Сердце Сюй Цинжаня вдруг сжалось. Он бросился вперёд и выскочил на улицу.
У входа в караоке Сюй Цинжань никого не увидел. Несколько такси только что тронулись с места и скрылись вдали. Он стоял на обочине, растерянный и беспомощный. Набрав номер Су Мусян, он дождался соединения, но никто не отвечал.
Сюй Цинжань запаниковал. Он ведь не отвергал Су Мусян — всё произошло слишком быстро. Вернее, он злился на самого себя: за недостаток самоконтроля, за то, что утратил рассудок. Он бы никогда не позволил себе ничего подобного с девушкой в таком месте — именно поэтому и ушёл, чтобы умыться и прийти в себя.
Пальцы Сюй Цинжаня, сжимавшие телефон, слегка дрожали. Он снова набрал номер. После нескольких гудков звонок наконец был принят.
— Где ты? — торопливо спросил Сюй Цинжань. — Где ты? Я сейчас к тебе приду.
В трубке молчали.
Сюй Цинжань окончательно разволновался:
— Ответь!
Прошло немного времени, и Су Мусян тихо произнесла:
— Доктор Сюй?
Услышав её голос, Сюй Цинжань почувствовал, как напряжение в груди чуть ослабло. Не всё так плохо — Су Мусян не игнорирует его и, как всегда, обращается к нему: «Доктор Сюй».
Сюй Цинжань глубоко вдохнул и повторил:
— Где ты?
Су Мусян в ответ тихо рассмеялась. Спустя мгновение она сказала:
— Доктор Сюй, обернись.
Сюй Цинжань вздрогнул и резко повернулся. И действительно — Су Мусян стояла всего в нескольких шагах, улыбаясь так, что глаза её изогнулись в тёплые полумесяцы. Ночной ветерок играл прядями у её ушей, а под светом уличного фонаря, растягивающим тени, она стояла стройная и нежная — необыкновенно трогательная.
Сюй Цинжань опустил телефон и бросился к ней. С силой схватив Су Мусян, он прижал её к себе, крепко обхватив руками.
Некоторое время никто не говорил.
Су Мусян приподняла голову от его груди и тихо пробормотала:
— Мне нечем дышать.
Сюй Цинжань не отпускал её, лишь ещё сильнее прижимал к себе и хрипло прошептал:
— Я думал… я думал, ты уехала.
Су Мусян потерлась щекой о его рубашку, а затем обвила его талию руками.
Сначала она действительно уехала — даже села в такси. Но через несколько минут пожалела и велела водителю развернуться. Она не могла уехать. Чёрт возьми, не могла.
Такой замечательный человек — для кого угодно это счастье, почти удача. Пусть же это счастье достанется ей. Пусть она станет той самой «негодяйкой». Пусть потом попадёт в ад — ну и что? Кто знает, что ждёт завтра?
Су Мусян немного заёрзала в его объятиях, перевела дыхание и тихо сказала:
— Доктор Сюй.
Сюй Цинжань одной рукой поддерживал её затылок, другой поглаживал волосы и хрипло отозвался:
— Мм?
Су Мусян подняла голову, откинулась назад и ответила:
— Я больше не могу уйти.
Она замолчала на мгновение, а затем произнесла с невиданной серьёзностью:
— Не нужно ждать целый месяц. Может, через неделю, может, завтра… или даже в следующую секунду — я отдам тебе себя целиком. Если ты захочешь.
Сюй Цинжань пристально смотрел на неё. Су Мусян улыбалась, а в её глазах переливался мягкий свет. Он наконец улыбнулся в ответ:
— Хорошо.
Су Мусян тоже засмеялась и, потянувшись, ущипнула его за переносицу:
— Но у меня есть одно условие.
Сюй Цинжань опустил на неё взгляд:
— Говори.
Су Мусян подмигнула и с невинной искренностью сказала:
— Извинись перед Чэнь Иксюнем.
— ...
Автор примечает:
Эта глава получилась короче обычного — извините! У меня сегодня днём экзамен~
Приятного чтения! До завтра! Спокойной ночи!
Мысли Су Мусян порхали, как бабочки, и Сюй Цинжаню порой было за ними не угнаться. Между ними была разница в три года: ей было чуть за двадцать, а ему — тридцать один. Одна ещё только бежала к тридцати, другой уже перешагнул через сорок.
Неужели это и есть разница поколений? Хотя ему очень не хотелось в это верить.
Сюй Цинжань молчал довольно долго, пока наконец не выдавил:
— Я с ним не знаком.
— ...
Теперь уже Су Мусян онемела. «Доктор Сюй чертовски мил», — подумала она, но решила не мучить его дальше и сменила тему:
— Что будем делать теперь?
Сюй Цинжань взял её за руку и предложил:
— Как насчёт кино?
Су Мусян кивнула и улыбнулась:
— Отлично.
Караоке находилось рядом с торговым центром, так что идти было недалеко — через дорогу уже виднелся кинотеатр. Менее чем через десять минут они стояли в холле у касс, выбирая фильм.
В прокате сейчас шло много картин.
Сюй Цинжань спокойно окинул взглядом несколько вертикальных постеров и негромко спросил:
— Есть что-то, что тебе хочется посмотреть?
Су Мусян положила левую руку на локоть правой, а большим пальцем правой руки задумчиво потёрла подбородок:
— Ты спрашиваешь меня?
Сюй Цинжань кивнул, уголки губ приподнялись:
— Ты же лучше знаешь, что тебе нравится. Мне подойдёт всё.
— Мне? — Су Мусян слегка приподняла бровь и томным голосом ответила: — Тогда выберем что-нибудь пооткровеннее. Я люблю откровенные фильмы.
— ...
В глазах Сюй Цинжаня мелькнула улыбка. Он покачал головой с лёгким раздражением:
— Ладно, выберу сам.
Его взгляд быстро просканировал постеры, после чего он поднял руку и указал на один из них:
— Вот этот. Кажется, неплохой.
Да, «кажется» — и явно самый невинный из всех.
Су Мусян проследила за его пальцем. Её губы дрогнули в натянутой улыбке.
На огромном постере не было ни единого человека — только птицы. «Как перелётные птицы находят путь домой».
— ... — «Вкус тридцатилетнего мужчины», — мысленно вздохнула Су Мусян.
Она долго молчала, и Сюй Цинжань решил, что она согласна. Отпустив её руку, он сказал:
— Тогда я пойду за билетами.
Су Мусян тут же схватила его за руку и подбородком указала на постер:
— Доктор Сюй, этот фильм идёт девяносто минут.
Сюй Цинжань непонимающе кивнул:
— Мм.
Су Мусян прищурилась и легко бросила:
— Ничего страшного. Ты девяносто минут будешь смотреть на птиц, а я девяносто минут — на тебя.
— ...
Она приподняла одну бровь и подтолкнула его:
— Иди, покупай. По-моему, тебе будет интересно.
— ...
Сюй Цинжань прекрасно представлял, как она всё это время будет уставиться на него в темноте, а потом, чего доброго, воспользуется моментом. Он сразу сдался:
— Ладно, выбирай сама.
Су Мусян торжествующе улыбнулась.
В итоге она не стала его мучить и выбрала недавно вышедший популярный комедийный фильм с элементами детектива.
Перед входом в зал Су Мусян зашла в туалет. Когда она вышла, Сюй Цинжань стоял у стены напротив, отвернувшись. Его фигура была изящной, черты лица холодными и отстранёнными — вокруг него постоянно крутились девушки, и за ту минуту, пока Су Мусян шла к нему, одна из них уже подошла поближе.
Сюй Цинжань покачал головой и что-то ответил ей.
Расстояние между ними было слишком большим, чтобы Су Мусян что-то услышала.
Как только девушка ушла, Су Мусян подбежала к нему:
— Доктор Сюй!
Сюй Цинжань поднял руку, показывая, что держит в ней:
— Я купил тебе молочный чай и попкорн. Этого нельзя есть много, но я подумал, тебе будет скучно без него. Так что можешь съесть совсем чуть-чуть.
Су Мусян кивнула и спросила:
— А что та девушка тебе сказала?
В глазах Сюй Цинжаня заиграла тёплая искорка:
— Спросила номер телефона.
Су Мусян слегка прикусила губу:
— А ты что ответил?
Сюй Цинжань взглянул на часы и, направляясь к залу, ответил:
— Сказал, что у меня есть девушка.
Су Мусян шла рядом с ним справа. Её глаза засияли, но она тут же фыркнула:
— Доктор Сюй, ты врёшь.
Сюй Цинжань улыбнулся, но промолчал.
Су Мусян вдруг вспомнила и возмущённо заявила:
— Доктор Сюй, помнишь, как я просила у тебя номер? Как ты тогда отказал?
Сюй Цинжань даже не задумался:
— Не помню.
Су Мусян начала выяснять отношения:
— Ты спросил, не больна ли я.
Сюй Цинжань невозмутимо ответил:
— Забыл. — Он сунул ей в руку стаканчик с молочным чаем, а затем постучал кулаком себе по лбу с сожалением: — Правда не помню. Извини.
Су Мусян:
— ...
Сюй Цинжань не изменил выражения лица, лишь обнял её за плечи и сухо перевёл тему:
— Осторожно, тут ступенька.
— ...
Билеты они купили поздно, да и сейчас был пятничный вечер, так что в кинотеатре было полно народу. Их места оказались в самом последнем ряду.
В зале было темно. Сюй Цинжань всё время держал руку на талии Су Мусян. Дойдя до кресел, он взял у неё стаканчик и поставил в подстаканник на подлокотнике, а затем передал ей попкорн:
— Только совсем чуть-чуть.
Су Мусян подняла на него глаза и нарочно поддразнила:
— А сколько — «чуть-чуть»?
Сюй Цинжань всерьёз задумался и ответил:
— Пятьдесят зёрен?
Су Мусян с изумлением уставилась на него:
— Тогда зачем мне фильм? Я лучше дома буду считать попкорн.
— Ничего страшного, — серьёзно сказал Сюй Цинжань. — Я помогу тебе считать.
Су Мусян:
— ...
Фильм ещё не начался, и Су Мусян потянулась за телефоном.
Сюй Цинжань нахмурился и тихо предупредил:
— Здесь слишком темно. Пользоваться телефоном вредно для глаз.
— ... — Су Мусян приподняла ресницы и возразила: — Доктор Сюй, я хочу отправить пост.
Отправить пост в интернет, спросить у пользователей: «Правда ли, что все мужчины под сорок любят считать попкорн?»
Сюй Цинжань протянул ей ладонь:
— Давай я за тебя отправлю.
Су Мусян помахала перед ним телефоном и парировала:
— Это вредно для глаз.
Сюй Цинжань тихо рассмеялся, схватил её за запястье и сказал:
— Мне не страшно. А тебе — нельзя.
Ресницы Су Мусян дрогнули. Она положила телефон ему в ладонь:
— Тогда отправляй.
Сюй Цинжань взял её телефон и, увидев обои, удивлённо приподнял бровь.
Су Мусян притворно прикрыла рот ладонью и, тыча пальцем ему в руку, прошептала:
— Я забыла поменять. Доктор Сюй, не злись.
На обоях была его фотография — только что проснувшегося. Её сделал Цзян Ло.
Сюй Цинжань сказал:
— Эта фотография не очень удачная.
Су Мусян придвинулась ближе и с лёгкой обидой протянула:
— У меня только эта.
Сюй Цинжань поднял на неё тёмные, глубокие глаза:
— Ничего страшного. В будущем их будет много.
Их головы были совсем близко. Су Мусян не отводила взгляда. Свет от экрана, то вспыхивая, то гася, играл на лице мужчины, подчёркивая чистоту черт, высокий нос, отмеченный бликом, и мягкие, тёплые уголки глаз. Линия подбородка, слегка напряжённая, казалась невероятно соблазнительной.
Су Мусян сглотнула, не отрывая глаз, и мысленно дважды повторила «ценностные ориентиры социализма», чтобы подавить желание совершить преступление. В итоге она ничего не сделала.
Сюй Цинжань заметил это и с лёгкой улыбкой наклонился, чтобы поцеловать её в щёку — лёгкий, как прикосновение стрекозы. Затем он отстранился, сел прямо и, глядя вперёд, хрипло произнёс:
— Фильм начался. Больше не двигайся.
Су Мусян фыркнула, но тут же подавила смех и, подражая ему, села прямо:
— Хорошо, не буду двигаться.
Фильм оказался действительно хорошим: актёры играли отлично, сюжет — интересный, юмор — в меру. Уже на половине ленты случилось несколько неожиданных поворотов.
Су Мусян смотрела внимательно, смеясь вместе со всеми, пока вдруг не почувствовала тяжесть на плече. Она резко обернулась — голова Сюй Цинжаня покоилась у неё на плече, глаза были закрыты. Он спал.
— ...
Су Мусян на несколько секунд замерла.
«Опять не тот сценарий! Разве не девушки обычно засыпают на плече?»
Она опустила взгляд на его лицо. Свет от экрана то вспыхивал, то гас, и Су Мусян заметила лёгкие тени под его глазами. Она вспомнила его случайную фразу за ужином: «Вырвал два ночника, чтобы освободить выходные».
Су Мусян перестала двигаться. Она осторожно выпрямила спину, стараясь сделать ему удобнее, но боясь разбудить.
Вскоре она напряглась вся.
Фильм подходил к концу.
http://bllate.org/book/3882/412047
Готово:
