сначала поднялась на седьмой, чтобы немного потренироваться. Не зная деталей отбора, она сознательно берегла силы.
Когда она уже собиралась идти выше, зазвонил телефон. Цзюцзю взглянула на экран — особое уведомление от фан-приложения: «LEED Пэй Синчжань опубликовал пост в Weibo».
Она с восторгом открыла его и увидела селфи Пэй Синчжаня с неудачного ракурса — снизу вверх, на фоне весенних цветов, явно не северных.
«Держись!» — эти три слова зажгли в ней решимость победить всех — Пэй Синчжань, как и обещал, в день её отбора первым прислал поддержку.
В ту ночь, когда Цзюцзю одолжила ему меч, Пэй Синчжань перед уходом специально спросил, как он может отблагодарить её.
Смущённо краснея, Цзюцзю рассказала о предстоящем отборе. Она хотела лишь спросить, на что обратить внимание перед камерой, но Пэй Синчжань понял иначе.
В полумраке микроавтобуса он поднял правую руку ладонью к ней, пальцы направлены вверх:
— Я обязательно поддержу тебя. Дай пять — клянусь.
Уличный фонарь бросал тусклый свет сквозь окно, и в этом приглушённом свете Цзюцзю увидела его улыбающиеся глаза.
Заметив её колебания, Пэй Синчжань не опустил руку, а слегка покачал ею в воздухе. Набравшись смелости, Цзюцзю хлопнула по его ладони — так было заключено обещание поддержки для фанатки.
В груди у неё стало тепло, будто после ледяного ветра она сделала первый глоток горячего молока — сладкий, утешительный, проникающий в самое сердце.
Боясь не успеть занять первые места в комментариях, Цзюцзю быстро набрала: «Синчжань, и ты держись! Хороший результат обязательно придёт к тем, кто не сдаётся, и принесёт с собой сюрприз».
Она перевела телефон в беззвучный режим и спрятала в шкафчик, после чего направилась на девятый этаж. Эта возможность — она будет её!
Ляо Цэнь, обычно одетый в спортивную форму или куртку-ветровку, сегодня впервые появился в костюме. В пиджаке, ботинках и с уложенными волосами он выглядел так, будто вот-вот спустится вниз и пойдёт венчаться.
Видимо, чувствуя на себе пристальные взгляды студентов, Ляо Цэнь впервые избегал их глаз.
Прибыли сотрудники телеканала. Установив камеры, они подошли к ожидающим охранникам.
— Всем добрый день! Спасибо, что пришли на отбор, — начал представитель, пока оператор уже начал съёмку. Их критерии отличались: помимо боевых навыков, важна была и фотогеничность.
Камера медленно прошлась по каждому. В тишине только команда знала: эта, казалось бы, случайная съёмка уже позволила отобрать первых кандидатов.
— Кто хочет продемонстрировать свои навыки? Любая форма подходит, — предложил руководитель, и его дружелюбная улыбка немного успокоила Цзюцзю. Увидев, что никто не выходит, она шагнула вперёд и сложила руки в традиционном приветствии.
— Я, — сказала она тихо, но с достоинством. Когда она взяла в руки меч и вышла в центр зала, все взгляды устремились на неё.
Цзюцзю начала без промедления — чётко и уверенно. Она поклонилась собравшимся, затем одной рукой взяла меч за спину, а другую подняла ладонью вверх. Затем рука плавно повернулась внутрь, и ладонь опустилась к животу.
Закончив дыхательное упражнение, она открыла глаза. Левая нога шагнула вперёд правой, носок развернулся наружу, тело слегка повернулось и присело, и в этот момент сила удара прошла через переднюю часть клинка. Используя импульс, меч выскользнул из ножен. Какой великолепный приём — «Ласточка в лесу»!
http://bllate.org/book/3929/415668
Готово:
