Уголь
Ночь выдалась лютой, и постель остыла до железобетонного холода.
В эту ночь Цян Нин натерпелась мороза больше, чем за всю свою прошлую жизнь.
Ей казалось, что даже её дыхание стало ледяным, руки и ноги почти потеряличувствительность, а от холода было невозможно даже сомкнуть глаз.
И как, позвольте спросить, человек рядом с ней смог уснуть? Как она вообще выдерживала такие долгие зимние годы?
Цян Нин слегка повернула голову и перевела взгляд на Линь Дунруань. Та спала в крайне сдержанной позе: руки аккуратно сложены на животе, совсем как у покойника перед погребением, — легла и с той минуты не шевелилась.
В какой-то момент в голове Цян Нин промелькнуло смутное подозрение: а вдруг Линь Дунруань и в самом деле замёрзла насмерть?
Одолеваемая дурными предчувствиями, Цян Нин придвинулась ближе и осторожно потянула её за руки, сложенные на животе.
Они были ледяными, в них едва теплилась искра живого тепла. Ногти Линь Дунруань были аккуратно острижены, тонкие, с каким-то чистым, прохладным блеском, а суставы пальцев — изящными и тонкими, как и подобает настоящей красавице. Из-за постоянного недоедания она исхудала настолько, что под белой кожей можно было нащупать тончайшие жилки.
Когда Цян Нин пришла в себя, она уже успела тщательно огладить все её пальцы и даже властным жестом заключила эту пару хрупких рук в собственные ладони, делясь с ними собственным теплом.
Она и сама не понимала, что творит и почему всё зашло так далеко.
Цян Нин тяжело вздохнула.
Было ещё кое-что: в крыше зияли дыры, сквозь которые, казалось, вовсю задувал снег. Цян Нин никак не ожидала, что Императорский наставник окажется настолько бедна, что у неё не найдётся даже жаровни. В такие холода оставалось лишь согреваться дровами, но ночью топить печь дымным топливом было нельзя, поэтому приходилось просто уповать на живучесть собственного тела.
Цян Нин считала себя человеком бесчувственным, способным в любой день не только пройти мимо умирающего, но и с лёгкостью добить упавшего, однако сейчас, глядя на Линь Дунруань, она вдруг почувствовала жалость.
Она снова вздохнула.
В темноте Линь Дунруань расслышала её вздох и, всё ещё сонная, подняла руку, чтобы ласково потрепать Цян Нин по голове:
— Очень холодно, да?
Линь Дунруань тоже словно вздохнула, а спустя мгновение тихо произнесла:
— Спи. Когда уснёшь, станет теплее.
Цян Нин холодно протянула:
— Сестрица, от холода невозможно уснуть.
— Тогда... придвинься ближе.
Линь Дунруань немного приподнялась, придерживая голову Цян Нин, чтобы та устроилась у неё на груди, и заодно погладила её, успокаивая, как ребёнка:
— Это моя вина. Прости, тебе приходится терпеть лишения.
Какая бы черствая душа ни скрывалась в Цян Нин, она понимала, что Линь Дунруань здесь была ни при чём. С носовым оттенком в голосе, вызванном замерзанием, она пробормотала:
— Ты не виновата.
— Спи. Завтра я что-нибудь придумаю.
Прильнув к её груди — самому тёплому месту на всём теле Линь Дунруань, — Цян Нин прислушивалась к размеренному биению чужого сердца. Ровные и сильные удары, её собственный пульс и сердцебиение сливались воедино, растворяясь друг в друге без остатка.
Наконец Цян Нин закрыла глаза.
·
На следующий день, едва забрезжил рассвет, Цян Нин почувствовала, что лежащая рядом женщина проснулась и собирается уходить.
— Ты куда? — Цян Нин приподнялась на локте и спросила: — На улице такой мороз, зачем тебе понадобилось выходить?
Дверь приотворилась лишь на крошечную щель, но Линь Дунруань тут же аккуратно затворила её, а залетевший вместе со снегом порыв ветра потрепал пряди чёрных волос у неё на виске.
Та ответила, что хочет взять припасённые целебные травы и обменять их на каменный уголь для отопления.
Цян Нин онемело посмотрела на Линь Дунруань. Женщина стояла у порога лицом к свету, в простых заколотых деревянной шпилькой волосах и простеньком платье, и хотя речь шла о самых обычных мирских заботах, от неё неизменно исходила какая-то чистая, возвышенная и безупречная аура.
— Ты мало спала ночью, не вставай, жди меня в доме. Скоро станет тепло, — наказала Линь Дунруань и, отворив дверь, вышла на улицу.
Цян Нин погрузилась в тяжелые раздумья, лежа под одеялом, и не знала, что и сказать.
Поскольку холод всё еще давал о себе знать, она решила пролежать в тё постели ещё целый час. Когда солнце поднялось достаточно высоко и лучи осветили комнату, немного разогнав стужу, она услышала снаружи незнакомые голоса.
Это те самые травы, которые Матушка Линь собиралась нам продать?
Да, именно они, забирайте всё.
Лавочник, неужели мы правда заберём всё? Почему бы просто не купить их как положено?
Судя по доносившимся обрывкам фраз, это были владелец местной лавки лекарств и его подручный.
Прислушавшись к их разговору, Цян Нин сузила прекрасные глаза, а уголки её губ тронула ледяная усмешка. Она отбросила одеяло, оделась и бесшумно, словно призрак, отворила дверь, направляясь на улицу.
Снаружи лавочник раздражённо отвесил подзатыльник своему помощнику и выругался:
— Зачем её ещё и покупать? Разве не проще просто забрать отсюда? Всё равно она бросает их тут без всякого присмотра, значит, нарочно позволяет кому попало брать! Раз уж сложила их здесь, должна была понимать, что их могут утащить!
Вот как?
Одно только это заявление заставило убийственный холод шевельнуться в груди Цян Нин. Сжав зубы, она двинулась к этим двоим, и фальшивая улыбка на её лице начала медленно расти:
— Вы оба появились как нельзя кстати. Хозяйки дома нет, а вы даже не соизволили спросить разрешения.
Услышав голос, лавочник и помощник разом вздрогнули и с удивлением обернулись к ней.
— У Матушки Линь и спрашивать не нужно. Она сама говорила соседям и односельчанам, что если у кого-то нет денег на лекарства, можно брать их здесь, за даром, — лавочник неловко потёр нос и с натянутой улыбкой пояснил: — Она специально складывает сюда целебные травы на текущий год — чтобы каждый мог свободно взять.
Цян Нин опустила взгляд и бегло осмотрела место: низенький плетёный заборчик позади дома Линь Дунруань едва доходил человеку до колен, а крошечная кладовая для хранения трав даже не запиралась на замок, являя собой живое воплощение принципа «на дороге ничего не подбирают, а по ночам не запирают двери».
http://bllate.org/book/38536/4846807
Готово:
