Она моргнула — и мир перед глазами мгновенно обрёл чёткость.
И тут же встревоженный взгляд Вэнь Шу Юй столкнулся с изумлённым выражением лица мужчины.
Авторская заметка: На самом деле поступки обоих вполне объяснимы. Маленькая Вэнь не решалась заговорить из-за стыда, а дядя Лян, не зная всей правды и будучи по натуре нетерпеливым, просто перегнул палку. Сказал слишком резко…
Ладно, ругайте его — это не моё дело! Я убегаю! (мчусь прочь)
(Завтра в комментариях к одиннадцатой главе тоже будут красные конвертики! В аннотации ошиблась — спасибо, что заметили :D)
Благодарю всех ангелочков, поддержавших меня «бомбами» или «питательными растворами» с 04.05.2020, 16:39:37 по 05.05.2020, 16:11:10!
Особая благодарность за «бомбы»:
hyohyu — 1 шт.
И за «питательные растворы»:
Белка PLUS — 1 бутылка.
Огромное спасибо за вашу поддержку! Обещаю и дальше стараться!
Мужчина приподнял бровь, и в его глазах мелькнуло искреннее недоумение.
Вэнь Шу Юй всё поняла в одно мгновение. Она резко развернулась и снова зарылась лицом в локоть.
Как он вдруг вернулся?! Да ещё и застал её в таком жалком, расстроенном, размазанном слезами виде!
Весь накопившийся гнев и обида мгновенно рассеялись от этого неожиданного столкновения. Она попыталась сдержать рыдания, но всхлипы не поддаются воле — их не остановишь по щелчку пальцев.
Хотя Вэнь Шу Юй изо всех сил старалась унять плач, остаточные спазмы всё равно выдавали её: время от времени она судорожно вздрагивала.
Атмосфера застыла.
Лян Янь Синь стоял у открытой дверцы машины, опершись локтём и проводя большим пальцем вдоль линии челюсти.
Девушка в салоне прикрывала нижнюю часть лица рукой, и виднелись лишь покрасневшие, заплаканные глаза. Растрёпанные пряди волос частично закрывали уголки глаз.
Она напоминала грязного зайчонка, который вывалялся в пыли и теперь жалобно смотрел красными глазками.
Его взгляд задержался на ней, но через мгновение он отвёл глаза и, слегка поморщившись, закрыл их.
Он ушёл в гневе, сказав всё, что думал, но потом почувствовал: его обычные методы, вероятно, слишком суровы для пятнадцатилетней девчонки. Поэтому, вздохнув с досадой, вернулся — решил, что надо срочно отправить её в больницу и обработать раны.
А вместо этого обнаружил, что та рыдает в его машине навзрыд.
Лян Янь Синь постучал пальцем по виску и фыркнул — то ли от раздражения, то ли от смеха.
Он засунул руку в карман, сменил позу, но тут же вынул её, нахмурился и присел на корточки, опершись локтями о колени.
— Всё ещё плачешь?
Девушка буркнула сквозь слёзы:
— Я не плачу.
— Ладно, не плачешь, — прищурился он и смягчил тон. — Теперь пойдёшь со мной в больницу?
Голос у него был бархатистый и низкий, но фразы, похожие на утешение или примирение, звучали немного неуклюже — будто он впервые в жизни пытался говорить так мягко.
Вэнь Шу Юй повернулась к нему спиной, оставив только затылок.
Лян Янь Синь слегка наклонил голову и упёрся пальцем в висок.
— Некоторые слова, возможно, были слишком резкими.
Помолчав, добавил:
— Это моя вина.
Едва он произнёс эти слова, как у Вэнь Шу Юй снова навернулись слёзы. Разве это извинение?
— Я не хотела не выходить из машины нарочно, — всхлипнула она дрожащим голосом, полным обиды. — Просто я не могла…
Сзади он тихо вздохнул, и в следующий раз заговорил куда терпеливее:
— Из-за боли в ноге?
— Нет, дело не в этом…
— А?
Слушая, как его тон становится всё мягче, да ещё и учитывая, что она только что устроила истерику прямо у него на глазах, Вэнь Шу Юй, пряча лицо и закрывая глаза, решила: «Ну и ладно!» — и выпалила одним духом:
— Я испачкала твою машину!
— Разве это впервые, когда ты пачкаешь мою машину?
— Не в этом смысле! — Она судорожно сжала край футболки и, едва слышно прошептала: — У меня… месячные начались.
Наступила тишина.
Эта тишина передала Вэнь Шу Юй сигнал неловкости, и она ещё глубже зарылась лицом в руки — будто так можно было провалиться сквозь землю.
В следующее мгновение она услышала, как он резко встал. Спина её напряглась.
— И всё из-за этого?
Ответ явно удивил его.
Лян Янь Синь прислонился к дверце машины и уставился на её покрасневшие уши, мелькавшие сквозь чёрные пряди. Выражение его лица стало сложным.
Вэнь Шу Юй торопливо кивнула и шмыгнула носом.
Как раз в момент её кивка он тихо фыркнул, и в его голосе прозвучало одновременно и насмешка, и недоумение:
— Из-за такой ерунды так разревелась?
Ерунда?
Может, раньше это и была бы ерунда. Но ведь случилось это не дома, среди близких, а именно перед ним.
И ещё…
— Не из-за этого, — сдерживая дрожь в голосе и снова всхлипнув, сказала она. — А потому что ты сказал слишком грубо.
Лян Янь Синь медленно кивнул, стиснув зубы, и мысленно напомнил себе: «Это же ребёнок. Стоит ли спорить с девчонкой?»
Он пошёл на уступки:
— Да, я перегнул палку.
Злость у Вэнь Шу Юй немного улеглась, но, вспомнив о беспорядке в салоне, она снова смутилась и забеспокоилась:
— Что теперь делать?
— Я пошлю кого-нибудь с чистой одеждой, — сказал он. — Так сойдёт?
Она неуверенно «мм» кивнула, но тут же поспешно добавила:
— Потом я сама вымою твою машину.
Лян Янь Синь постукивал пальцем по бедру, опустил взгляд на её лодыжку, убедился, что отёк несерьёзный, и, приподняв бровь, усмехнулся:
— Никто не мешает.
С этими словами он набрал номер и коротко отдал распоряжение.
Вэнь Шу Юй лежала, прижавшись лицом к коленям, и слушала, как он спокойно просит прислать чистую одежду и женские гигиенические принадлежности. Обида окончательно ушла, но щёки и уши стали ещё горячее.
Однако стоило ей вспомнить его слова до ухода — и сердце снова похолодело.
Неужели резкие слова в гневе — это и есть подлинные мысли, скрываемые подсознанием?
— Собираешься так и лежать? — неожиданно спросил он.
Вэнь Шу Юй замялась, потом попросила:
— Дай салфетки.
На её ресницах и щеках остались мокрые следы слёз — наверняка выглядела ужасно.
Только она договорила, как рядом возникла тень, и в нос ударил знакомый аромат — свежесть с нотками сигары.
Вэнь Шу Юй замерла.
Судя по звукам, он наклонился в салон, чтобы взять салфетки.
— Держи.
Она, как страус, не поднимая головы, протянула руку вверх. Как только её пальцы сомкнулись на коробке, она потянула вниз, но он не отпускал.
Она приложила чуть больше усилий.
Мужчина тихо рассмеялся, вложил салфетки ей в ладонь, и Вэнь Шу Юй тут же крепко сжала их, торопливо вытащила несколько штук и начала вытирать лицо, всё ещё не поднимая глаз.
К счастью, сейчас ночь. Днём было бы совсем неловко — вся эта жалость осталась бы на виду.
Через некоторое время из дверей больницы выбежала медсестра. Она окликнула: «Господин Лян!» — и, получив кивок, поставила костыль рядом и снова убежала.
— Не будешь же сидеть здесь вечно? — Лян Янь Синь небрежно кивнул подбородком. — Иди переодевайся и обработай рану.
Вэнь Шу Юй неуверенно повернулась к нему.
Он стоял, она сидела — из-за разницы в росте его глубокие глаза смотрели на неё сверху вниз, будто полуприкрытые, ленивые, без особого выражения.
— Но… — её взгляд скользнул по заднему сиденью и застыл на пиджаке, лежащем там.
Поняв её намерение, Лян Янь Синь поморщился:
— Даже не думай.
Девушка тут же обернулась к нему, и в её мокрых глазах читалась мольба.
Он бросил взгляд в салон — действительно, годилось только это.
— …Бери сама, — проворчал он, уже собираясь отойти, чтобы не видеть этого «частного» момента, но вдруг остановился. — Вынь сигареты из кармана пиджака.
Вэнь Шу Юй послушно ответила «хорошо» и передала ему то, что он просил.
На её тонком запястье виднелась царапина, и, когда она протягивала руку, невольно поморщилась.
Лян Янь Синь на секунду-другую вгляделся в её лицо, потом молча взял сигареты.
Вэнь Шу Юй опустила голову и аккуратно обернула его широкий пиджак вокруг талии.
Представив, как его безупречно чистый костюм теперь испачкан, она почувствовала лёгкое угрызение совести.
Но в то же время ей почему-то стало немного веселее.
Мужчина не сел обратно в машину, а встал у капота, спиной к лобовому стеклу — явно оставляя ей «личное» пространство.
Под уличным фонарём его фигура с широкими плечами и узкой талией отчётливо вырисовывалась на фоне ночи. Вэнь Шу Юй на миг залюбовалась, но тут же встряхнулась и, схватив салфетки, начала торопливо вытирать пятна на сиденье.
Будто вместе с ними можно стереть и весь этот стыд и неловкость.
Медленные шаги и стук костыля раздались позади.
— Закончила? — Он не обернулся, лишь слегка повернул голову и, подняв глаза, встретился с её взглядом, полным смущения.
«Всё равно ребёнок», — подумал Лян Янь Синь, перебирая пальцами коробку сигарет.
— Готово, — ответила Вэнь Шу Юй и, помолчав, не глядя на него, добавила: — …Лучше потом ещё раз всё вымой.
Он кивнул:
— Сможешь идти?
Она кивнула и, неуклюже опираясь на костыль, вошла в двери частной клиники, а затем последовала за медсестрой, которая уже держала в руках гигиенические принадлежности и чистую одежду, в туалет.
Но, выйдя оттуда, она растерялась. Её собственная одежда была не только грязной, но и порванной, поэтому она её выбросила. А что делать с его пиджаком?
Одной рукой она держала костыль, другой — прижимала к себе пиджак и медленно направилась к его высокой фигуре.
Внезапно зазвонил телефон. Взглянув на экран, она увидела имя учителя летнего лагеря и поспешно ответила.
— Учитель Сунь, — виновато сказала она.
Сунь И с заботой расспросила её и добавила:
— Эту ситуацию нужно сообщить родителям. У меня нет резервного контакта, пришли, пожалуйста, и я сразу свяжусь с господином Вэнем.
Сердце Вэнь Шу Юй упало. Если родители узнают, конечно, они её отругают, но она всегда могла выпросить прощение. Однако главное — это может сорвать все её планы уехать учиться за границу!
Мечта об учёбе за рубежом зрела давно, но подходящего момента, чтобы поговорить с родителями, так и не нашлось. Учитывая их чрезмерную опеку, если в первом же лагере случилась беда, шансов уехать жить и учиться далеко от дома практически нет.
— Шу Юй? Ты меня слышишь?
— …Слышу, учитель.
— Хорошо. Не забудь прислать контакт.
Сунь И напомнила:
— В больнице за тобой пришлют машину. Как вернёшься, хорошо отдохни.
Вэнь Шу Юй что-то невнятно пробормотала и положила трубку.
Что делать?
Она крепко сжала губы, размышляя, и перевела взгляд на высокую фигуру у двери.
Вдруг в голове мелькнула мысль.
Вэнь Шу Юй замерла. Сначала показалось нелепым, но потом — вполне осуществимым. Внутри началась настоящая борьба.
В итоге она виновато отвела глаза, быстро скопировала один номер из контактов и отправила учителю.
Сейчас подойти и объяснить? Попросить его подыграть?
Пусть и насмешит, но другого выхода, кажется, нет.
Когда Вэнь Шу Юй, опираясь на костыль, сделала шаг в его сторону, тот вдруг посмотрел на экран своего телефона.
«О нет!» — сердце её подпрыгнуло. Неужели так быстро?!
Лян Янь Синь нахмурился, глядя на незнакомый номер. Это был его личный телефон, и знали его немногие.
Он ответил и поднёс трубку к уху.
В следующее мгновение в динамике раздался мягкий женский голос:
— Здравствуйте, вы господин Вэнь? Я Сунь И, руководитель этого летнего лагеря.
Авторская заметка: Вэнь Шу Юй: «Ну как, дядя Лян, не хотите стать моим старшим братом?»
Лян Янь Синь: «Как думаешь?»
Редактор попросил изменить имя, потому что прежнее не проходило, так что пришлось поменять — не потеряйтесь!
Аннотация тоже немного подправлена, но это ничего не меняет.
Благодарю всех ангелочков, поддержавших меня «бомбами» или «питательными растворами» с 05.05.2020, 16:11:10 по 06.05.2020, 16:49:44!
Особая благодарность за «бомбы»:
Туманная лунная дымка — 2 шт.
И за «питательные растворы»:
Белка PLUS — 13 бутылок.
Огромное спасибо за вашу поддержку! Обещаю и дальше стараться!
http://bllate.org/book/3843/408849
Готово:
